Глава 6 · Ищем вход в Подземный город

Борис пришёл с рассвета уже в обличии человека. Постучался в ворота, как положено, и ему открыли скукожившиеся часовые.

Когда я вышел на улицу, сразу и продрог. Похоже, бабье лето подошло к концу. Ночи становятся холодными. Осень неминуемо надвигается.

Гость ждал во внутреннем дворе. Вид у него усталый, одежда грязная. Ещё заспанная Дарья, подскочившая скорее из любопытства, посмотрела на него с ужасом. Видимо, из окна своей комнаты увидела.

— Где ты пропадаешь? Мамка тебя обыскалась, — наехала магичка сразу.

Похоже, она не в курсе, что он теперь вервульф.

— А тебе какое дело? — Бросил недовольно и мне кивнул. — Ну что Ярослав, я за твоим словом пришёл.

— Чаю попьёте, и идите хоть на все четыре стороны, — обозначилась и Леночка, высунувшись из окна комнаты Инки. Хозяюшка хоть немного повеселела.

В гостиной собрались. Борис, как на иголках. Кусок пирога ему в глотку просто не полез, хотя он и составил нам компанию за завтраком.

За столом я вдруг понял, что он припёрт к стенке. И врагом его считать больше не стоит. Хотя ещё вчера я сам предотвратил беду с часовым, на которого он хотел напасть.

Видимо, от безысходности.

— Что ж, — поднялся я, когда все уже поели. — Нам с Борисом пора заняться делом и прогуляться кое–куда.

— Я с вами, — сразу же обозначилась Дарья.

— И я, — поднял руку Крезо, продолжая жевать.

— Я бы тоже сходила, но дел невпроворот, — выпалила Леночка, которая теперь носит целых два подаренных мною браслета с гордостью.

За столом я ничего лишнего не сказал. По большому счёт даже Дарья с Крезо не совсем понимают, куда я собрался.

Без всяких вопросов наёмники собрались с нами.

Я как знал, ещё два дня назад бросил в затопленный проход в подвале всю магическую пеньку. А ещё пришлось проход туда цивильный сделать. Потому что достало туда–сюда кирпичики перемещать. Заставил дырку стеллажом, вроде ничего не видно.

Сейф я замаскировал уже древесной магией. Взял досок и слепил из них заслонку на всю стену, насколько фантазии хватило. А затем ещё корней туда нарастил, они быстро омертвели, но вцепились так, что теперь без подручных средств не отодрать. А мне самому, чтобы добраться до дверки, нужно всего–то корни развести магией. Они понемногу сыплются, но часть я склеиваю, другую обновляю. В общем, система работает.

Чтобы не держать «все яйца в одной корзине», часть сокровищ отдал домовому Башу на хранение. Доверие он заслужил. Ещё немного я спрятал в спальне на случай, если придётся спросонья бежать из страны. Шутка!

Кстати, у меня есть подозрение, что Леночка с домовым стала хорошо общаться. Но это их личное дело, лишь бы не учудили чего.

Экипировавшись по полной, мы спустились в подвал. Соратники на стеллажи с вином косятся.

— Все бутылки посчитаны, — предупреждаю на всякий случай.

— Твоя Ленка нам руки оторвёт, если что, — усмехнулся Крезо. — Уже пытались.

— И наглости же хватило признаться, — прокомментировал я.

— От тебя же ничего не скроешь, Ярослав, — ответил Крезо и развёл руками. — Ну и куда дальше?

Отодвигаю стеллаж и спешу в проём первым.

Отлично пенька сработала, воды уже почти нет, поблёскивает на донышке. Ступеньки приглашающе зазывают в бездну.

Я чуть замешкался, Крезо собрался было спускаться.

— Стоять, я первый! — Воскликнул Борис и, оттолкнув его, поспешил вниз по ступенькам.

— Чего это он? — Возмутился наёмник. — Эй, пацан!

— Не надо, — придержал я Крезо, который готов уже и поддать.

Ведь Борис только при полной луне перекидывается вынужденно или по желанию, касаясь того камня в пещере. Но, насколько понял, через какое–то время научится и так. Тогда уже не сможет излечиться. Хотя надеется на лучшее.

