Глава 14

Сегодня встреча со сновидцем. Сегодня. Сегодня!

Меня трясло от предвкушения и ожидания. Пребывать в неизвестности оказалось настолько мучительно, что я даже решила связаться с Уникой.

— Воке, — произнесла я нужное заклинание, вплетая в него формулу и пытаясь вызвать на разговор подругу.

— Тьма, Ламара! — Шар в моих руках прояснился, и в нем показалось помятое и уставшее лицо Уники. — Мы же только на письма договаривались.

— Доброе утро! — радостно известила я.

— Точно ли доброе? — прошипела она в ответ. — У нас разница в часах, забыла?

— Ой…

— Не «ой», а шесть часов утра, — пробормотала она, сонно потирая глаза и сверяясь с часами. — У тебя что-то стряслось?

— Соскучилась по тебе, — почти не солгала я. — Прости, что так рано. Я действительно забыла о разнице во времени.

— Да ладно уже, — перестала сердиться Уника. — Рассказывай, как у тебя дела? Как Стина? Еще никого своим ядом не отравила? И что, нравится специализация драконоведа?

Я честно отвечала на все ее вопросы, рассказала о том, как Стина положила глаз на одного драконорожденного, и начала расспрашивать Унику о ее делах.

— Да нормально все, — отмахнулась она. — Арахниды не такие страшные, если сытые. А что там за драконорожденный такой?

— Да обычный, — пожала я плечами. — Куратор наш.

— О, у Стины явно любовь к преподавателям и старикам.

— Не такой уж он и старый, — встала я на защиту Гаспара.

— Да? — как-то коварно усмехнулась Уника. — То-то я смотрю, ты о нем так хорошо отзываешься.

— Я? Хорошо? — возмутилась я. — Он та еще заноза! Сейчас, конечно, получше стало. А до этого язвил, выводил из себя. Да он мой чемодан на землю бросил!

Подруга прищурилась, всматриваясь в моей лицо, и загадочно усмехнулась.

— Ну-ка утри эту ухмылку! — воскликнула я, начиная закипать. — Что ты там себе уже надумала?!

— Ничего особенного, — продолжая усмехаться, ответила она. — Просто я еще не слышала, чтобы ты о ком-то рассказывала с таким количеством эмоций. Даже твой возможный жених удостоился тогда только слов о том, что он тебе не понравился.

Я аж от возмущения задохнулась. А эта всегда правильная подруга поиграла бровями и коварно отвела взгляд.

— Жду от тебя письма! — выдохнула я, а испортившееся настроение рухнуло вниз.

— Да ладно тебе, — наконец перестала улыбаться Уника. — Ты что, действительно обиделась?

— Нет, просто уже не скучаю по тебе, — отозвалась я, показав ей язык.

Уника только глаза закатила, без слов сообщая о том, что мое поведение сейчас слишком уж детское. Большего я ей сказать не могла, хотя меня и в самом деле сильно зацепили ее слова.

Однако подумать обо всем хорошенько времени мне не дали. Стоило только убрать артефакт, как в дверь постучали.

Нейн обычно открывала ее сама после короткого стука. А сейчас же мне пришлось встать и открыть самой. С замирающим сердцем и подрагивающими от волнения руками я пошла к двери.

На пороге стоял невысокий слуга. Он коротко мне кивнул и проговорил:

— Лорд-советник Гаспар ждет вас. Пойдемте.

От нетерпения я была готова чуть ли не бежать вперед. Но слуга будто издевался, шел неспешно и с таким достоинством, будто сопровождать меня выпало какому-то графу. Вот честно, объяснили бы мне просто, куда идти, я бы уже давно была там.

— А нельзя ли побыстрее? — не выдержала я, когда мужчина в который раз на несколько мгновений замер перед лестницей перед тем, как сделать первый шаг.

— Нельзя, — сухо известили меня. — Лорд-советник просил не спешить.

О, конечно же! Стоило бы догадаться, что это идея Гаспара — довести меня до нервного тика.

Я это припомню Унике в следующий раз, как она решит намекнуть на какую-то глупость.

Мы все же пришли. Сколько времени ушло у нас на дорогу до какой-то невзрачной двери, не скажу. Возможно, меня даже кругами водили. Не уверена, так как замок до сих пор не выучила.

— Сюда, — известил меня слуга, распахивая ту самую непримечательную дверь. А я до последнего надеялась, что не увижу там какой-то чулан.

