20

Для себя я поняла одно: с этим мужчиной надо быть осторожнее и ежесекундно держать ухо востро! Потому что соблазнять он умел, как никто другой, и с ловкостью подбирал «ключик» к любой женщине.

— Леди, взгляните направо, — небрежно бросил король. — Я думаю, эта витрина придется вам по вкусу! Вы оставили без внимания магазин новинок с самыми модными нарядами, не обратили своего взора на шляпки, которые так призывно смотрели на вас из-за стекла. Может быть, эта драконья лавка составит ваше удовольствие?

Я послушно, но без интереса повернула голову, ведь нельзя же было ослушаться короля, и… прилипла к витрине! Вряд ли меня теперь можно было от нее оторвать раньше, чем через полчаса.

В витрине стояли ряды склянок и глиняные горшочки, вывеска гласила: «Все для драконов».

В лавке действительно было все, начиная от целебных трав, мазей против нагнета и потертостей, косметических притираний для драконов. Были на прилавке и такие, до подкормок и витаминов. В общем, все, о чем может мечтать опытный драконовод. Что уж говорить о таком «чайнике со свистком», как я. Даже надписи на склянках говорили многое о драконоведении, о консультации с самим продавцом я мечтала, как о самой модной шляпке, вот где кладезь информации!

Я замялась, пожирая взглядом витрину. Лавка была не из дешевых. Огромное стекло витрины говорило о многом, в этом мире такие хрупкие, непрактичные вещи были на вес золота.

Оно и не могло быть иначе, наездниками становились только лорды и леди. Даже если в кармане пусто, даже если сам ты питаешься отбросами и одет в рванину — вынь да положь последнее на дракона. В этом мире летающие звери были всем и стоили дороже, чем десяток человеческих жизней.

— Зайдем? — предложил монарх, не без удовольствия осознав мой интерес. Ну разумеется, он же подобрал ключик! — Возможно, вы найдете там что-нибудь для своего Черного Принца, — продолжал соблазнять самый дьявольский мужчина из всех. Более того, он запомнил имя моего ящера, что польстило мне. Если мужчина, который не помнит или не знает и, возможно, не желает знать и помнить имена своих многочисленных любовниц, потрудился выучить, как зовут твоего дракона, это что-нибудь да значит. — У него что-то… — здесь монарх сделал деликатную паузу, подбирая слово, — затягивается с обретением истинной пары. Хотя дракон уже вошел в брачный возраст. Возможно, вам стоит поспособствовать счастью вашего питомца. До полета остались считанные месяцы, а когда ящеры встанут на крыло, будет уже поздно. Придется ждать целый год до следующего лета. Чтобы драконья пара была крепкой, перед первым совместным полетом желательно, чтобы ящеры привыкли друг к другу и изучили повадки партнера. Если в брачном танце что-то пойдет не так, конец будет печален. Эти звери болезненно воспринимают сердечные раны. Мало кого из них удалось спасти от разочарования.

Я так сильно была удивлена тем, что монарх столько знает о драконах, что невольно отвлеклась от витрины.

Протянутая рука возникла перед моим носом.

Я заколебалась, прилично ли принимать приглашение другого мужчины, когда где-то неподалеку твой самопровозглашенный муж. Да и своих денег у меня не было, за все платил Дрейк Дайер по праву супруга. Если король приглашает меня, значит, и платить собирается он. Вопрос не стоял, можно ли принимать подарки от другого мужчины. Я отчетливо понимала: если приму — буду обязана Чейлзу Железная Перчатка.

С другой стороны, как не войти с ним в лавку, когда предлагает сам король?! Как отказать сюзерену?!

Я колебалась. Не зная, на что решиться, я бросила взгляд в витрину и остолбенела. Склянки с мазями и притираниями исчезли, а за моей спиной стоял король, вопросительно держа руку, только не сюзерен так сильно меня напугал. За его плечом я видела отражение серого балахона, в глубине капюшона лицо сводного брата.

