Глава 9

Дракон. Большой дракон, которого невозможно рассмотреть. Невозможно понять, какой он расцветки. Но это все неважно, потому что я знаю две вещи: он зол. И я его добыча.

Пасть раскрывается так быстро, безжалостно, без возможности шевельнуться, произнести заклинание, закричать. А потом быстро смыкается, не оставляя ни шанса.

— А-а-а!

Я сама на мгновение оглохла от своего крика, распахнула глаза и испуганно замерла.

Место, в котором я оказалась, было незнакомо.

Белые с черными полосами стены, большое окно без штор напротив. По бокам две белые ширмы, закрывающие другую часть комнаты.

— Тьма! — раздался сбоку голос, а через секунду из-за правой ширмы появился Гаспар. Недовольство, приправленное издевкой, вылилось в следующее: — Очнулись, адептка Ирион? Скажите, с вами всегда так весело? Или это мне повезло?

Я почему-то нервно хихикнула и, ослабнув, упала обратно на подушку.

— Я не приму такой ответ, — недовольно сообщил куратор.

Послышался какой-то шум, а потом мужчина вновь показался в моем поле зрения вместе со стулом. Он установил его рядом и сел.

— Я у лекаря?

— Догадливости вам не занимать, — с сарказмом отозвался он. — Ничего серьезного, но до завтра останетесь тут.

— Мне завтра молодняк кормить утром, — не к месту вспомнила я, мысленно отмечая комичность ситуации.

— Я сам справлюсь, — неожиданно пришел мне на выручку вредный драконорожденный.

— А что… случилось?

— Это я хотел бы у вас узнать. Вы потеряли сознание при виде Роека. Неужели вы настолько боитесь драконов?

Этот вопрос я проигнорировала. Если дам честный ответ, это может повлечь другие вопросы. А я пока не была готова на них отвечать.

— Почему вы этим занимаетесь? — поинтересовалась я, особо не надеясь услышать ответ и на свой вопрос.

— Навещаю вас? — истолковал мужчина по-своему. — Ну, вы как бы моя адептка. Я за вас отвечаю.

— Вам же не нравится возиться с адептами.

Кажется, мне все же показалось, что Гаспар успел меня поймать. Если я почему-то решила, что услышу откровения от него, то точно где-то головой ударилась.

— Не нравится, — согласился колдун. — Но у меня поручение.

Значит, Стина была права. И первое впечатление действительно оказалось ошибочным. Гаспар был зол. Но не на меня, а на того, кто навязал ему эту должность.

А так как совсем недавно стало известно, что нянчится с адептами один из одиннадцати советников… поручить такое ему мог лишь сам король.

Тут даже моя ситуация с тетушкой меркнет.

— Так что, вы расскажете, что повлекло такую реакцию? — напомнил о себе Гаспар. — Я должен знать, чтобы такого больше не повторилось. Мне и так хватает проблем с адептами, будьте так любезны, адептка Ирион, не создавайте новые. И тогда я не отвечу вам тем же.

— Звучит как угроза, а не как попытка договориться, — лениво протянула я, чувствуя какую-то нечеловеческую слабость в организме.

— Я уже раз помог вам. И адептке Савек. Может быть, теперь ваш черед?

Проклятие! Он действительно пытается договориться!

От неожиданного открытия я даже прилив бодрости ощутила.

— Господин куратор, — я повернула голову в сторону, посмотрев на мужчину, — скажите, а в замке есть сновидцы?

Драконорожденный мгновение молчал, всматривался в мое лицо, будто до последнего не веря в то, что вместо ответа на такой простой вопрос я проговорила нечто подобное.

Потом колдун медленно втянул воздух через ноздри, медленно выдохнул. И наиграно спокойным тоном поинтересовался:

— А могу я узнать, для каких целей вам сновидец, адептка Ирион?

— Я не меньше вашего хочу понять, что со мной происходит, — вот тут я ответила честно.