Не увидела. За дверью оказалась серая гостиная, куда даже слуг пустить постесняешься на чаепитие.

Я шагнула в небольшое квадратное помещение. Из мебели тут стояли три кресла, у окна виднелся невысокий комод, а у дальней стены чернел камин. Судя по затхлости воздуха, проветривали комнату редко.

Но именно это место выбрал для встречи со сновидцем Гаспар, который, к слову, сидел в одном из кресел лицом ко мне.

— Адептка Ирион, — после хлопка двери он встал и шагнул навстречу. — Позвольте представить вам мага-сновидца. Орисия.

— Я бы предпочла, чтобы меня звали чародейкой, — со смешком прозвучал высокий чистый голос.

Сидящая спиной ко мне женщина встала и мило улыбнулась.

Невысокая чародейка лет так на десять меня старше. В темно-лиловом платье с пышной юбкой. На шее повязан легкий серебристый платок, на руках длинные серебристые перчатки.

Не знаю почему, но в тот момент я подумала, что она смогла бы соперничать в грациозности и женственности с тетушкой Аникой.

— Добрый день, — отозвалась я, не зная, как себя вести.

Мне не назвали титул Орисии, стоило ли приседать в реверансе? Или это сейчас неуместно?

— Вижу, что вы удивлены выбором места для нашей встречи, — спас ситуацию Гаспар, указывая мне на пустующее кресло рядом со своим. — Прошу, присаживайтесь. Нас здесь никто не сможет найти или подслушать. Я об этом позаботился.

— Очень вам за это благодарна, — тихо отозвалась сновидица, опасливо оглянувшись.

— Орисия тут тайно, — ответил на мой немой вопрос драконорожденный. — Сновидцы редко соглашаются на просьбы не монарших особ. Это подвергает их риску.

— Спасибо, — поблагодарила я женщину, не совсем понимая, чего на самом деле боятся сновидцы.

— Ваша история меня заинтересовала, Ламара. Я просто не смогла отказать в помощи, — любезно отозвалась она, возвращаясь в кресло.

— Да, я рассказал Орисии и о ваших снах, адептка Ирион. И о том, что можно считать признанием.

— Да, это очень сокращает время нашей сегодняшней встречи, — поддержала его сновидица. — Ламара, если вы готовы, давайте начнем.

— К-конечно, — в горле пересохло. — Что мне надо делать?

— Я погружу вас в сон магией, — объяснила женщина. — И пойду за вами следом. Я буду присутствовать в вашем сне и видеть все то, что вы упускаете из виду. Единственная просьба, если заметите меня, не подавайте виду. Вы должны прожить этот сон точно так же, как и прежде. Без изменений.

— Я поняла, — кивнула в ответ, сглотнув тяжелый комок, вставший в горле. — Только…

— Только? — Орисия тут же напряглась.

— Сон сегодня изменился, — поделилась я случившимся.

— В каком смысле изменился? Я хочу знать подробности.

— Я… я узнала местность, в которой находилась, — рассказать об этом оказалось сложнее, чем я могла представить. — Это столица Пеагтона. А я была на одной из башен замка Одиннадцати крыльев.

— Это невозможно, — хмыкнул Гаспар, на которого я почему-то старалась не смотреть.

— Почему?

— Все башни закрыты. К тому же покрыты крышами. Все площадки убраны уже многие десятилетия…

— Это же сон, — попыталась я оправдаться.

— Не все сны просто сны, — мягко поправила меня Орисия. — Хорошо, Ламара, я учту. Давайте начнем.

Я кивнула, устроилась в кресле и прикрыла глаза. Несколько секунд ничего не происходило. А потом мир вздрогнул, и я, к собственному удивлению, обнаружила себя трясущейся от страха на вершине башни.

Дыхание опять перехватывало, а дракон уже показался на горизонте. Но что-то сейчас было не так, я будто пыталась проснуться. Понимала, что это сон. Даже когда дракон оказался рядом… он замер чуть дольше, чем обычно. Обычно?

Разве я это уже видела?!

— Сурджит!

Хватанув ртом воздух, я открыла глаза и перепугано уставилась на Орисию. Все воспоминания моментально вернулись, появилось понимание произошедшего.

А вот сновидица в кресле напротив скрючилась от боли и глухо застонала.

— С вами все хорошо? — Гаспар кинулся к женщине, но та остановила его взмахом руки.

— Да, все хорошо. Только сон…

Она та-а-ак на меня посмотрела, что стало несколько не по себе.

— Дгахран ифрун.