Вот только где его дружки? Этот вопрос нужно было задавать раньше.

Не успел и глазом моргнуть, вообще пошёл последним. Спустился и похлюпал по воде, ощущая под ногами то ли камень, то ли бетонку. Странно… если первые десять метров тоннель показался некой пещерой, то дальше пошёл уже сплошной монолит. И всё такое ровное, что даже страшно стало. Не в портал ли я сейчас пройду, который вернёт меня в душный, блёклый, современный мир.

В конце тоннеля лестница ещё ниже, ровно выточенная из камня. По ней уже бежит вода. И шум её доносится из проёма, куда лестница ведёт на спуск. А ещё голоса удивлённые тоже слышно. Ведь все уже туда прошли.

Спустился и вышел в большую круглую комнату, где стены и потолок сплошняком из гранита. Будто в бункер попали. А посередине идеально круглый бассейн с островком круглым в центре, на котором нечто похожее на алтарь стоит в виде каменной фигурки с чашей, дорожки к нему из монолитных мостиков с трёх сторон. Полная симметричность говорит о высоких технологиях. Или некой магии, которая всё это сотворила. Впервые я понадеялся на последнее.

Дарья с Крезо на стенах что–то изучают, факелами подсвечивая. Видно, что наёмники под впечатлением. Они просто никогда не были в метрополитене… Борис у алтаря трётся, ощупывает его, осматривает всё вокруг. Движения дёрганные, нервные, будто у него ломка.

— Это тупик, — выдаёт он отчаявшимся голосом, когда видит меня.

— Подожди, не нужно спешить с выводами, — обнадёживаю я и пытаюсь осмотреть бассейн, не залезая в него.

Так как у меня зрение теперь и ночное, я хорошо вижу дно. Глубина метра два, дно из серого гранита, ровное и сплошное, но есть круглые небольшие отверстия по кругу, через которые, вероятно, перемещается вода. Именно перемещается, пока не ясно, уходит она или наоборот. Судя по всему, здесь всё было затоплено, пока я пеньку не применил. А значит, всё–таки выходит. Только вот сверху сюда и льётся. Вторая странность.

У алтаря не встать двоим, Борис всё ещё что–то пытается найти. По большому счёту, как вариант здесь должна быть ниша, куда нужно вложить брошку–ключ. Или нажать ей куда–то. Тогда по идее что–то раздвинется и пустит нас дальше.

Ширина от стен до начала бассейна по три метра примерно, иду по кругу, осматривая стены. И диву даюсь. Там выдолблены маленькие канавки, составляющие целый лабиринт. Всё симметрично, ничего не видится лишним. Сами канавки ровные, одинаковой ширины в несколько сантиметров и глубины примерно в один.

Подошёл к наёмникам, которые в итоге встали у узоров из теснения напротив входа. Везде на стенах дорожки, а здесь целый рисунок в круге из выдолбленных канавок.

Я сразу понял, почему они тут зависли.

Круг поделен пополам вертикально, слева — изображена половина ветвистого дерева, а справа оно переходит в паутину. Таааак! Это же герб рода Сусловых, если не ошибаюсь. На перстне всё мелко, деталей не разобрать. Когда делаешь отпечаток, чернила тоже подтекая, не дают такой чёткой картины. Но это явно то, что у меня на перстне.

А точнее, как мне кажется, перстень передаёт именно это изображение. Которое видится, теперь, как нечто первичное.

— Похоже на тайный орден, — первое, что говорит Крезо.

— А алтарь? Приносили кого–то в жертву? — Интересуюсь.

— Да, такой я видела в книге, — отвечает Дарья.

— В какой книге? — Уточняю я.

— В очень старой и запретной, которую читать в Академии было нельзя, — продолжает магичка. — Такой алтарь использовали поклоняющиеся чернобогу. Или некому злу Хикупта.

Да… алтарь, конечно, жутковатый, если присмотреться. Кричащий карлик с дырками вместо глаз и рогами, как у барана. Язык высунут и переходит в блюдце, где, вероятно, и плескалась кровь жертв.

