Глава 41
Ярослав
Дина не возвращается в зал ни через пять минут, ни через десять. Пишу ей сообщение, но ответа нет. Как только репетиция подходит к концу и нас отпускают, сразу набираю Динин номер. Длинные гудки оповещают меня, что моя девушка не слышит либо игнорирует. Не нравится мне это. Проходя мимо Катьки, ловлю её лисий взгляд, знаю я его, снова свои козни строит.
– Если ты потерял Ибрагимову, то она в слезах убежала из туалета, – с победным блеском в глазах произносит бывшая подружка. – Не понимаю, на фига тебе эта неженка сдалась?
– Что ты ей наплела? – повышаю голос, и на нас оборачиваются одноклассники. Пофиг.
– Не кричи на меня, Ярик, – подходит ближе и гладит по плечу, отвожу плечи назад и скидываю её руку. – Ишь какой нервный стал, – продолжает елейным голосом, – видно, устал от сухих пайков. Оголодал совсем.
– О чём ты?
– Не прикидывайся дурачком, Яр, тебе не идёт. Но скажу прямо, я дам тебе то, чего не может твоя чернявая. Помнится, ты был таким ненасытным. Что изменилось? А я ведь могу помочь…физиология рано или поздно всё равно возьмёт своё.
– Иди знаешь куда со своей помощью?! – взрываюсь, кровь в венах вскипает. Меня аж трясти начинает от того, как же она меня сейчас бесит. – Ты Дине тоже самое наплела?
Катя лишь пожимает плечами и отворачивается. На языке крутятся лишь нелицеприятные эпитеты в адрес Волковой, но я сдерживаюсь из последних сил. Не была бы девчонкой, давно б схватил за грудки и вытряс из девичьей башки всю эту дурь. Пыхтя как паровоз, благо пар из ушей не идёт, выбегаю из актового зала, не прекращая попыток дозвониться до Дины. На третий вызов она сбрасывает.
Чёрт!
Дина, девочка моя, не слушай никого! Не надумывай того, чего нет. Верь мне. Я же просил нам шанс не для того, чтобы мутить с двумя.
Чёртова Волкова. Всё хорошее, что связывало нас, разом перечеркнула своими выходками. Теперь ни о каких встречах с Димоном и речи быть не может. Дина же просила меня не общаться с Волковой, и я честно следовал этой просьбе. Я приходил к детскому саду после ужина и гулял с Мелким, пока Катька сидела в телефоне и занималась рабочими моментами. Сегодня же попрошу Рыжего помочь с работой для Волковой. Нам пора рвать все связи, и рабочие, в том числе.
Пишу ещё одно сообщение Дине.
“Дин, где ты? Давай поговорим!”
Ответа нет.
Забираю пальто из гардероба, выхожу на школьное крыльцо и в этот момент мой айфон оповещает о входящем сообщение.
“Я дома, поговорим позже. Мне нужно побыть одной.”
А вот это навряд ли. Не дам совершить ошибку.
Водителя не вызываю, добираюсь до дома Дины на своих двоих. Тренировку по греко-римской борьбе нагло прогуливаю. Поговорить с Диной для меня сейчас важнее секции.
В подъезд попадаю без проблем, навстречу мне выходит женщина с мопсом, и я, минуя лифт перепрыгивая через ступеньки, достигаю нужный этаж. Перед дверью Дининой квартиры, переводя дух, жму кнопку звонка. Девушка открывает дверь не на полную, её волосы распущены, и оттого, как она наклоняет голову вперёд, мне плохо видно её лицо.
– Зачем ты пришёл? – голос глухой, и мне он совсем не нравится.
– Чтобы тебе там не наговорила Катька, это неправда.
Динара резко вскидывает голову, и я вижу её покрасневшие глаза, в них совсем недавно стояли слёзы. В груди всё сжимается, не хочу видеть Дину такой. Хочу наслаждаться её улыбкой и лишь счастливым блеском в глазах.
– Даже то, что у тебя с ней всё было? – резко спрашивает и смотрит с укором.
Я облажался. Отпираться нет смысла. Да и зачем врать, ложь ни к чему хорошему не приведёт.
– Это правда, но…
– Не надо! – перебивает меня Дина – Не хочу ничего слышать о вас!
– Нет никаких нас! – повышаю голос и делаю шаг вперёд и давлю ладонью на дверь, раскрывая её шире.
Дина отступает, и я пользуюсь моментом, перешагиваю порог, закрываю входную дверь. Обхватываю ладонями её лицо и произношу чётко, смотря прямо в любимые глаза.
– У меня есть только ты, Ди-на. И мне, кроме тебя никто не нужен. Тем более Волкова. Она в прошлом. Ты моё настоящее. Поверь.
– Она сказала, что вы… что в.., – Дина запинается и уводит голову в сторону.
Поворачиваю её лицо обратно.
– Как только ты появилась в нашей школе, для меня она перестала быть интересной. Я хотел совсем другую девушку.
– Правда?
– Правда, – улыбаюсь.
– Я слышала, как она спрашивала тебя, придёшь ли ты. Что она имела в виду?
– Я помню, что ты просила меня не общаться с ней, и я придерживался своего слова, но тут дело не в ней.
– А в чём тогда? Объясни. Я не понимаю, зачем ты с ней общаешься, когда мне это так неприятно. Когда она меня столько задирала и какому унижению она меня повергла.
– Давай пройдём в твою комнату, и я всё расскажу.
