Глава 9

Он тянет меня к машине. Уже своей. А мне по-настоящему становится страшно от того, что он может со мной сделать. – Нет, пожалуйста, я ничего не сделала! – кричу, по щекам уже слезы. – Да, не успела, я решил остановить, – рычит он. – Думала, я не узнаю?! Запомни, Алиса, без моего ведома даже муха не может проскочить! А твой брат еще получит по заслугам, раз решил добиться своего таким образом! – Нет, не трогай его! Хотя именно он виноват в том, что все это вообще случилось, я все равно не хочу, чтобы Дима пострадал. Ведь Кирилл жесток. – Защищаешь брата? – усмехается. Быстро открывает дверь и толкает меня внутрь, запирая. Я в ловушке, теперь окончательно. Выхода нет. – Нужно было посоветовать ему не лезть куда не следует! Тогда бы тебе не пришлось расплачиваться за его долги! Он садится рядом. Его пыл не остужается, наоборот, мужчина словно еще сильнее заводится. Мы приезжаем в особняк за короткое время. Я уже просто всхлипываю. Кирилл выходит, чтобы через несколько секунд дверь передо мной открылась. – Выходи, – строго произносит он. Но хотя бы не тянет меня сам. Быстро заходим в дом. Теплится надежда, что сейчас он отпустит меня в свою комнату. И я просто не буду выходить оттуда без его приказа. И когда я уже хочу это сделать, Кирилл резко берет меня за локоть, останавливая. – Не так быстро, Алиса! Думала, что я так просто отпущу тебя? Я же сказал, что ты будешь наказана! Он ведет меня к себе, и чем ближе мы, тем страшнее. Дверь с грохотом открывается, и я наконец-то вижу его комнату. Тут слишком темно, как по мне. Плотно занавешенные шторы, темная мебель и кровать, огромная кровать, которая сразу же бросается в глаза. – Чего ты хочешь… – голос дрожит, и я пячусь назад, пока он идет на меня. – Я хочу взять свое, Алиса! – в его взгляде настоящий огонь. – Раздевайся! Он хочет, чтобы я разделась, а я еще сильнее кутаюсь в свое пальто. – Не заставляй меня делать это самому, Алиса! – угрожающе говорит он. – Я не хочу причинять тебе боль, и если ты ослушаешься меня, то это только разозлит меня еще больше! Я понимаю, что это не шутки. Пальцы не слушаются, но я все же снимаю с себя пальто. Пуговицы на рубашке практически не поддаются, и мне кажется, я даже отрываю одну из них. Но сейчас мне плевать. Сейчас произойдет то, чего я боялась с самого начала. Возможно, я даже была бы рада этому моменту, но не сейчас, когда обстановка так накалена. Я остаюсь в одном белье. Вижу, как Кирилл с жадностью смотрит на мое тело, а у меня по коже бегут мурашки. – Дальше… – подталкивает. – Я хочу увидеть тебя полностью. Дыхание перехватывает, я вся дрожу. «Просто не думать, просто не думать…» – твержу я себе не переставая. И вот я перед ними абсолютно голая. Хочется закрыться, но понимаю, что это не поможет, наоборот, разозлит его еще больше. – Прекрасно, Алиса, – подходит он ближе, касаясь дыханием. – А теперь на кровать! Лицом вниз. Тело потряхивает, но я разворачиваюсь. Ткань покрывала приятно холодит кожу. Хотя тело горячее, в душе у меня заморозки. Я слышу шуршание, лязг пряжки ремня. Он раздевается. А потом тишина. Я словно улавливаю шаги, но их как будто нет. Не понимаю. А потом меня резко берут за талию и прижимают к себе. Я дергаюсь от неожиданности. – Блять, я так много хочу сделать с тобой, Алиса, – слышу рык Кирилла. – Но ты меня очень разочаровала сегодня. Я говорил тебе не убегать! А потом я чувствую шлепок, увесистый. Вскрикиваю. Больно, меня никогда не били, даже в детстве. А сейчас Кирилл позволяет себе это сделать. – Я предупреждал! Еще шлепок, уже по второй половинке. И из глаз брызжут слезы. – Ты пошатнула мое доверие к тебе! Опять шлепки. Мне кажется, моя кожа уже горит. – И сделаешь это вновь, не правда ли?! – усмехается. Он прав, я хочу убежать. Хотя сейчас я понимаю, что это бесполезно. Он найдет везде. Кирилл хватает меня за шею и тянет к себе. Вынуждая облокотиться на свою мощную грудь. – Запомни, Алиса, – хрипло говорит он, прикусывая мочку уха, по телу проходит дрожь, – ты никогда не убежишь