Всплеск раздаётся! Душа в пятки. Пф, а это Борис решил поплавать.

Все к нему оборачиваются, а он ныряет до самого дна, там всё трогает. Вода хоть и прозрачная, но я бы туда точно не полез, противно!

Выныривает, фыркает, снова ныряет.

Пока занимается ерундой, к алтарю уже я подхожу по мостику. Осматриваю его, будто отлили фигуру из гранита. Местами выбоины и трещинки от старости, но это не мешает оценить качество работы.

— Какая магия могла такое сотворить? — Спрашиваю товарищей.

— Да какая магия, барин? Только искусные каменотёсы и камнерезы, — отвечает Крезо. — Такие только при Кремле могут быть. Но не в Орловском княжестве.

— И, тем не менее, — комментирую задумчиво я. И приступаю к осмотру алтаря.

Кнопка, кнопка, где кнопка? Ощупываю фигуру. Всё без толку.

Борис вылезает, запыхавшийся, вытесняя меня с зоны алтаря. Ухожу к стене, ещё обследую, по канавкам пальцем веду. На меня уже, как на дурака смотрят. В том числе и Борис.

Попутно к духу взываю. Мол, что он чувствует.

— Полное отсутствие жизни, — выпалил тот. — Мёртво всё.

— Так! — Воскликнул я. — Кажется до меня дошло. Кровь нужна. Может, кто–нибудь на алтарь капнет пару капель, посмотрим, какая реакция пойдёт?

— Ты дурной что ли? — Возмутилась сразу Дарья. — Как так можно говорить! Место злое!

Ага, и акустика великолепно по ушам бьёт.

— Признайся, барин, ты уже здесь был? — Выпалил Крезо, глядя на меня с подозрением.

— С чего вдруг такой вопрос?

— Вижу, что ничего тебя не удивляет, — наезжает дальше.

— Нет, не был. Тебя это сильно волнует?

— Крезо, — укорила наёмника Дарья. — Ярослав всегда был странным. У него и страх не такой, как у всех. Я ж его из Заговорённого леса достала, потом застала, как он из Паучьей рощи выбегал. Что ему эта пещера камнерезов после такого?

— Что вы тут болтаете попусту, — вмешался Борис ворчливо. — Я свою кровь дам.

Заявил и без всяких церемоний подошёл к алтарю. Резанул по ладони ножичком, который за пазухой прятал. Хм, стоило бы его обыскать заранее. Хотя он и так здесь налегке по сравнению с нами.

Накапал из раны немало, я бы точно столько не отважился отдать.

Стоим и смотрим все на алтарь, затаив дыхание.

Чуда дождались буквально через минуту! Когда внезапно появился звук, будто через трубочку всасывают остатки сока. Мерзкий, что уши в другую трубочку заворачиваются! Кровь с чаши быстро исчезла, красным загорелись дырки вместо глаз у статуи, а затем напротив мостиков заблестело что–то под стенами, и стали разгораться бледно–розовым светом выдолбленные каналы. Медленно, но верно свет, будто вода, стал течь от трёх источников внизу к центру по дорожке, заворачивая и извиваясь так, как диктует лабиринт, но по кратчайшему пути добираясь до рисунка.

Дойдя, свет отчертил круг и… всё на этом.

Ждали ещё минуты три, затем Борис заявил:

— Надо больше крови и замахнулся резать себя ещё.

— Стой, — остановил его я. — Похоже, нужна кровь того, кто относится к этому знаку. То есть моя.

Все молча согласились. Я потеснил Бориса с алтаря и, отважившись, порезал себя кинжалом, в надежде, что Леночка помыла его хорошо и с мылом. Опустевшая чаша сразу жадно впитала первые же капли без следа.

И тут же пошла движуха! Лабиринт теперь засиял уже в толщину, свет стал расползаться более щедро. И мне даже показалось, что не просто случайной траекторией движется, а выдаёт некую историю.

А ещё почудился в узорах направляющийся в направлении знака паук, который справа пошёл до своей паутины. А слева, синхронно пауку, по лабиринту змея поползла к дубу!! Совпадение? Не думаю…

— Что за бесовщина, — ахнула Дарья, вероятно, тоже заметив анимацию.

