Глава 10

* * *

– КИЛЛИАН —

Разглядываю девушку перед собой и чувствую, как внутри что-то тёмное, вязкое и тягучее пробуждается. «Интересные» ощущения. Новые. Не скажу, что в восторге от них.

И её запах заполняет мои лёгкие. Она пахнет мягко, свежо и нежно – земляникой, мёдом, молоком и свежеиспечённой булочкой с пудрой.

Просто крышесносный запах. И её запах шарахает мне в голову, дёргает за нервы, скручивает меня в узел, пробирает до мурашек.

Смотрю, как капли воды скользят по бархату её кожи. Жадным взглядом поглощаю все изгибы её стройного, молодого тела. Она как спелый и сочный фрукт – протяни руку, сорви, вкуси и насладись. Сладкое наваждение…

Её неловкий и удивлённый взгляд не приводит меня в чувство. Её запах дразнит и будоражит неизведанные ещё ощущения, эмоции.

Девушка определённо красива, не так совершенна, как женщины икелов, но есть в ней нечто особенное, притягательное – изгибы, которые хочется обрисовать пальцем, поворот головы, её робкий взгляд, удивлённо приоткрытые розовые губы…

Её смущение лишь раззадоривает. Удивительно, что кто-то ещё умеет смущаться и краснеть. Давно не видел столь любопытного явления.

Брат не очередного тупого курьера мне подсунул, а сделал настоящий подарок. И Рон даже не догадывается, как сам себе подгадил.

Эта мысль немного приводит в чувство.

Избавляю Зои от своего присутствия и направляюсь в кабинет.

Падаю в кресло и забрасываю ноги на стол.

Набираю номер брата и врубаю виртуальную реальность, чтобы по-семейному «пообщаться» с родным гадом.

– Я так понимаю, мой переговорщик уже прибыл, – раздаётся со спины.

Оборачиваюсь и усмехаюсь. Убираю руки в карманы штанов и, выгнув одну бровь, комментирую его слова:

– Это не он. Это она. Или ты забыл, кого послал? Тогда короткая у тебя память.

Рональд осматривает место виртуальной реальности и криво улыбнувшись, произносит:

– Серьёзно? Боксёрский ринг?

– Почему нет? – пожимаю плечами. – Давно хочу набить тебе морду.

– Как видишь, я в костюме, – лыбится брательник и медленно снимает пиджак, бросает его на канаты и расстёгивает манжеты рубашки, закатывает рукава до локтей. – И как тебе переговорщица? Понравилась?

– Она рассказала, за какие грехи ты её отправил в чёрный список, – замечаю ленивым тоном. – Что-то ты излишне нервным стал, Рон. Совет директоров требует окончательного решения? Терпение на исходе?

– Так вернись и узнаешь, – чуть резче отвечает брат.

– Мой тебе совет, Рон, оставь тупую идею с угнетением землян, вернись к тому проекту, который начал отец. И тогда я снова буду в «СтарзКорп», – делаю попытку вернуть Рональду разум.

– Тупая идея? – зло усмехается Рональд. – Килл, ты, очевидно, сам ума лишился. Жалеешь этих убогих, несовершенных существ, вместо того, чтобы заниматься нашей расой. Эта планета чудесна и хозяевами здесь должны быть мы, а не люди. По сути, мы уже считаемся таковыми. Мы сильнее, умнее…

Я обрываю его оды нашей расе и произношу насмешливо:

– Ты одержим жаждой власти и контроля, Рон. Печальное зрелище. Хотя на первый взгляд ты кажешься очень милым, скромным и обаятельным икелом. Таким и считал тебя отец.

Я разминаю шею и поглядываю на Рональда.

Брат щёлкает пальцами на руках и смотрит на меня тяжёлым взглядом, полным гнева.

– Ты будешь молчать на мои слова, Рон? – спрашиваю его и совершаю бег на месте, разминая ноги.

