Глава 34

Нет, конечно, я уже видела этого дракона. На портрете. Но в реальности он оказался куда драконистей и, что немаловажно, существенно больше. Своды зала вырастали на высоту витражных окон, сколько это в метрах, я смутно могла прикинуть. Так вот, дракон не доставал до потолка совсем чуть-чуть. Массивный красивый зверь, чья чешуя словно раскалялась изнутри. Золотом. Из-за этого в зале становилось еще светлее, хотя источников света и без того было достаточно. Узорные магические светильники парили в воздухе, разогревая камень стен и оживляя витражи. Дракон возвышался над массивным столом, за которым уже сидели темноволосый молодой человек (привет, Сезар) и ослепительно-рыжая девочка.

– Отец, – голос Люциана эхом разнесся по залу, когда мы спустились и приблизились к дракону, – позволь представить тебе мою будущую жену. Тэри Ленор Ларо.

Ферган медленно повернул голову.

Дракон.

Настоящий дракон.

Я вспомнила, что там полагалось по этикету: никаких реверансов, никаких расшаркиваний – это все человеческие заморочки. Драконы уважают исключительно силу и старшинство, поэтому первым делом полагалось посмотреть ему в глаза – показать собственную, а после склонить голову, признавая его власть и старшинство. В теории все казалось просто, а вот на практике… На практике золото драконьего взгляда врезалось в меня, и произошло что-то странное. Это напоминало удар, выбивший из меня все мысли, все дыхание и словно разрывающий меня изнутри мощью обрушившейся на меня магии. У меня зазвенело в ушах, а огромный зал стянулся в две точки: гипнотический взгляд драконьего короля, давящий, грозящий меня уничтожить и разорвать.

– Ваше наисветлейшейство, – резкий голос Валентайна ввинтился в сознание, и меня словно вытолкнуло из-под воды на воздух. Я едва успела сделать вдох и опустить глаза, глядя на то, как Ферган переводит взгляд на Альгора. – Хочу выразить свою благодарность за приглашение присутствовать на семейном ужине, столь важном для всех членов вашей семьи.

Его голос звучал как обычно: отстраненно и холодно, но сейчас мне едва ли было до него дело. Меня трясло от ощущений врывающейся в меня силы, золотой магии, которая чуть не распылила меня на атомы.

Что вообще произошло?

– Пойдем, – Люциан вообще ничего не заметил, просто увлек меня за собой: наши места были между Сезаром и рыженькой девушкой. – Ленор, это мой брат, Сезар Драгон.

Имя Сезара подействовало на меня отрезвляюще и я, несмотря на то, что меня по-прежнему продолжало потряхивать, посмотрела на него. Сезар – полная противоположность своего брата внешне, с темными волосами, темноглазый, вежливо-отстраненный – коротко кивнул:

– Тэри Ларо. Рад знакомству.

Радости, впрочем, в его голосе не было. Было что-то другое, как будто меня пытались высветить изнутри, провести такой своеобразный эмоциональный рентген.

Я приняла его взгляд, но, в отличие от встречи с Ферганом, все прошло ровно. Подчиняясь правилам этикета, склонила голову. После чего снова посмотрела на Сезара:

– Взаимно, тэрн-ар.

– Нэвьери Драгон. Моя младшая сестра, – голос Люциана неожиданно стал очень теплым, и я повернулась к девочке. В отличие от Сезара, та смотрела на меня, сдвинув брови, и явно здороваться не собиралась. Склонять голову полагалось только перед королем и его наследником, поэтому я улыбнулась:

– Привет.

Девочка вздернула нос и отвернулась.

– Нэв! – рыкнул Люциан.

– Что? – она сделала вид, что рассматривает узор на скатерти.

– Поздоровайся как полагается.

– Здравствуй, тэри Ленор Ларо, – от яда в ее приветствии можно было бесконтактно отравиться, – надеюсь, тебе у нас понравится. А впрочем, мне без разницы.

Девочка растянула красивые губы в улыбке:

– Достаточно, Люци?

Мило.

– Нэвьери! – рявкнул Люциан.

– Что?

– Нэв, – это уже произнес Сезар. Но произнес так, что по коже побежали мурашки, а улыбочка с лица принцессы стекла в мгновение ока. Она посмотрела на меня почти что с ненавистью:

– Доброго вечера, тэри Ларо. Прошу прощения за свое неподобающее поведение. Больше такое не повторится.

После чего уткнулась в тарелку, а я была просто рада, что мы наконец-то сядем. За время, пока мы проводили приветственно-воспитательные работы с младшей Драгон, дядя и Макс тоже успели поприветствовать Фергана и расположились по другую сторону стола. Место напротив Сезара пустовало, поскольку по левую лапу дракона должна была сидеть его супруга, далее, напротив Люциана сидел Валентайн, напротив меня – дядя, напротив Нэвьери – Макс.

