ГЛАВА 3.4

Повисла гнетущая тишина. Мне нужно было время, чтобы собраться с мыслями и продолжить, а Ева обескураженно молчала. В её глазах плескалось неподдельное сожаление и боль.

— Рафаэль видел, что происходило с наставницей и пытался помочь. От шока у него пробудилась способность управлять Белым пламенем. Он выжег проклятую метку и Леле постепенно пошла на поправку. Но случившееся больно ударило по нему и Раф поклялся, что никогда не заставит ни одну женщину пройти через подобное. И если магические метки настолько несовершенны и могут обернуться проклятием, он никогда не женится на неистинной.

Я рассказал версию, которую знали многие, включая бабушку. Но главная загвоздка заключалась в том, что мой Дар не хотел просыпаться даже в критический момент.

Было слишком рано, тело двенадцатилетнего ребенка могло не выдержать. И тогда я ускорил пробуждение Силы, заключив сделку с духами Рода.

В тот день я дал обет, что в будущем женюсь только на истинной, иначе потеряю Дар Белого пламени. Часть Силы я отдал Лелее в качестве духовного залога.

Благодаря этому она выжила и смогла разорвать связь с Морганом. А уже после встретила настоящего истинного и стала королевой.

Даже если вернуться назад, я бы не смог поступить иначе. Суть клятвы держал в тайне, не хотел, чтобы бабуля переживала. Пусть уж лучше считает, что её любимый внук оболтус, который до сих пор цепляется за детское обещание.

— Я… не знала, — наконец произнесла Ева.

Она выглядела потерянной и злость окончательно испарилась.

— Он так легко говорил о метках…

— Рафаэль не хотел, чтобы его клятву связывали с Леле. Это события давно минувших лет. Сейчас она счастлива и у них с королём трое прекрасных детей. Поэтому Раф и начал частенько упоминать о своём обещании в шутливой форме, а после использовал как отговорку, чтобы отмахнуться от нежеланных невест.

— Выходит, его рассуждения и легкомысленное поведение — всего лишь маска?

Кажется, меня собрались жалеть. Вот уж чего точно не хотелось.

— Насчёт масок Рафаэля лучше спросить у него самого, — улыбнулся я. — Но может вернёмся к вам? Вряд ли вы сказали всё. Мне почему-то кажется, у вас намного больше причин так резко говорить об истинности и отвергать её.