– А тебя напрягает тишина, Килл? – усмехается он и делает пару приседаний.

– Что ты, тишина – моя любовница. Меня напрягаешь ты.

– Так значит, девушка тебе не понравилась?

– Отчего же? Если не обращать внимания на её потрёпанный вид, усталость, отчаянное положение и гнев на всех икелов, то она вполне себе… ничего.

– Ты ни разу не вызывал меня, Килл. Всегда я тебе звонил. Значит, девчонка чем-то тебя зацепила. Что она тебе сказала? – заинтересовался брат.

Мы становимся в стойку и кружим, друг против друга, как два огромных волка, что не могут поделить территорию.

Дёргаю уголками губ и произношу с ленцой:

– Просто откажись от своей идеи, Рон. У твоего плана нет будущего. Можешь считать, что отправив ко мне эту девушку, ты сам поставил жирный крест на своём проекте.

– Что-то расстроенным ты не выглядишь. И всё же, что она сказала? Почему ты такой радостный? – хмурится Рональд и первым делает выпад.

Я легко уклоняюсь и наношу свой удар. Брат тоже легко избегает моих пробных ударов.

Мы оба хорошо знаем слабые и сильные стороны друг друга.

– Так я и не расстроился. Ты прав, я обрадовался, – спокойно сообщаю брату.

– Ты меня всё больше интригуешь. Тебя не возьмёшь соблазнами, Килл. Ты крепкий орешек. Поставить тебя на колени невозможно. Тогда что произошло за столь короткое время?

– Ага, так я и выложил перед тобой все козыри, – усмехаюсь в ответ.

– Из нас двоих я всегда был хитрожопым. Неужели и в тебе этот ген пробудился? – рычит Рон. – Значит, не скажешь, что задумал?

– Не-а, – бросаю весело и по максимуму небрежно.

И мне с трудом удаётся сдержать довольную улыбку, когда брат впадает в ярость.

Рональд уже осознал, что вновь потерпел фиаско. Но он ещё не догадывается, какой «подарок» я ему скоро сделаю.

Брат быстро раздаётся в плечах, лицо меняется и на меня уже смотрит морда зверя. С клыков на ринг капает слюна.

Я весело усмехаюсь. Всё. Мордобоя не избежать. Жаль, что бой будет виртуальным. Давно у меня руки чешутся сбить с брата спесь и гордыню.

Встряхиваюсь и позволяю выползти наружу и своему монстру.

И как раз вовремя прогибаюсь в спине, чтобы не поймать мощный кулак Рона, летящий точно мне в челюсть.

Драться мы оба умеем.

И энтузиазма в нас хоть отбавляй.

Рональд упорно не желает вкусить моего крепкого кулака.

Один раз ему удаётся свалить меня с ног и ощутимо двинуть мне в живот.

Но я сбрасываю с себя его тушу, вскакиваю и в ответ двигаю ему под дых. Всего мгновение и я уже выбрасываю руку в прямом ударе в челюсть, но брат-гад разворачивается и уходит от удара.

Рональд злится. А когда он в ярости, то теряет контроль.

И я решаю посильнее вывести его из себя.

– Как твой любимый дружбан подсирала Хэлл поживает? Ещё не все мозги тебе протупил своими «умными» советами?

– Ты решил примерить роль главного мудака? – рычит Рон. – Поверь, Килл, тебе не идёт.

Я усмехаюсь шире, мы замираем друг напротив друга. Ни капли не уставшие. Оба подрагиваем от нетерпения вломить друг другу по морде.

– Я просто беспокоюсь о твоём окружении. Хэлл типичный урод. Он свою жизнь на дно утащит и тебя топить будет.

– Раз такой умный, то поддержи меня, – зло усмехается Рональд.

– Я скорее спасу тебя от фатальной ошибки, Рон. Скоро всё узнаешь, братец.