— Что? — выдохнул Гаспар.

— Что? — повторила я, не поняв ни слова. — Это драконье наречие?

— Ламара, — куратор повернулся ко мне и строго посмотрел, — идите к себе.

— Что?! — еще громче воскликнула я.

— Идите, — повторил он. — Мне нужно поговорить со сновидицей с глазу на глаз.

— Но это ведь и меня касается! — Я сама не заметила, как вскочила на ноги.

— Мы потом это обсудим, — холодно проговорил колдун.

Орисия молчала, не спеша становиться на мою сторону. Похоже, идея отослать меня принадлежала ей.

— Но…

— Идите, — строго повторил колдун и указал на дверь.

Спорить он больше не собирался. А сновидица не хотела при мне рассказывать о том, что ей удалось понять.

Просто прекрасно! Отлично! Встретиться со сновидцем для того, чтобы не услышать ответов?! Ну уж нет.

— Хорошо, — процедила я сквозь зубы, закипая от злости. — Приятно вам пообщаться.

Выдохнула и стрелой вылетела за дверь, захлопывая ее за собой. Громко стукнула каблуками, заворачивая за угол. А потом замерла, перевела дыхание и медленно вернулась к двери.

Им не удастся скрыть от меня правду, которую я обязана знать.

В гостиной за закрытой дверью

Гаспар вздохнул с облегчением. Он думал, что выпроводить Ламару окажется в разы сложнее. Все же она была права — девушка должна знать, что происходит и почему ей снятся эти сны.

Но вначале лорд-советник должен был разобраться во всем этом самостоятельно. Слова сновидицы заставили его выставить адептку за дверь. И мужчина сейчас об этом совершенно не жалел.

— А теперь давайте еще раз, — проговорил он, возвращаясь в свое кресло.

Орисия еще несколько мгновений восстанавливала дыхание. Она была там — во сне Ламары. Видела и столицу, и замок, и дракона. Большого чистокровного дракона, что ее очень сильно смущало.

Но все это могло быть сном. Могло, но не было.

Орисия думала, что зря потратила время до тех пор, пока видение не попыталось от нее избавиться. Вначале налетел ветер, который сбил ее с ног. Потом воздух стал заканчиваться. А когда она слилась со сновидением, чтобы задержаться в нем до самого конца, чародейку скрутила такая боль, что та заплакала.

Орисия ван Карф не помнила, когда в последний раз позволяла себе проронить хотя бы слезинку. А здесь какой-то сон… обычной молодой чародейки.

И только когда она пересилила себя, нашлись ответы.

— Это не просто сон, — произнесла она, аккуратно подбирая слова. — И связь с лазурными не простая. Она отсюда.

Сновидица не хотела говорить это при Ламаре. Чародейка надеялась подарить девушке еще несколько часов безмятежности и неведения.

Но адептка Ирион не собиралась пребывать в неведении и безмятежности. В это самое мгновение она прижималась ухом к двери, но не могла разобрать ни звука. Чары Гаспара оказались на самом деле такими, как и сказал мужчина.

Никто не смог бы их подслушать.

Но такое развитие событий Ламару не устраивало. И она обратилась к магии, стараясь нащупать чары лорда-советника, а после сделать в них дыру. Она не собиралась сдаваться и так просто уходить без ответов.

А в гостиной тем временем продолжила говорить сновидица:

— Лорд-советник, должна предупредить, что все сказанное мной должно остаться между нами. Ламаре вы можете передать только то, что не касается политической стороны. Это связано. Вы же понимаете.

— Да, — Гаспар посмурнел.

Он до последнего надеялся, что все окажется легко и просто. Но та фраза, которая вырвалась у Орисии сразу после падения чар… Она не выходила у него из головы.

— Я уверена, что это связано с уничтожением лазурных…

— Кто? — сухо спросил колдун, не замечая, как сжимает кулаки до побелевших костяшек.

— Это…

Именно в эту секунду у Ламары получилось нарушить чары. Да так, что дверь в гостиную полыхнула синим пламенем, заставив Орисию испуганно отпрянуть, а Гаспара вскочить на ноги.

— Дрянная девчонка, — прошипел драконорожденный, даже не сомневаясь в том, кто именно разорвал чары. — Орисия, договорим в моем кабинете. Там безопасно.

— Да, конечно, — чародейка вскочила на ноги, опасливо заозиравшись.