Стас пристально смотрел на меня, и во взгляде читалась неутоленная жажда обладания.

Сама того ее желая, я впала в ступор. Отвечая на состояние страха, организм выбросил в кровь дозу адреналина, от чего я прерывисто задышала.

Для меня, вынужденной носить корсет по моде этого мира, подобное было слишком. В отличие от других дам, которые с семи лет самозабвенно утягивались и могли чуть ли не в футбол играть, скакать на ящерах и заниматься любыми видами активности, не чувствуя удушья.

Я же, лишенная кислорода, мгновенно поплыла. Мир сузился до двух фигур, отраженных в дорогом стекле.

Брат, в предвкушении медленно облизывающий губы. Его всегдашнее нервное движение, выдававшее чрезмерное увлечение хозяина чем-то желанным. И король, все так же, как мраморная статуя, неподвижно стоящая с протянутой рукой. Мой взгляд затравленного зверя метался от одной фигуры к другой.

Загнанный в безвыходную ситуацию разум не нашел ничего более умного, как нырнуть в бессознательное.

В следующий раз я очнулась уже в той самой лавке от скрипучего голоса торговца.

— Это всего лишь травки, помогают драконам, помогут и ей. — Вокруг меня суетились. Я лежала на какой-то софе, видимо, предназначенной для ожидания покупателей. Ничто больше не сковывало моего дыхания, наконец-то я смогла вздохнуть полной грудью.

Около моего носа появился пучок чего-то вонючего. Только от одного этого запаха в голове прояснилось настолько, что я вскочил как ужаленная.

— Я же говорил — поможет! — услышала я над ухом. — Эта микстура и мертвого дракона подымет!

Но меня уже не интересовали ни запах, ни склянки. Резко повернув голову, я отыскала взглядом серые балахоны.

Храмовники, как и полагается личной гвардии Чейлза Железная Перчатка, безучастно стояли у двери, блокируя вход и выход. Руки их были спрятаны в широкие рукава, а капюшоны низко надвинуты на глаза. Узнать, кто из святых рыцарей Стас, не представлялось возможным. Только спустя какое-то время, когда я отдышалась и отошла от шока, до меня дошло: брат не собрался преследовать меня, он даже не хотел показываться мне на глаза. Его отражение в стекле я увидела случайно.

Стас преследовал меня.

И ждал. Ждал, когда я сама приду к нему с вопросами. Он прекрасно понимал, что нужен мне, чтобы узнать о том, как он попал в этот мир живым и невредимым, тогда как все остальные прибывали сюда хладными трупами.

Я вздрогнула от мурашек, пробежавших по коже. Стас умел ждать, он был сыном своего отца, неудивительно, что он так быстро сориентировался в этом мире.

Только и я была Дарьей Тарлановой, дочкой своего отца-бизнесмена, и не собиралась самостоятельно приходить к нему. По крайней мере, пока не исчерпала все иные возможности.

В следующий раз я похолодела, стоило мне поднять глаза на присутствующих.

Именно тогда я осознала, что не просто валяюсь на софе, а на мне лиф с распущенной шнуровкой.

Взгляд Чейлза без всякого стеснения ползал по моей груди, лаская ее. Стальные глаза горели столь выразительной жаждой, что мне померещилось легкое касание, словно дуновение бриза мимоходом прикоснулось к моей коже. Это ощущение было настолько реальным и ярким, что я тут же в ужасе стянула на груди края разрезанного корсета и подтянула лиф платья чуть ли не до подбородка, боясь, что эти невероятные ощущения — следствие какой-то разновидности магии, присущей только вот таким загадочным и неприступным мужчинам с серебряными волосами.

Я готова была еще раз упасть в обморок, даже окончательно задохнуться, лишь бы не читать в холодных глазах этот ничем не прикрытый интерес.

Происходящее, конечно, было понятно. Я для короля новая игрушка, временная забава. Модная кукла при дворе, где все про всех знают и нет никаких секретов, каждый перепробовал по сто раз одних и тех же партнеров и уже пресытился.