Рональд сильнее бесится и кидается на меня всей своей массой, но получает от меня в челюсть со всей дури. А дури во мне много.

Рональд хватается за звериную морду и сплёвывает на виртуальный пол такую же виртуальную кровь и парочку зубов. Зато боль он ощутил вполне реальную.

– Хороший удар, – говорит он с похвалой и лыбится щербатой пастью.

Я собственному брату выбил в виртуальной реальности два передних зуба. Класс.

– Нужно будет повторить в реале, – хмыкаю я. – До встречи, Рон.

И мыслью завершаю наше семейное общение.

Возвращаюсь в здесь и сейчас.

Разминаю затёкшую шею. Убираю ноги со стола и звоню своему другу.

– Килл? – удивляется старый товарищ. – Ходят слухи, ты стал отшельником. До тебя не дозвониться. Где ты?

– Много вопросов задаёшь. Потом всё узнаешь. Потому без предисловий, Касс. Напомни лучше, насколько люди и икелы совместимы?

* * *

– ЗОИ —

Дракон молчит. Я тоже молчу. Так и стоим. Точнее, я стою, он сидит в удобном кресле. Ноги на столе. Крутит на пальцах тонкую серебряную ручку. А может она из белого золота. Или вообще, платиновая. Да пофиг, если четно.

Я не понимаю, чего он молчит. Но, а я просто жду, когда Киллиан Ройс соизволит говорить.

Кошусь в окно, а там мрак. Точнее, буря. Да такая, что непроизвольно передёргиваю плечами. Это просто удача, что я умудрилась пробраться в дом дракона, а то погибла бы смертью храбрых.

А вообще мне что-то на море хочется. Чтобы морская вода, бриз и мягкое солнце, и запах свежести вокруг, а ещё магнолией пахнет, сладким мороженым…

Да, от мороженого я сейчас не отказалась бы. Но вряд ли оно есть у дракона. Даже заикаться об этом не стану.

Скорее бы узнать, что ему надо от меня, как он поможет и уберёт моё имя из чёрного списка и свалить бы отсюда. А потом как самый страшный сон забыть о драконах и жить своей жизнью, например, полететь вместе с Олли и его командой в космос… Красота.

– Ты долго спала, но всё равно выглядишь устало, – наконец, говорит его величество дракон.

Честно, я уже устала стоять. Хоть бы позволил присесть в одно из кресел. Или диван.

– Тяжёлые дни, – вздыхаю я.

– Тяжёлые, значит, – повторяет мужчина. Голос, кстати, у беловолосого дракона бархатный, приятный. В его голосе нет иронии или насмешки. Это радует.

– Угу, – киваю вяло.

Он снова, как и в ванной скользит взглядом по моей фигуре, вниз и обратно. И мне сейчас очень любопытно, какие мысли проносятся в его голове? Уверена, вряд ли мне понравятся то, о чём размышляет дракон.

Но если честно, меня начинает раздражать его молчаливое разглядывание моей скромной персоны. Когда перейдём к делу?

Начинаю ещё и нервничать и тереблю белую ленту-пояс на своей блузке.

Специально оделась по-деловому и согласно правилам. Блузка-пиджак-юбка и туфли на невысоком каблуке. Волосы собраны по всем правилам. Короче, мрак.

А ведь я совсем недавно фанатела от драконов и всего того, что с ними связано. И от драконьего дресс-кода была в восторге. Теперь эти существа вызывают глухое раздражение.

Удивительно, как легко можно разрушить мечты и надежды. Одним лишь словом, одним действием и всё во что верила, о чём мечтала, разлетелось на осколки. Вдребезги.

Оказывается, прозрение – это больно. Ощущение, будто на мир смотрела сквозь призму иллюзий. Зато сейчас вижу реальность чётко и ясно. И она совершено не такая безоблачная, какой я её считала. В этой реальности так много туч, так много хмари.