Гаспар бросил на пол артефакт, открывая женщине портал в свой кабинет. А мужчина вылетел в коридор, сам не зная, что собирается делать. То ли придушить любопытную адептку, то ли отшлепать за непослушание.

Ламара Ирион

Я бегом вернулась к себе, не зная, что делать. Магия Гаспара оказалась слишком сильной, а я недостаточно умелой. Кто же знал, что этот колдун применяет стихийные чары, в которых я ничегошеньки не смыслю?!

Это провал! Это просто провал!

Теперь мне точно ничего не расскажут! Да еще и наказание схлопочу! Определенно схлопочу наказание!

Я резко остановилась, зацепившись взглядом за книги, которые еще не вернула в королевскую библиотеку. Решение пришло раньше, чем я успела подумать. Или засомневаться, что смогу вспомнить.

Нет, я уже схватила книгу, в которой видела небольшой словарик по древнему драконьему наречию, упала на кровать и начала листать страницы, пытаясь отыскать нужный раздел.

Он попался мне спустя несколько долгих минут, но тут я столкнулась с другой задачей — как определить правильное произношение этих символов.

Я помнила, что сказала сновидица, но не представляла, как отыскать это в словаре.

— Тьма! — выругалась я и захлопнула книгу.

Моя задумка провалилась, еще даже не начав воплощаться в жизнь. Уже второй раз за этот день. Самый неудачный день в году, надо заметить.

И тогда я еще не знала, насколько окажусь права. Может, потому и не сильно испугалась, когда внезапно засветился и дернулся артефакт связи. Я спешно соскочила с кровати и активировала его, толком не понимая, хочу ли с кем-то сейчас говорить или нет.

— Ламара? — В шаре, зажатом в дрожащих руках, появилось лицо тетушки.

Графиня Аника Ирион выглядела так же величественно и уверенно, как и всегда. Может, это и помогло мне взять себя в руки. Но только до следующего вопроса.

— Что-то стряслось? — спокойно поинтересовалась тетя.

А я поймала себя на мысли, что она уже знает ответ на этот вопрос. И более того, будто бы специально подобрала момент для связи.

— Что вам известно, тетушка? — сухо поинтересовалась я, только спустя мгновение осознав, что скопировала ее тон.

— Ламара, на тебе лица нет, — будто наслаждаясь этой картиной, проговорила графиня. — Девочка, что стряслось?

— А что должно было? Это ведь вы меня вызвали.

Я буквально кожей чувствовала, как стена между нами становится все осязаемей и плотнее. Если раньше я хоть немного могла доверять тетушке, то сейчас даже желания в себе такого ощутить не могла.

— Разве за эти дни ты еще ничего не поняла? — вскинула она брови, разочаровавшись в моей твердолобости. — А я надеялась, что сейчас мы сможем нормально поговорить и все обсудить.

— Так давайте поговорим и обсудим, — согласилась я, всматриваясь в слегка подрагивающее в дымке лицо тети. — Я как раз жду ответа на вопрос, который задала в прошлый раз.

— Я не могу прямо ответить на него, Ламара. — Мне почудилось сожаление в ее словах. — Если бы ты смогла…

— Хорошо! — неожиданно даже для самой себя я перестала злиться на графиню Ирион. Что-то в ее тоне заставило меня посмотреть на проблему с другой стороны. — Но раз вы так хотите наконец поговорить со мной, переведите мне одну фразу. Я знаю, что вы изучали драконье наречение. Дгахран ифрун.

И могу поклясться, что Аника Ирион побледнела.

— Так ты знаешь? — прошептала она, опустив глаза. — Но не все, да? Я, видимо, поспешила.

— Тетя, я не понимаю…

Мне вся эта ситуация казалась не просто глупой, а какой-то детской. Тетушке есть что мне сказать. Но она не может, пока я сама не узнаю о том, о чем она хочет поговорить.

Бред!

А потом в памяти всплыло одно из лекционных занятий на первом курсе. Предмет назывался «Защита и магические пакты». Там нам рассказывали о существовании чар, которые охраняют секреты. Маг брал клятву с того, кто должен молчать. При ее нарушении человек мог пострадать или даже погибнуть.

Я другими глазами посмотрела на женщину, чье изображение передавал артефакт.

Если она именно по этой причине ничего не может мне сказать…

— Переведите мне фразу, пожалуйста, — попросила я. — Если это не нарушит вашу клятву.

Аника Ирион вздрогнула, а потом тепло мне улыбнулась:

— Ты умна, девочка. Это не нарушит клятву, — графиня вернула себе всю природную уверенность и очарование. — А дословный перевод этой фразы — «драконорожденная».