Новая порция энергии от крови дошла до кольца, обрамляющего знак. И я затаил дыхание. Дуб внутри стал разгораться уже зелёным, постепенно наполняя все веточки, а паутина красным. Как все каналы заполнились внутри рисунка, появилась точка на паутине, подсвеченная золотым! В одном углу шестиугольной фигуры, которая в центре, засияла точка, что полярная звезда.

Я подскочил к ней, вынимая брошь, и уже приноровился было прислонять. Но!

Она погасла в следующий миг, и стало тускнеть всё остальное в обратном порядке. Пока свет полностью не схлынул в комнате, оставляя скудное оранжевое освещение факелов.

— Ещё раз! — Закричал Олег. — Ещё раз, давай.

— Да стой ты, угомонись, — отмахнулся я, щупая место, где загоралась особая точка.

Здесь нет никаких механизмов. Да и брошь в канавку не вошла бы. А значит, мы неверно истолковали весь этот процесс.

Вспоминаю ту воронку, где было гнездо и яйца паука. Что–то в той яме было не так просто. Она была слишком симметричной. А когда вылез паук, я успел уловить тот блеск от стенки пещеры. И это был гранит! Как и в этой комнате.

— Нам не сюда нужно, — заключаю, наконец.

— Чего⁇ — Возмутился Борис.

— А куда? — Поинтересовался Крезо.

— Смотрите внимательно, — тыкаю на рисунок. — На левой области эмблемы изображено дерево, ветки ничего не напоминают? Может тропы наши? Если когда–нибудь обращали внимание, по дорожкам за Малорыжково камни под почвой. Что они там делают? Уверен, раньше троп было больше, просто всё заросло.

— Какие камни? — Опешил Крезо.

Блин. Ну, конечно, откуда им знать. Это я со своей магией даже почву чувствую, как и инородные тела в ней. Схема троп с карты бункера по большей части изменилась со временем, потому что люди из–за заброшенного особняка барона перестали там ходить, и всё заросло.

Но тропы изначальные выкладывали камнями не просто так.

— Смотрите, две тропки точно, как из нашей деревни, — осенило вдруг Дарью, и она даже показала пальцем на линии.

— А справа? — Подсказываю я.

— Паучья роща! — Радостно восклицает Крезо. — Внешние очертания схожи с границами. Я там вокруг много ходил.

— Вот именно, — усмехнулся я. — В общем, это карта, господа. Вход в Мёртвый город не здесь. Он там, где засел тот здоровенный паук. А эта вспыхнувшая ненадолго точка на карте — не что иное, как место входа, который мы и ищем. Я помню ту воронку. И тень от солнца, как падала. Если верно понял по вот этому ромбику, карта показала нам точку, которая находится на северо–западной стороне гнезда. Как раз с противоположной стороны от пещеры с пауком. Думаю, по логике в воронке восемь пещер во все направления, но лишь одна ведёт ко входу. Другие — на погибель. Уверен, что все те люди, останки которых я нашёл в гнезде, сами туда пришли, пытаясь прорваться в город.

Это уже мысли вслух пошли. Какой–то родственник Ярослава так и сделал, брошь ведь была уже при нём. Как я раньше не додумался!

— Какие люди? — Спросил Крезо с недоумением.

— Подожди, речь о высшем арахниде⁇ — Встрепенулась Дарья. Только сейчас до неё дошло⁈

— Бред сивой кобылы, — выпалил Борис.

Хотя он должен знать больше моего о пауке, которого его дружки оборотни называли Молохом. Темнит что–то парень, ой темнит.

— А вы не задумывались, почему этот паук из своей рощи ни ногой? А? — Продолжаю гнуть свою линию, поглядывая на реакцию Бориса. — Что ему мешает дойти до нашей деревни?

— Ну… там его логово, — начала неуверенно магичка.

— Да какое логово? — Говорю я, ещё более уверенный в своей версии. — Лес вокруг, где хочешь ходи, кого хочешь хватай. Он не просто так там сидит. А вход охраняет. Даш, вот скажи, есть ли ещё на наших землях похожие пауки или монстры?