Стол уже был полностью накрыт и сервирован, исключение составлял лишь массивный выступ для Фергана, просто застеленный скатертью. Драконы в полной звериной форме питаются магией. Собственно, они сами являются ее источниками и генераторами, и ей же напитывают свою мощь и свой организм. Вот такая интересная особенность – любая другая еда им не нужна ни в каком виде. Перед Ферганом лежал только матовый серо-голубой камень с яркими вкраплениями. Роаран, камень переговоров. Единственный в мире артефакт, способный трансформировать мысли дракона в человеческую речь.

– Добро пожаловать.

Если бы я не видела так ясно сидящего перед собой дракона, ни за что бы не поверила, что этот голос принадлежит ему. Просто сильный голос властного мужчины, привыкшего, что ему подчиняются по первому слову. В общем-то, и сейчас подчинились, это «добро пожаловать» послужило своеобразным приказом, после которого выстроившиеся на почтительном отдалении слуги шагнули к столу, чтобы снять крышки с блюд и наполнить наши бокалы вином.

– Сегодня вы мои гости и в моем доме находитесь под моей личной защитой, – эта фраза тоже была обязательна по этикету: еще со времен возникновения Эрда и до наших дней означала, что дракон принимает на себя обязательства защитить каждого, кто находится под его крышей, в случае нападения или любых других непредвиденных обстоятельств. – Пусть этот вечер принесет вам только радость. Свет Тамеи!

– Свет Тамеи, – автоматически отозвалась я, и мой голос слился с голосами остальных.

Считалось, что после этого любая тусовка благословлена Тамеей, и хотя я прекрасно понимала, что это дань традиции, предпочитала делать все по правилам. Даже вспомнила, с каких блюд следует начинать драконью трапезу. А блюд было действительно много, самых разнообразных – хоть экзамен по драконьему этикету сдавай!

Глядя на все это изобилие, я едва ли испытывала аппетит. Не потому, что большинство блюд даже приблизительно были мне незнакомы, скорее, потому что я по-прежнему не понимала, что со мной произошло. Почему от одного взгляда Фергана мне стало так дурно, словно я глотнула золотой магии. Воспоминания об этом до сих пор отдавались легким покалыванием в кончиках пальцев.

– Люциан, что… – я хотела спросить, почему так могло получиться, но не успела.

– Мне очень интересна история вашего знакомства, тэри Ларо, – когда «говорил» Ферган, камень начинал сиять и словно раскалялся изнутри, становясь прозрачным настолько, что было видно каждый сосуд-прожилку. – А также, когда именно вы поняли, что готовы стать достойной супругой моему сыну.

– Отец, – Люциан произнес это спокойно, но дрожащие в его голосе нотки ярости я уже узнавала на подлете.

– Вне всяких сомнений мужчина отвечает за свою женщину, сын, – голос дракона был ровным, – но сейчас мне бы хотелось услышать ее ответ. Когда именно тэри Ленор Ларо поняла, что готова стать тэрн-ари, и почему приняла твое предложение.

Дракон повернулся ко мне, взгляд сияющих неразбавленной магией глаз прошелся по мне, но, к счастью, такого эффекта как в первый раз не оказал. Я могла дышать, и, что немаловажно, могла еще и говорить. Оставалось только понять, чего от меня ждут?

– Я приняла предложение Люциана в тот день, когда он спас мне жизнь, – ответ пришел как-то сам собой.

После этого в зале ненадолго воцарилась тишина, за время которой Люциан успел посмотреть на меня, а я – на него.

– Я оступилась и упала в облака. Нелепая случайность. Разумеется, я уверена, что он сделал бы то же самое для любого, но… эта история помогла мне взглянуть на него и на наши отношения совершенно иначе.

Не только взглянуть, я хорошо помнила тот наш поцелуй, который сейчас почему-то всплыл в памяти особенно ярко. Но об этом вряд ли стоило рассказывать драконьему королю, поэтому я легко коснулась пальцами руки Люциана, а он в ответ сжал мою. Глаза его при этом сверкнули так, что искра, кажется, отозвалась в моем сердце. Почему-то сейчас я впервые смотрела в его глаза так глубоко. То ли дело было в том, что я не сказала ни слова неправды, то ли в том, как под его пальцами горела моя ладонь.

– Интересная история, – камень снова полыхнул. – Люциан мне о ней не рассказывал.

– Возможно, не придал этому значения, – я пожала плечами.