— Что? — выдохнула я, не поверив своим ушам. Потом тряхнула головой, стараясь не думать пока о переводе. — Клятва падет сама, или нужно что-то сделать?

Аника Ирион кивнула. Да с такой благодарностью, что у меня дыхание перехватило. Я злилась до этого на тетю, полагая, что она строит за моей спиной козни. А оказалось…

— Ты должна узнать правду от другого. И тогда я смогу рассказать все остальное, — осторожно подбирая слова, произнесла она. И поджала губы.

Я только подумала о Гаспаре, который эту правду мог узнать от сновидицы, как в дверь комнаты постучали. Да так громко и настойчиво, что бедная преграда чуть не слетела с петель.

— Тетушка, потом договорим. — Я поспешно деактивировала артефакт, не расслышав последнюю фразу.

Но времени на отступление или поиск укрытия Гаспар мне не дал, он открыл дверь и тайфуном ворвался в комнату.

— Господин куратор, а вы знаете, что так делать нехорошо? — проблеяла я, отползая по кровати подальше.

Вид у него сейчас был до того зверский, что я реально испугалась.

— Это ты мне будешь рассказывать о том, что хорошо и плохо? — переспросил колдун, захлопывая за собой дверь. — Я, кажется, попросил дать мне поговорить со снов… с чародейкой лично. Что было непонятного в этой просьбе?!

— Да чего вы так боитесь?! — вспылила я, вскакивая на ноги. — Вообще-то это касается меня. Я обязана разобраться! Я…

— Я тебе с этим и помогаю, Ламара! А ты устраиваешь сцены, как ребенок!

— Это я-то ребенок? — возмутилась я. — Не вы ли ведете себя по-детски, решая, что мне стоит о себе знать, а чего нет?

— Не все, что происходит с тобой, может касаться только тебя! Некоторых вещей лучше не знать из соображений безопасности!

Меня оглушили его последние слова. Я как стояла, так и замерла, но кулаки разжались.

— В каком смысле?

Гаспар несколько мгновений сомневался, стоит ли мне вообще хоть что-то после этого говорить. А потом вздохнул и взлохматил волосы пятерней.

— Я не ребенок, — твердо произнесла я. — Может быть, не все мои поступки и слова это подтверждают, но я в состоянии выдержать правду, какой бы она ни была.

Не знаю, эти ли слова повлияли на колдуна, или что-то ему там успела сказать сновидица, но драконорожденный кивнул.

— Хорошо. Ламара, Орисия считает, что твой сон не является сном. Это отражение воспоминания. Воспоминания лазурных драконов. В момент их уничтожения.

— Но… при чем тут я?

Я старательно отмахивалась от перевода той фразы, которой со мной поделилась тетушка. Просто не могла поверить в то, что речь обо мне. Ведь всю свою жизнь я слышала совершенно иное…

— Думаю, лучше обсудить это все в моем кабинете. Втроем, — последнее слово Гаспар выделил интонацией и жестом указал на дверь.

— Но вы же не хотели…

— Но ты ведь не ребенок, — поддел меня колдун. — Или это проснулся разум и разбудил страх?

— Как бы я ни страшилась правды, знать ее мне необходимо, — твердо произнесла я, шагнув к двери.

— Не знаю, как тебя преподаватели в академии терпят, — бросил мне в спину драконорожденный, закрывая дверь в комнату, пока я направлялась к лестнице. — Я бы тебя уже давно отшлепал и отправил на домашнее обучение.

— Как хорошо, что вы не преподаете у нас, лорд-советник, — не осталась я в долгу.

— С этим даже спорить не буду.

На этом наш разговор и закончился. Драконорожденный поспешил в сторону своего кабинета, я старалась приноровиться к его быстрому и широкому шагу. Но с каждым метром, который приближал меня к правде, ноги все тяжелели.

Меня будто что-то пыталось остановить. Не дать докопаться до истины. Но упрямства мне было не занимать. И я буквально на пятки драконорожденному наступала, лишь бы не остановиться.

— Сюда, — распорядился Гаспар, останавливаясь у темной двери на шестом этаже одной из башен.

Провел рукой, прошептал заклинание, снимая многослойные чары со входа. И только потом нажал на ручку.

Открыл и пропустил меня вперед.

Я шагнула и сдавленно всхлипнула, не веря своим глазам.

У мощного деревянного стола на полу в луже собственной крови лежала сновидица.