Гаспар только брови поднял, ожидая продолжения, полного рассказа и объяснения моего вопроса.

Но слабость навалилась такой силы, что я только разочек моргнула. И вновь нырнула в темноту.

Чуть позднее в замке Одиннадцати крыльев

Гаспар до сих пор находился под впечатлением от прошедшего с адептами занятия. Он хотел дать как можно больше материала сразу, чтобы практика заняла меньше выделенного на нее времени. Это, пожалуй, было самым простым из того, что мог сделать для себя лорд-советник.

Но сработать подобный подход мог только в том случае, если все адепты готовы к обучению. И горят желанием получить как можно больше информации.

А с этим как раз оказались проблемы.

Одна из адепток в первый же день выкинула такое, за что могли казнить. Гаспару с трудом удалось скрыть столь вопиющий проступок. Опять же для своего блага.

А сегодня девушка, которая, в принципе, имела неплохой потенциал, потеряла сознание при виде его дракона. Роек точно в этом виноват не был, он вел себя спокойно и даже не пытался влиять на адептов.

Но тем не менее занятие было сорвано. И это портило колдуну все планы.

Стоило бы разобраться в проблеме, но от Ламары Ирион он внятного ответа не дождался. Она вновь умело ушла от разговора. Лекарь сказал, что адептка пребывала в ужасном напряжении и пережила настоящий кошмар. Ничего не угрожало ее здоровью, но ей требовалось время, чтобы прийти в себя. Вот только… Роек не мог довести ее до такого состояния, в этом куратор был уверен. В проблеме стоило разобраться как можно скорее. И так же быстро закончить с этой практикой, которая не просто была ему не в радость, а еще и нереально мешала.

— Кто же?.. — прошептал он, пытаясь в пятый раз прочитать документ, который держал в руках. Но в голове всплывал только вопрос о том, кто мог так сильно повлиять на короля, что тот принял такое решение.

От должности Гаспара не отстранили. Как сказал его величество, это все стало для него испытанием. Которое покажет, насколько советник готов к выпавшей ему роли.

Роли, которую он исправно играл уже второй год.

— Враг… должен быть враг.

Слова дяди не шли у драконорожденного из головы. Но определить так быстро, кому именно Гаспар мог перейти дорогу… Единственным вариантом была та фантастическая теория о возвращении Густава. Но в нее Гаспар не верил. Если бы сводный брат остался жив, он бы сообщил о себе. К тому же выступил бы и оспорил права Гаспара самостоятельно, а не действовал через других.

И Роек… дракон, признавший обоих братьев, был единственным в своем роде. Он не избрал себе одного друга, крылатый сделал ставку сразу на двоих. И сыграла только одна.

Пока Густав с Гаспаром были живы, место главы рода Шерловых пустовало. Братья принимали решения вдвоем, что сблизило их. А в тот день, когда Роек не успел спасти одного из признанных…

Хватит!

Гаспар хлопнул ладонью по столу и рывком встал.

Думать и вспоминать об этом было невыносимо. Искать возможного врага среди своего рода и других кланов — тоже.

Вначале нужно было разобраться с адептами. Все остальное могло подождать.

Стоило драконорожденному подумать об этом, как в памяти всплыл вопрос Ламары о сновидце. Это еще один поразительный момент, связанный с этой девушкой. И его Гаспар проигнорировать не мог. Если он хотел как можно скорее закончить с практикой, первым делом нужно было разобраться с проблемами адептки Ирион. А потом надеяться, что на этом все трудности и закончатся.

Именно с этими мыслями он покинул свой кабинет, решив заняться решением прямо сейчас. Но стоило колдуну выйти в парк, как он тут же привлек к себе лишнее внимание.

Одна из адепток, прибывших вместе с проблемной Ламарой, вспорхнула с лавочки у входа, натянула сладкую улыбку, от которой Гаспара передернуло, и шагнула навстречу.