Дина кивает, я разуваюсь, снимаю пальто и вешаю его на плечики в шкафу.
Следую за Диной. Мне нравится её комната. В ней есть характер, интерьер рассказывает о хозяйке многое. На стене развешаны фотографии с друзьями, есть даже наша совместная. Комната чистая и светлая, как и сама Дина. Нежный цветок. Нераспустившийся бутон.
Присаживаюсь на застеленную постель бежевым пушистым пледом, подбираю одну ногу под себя.
– Иди сюда, – протягиваю Дине руку, и она её принимает.
Тяну на себя, и девушка садится рядом со мной. От её близости и аромата кожи голова немного идёт кругом. У меня всегда так в её присутствии. Прижаться бы губами к её шее. Не замечаю, как моя рука поднимается и собирает волосы Дины, открывая смуглую кожу. Она как будто только с моря прилетала.
– Ты такая красивая, – впитываю взглядом, как кожа покрывается мурашками, черчу линию по шее завершаю этот путь коротким поцелуем в плечо.
– Ты тоже очень красивый, – зачем-то возвращает мне комплимент.
Не спорю, мне приятно, что Дина считает меня красивым, но это для парня не главное. Хочется, чтобы девушка была с тобой не из-за внешности. Впрочем, как и наоборот. Красота, ведь она не вечная. Да и для каждого она своя.
– Все говорят, что на маму похож. Возможно, и так. Она у меня действительно была красавицей.
– Мне так жаль, что я её не знала, – шёпотом произносит Дина.
– И мне жаль. Ты бы ей понравилась. Уверен в этом.
Наклонившись на подушку, тяну Дину за собой, обнимаю одной рукой.
– Как ты пережил потерю?
– Тяжело. Мне было пятнадцать, а, казалось, что пять. Мне резко стало не хватать женской ласки. Чтобы меня гладили по волосам и шептали на ушко, какой я сладкий мальчик. Звучит жалко, знаю.
Дина приподнимается, кладёт свою ладонь на мою грудь, смотря прямо произносит:
– Ничего подобного. Я тебя понимаю. Мне с шести лет не хватало папы, и помню, как вечно искала общения с чужими отцами. На детской площадке, в гостях у подружек, у родственников. Я представляла картину, как мой настоящий папа об этом узнает, начнёт ревновать и возвращается ко мне.
– И встретились два одиночества…
– Ага, но до меня была Катя, – вспоминает о моей бывшей Дина.
– Да, была, – соглашаюсь. – Мы нашли в друг друге поддержку и утешение. Я помогал ей деньгами, так как им еле хватало на жизнь. Младшему брату Кати Димке только выделили место в яслях, и мамаша снова взялась за бутылку. Катя в ответ дарила мне женскую ласку. Мы увязли друг в друге на несколько лет. Сейчас нас нет. И не будет. Ты мне веришь?
Кивает и прикусывает губу.
– Маму Кати лишили родительских прав недавно, и Димона хотели отправить в детский дом. Благодаря связям семьи Крыловых, Волкова стала опекуном своего брата. Я ей дал работу. За те несколько лет я привязался к Малому, он рос на моих глазах, поэтому я не мог с ним просто прекратить видеться, и именного про встречу с братом сегодня говорила Катя.
– Теперь я понимаю, почему Катя не хотела тебя отпускать. Ты ей был очень нужен.
– Не нужнее, чем тебе. Пойми, Дин, сердцу не прикажешь. Ты с первой нашей встречи вот тут, – прижимаю её ладонь к своей груди.
– И ты тут, – берёт мою ладонь и кладёт на свою левую грудь.
Я чувствую под рукой как учащённо бьётся её сердце. Думаю и она прекрасно слышит моё. Уверен, что в моих глазах Дина видит желание и голод. Я правда хочу свою девушку, но я ни за что не надавлю на неё, она сама должна раскрыться и сказать, что тоже хочет. Этот шаг должны хотеть сделать оба. Поэтому я терпеливо жду. Но сейчас…
– О, дети дома, – неожиданно в комнату заглядывает мама Дины. – Как школа?
– Здравствуйте, Ляйсан Ренатовна, – поспешно одёргиваю свою лапищу с груди её дочери, а то подумает ещё чего. – В школе всё отлично, вальс сегодня ставили к “Последнему звонку”.
– И как? Тебе повезло с партнёршей, Дина у нас несколько лет танцами занималась, – с гордостью в голосе произносит женщина.
– Да, мне очень повезло.
Мама Дины довольно кивает.
– Пойду разогрею ужин.
– А мне нет, – подаёт голос Дина, когда её мама скрывается за дверью её комнаты, за что получает от меня порцию щекотки.
Щекочу в районе талии, и её майка задирается, чувствуя под пальцами её кожу, кровь начинает бешено циркулировать во всём теле.
– Ярик, перестань, – смеётся заливисто, пытаясь меня остановить, – я про вальс. Только про танец. Ярик, хватит.
– Ещё бы ты не про танец, – прекращаю щекотку и притягиваю девушку к себе, вжимая её податливое тело в своё, после чего впиваясь в её мягкие губы.
В башке гудит от желания, и крутится только одна мысль на повторе. Мне никто, кроме Дины не нужен. Только её я желаю целовать. Только Динару хочу видеть в своей жизни. Всегда.
Это так наивно думать, что в восемнадцать встретил свою половинку, но именно так я и считаю. Только с Диной я настоящий. Только с ней я живу. Только с ней я вижу своё будущее.