— В Курском княжестве тролль есть каменный, в ущелье сидит, у нас в Чёрных болотах кикимора.

— Всё, всё, я понял, — прервал её. — Нельзя под одну гребёнку, мир у вас не простой.

Вышел из комнаты первым. Наёмники вскоре поспешили за мной. А Борис задержался ещё. Судя по бьющему свету, пробовал снова активировать карту.

В погребе дождались его и поднялись наверх.

— И как с пауком совладать? — Слышу от Бориса, который, похоже, согласился с моей версией. — Как ты выкрал зелёное яйцо? Хитростью?

— Да, но у вас такое не выйдет.

— Не бреши. Я должен туда попасть, чего мы ждём? Пошли в рощу, — шипит Борис, который уже порядком достал.

— Нужен план, — заявляет Крезо, когда выходим на улицу. — Одно дело просто найти вход, а другое — соваться на погибель. Может, ну его?

— Оставайся, мне только спокойней, — говорю ему.

Дарья в сторонку отзывает, и на ухо шепчет:

— Я не только от тебя слышала, что «Змеевиком» паука можно убить.

— И что? У меня резерв ещё не дотягивает.

— Я могу его использовать, — предлагает магичка.

— А не боишься запятнаться? Запретный артефакт чернобога и всё такое. Ладно, я уже имею дело сама знаешь с чем.

— Я давно воровка, а теперь и пособница тёмного мага, что мне белую овечку из себя строить? — Выдаёт Дарья решительно.

— Эй! Чего вы там замышляете⁈ — Взвинтился Борис.

— Так, не груби барину, — рыкнул на него Крезо. — А то сейчас подзатыльников отвешу.

— А силёнок хватит, мужик?

— Забыл сосунок, как я тебя гонял?

— Так! Успокоились оба! — Обернулся я. — План есть. Десять минут и выдвигаемся.

— Да чего ждать⁈ — Разводит руками Борис.

— Наказы барина не обсуждаются, — обозначился Ефим. — Ну чего вы, нашли?

— Тут ничего нет, можете вести хозяйство спокойно, — ответил ему и повёл Дарью на внутренний двор. — Уверена?

— «Змеевик» я надену, а вот с пауком не уверена, — призналась. — На кой лысый упырь нам вообще сдался этот Мёртвый город?

— Борису помочь, — шепчу ей.

— Только и всего? Что ему неймётся? Он всегда тебя обижал, послал бы его уже сено убирать. Лба такого.

— Давно ты его шайку видела? — Спрашиваю с серьёзным видом.

— Давно, — ответила Дарья настороженно. — У них что–то случилось?

От вида её все слова в горле и застряли. Любой разговор о том, что Олег стал оборотнем, потянет за собой и другую правду. О моих родителях… Поэтому прикусил язык, с трудом сменив тему.

Дарья отвлеклась. Браслет «Змеевик» нацепила с опаской, и тут же затряслась вся, будто от холода. Шатнулась, придержал.

— Как ты? — Поинтересовался заботливо.

— Нормально, чувствую его зло. Во дворе стрелять не будем, змеи расползутся.

А я только собрался полюбопытствовать, как эта штука вообще выглядит при активации. Но передумал! Потому что полигон на всякие злые штуки уж точно не у меня в доме.

Собрались и вышли за забор. Борис впереди всех спешит. На дом Гайянэ мимоходом смотрю, пытаясь выловить хоть какое–то движение. Интересно, чем она сейчас занимается?

Мыслями хоть немного отвлёкся. Вдоль забора обошли и по кратчайшей тропке прямиком к Паучьей роще вышли.

Пока солнце светит, лес проглядывается метров на двадцать, мелкой растительности мало, могучие стволы деревьев изогнуты приглашающе.

— Куда? — Дёргаю назад Бориса, который двинулся туда без всяких церемоний.

— Так, а теперь самое главное, — объявляю. — Ветки рвём и обкладываемся, да погуще.

— Это как? — Возмутился Борис.