— Господин кура-а-атор, — проворковала Стина, стрельнув взглядом из-под ресниц. — Мне нужна ваша помощь. Прошу, не откажите.

— Что вам нужно, адептка Эт? — сухо поинтересовался мужчина.

— Дело в том, что я не могу разобраться в одном вопросе, — протянула она, заходя издалека и демонстрируя мужчине непонятно откуда взявшуюся книгу истории. — Смотрите, тут сказано, что в трехсот восьмом году в эру…

Стина собиралась заболтать Гаспара, а после вывести разговор в удобное для нее русло. Все же идти на поводу отца, который пророчил ей в мужья престарелого лорда, совершенно не хотелось. И раз ни один из его высочеств родного королевства внимания на нее не обратил, Стина была готова пойти в атаку на драконорожденного.

Да только все планы сломались буквально в одну секунду.

— Адептка Эт, оставьте эти и другие интересующие вас вопросы до нашего следующего занятия, — как можно спокойнее проговорил Гаспар. Но вместо спокойствия уловил в своем голосе холод и высокомерие, которое даже его самого задевало.

— Но…

— Я вижу, что вам интересно, — пересилив себя, сменил драконорожденный гнев на милость. — Но, видите ли, я сейчас спешу по делам и, к огромному сожалению, не могу ничем помочь. Готов объяснить вам все непонятные моменты позже. Законспектируйте их, чтобы нам обоим было проще.

Стина открыла было рот, собираясь поспорить, но драконорожденный не стал слушать. У него была куча забот, которые никак не давали обратить внимание на то, что его тон зацепил девушку.

И не то чтобы до этого Гаспар внимательно относился к чувствам других людей. Просто ему впервые пришлось стать объектом злости обиженной девушки. Девушки, которая смотрела ему вслед и уже вместо планов на совместное будущее обдумывала то, как отомстит ему за этот пренебрежительный холодный тон.

Отомстит, а потом все же воплотит в жизнь мечту стать женой одного из одиннадцати советников соединенного королевства Пеагтон.

В личной комнате Ламары Ирион

Вот вроде бы только что спрашивала о сновидце у Гаспара, моргнула… А за окном уже ночь, у кровати незнакомый мне мужчина в очках. И он рассказывает о том, что я могу идти к себе, надо только добавить к ужинам успокаивающий травяной чай.

Именно этот чай я и пила сейчас, сидя в своей голубой комнате. Уже перевалило за полночь, отвар в чашке давно остыл. А я все никак не могла влить в себя эту гадость, отдающую такой затхлостью, что в глазах темнело.

Ма-а-аленький глоточек…

Я вздрогнула, выплюнула чай обратно в чашку и отставила ее от себя.

Успокаивающий отвар не работал. Он только сильнее раздражал. А мне и так хватало этого гнетущего чувства.

Неужели я на самом деле начала рассказывать обо всем Гаспару?!

Ну не дура ли? Кому я решила довериться? Куратору, который был выше всего того, что происходит вокруг?

Дура.

Да, именно такой вердикт я вынесла тем вечером, когда вернулась от лекаря.

А потом легла спать. И очень долго проворочалась, прежде чем действительно уснуть. Но, видимо, и от переживаний бывает толк. Потому что, несмотря на то, как много времени было убито на попытки найти себе место на кровати, уснула я без кошмаров. Наверное, впервые за несколько лет. Проспала до рассвета и с недовольством открыла глаза.

Вставать совершенно не хотелось. С расписанием я не сверялась, но почему-то была уверена, что сегодня уж точно есть какое-то занятие, которое я могу пропустить.

И вместе с тем прекрасно помнила, что благодаря одному высокомерному советнику наказана. Пусть он и освободил меня от наказания, я почему-то в ту секунду решила, что в силах покормить молодняк, несмотря на все вчерашние приключения. В силах.

И все.

