ГЛАВА 32. Новая

АэРон

Она обвила шею руками, прижимаясь к моим губам. Всего секунда на то, чтобы осознать, что она все еще желает ЕГО.

Когда Инора застонала ему в губы, от здравого смысла ничего не осталось. Издав раздраженный стон нетерпения в ответ, он подхватил ее за ягодицы и приподнял над полом. Как и ожидалось, она тут же обхватила своими ножками торс, цепляясь за него. Не смог сдержать победную улыбку и разорвал поцелуй всего на миг, чтобы взглянуть на нее. Ее глаза горели похотью, заставив тут же, вновь завладеть ее губами. Желание переросло в дикую, неудержимую страсть.

Он ясно чувствовал, что эта женщина была создана для него. Создана, чтобы свести его с ума, снося его самоконтроль к чертям.

Ее пальцы переместились ему на затылок и стали перебирать волосы.

— Ммм — простонал от наслаждения, не в силах сопротивляться.

Зарывшись в ее каскад волос, сжал кулак и притянул к себе плотнее, став не просто целовать…сам не заметил, как уже покусывал ее нижнюю губу. Но не слыша протеста, продолжил.

— Ты меня так сожрешь — отстранившись и отбирая то, в чем я так неистово нуждался все эти годы, она рассмеялась звонким, таким сладким голосом.

— Почему бы и нет?! — губы скривились в хитрой улыбке.

Я направился в сторону кровати. Опустив ее, навис сверху. И вновь стал покрывал ее губы, лицо и тело поцелуями. Казалось насытиться просто невозможно.

«Хочу» — твердил разум и тело, словно в сговоре — «Моя» — словно безумный, упивался их близостью.

На пол полетел ее легкий пеньюар, оставляя перед взором ее полуобнаженное тело. Ладонь легла на бедро. Подцепив край трусиков, стала медленно спускаться, пока она не предстала перед ним абсолютно нагая. Он привстал на колени и стал впитывать ее образ. Каждый изгиб, каждую черточку. Следом за ее бельем, вниз полетела его рубашка. Рука потянулась к ремню, расстёгивая его. Не снимая брюк, он склонился к ней, устраиваясь между ее ног.

Инора лежала расслабленная, на светлых простынях и размеренно дыша. Грудь вздымалась, привлекая внимание к себе. Я не заметил, куда тянется ее рука. Но когда понял, было уже поздно. Она прошлась пальчиками по торсу и скользнула ниже, под пояс брюк, прикасаясь ко мне. Обхватив его, она поняла, насколько я возбужден и ахнула.

Опершись вытянутыми руками по обе стороны от ее головы, склонился над ней и наблюдл за тем, как меняются ее эмоции на лице, пока она ласкает его. Как она прикусывает нижнюю губу и проводит по ней язычком. Как блестят ее губы.

«Ммм…» — воображение рисовало самые смелые картины.

В этот момент сознание уплыло. Я простонал прикрыв глаза. Такие легкие прикосновения…и подобны взрыву.

— Стой «котенок» — я еле сдержался чтобы не прийти к финалу от одного только этого — Дьявол — с шумом втянул воздух сквозь сжатые зубы, сдерживаясь.

«Что же ты творишь?» — она продолжала.

Я не отодвинулся, позволяя ей делать со мной все, что только захочет. Она стала смелее водить рукой по всей длине, периодично сжимая кулак. И получала не меньше удовольствия, судя по тому, как блестели ее глаза, ловя мою реакцию на ее действия.

Терпение окупилось сполна. Чувствуя, что подхожу к концу, стал помогать ей, двигаясь навстречу. Движения ускорились, тело напряглось, полностью сосредоточившись на удовольствии. С последним толчком, обхватил ее бедра и крепко сжал, прижимаясь. Разрядка была упоительно яркой. Пустив импульс по всем нервным окончаниям. Грудь вздымалась, тело все еще окутывало приятной негой. А эта чертовка все не останавливалась, лаская меня и стала покрывать мою шею поцелуями, когда мое тело рухнуло рядом.

Я держался…правда держался, как мог, но…эта бестия сама виновата.

— Помни — снимая ее под себя, придавил весом своего тела — Ты сама подлила масла в огонь, Инора.

На этом моя выдержка треснула. Слова, стоны, наши тела, все смешалось воедино. Я отпустил свои желания, не контролируя ни себя, ни слова, что слетали с губ, шепча ей о своих чувствах. Возбуждение достигло пика, стоило услышать слова в ответ — «Я тоже люблю тебя». Всю ночь и утро, я не выпускал ее из своих объятий, даже когда она стала молить об этом, не прекращая стонать, каждый раз, когда ему казалось, что и этого было недостаточно.

Инора

Сквозь окна, в комнату, пробирались яркие лучи света. В это время суток, когда солнце достигало наивысшей точки, купол переливался всеми цветами радуги, создавая эффект северного сияния и бросая блики на белые здания.

Лица коснулся блик. Сощурившись, взглянула в сторону окна и глубоко вздохнула. Лежа на боку, спиной чувствовала тепло тела. Ощутив на талии руку, повернулась и улыбнулась, глядя на мирно посапывающего АэРона. Уставшая и счастливая, я развернулась к нему, прижавшись. Ладони лежали на груди, чувствуя его сердцебиение и размеренное дыхание.

Протяжно простонав, он обвил меня двумя руками, привлекая к себе и поцеловал в макушку.

— Поспи еще.

— Думаю уже давно за полдень — голос чуть охрип — Я и так опаздываю. Нужно вставать.

— Нет. Сегодня нам никуда не надо. Хоть весь мир гори синим пламенем.

— Я пленница?