Дракон немного склоняет голову, и я ощущаю взгляд мужчины на моих пальцах, которыми тереблю шёлковую ленту. Тут же выпускаю ткань и убираю руки за спину. Сцепляю пальцы в замок и длинно вздыхаю.

Мужчина хмыкает, он прекрасно осознаёт, что бесит меня своим молчанием.

– Ладно, давай поговорим о деле, – говорит он, наконец, и кивает на папку, что лежит на его столе. Папка с документами, которую везла и ему передала.

Он убирает ноги со стола, берёт папку, прикладывает палец и когда отпечаток считан, открывает её. Достаёт пачку документов, и бросает их на стол, даже не смотрит, что там.

Указывает на кресло у стола и произносит:

– Садись, Зои.

Опускаюсь на самый край кресла и кошусь на документы и с удивлением понимаю, что текст документов составлен исключительно на родном языке икелов.

Я учила его. Прочитать и перевести смогу, но мне понадобится не один день. Родной язык драконов не просто сложный, там один иероглиф может означать слоги и целые слова.

А говорить на нём вообще невозможно, наше горло и связки не предназначены для этого языка. Нужно быстро произносить слова сразу четырьмя тонами – ровным, восходящим, ниспадающим и спадающим.

Кто-то из людей делает операции, чтобы овладеть речью икелов. И у меня были честолюбивые намерения пойти этим путём. Но после знакомства с драконами, уже не хочется перекраивать себя.

– Ты знаешь, какой проект готовит мой брат? – вдруг спрашивает Киллиан.

Медленно мотаю головой и отвечаю:

– Нет.

– Отправил тебя на задание и не озаботился рассказать, что ты должна подсунуть мне на подпись, – ехидно произносит дракон. – И ты та легко приняла его условия. Даже кабальный договор подписала.

– У меня был выбор? – произношу холодно.

– Выбор есть всегда, Зои, – резко говорит мужчина.

Сжимаю руки в кулаки, и не могу не высказать:

– Легко говорить, когда за спиной имеется сильная поддержка.

Дракон выгибает одну бровь, и я тут же мысленно ругаю себя. Молчание – золото.

– Тогда кратко расскажу, что собирается сделать мой дорогой и любимый брат с планетой Земля и его населением, – произносит дракон, и я ощущаю, как в кабинете меняется градус.

Как будто становится холоднее, а воздух пропитывается напряжением и злостью. Мощная аура Киллиана Ройса даёт о себе знать. И судя по проступившим светло-серебряным чешуйкам на скулах и висках дракона, этот проект ему как кость в горле.

Уж не потому ли он покинул «СтарзКорп» и скрылся в этих богом забытых землях?

Я ожидала, чего угодно. Думала, он расскажет о новых технологиях, или скажет, что на Землю ступит нога новой дружественной расы. Но дракон рассказывает вот что:

– Рональд Ройс презирает людей. По мнение Рона, человек – это паразит. А что делают с паразитами?

– Уничтожают, – произношу едва слышно.

– Верно, – кивает Киллиан и резко поднимается с кресла. Оно тут же откатывается назад.

Мужчина подходит к окну и смотрит на песчаную бурю – она неистово рычит и всё свергает на пути. Окна и стены дома шлифует, как от наждак. Буря будто мстит за невзрачную свою судьбу – одинокая, нелюдимая, отрешённая, жестокая, суровая, а в чём-то даже неотразимая.

Дракон складывает руки на груди и рассказывает дальше.

– Я не стану сейчас детально пересказывать весь его «гениальный» план, просто введу тебя в курс дела. Он решил, что планета Земля должна быть заселена исключительно икелами, а люди, которых он планирует оставить, будут тщательно откалиброваны. Кто-то останется на этой планете в качестве помощи икелам. Кого-то переселит для развития новых планет. А кого-то ждёт совсем другая участь.