Рывком встав, шагнула к шкафу и испуганно ойкнула, когда над головой раздался тихий свист. А вслед за ним мне под ноги спланировал запечатанный белоснежный конверт.

— Это еще что такое? — удивилась я, подхватывая письмо с пола.

Почему-то в голову тотчас начали лезть не самые приятные мысли. Я даже подумала о том, что это тетушка не захотела со мной разговаривать и потому просто решила написать.

Но реальность оказалась куда прозаичней.

— Уника, — протянула я, узнавая почерк. Улыбнулась и вчиталась в ровные строчки, написанные таким каллиграфическим почерком, что любого бы зависть взяла.

Подруга начала с приветствия и напоминания, что мы обещали друг другу писать. Потом вкратце рассказала о том, что практика по арахнидам не такая страшная, как все думают. Рассказала, что уже смогла найти общий язык с небольшими членистоногими, а впереди ее ждало знакомство с теми, кого спокойно можно было назвать монстрами: арахнидами, лапы которых достигали в длину больше двух метров.

От одной только мысли, что такие существуют, я вздрогнула.

Но Унику, казалось, ничего в ее практике не пугало. Я улавливала смех, просачивающийся сквозь написанные подругой строчки. Уника легко описала первые дни практики. А потом потребовала подробного отчета о том, что я успела натворить. И потребовала описать происходящее в красках.

Рассмеявшись, я отложила письмо и решила, что отвечу подруге сегодня же вечером. Напишу обо всем, что произошло. И настоятельно попрошу озаботиться сувениром для Стины. И пусть этот сувенир будет живым, с волосатыми лапками и черными глазами-бусинками.

Вот крику будет.

Вряд ли, правда, этот сувенир долго проживет. Но если Уника найдет кого-то быстрого и изворотливого, тот, возможно, даже уйдет живым. Если только Эт не оглушит его пронзительным визгом.

Посмеиваясь над своими планами и рисуя в воображении то, как может пройти подобная встреча, я поспешила в парк. Перед выходом мазнула взглядом по чайничку с успокаивающим отваром, который мне заварила Нейн, вздрогнула от одного только воспоминания о запахе. И решила, что правильно сделала, не став рисковать.

Лучше я буду сегодня немного дерганной, чем прочищу желудок от одного только дивного аромата напитка.

К огромному удивлению, погода сегодня была не самая приятная. Природа, кажется, забыла о том, что маги обещали всем жаркое и знойное лето. Потому как парк встретил меня пронизывающим свистящим ветром, который с удовольствием растрепал мою прическу и прошелестел густыми зелеными кронами деревьев. Солнце спряталось за большими темными облаками, не желая смотреть на творящийся беспредел.

Не удивлюсь, если сегодня нас еще дождем с грозами накроет. Тогда я точно пожалею, что не послушалась наставлений лекаря и не согласилась воспользоваться отгулом, который мне так щедро выделил куратор.

Я сама не понимала, что со мной происходит, но хотела покормить молодняк. Как и в случае с иррациональным страхом… сейчас я чувствовала необъяснимое желание оказаться в колыбели и взять в руки корзину с вяленым мясом.

Это открытие стало для меня огромной неожиданностью. И снизошло уже почти у самого здания, где содержались дракончики.

— Адептка Ирион? — удивленное уточнение долетело мне в спину в ту самую секунду, когда я уже сняла с шеи кулон с твердым желанием выполнить свои обязанности.

— Доброе утро, господин куратор, — отозвалась я, оборачиваясь и почему-то улыбаясь.

— Адептка Ирион, еще раз спрошу, что вы тут делаете? — не поддался на мой дружелюбный тон колдун.

— Пришла на отработку, — пожала я плечами, чувствуя какую-то острую необходимость как можно скорее оказаться в колыбели.

Поднесла кулон к замкам и активировала заклинание без лишних слов и формул. Все же удобная вещь — артефакторика.