И монарх, как избалованный ребенок, только хочет удовлетворить свой интерес к новой игрушке. И чем больше я сопротивляюсь, чем дольше я для него недоступна — тем желаннее.

Возможно, у сюзерена ко мне такой интерес, потому что я пришлая и хоть притворяюсь даррийкой, совершенно ей не являюсь ни по воспитанию, ни по образу мыслей.

А возможно, он желает совместить приятное с полезным: «потешить своего дракона», как здесь говорили, и получить в союзницы Дайру Тайру, наследницу обширных земель, оказав ей покровительство и прочие услуги, сопутствующие месту фаворитки. Ловкий ход — сделать союзниками Англии меня и клан даррийцев.

Только мне от этого было не легче.

Разумом я понимала: стоит дать этому мужчине то, что он хочет, и монарх тут же потеряет ко мне интерес. Это был бы хитрый и разумный ход, одним ударом, убивший несколько зайцев.

Во-первых, я сочтусь с господином «упорным» — Дрейком Дайером, наставив тому рога с мужчиной, который по положению и по наличию власти на голову выше предводителя фаррийцев.

Во-вторых, даже Стас тогда был бы мне не опасен. Что может мессия против короля — наместника Бога на земле?!

В-третьих, это решило бы массу проблем, я бы освободилась и получила так необходимую мне власть, с помощью которой могла бы найти способ вернуться домой и даже прихватить с собой Черного Принца.

Соблазнить короля, стать его любовницей и добиться места фаворитки — это во всех смыслах выгодное решение.

Только вот я не могла себя переломить и заставить сделать это. Стоило мне взглянуть в эти безразличные, стальные глаза, и у меня холодело все внутри.

Я отчетливо понимала, что не хочу от него детей, и продавать свое тело и лоно в обмен на шанс вернуться домой — самая большая ошибка, которую я могу совершить в этом мире.

Поэтому я просто отвела глаза, чтобы смотреть куда угодно, только не ловить этот полный жадности и призыва взгляд.

И тут в моих зрачках отразилась зелень, и я внезапно осознала свой дальнейший путь в этом мире.

Пусть сейчас я выбираю трудную дорогу в ущерб менее легкой, но я не стану любовницей короля, не потеряю себя. Просто не могу, если сдамся и продамся — перестану себя уважать. Не хочу и не желаю быть переходящим призом и менять одного мужчину на другого. В конце концов это приведет к тому, что я превращусь в ничто, вещь, товар и пойду по рукам, каждый хозяин жизни сможет меня купить, если назначит достаточно выгодную и высокую цену.

Вот что хочет сделать со мной Чейлз Железная Перчатка — купить Дайру Тайру, пообещав прогнать фаррийцев-захватчиков и вернуть земли клана.

Это бизнес, детка, ничего личного.

Только монарх ошибся в своих расчетах, я — не она! И на утерянные привилегии мне плевать. Если уж мне захочется встать во главе клана даррийцев, я самостоятельно, без высочайшей помощи добьюсь уважения людей и сделаю его своим.

Поэтому королю меня не получить, не по карману ему та цена, чтобы купить. Ничего личного, детка, это всего лишь бизнес!

Я деликатно, оправляя юбки и изображая кокетливое смущение, встала, хотя на самом деле ничего подобного не чувствовала. В моих действиях была сдерживаемая решительность. Сейчас меня как никогда переполняли энергия и желание немедленно действовать, но в чужих мирах выживает тот, кто умеет терпеть и выжидать. Этот урок я выучила крепко.

Этикет двора требовал притворяться женственной и слабой, и я готова была изобразить из себя самую изможденную даму в Корнуолле.

Поэтому я позволила деликатно прикрыть себя плащом с чужого плеча, даже не обращая внимания на того, кто укрывает меня. Безропотно села на дракона и позволила отвезти себя в личные покои. Ничего не замечая по дороге, я строила планы на будущее, и с каждым взмахом драконьих крыльев оно казалось мне все замечательнее.