– Придал, – это прозвучало неожиданно хрипло. Очень неожиданно, потому что взгляд в мои глаза – в упор, был тоже совершенно другим. – Я придаю значение всему, что касается тебя, Ленор.

Мне полагалось думать, что это игра, это и должно было быть игрой, но почему сейчас так отчаянно хотелось, чтобы это было по-настоящему?

– Может быть, мы уже можем поесть? – ядовитый голос Нэвьери ввинтился в сознание. – Или так и будем слушать историю их любви?

– Нэв! – снова рыкнул Люциан.

В ответ сестра скривилась и демонстративно взялась за приборы.

– Нэвьери Драгон.

Я не сразу поняла, что это говорит Ферган, потому что голос расстелился над столом туманом, несмотря на золотую магию, заставляя меня покрыться мурашками. Было в нем нечто глубоко звериное, сильное, подчиняющее. Властное. Сам камень едва уловимо сверкнул, чувство было такое, что правитель Даррании вложил в имя дочери совсем тихую мысль, но это получилось так впечатляюще, что я подавила желание проверить прическу – не встали ли волосы дыбом.

– Ты воспитана как принцесса, тогда почему ведешь себя как крестьянка?

– Но папа… – пискнула Нэв.

– Извинись перед гостями. Да, это семейный ужин, но это не означает, что моя дочь будет пренебрегать хорошими манерами и этикетом.

Щеки у девочки вспыхнули, она вспыхнула вся. Кажется, от кончиков аккуратных ноготков до корней волос. Казалось, она сейчас взорвется, но нет. Сдержалась. Расправила плечи, выпрямилась, поправила аккуратно разложенную на коленях салфетку и произнесла:

– Я прошу прощения за свое неподобающее поведение.

– Второй раз, – хмыкнул Люциан еле слышно.

– Люциан. – На этот раз дракон посмотрел на него, и в этот момент Нэвьери покраснела еще сильнее. Сдавила кружева скатерти, а потом отшвырнула приборы так, что они звякнули о стол и вскочила:

– Ненавижу тебя! – крикнула брату. – Ты такой же, как они все! Врал мне, что она нужна тебе только чтобы тебе не жениться на Брильис, а сам влюбился в нее!

– Нэвьери Драгон, немедленно покинь этот зал.

От тона драконьего короля полагалось покрыться мурашками, но я слегка залипла на словах «влюбился в нее», и мурашки как-то прошли мимо. Нэвьери тоже пронеслась мимо, на ходу выплюнув:

– Да пожалуйста! Никакого желания находиться рядом с вами у меня не было изначально!

Огненный вихрь принцессы скрылся за другими дверями – не теми, через которые мы вошли, а через те, которые были ближе к нам и которые едва успели распахнуть слуги. Стоило им закрыть створки, поймавшие свет от светильников и от магии Фергана, когда я услышала:

– Огонь девчонка.

Все повернулись к выдавшему это Максу, особенно выразительно на него посмотрел Хитар. Вместо того, чтобы стушеваться, брат пожал плечами.

– Что? Я тоже могу выйти.

– Прошу прощения. – Сезар поднялся, окинув всех собравшихся взглядом. – Отец, мне нужно поговорить с сестрой.

Он направился к дверям, а у меня в голове мелькнула безумная мысль: вот он, мой шанс. Единственный, потому что вряд ли другой представится – особенно теперь, когда здесь Валентайн Альгор. Его пристальный взгляд уперся в меня, как будто не во что было больше здесь упираться. И не в кого. Вон, пусть на короля-дракона смотрит, он больше. Но нет, драконий король его не интересовал, его интересовала только я, и этот интерес я ощущала всей кожей, хотя даже не смотрела в сторону темного.

– Ужин, – коротко произнес Ферган, и я потянулась к салату, который мне мгновенно положил стоявший справа слуга. Нацепила дольку чего-то очень похожего на персик на местный аналог фруктовой вилки, отправила ее в рот. И чуть не выплюнула обратно, потому что от волнения скрутило внутренности.

– Прошу прощения, – повторила слова Сезара, откладывая салфетку. – Мне нужно ненадолго отойти.

– Проводить тебя?.. – тут же поднялся Люциан.

– Нет, благодарю. Я быстро, – коснулась его руки, давая понять, что там, куда я собираюсь, его присутствие точно не требуется, и что с «проводить» вполне справятся слуги.

Вот не хотела я смотреть на Альгора, но все-таки, поднимаясь, невольно поймала его серебристо-холодный взгляд. Отвернулась настолько быстро, насколько позволяли приличия, и направилась к двери с бешено колотящимся сердцем.

Это мой шанс поговорить с Сезаром, и я его не упущу.