— Разве я вам не сказал, что сегодня вы не обязаны приходить? — вскинул брови Гаспар, сложив руки на груди.

— Говорили, — не стала я лгать. — Но чувствую я себя хорошо, потому не вижу причин отказываться от столь простого задания.

— Простого? — со смешком уточнил мужчина. — Не вы ли в прошлый раз дрожали от страха и шарахались в стороны от драконов?

— Просто для меня это было непривычно, — обрубила я, задетая за живое.

Какой, скажите, джентльмен вот так ткнет даму носом в ее слабость? Да никакой! Все просто промолчат или сделают вид, что не заметили. Но не этот драконорожденный. Ему, видимо, просто необходимо указать на недостатки.

— Я все же настаивал бы на том, чтобы вы отдохнули сегодня. А уже завтра вернулись и к наказанию, и к практике.

— Сегодня почему-то нет занятий, — заметила я, проигнорировав его замечание, и прошла внутрь.

За спиной раздался раздраженный вздох драконорожденного, а следом — шаги. Он не оставил меня одну.

— Да, сегодня я отменил все занятия.

Интересно, из-за своих каких-то дел, или чтобы потом лично мне не повторять пропущенный материал?

Этот вопрос я бы с радостью задала вслух. Но меня опередили.

— Адептка Ирион, раз вы так хорошо себя сейчас чувствуете, может, расскажете, что произошло вчера? И зачем вам сновидец?

Я замерла у двери, ведущей в холодильную комнату. Голова немного закружилась, я тряхнула ей, стараясь вернуть концентрацию.

Умеет же этот мужчина выбить меня из равновесия!

Открыв дверь, я захватила корзинку и вернулась обратно. Стараясь за эти несколько драгоценных секунд принять решение. Стоит ли говорить или нет? Что сказать, а о чем неплохо было бы умолчать?

Я не знала, насколько можно доверять свои страхи. Не знала, как отреагирует Гаспар на признание о снах. Но потеря сознания рядом с огромным черным драконом и меня заботила.

Перед тем, как потерять связь с реальностью, я не ощутила дурноты. Только страх. Мог ли мой сон и боязнь драконов довести до такого состояния, что иностранные лекари решили прописать вонючие чаи?

Но стоило мне только принять решение и открыть рот, чтобы хотя бы начать говорить, как что-то толкнуло в грудь. Что-то ненастоящее, нематериальное. Я хватанула ртом воздух и выпустила из рук корзинку. Пошатнулась, но смогла устоять.

Рывком вскинула взгляд на Гаспара и, к собственному удивлению, заметила на его лице такое же удивление, какое переживала сейчас сама.

— Адептка Ирион, перенесем наш разговор на потом, — бросил он, потом зацепился взглядом за корзину на полу и добавил: — Идите к себе. С кормежкой потом…

— Что происходит? — выдохнула я, понимая, что сейчас это было не моя реакция на драконов. Не мое пошатнувшееся здоровье.

Это вздрогнула сама магия. Произошло что-то глобальное. Что-то, напугавшее колдуна.

И если это что-то может напугать даже такого высокомерного куратора, пора бежать без оглядки.

— Вы еще тут? — возмутился мужчина, сплетая какое-то неизвестное мне заклинание.

Воздух у его пальцев слегка подрагивал, искрился. Я зачарованно уставилась на незнакомую мне формулу. Стало до ужаса интересно, что сейчас делает мужчина.

Но потом…

— Глава? Лорд-Советник Гаспар. У меня для вас хорошая новость, — отрапортовал куратор куда-то в пространство, будто бы в его руках был артефакт связи. — Он вылупился.

— Кто вылупился? — опешила я, начиная догадываться, что только что почувствовала.

— Адептка Ирион, вам пора, — уверил меня драконорожденный, набрасывая какие-то чары на колыбель. — Если вы не хотите оказаться посреди торнадо, которое сейчас тут случится, вам лучше заняться другими делами.