Я по сторонам посмотрел, чтоб случайно местных не шокировать, убедившись, что нет никого поблизости постороннего, нарастил на себе всё, превратившись в кустик.

— Во даёт, нам такое не по силам, — усмехнулся Крезо и начал живенько состригать кинжалом кусты.

— Ах ты леший! — Воскликнул Борис.

— Тише ты, — осёк я. — Мелких пауков привлечёшь, твари приставучие, закатают в паутину, и глазом моргнуть не успеешь.

В глазах Бориса впервые проскочил испуг, и он послушно пошёл рвать себе ветки по примеру наёмников.

Нарубили веток дохрена, а замаскировались плохо, пришлось помогать, где надо лозой скреплять, ибо верёвкой на скорую руку вышло ненадёжно, от движения всё стало съезжать и собираться, оголяя места. А этого допускать никак нельзя.

Ещё с запахом нужно что–то делать. Заставил раздавить побольше листвы и растереть одежду в местах, где пахнет потом или духами.

В итоге провозились минут сорок пять. Но лишь тогда я убедился, что они надёжно замаскированы.

— План такой… — оглашаю я перед выходом.

Исходя из прошлого опыта, понял, что мелочь лучше максимально долго не тревожить. Тогда собираться они будут дольше, когда мы начнём действовать. Рассказал, как будем действовать, вопросов не возникло ни у кого.

Выдвигаемся четырьмя кустиками!

Лысая земля без травы, выглядит сырой. А мы на ней до смешного подозрительно. Но это для людей. А то животные. Крупные корни на пути вылезают из земли, словно это огромные удавы. Из зелени кроны, да папоротник крупный. Лес тихий, птица не поёт, мошка не жужжит. Всё отсюда сбежало давно, только паучки затаились.

Тридцать метров вглубь, и первые шматы паутины встречают свисающими занавесками с ветвей, будто рваные. Ещё чуток прошли, и паутина на кронах показалась, которой всё больше и больше. Главное, что пауков пока не видно, но где–то что–то мелькает и тихо стрекочет.

Дорогу помню, по ней и веду. Все за мной одной колонной, с интервалами в несколько шагов. Не дышим, не пукаем!

Дух на стороже, в сопряжении с подчинённым высшим духом, как локатор. Точно не увидеть, откуда прибегут, но если начнут приближаться, подскажет.

Вижу первых тварей, размерами от кошки до небольшой собаки, на свежей паутине скучковались. Обходим по большому радиусу.

Дальше паутина стеной растянута сразу на три дерева. В прошлый раз такого не было, приходится менять маршрут. Боюсь заблудиться и завести группу не туда. Но дух подсказывает направление, чуя некую силу.

Доходим до заветной воронки, где груды костей. С прошлого переполоха всё разравняли. Вот это эстеты.

Напряг такой, что я уже устал, пока сюда шёл.

— Там, — шепчу, показывая место, где замаскирована пещера, в которой в прошлый раз и сидел гигантский паук.

Но всем плевать, народ уставился на центр, где скелеты подвешены в виде колыбели, в которой яйца лежат. В центре поблёскивает новое зелёное.

— Так и где наша пещера? — Шепчет Крезо.

Я и сам хотел бы узнать, но всё в костях! Придётся шуметь. А это значит, что с пауком всё равно вынуждены драться. Нельзя забывать и о мелких. Но мы готовы.

Показываю примерное направление, куда мы должны прорваться. Подаю Дарье сигнал, уходит от нас на позицию, чтоб стрелять с другого направления. За мужиков не так переживаю. А вот за подружку страшно. По сути, вся работа на ней.

Расходятся на позиции и другие.

Дарья встаёт у крупного дерева, вытягивает руку и активирует Змеевик, который за пару мгновений вырастает у неё в кулаке. Древко в виде изящно изогнутой змеи с чешуёй поблёскивает синим металлом с чёрным отливом. Две зубастые змеиные рожицы с обоих концов смотрят в сторону атаки. От одного вида уже жутко становится. А наша смелая Дарья отважилась с него пострелять.

Но мы уже всё решили!

Начинаем! Даю отмашку.