— Да — спокойно ответил он, не размыкая глаз — Пожизненно.

— Кто я такая, чтобы перечить самому кайзеру Ферриуса.

— Его жене можно все — не раздумывая ответил он.

— Я еще не твоя жена.

— Это формальности.

— Не говори таких страшных вещей, ты ведь даже не знаешь, на что подписываешься.

Он не ответил, лишь загадочно улыбнулся.

Не знаю, сколько времени мы просто лежали, наслаждаясь друг другом и этими минутами уединения. Но в душе царило беспокойство. Пальцы выводили узоры у него на груди.

— Говори — почуяв мое беспокойство, он начал разговор первым.

— Рон?!

— Да?

— Я просто человек, по меркам Ферриуса, не вызовет ли это…

— Нет — он пресек мои опасения и переживания — Ты моя жена. Этот факт ферры уважают.

— Что произошло, когда ты вернулся туда. Почему…

Не знала, как продолжить фразу «Почему ты пропал?», «Почему не связался?», «Почему? Хотя бы одно слово, не мог отправить?», но продолжения и не потребовалось, АэРон все понял, по тому, как сжался кулачок на его груди, который он накрыл своей ладонью.

— Не мог иначе — его тело напряглось — Когда понял, что отец отравил меня, был слишком слаб, чтобы мог защитить тебя, будь ты рядом. Или если бы прознали о нашей связи, кто-нибудь попытался бы добраться до меня через тебя.

— Как? — спросила я, глотая ком в горле, от осознания того, что он мог и вовсе не вернуться — Как он тебя отравил?

— В «честном поединке»?! — усмехнулся он — Его клинок был отравлен. Этот факт склонил присутствующих в мою сторону. Правда пришлось долго восстанавливаться.

— А он сам… — я напряглась.

Он заметил это и стал поглаживать меня по плечу.

— Мертв.

Никогда не думала, что чья-то смерть заставит вздохнуть с облегчением. Я выдохнула, а он продолжил рассказывать.

— Но его сторонников и тех, кто не желал менять законы Ферриуса, оказалось больше, чем мы предполагали. А то, что это были, в основном, ферры, облеченные властью, осложняло процесс. И нужно было найти сестру.

— АэАстилла, почему ты не рассказывал о ней?

— Потому что не знал, жива ли она. Она не его дочь. Но видя в ней мою мать, он держал ее поодаль. Думаю, именно это и сводило его с ума все эти годы.

— А ребенок?!

— Когда он узнал о ней, она жила в бедном районе, за стенами города. Отец предложил ей уйти с ним. Но она уже была связана узами с мужчиной. И когда сестра отказалась от богатства и жизни во дворце, он избавился от него. Но парень оказался стойким и выжил. Попал в гарнизон армии АрНифеста и пробрался в резиденцию, а там уже вышел на Зифа.

— Так вы узнали, что она жива?

— Да — он посмотрел на меня — Желание защитить близких, тех, кого любишь — самая движущая и сдерживающая сила во вселенной.

Я смотрела на него понимая все то, о чем он говорил — безопасность и счастье любимых, порой означает, что тебе придется отказаться от чего-то, а порой и сыграть роль злодея.

— Я скучала. Каждый день. Хотела увидеть, встретиться.

— Не представляешь, как я желал вот так засыпать в твоих объятиях — грудь завибрировала от его смеха — Полагаю, АэАстилла еще поведает тебе об этом — он крепче стиснул меня в кольце своих рук, прижимая меня теснее и перекатился на спину, уволакивая за собой. Я оказалась сверху.

Его ладонь стала опускаться с поясницы ниже и когда легла на ягодицу, сжала окружность.

— Прекрати — осадила его действия, подняв на него протестующий взгляд — Если продолжишь в том же духе, мне придется… — замолчала, когда и вторая ладонь оказалась там же.

Я привстала, опершись о его грудь локтями. Он простонал, в ответ на мое действие — сама не осознавая, выгнувшись, прижалась к нему плотнее. Он был возбужден.

— Что «придется»? — приподняв голову, лбом коснулся моего лба и внимательно посмотрел на меня, хитро улыбаясь — Уверена, что хочешь угрожать мне?

Все происходящее до сих пор казалось сном. Что я могла?! Мои чувства и эмоции полностью контролировали разум и тело, когда рядом находился ОН.

— Смогу ли я адаптироваться там? — меня еще долгое время будут одолевать сомнения и страх.

— Я всегда буду рядом — он протянул руку и убрал прядь волос, упавшую ему на грудь, мне за ухо — И не только я. У тебя есть твои друзья. Ты не одна. И уже никогда не будешь — ладонь легла на затылок и с легким нажимом потянула меня к нему.

Губы накрыл поцелуй, наполненный обещанием, нежностью и любовью. К черту все сомнения — теперь она будет наслаждаться. И не важно, что дальше. Одно я теперь знала точно — «Я не одинока».

Этот день принадлежал только нам, его мы провели не вставая с постели — отобедали не выходя из комнаты и ужин он заказал сюда же. Все попытки связаться с нами, АэРон прерывал — не давая и мне отвечать на вызовы. А мои аргументы, о долге, пресекались им на корню.

Все моменты, что он подарил, были пропитаны счастьем, что расцветало в груди и дарило тепло, обещая будущее. Будущее, которое положит новое начало. Для нас. Для мира.

Я росла думая, что мой внутренний мир отличается от остальных. А факт, что и вовсе не являюсь человеком, подарил свободу. В прошлом я многое потеряла, но в замен обрела куда больше — друзей, семью и любимого. Не важно, кто я по крови. Главное, что я это Я. И рядом те, кто любит меня такой. Сейчас я это точно знаю.