— Но…

— Еще одно слово, и я накажу вас за непослушание. Скажем, подготовите четыре доклада на завтра.

Угроза подействовала, я постаралась скрыться с глаз куратора, даже к выходу зашагала. Хотя до ужаса хотелось посмотреть на все то, что сейчас будет происходить.

Но уйти не успела. Стоило только приблизиться к выходу, как пространство вновь пошатнул магический всплеск. Я только оглянуться успела и тихо охнуть от количества появившихся из порталов людей.

Не меньше тридцати. В основном мужчины. Среди них было всего две женщины. При этом одна пожилая леди, а вторая — девчонка лет пяти.

— Лорд-Советник?

— Где он?

— Или она?

— Драконица?

Наперебой заголосили лорды, перебивая друг друга и теряя достоинство.

Скрывшись за их спинами, я казалась совершенно незаметной.

— Ритуал выбора пройдет позже, — напомнил Гаспар, приближаясь к металлической двери, на которую даже смотреть мне запретил в прошлый раз. — Сегодня только первое знакомство.

— Да, конечно, — согласился какой-то невысокий лордик с маслянистыми глазами.

Судя по всему, «лазурному» роду не терпелось как можно скорее избрать главу. И в чем-то я их понимала. Жить без главы непросто. Но и нарушать правила они вряд ли станут.

Ритуал признания — один из праздников, о которых я слышала на лекциях. Большое торжество, когда дракон выбирает себе спутника жизни и делится своими силами и магией. Человек делает то же самое. И все это под взглядами высшего общества.

— Покажите уже нам его, — нетерпеливо попросил один из мужчин.

Гаспар окинул взглядом собравшихся, а я пригнулась, чтобы не попасться куратору на глаза. Сцена, которая сейчас должна была произойти, меня совершенно не касалась.

Но отчаянно хотелось посмотреть на будущего могучего и страшного дракона. Так сказать, в той стадии, когда он еще не испугает меня до дрожи в коленях.

Драконорожденный снял чары с двери, приоткрыл ее и шагнул внутрь. Все в комнате затаили дыхание. Все, кроме меня. Я одновременно старалась рассмотреть все в мельчайших деталях и оказаться незамеченной.

Лорды и леди меня старательно игнорировали. Либо же действительно не замечали. А потом…

— Позвольте представить вам!

Дверь распахнулась шире, и на пороге появился Гаспар. Он аккуратно держал в руках огромную металлическую пластину с осколками яйца. Ярко-голубого, сверкающего. Даже сейчас скорлупа выглядела как драгоценность.

Но это не имело никакого значения, потому что в центре сидел голубой дракончик. Узкая мордочка, темные чуть мутноватые глаза, сложенные за спиной аккуратные крылья.

Он с любопытством вытянул и без того длинную гибкую шею, рассматривая окружающих. А потом неловко встал на лапы и… спрыгнул.

Стоящий рядом со мной лорд охнул и покачнулся, будто планируя подхватить его в падении.

— Не двигайтесь, — строго приказал Гаспар. — Он изучает.

— Все же дракон, — облегченно раздалось сбоку.

— С драконицей было бы сложнее, — поддержал его кто-то.

А я только смешок подавила. Конечно, ведь если именно им выпадет честь стать следующим главой, драконица окажется капризной компаньонкой. Женщины. Так же они думали? Или нет?

Новорожденный лазурный медленно перебирал лапами, двигаясь вперед. Задирал голову, рассматривая людей. Те расступались, пропуская молоденького. А он все шел и шел… до тех пор, пока скрывающие меня от взгляда куратора спины тоже не раздвинулись, и я не оказалась один на один с дракончиком.

Лазурный замер на мгновение, наклонил голову, всматриваясь в мое лицо. Потом как-то умилительно курлыкнул и улегся на носки ботинок. А я буквально кожей почувствовала прожигающие взгляды лордов, собравшихся у колыбели.