– Откалиброваны? Это про людей вы так говорите? – переспрашиваю мужчину, не в силах поверить, что Рональд Ройс действительно затеял в отношении моей расы столь циничное, жестокое и страшное угнетение.

Он поворачивается ко мне, прислоняется спиной к подоконнику и отвечает:

– Не я говорю, Зои. Мой брат и сторонники его безумной идеи.

– И много у него сторонников? – спрашиваю упавшим голосом.

– Не так и много. Совет директоров ждёт от меня решения. Если я дам согласие на этот проект, то людей ждут страшные времена. И сама понимаешь, даже если тогда люди поднимутся как один, им не выстоять против наших технологий. В общем, без моей подписи и моего согласия совет директоров никогда не даст добро на это дело.

Воздух в моих лёгких на несколько мгновений застывает. Кладу руку на горло и в откровенном ужасе смотрю на дракона. Мне очень хочется, чтобы он сейчас рассмеялся и сказал, что это всё шутка. Он просто меня по дебильному разыгрывает. Но нет, Киллиан серьёзен.

– А что… – голос хрипит, я прокашливаюсь и спрашиваю: – А что ждёт тех, кто не пройдёт… калибровку?

– Утиль, – совершенно спокойно отвечает дракон и поясняет: – У икелов много планет и спутников, где требуется рабочая сила. Рональд найдёт, куда сослать неугодное человечество. Он не любитель разбрасываться дармовой силой.

Я вскакиваю с кресла и выкрикиваю:

– Это чудовищно! Господин Ройс, вы просто обязаны сделать всё возможное и дальше больше, чтобы не допустить катастрофы!

– Сядь, – требует он.

И я просто падаю в кресло. Просто растекаюсь по нему и смотрю на свои подрагивающие пальцы. Новость ужасная.

– Что же будет? – произношу едва слышно.

– Я не допущу катастрофы, – говорит он уверенно.

Поднимаю взгляд на дракона и жду продолжения.

Он тоже садится в кресло, и несколько минут помолчав, словно подбирая слова, говорит:

– Я хочу создать один прецедент, который в корне изменит отношения между людьми и икелами. После этого никто не посмеет поднять руку на людей.

Он смотрит на меня пристально, буравит меня взглядом своих космических глаз и добавляет, нарочито медленно, чтобы я сразу вникла:

– И ты, Зои Рэй, мне в этом поможешь.

Облизываю вдруг пересохшие губы и с придыханием произношу:

– И как я вам помогу? Точнее, всё что угодно сделаю.

Киллиан слегка улыбается и говорит, откинувшись в кресле:

– Ты станешь моей женой. Выйдешь за меня замуж. Будешь играть роль счастливой жены. Естественно, как и в любой красивой сказке, родишь мне детей. Так как мои гены сильнее, родятся икелы. И родишь их столько, сколько потребуется. Нужно будет, чтобы ты родила сына. Без помощи технологий. Естественным путём. У нас, икелов не приветствуются дети из пробирки или суррогатные.

До меня не сразу доходит смысл его слов. Долгое мгновение я просто тупо смотрю на Киллиана Ройса.

Он издевается?

– Нет, – отвечаю холодно.

– Да, – так же холодно произносит дракон. Он не двигается, лишь смотрит мне в глаза. Голос ровный, холодный. Каждая эмоция дозирована. Исключительно для меня.

Снова вскакиваю с кресла и издаю нервный смешок.

– Вы издеваетесь, – произношу высоким от нервного потрясения голосом.

– Серьёзен как никогда, – заявляет дракон. Добавляет: – Твоё появление в моём доме стало почти божественным откровением. Я понял, что нужно сделать, чтобы остановить брата и пресечь любые другие подобные попытки в отношении землян.

Очуметь, он не шутит.

– Ничего не выйдет, – произношу твёрдо. – Наши расы несовместимы в плане деторождения.

– Ещё как совместимы, – заявляет дракон и одаривает меня улыбкой дьявола.