от меня. Я найду тебя везде. Потому что. Ты. Моя! Ты поняла меня?! – Да! Он спускается к шее, больно кусая, но сразу же зализывая место укуса. Вторая рука сжимает грудь, пощипывая сосок, так, чтобы он покраснел. Мозг не хочет всего этого. А тело откликается. Ему нравится такая грубость. Его ладонь скользит вниз. – Ты знаешь, что ты течешь как последняя сука? – усмехается он. – Заводит тебя это. Возможно, с тобой надо было именно так. Нежная девочка на самом деле прирожденная шлюха. Мужчина ведет рукой дальше, размазывая влагу и останавливаясь у второй дырочки. Дергаюсь. – Кирилл… – со страхом произношу его имя. – Мм… мне нравится, как звучит мое имя из твоего ротика, – довольным тоном говорит он. – И да, сюда я тоже войду, я использую все твои дырки, оставляя в них свою сперму. Ты будешь вся заполнена мною. Он резко вводит палец внутрь, минуя сжимающее кольцо. Вторая рука гладит клитор. Тело напряжено. Мне кажется, я вот-вот кончу. Воздуха не хватает, все горит. Так же резко он отпускает меня. Вытаскивая свои пальцы и хватаясь руками за мои бедра. – Прогнись! – сам надавливает на мою спину. Я замираю, потому что знаю, что сейчас произойдет. И Кирилл не медлит. Сначала я чувствую крупную головку, а потом резкую боль. Так что я издаю крик. Это больно. Меня словно пронзает горячее копье. Что девочки говорили? Нужно дышать, чтобы стало легче? И партнер должен подождать, пока мне станет легче. Но Кирилл не дает мне даже привыкнуть. Он выходит, чтобы в следующий момент опять войти в меня рывком. Совершая очередной толчок. – В тебе охуенно, Алиса, – ему явно хорошо. Я сжимаю простыню. Мычу, хочу, чтобы это прекратилось, потому что мне больно. А Кирилл не останавливается, наоборот, наращивает темп. Через некоторое время боль начинает уходить, а на ее место приходит что-то томящее. Приятное. Что нарастает с каждой минутой. Мужчина наматывает мои волосы на кулак и опять прижимает меня к себе. Берет за подбородок и находит мои губы. Это животный поцелуй, но такой, что в один момент я чувствую, как что-то лопается внутри, а потом мне становится так хорошо. Я стону в его рот, и Кирилл глотает мой стон, продолжая свои толчки. И потом я чувствую, как он кончает во мне. В глазах немного темнеет. А тело практически не слушается. Если бы он не держал меня, я бы упала. Мы приходим в себя через несколько минут. Я думаю, что это все, очень хочу в душ. Хочу встать, но мне не дают. – Я с тобой не закончил! Не успеваю ничего сказать, как оказываюсь под ним. Рывок, и он уже во мне… Не знаю, сколько это продолжалось. Кирилл не отпускал меня. Снова и снова брал мое тело. Я была вымотана до такой степени, что даже не смогла пойти в свою комнату и принять душ. Мы так и легли, вместе… Но просыпаюсь я одна. Рядом смятая постель, но уже остывшая. Значит, Кирилл ушел давно. Наверное, это хорошо. Потому что я просто не представляю, как смотреть ему в глаза после вчерашнего. Встаю. Ужасно хочется в душ. Тело болит, но это приятная боль. Принять душ в ванной комнате Кирилла не решаюсь. Возможно, он еще не уехал и может вернуться. Заворачиваюсь в простыню и выхожу из комнаты, попутно смотря по сторонам. Благо никто не идет по коридору и мне везет, я прохожу без лишних глаз. Иду прямиком в душ. Чтобы смыть с себя следы нашей ночи. Мне кажется, я пропахла Кириллом. Беру гель для душа и губку. Аккуратно провожу по внутренней стороне бедра, там, где осталась засохшая сперма. И только сейчас понимаю, что мы не предохранялись! Боже, а ведь мужчина кончал в меня не один раз. Мне нужно срочно в аптеку! Если Кирилл готов к детям, то я – нет. Да, господи, я вообще не понимаю, что будет дальше, о каких детях может идти речь. Быстро моюсь и одеваюсь. Спускаюсь, и меня встречает одна из служанок. – Доброе утро, госпожа Алиса, – учтиво здоровается она. – Здравствуйте… Кирилл тут? – очень хочется, чтобы его все же не было. –Нет, он уехал, сказал, чтобы я подготовила завтрак, когда вы проснетесь. Где вы хотите позавтракать? – Мне ничего не нужно. Мне нужно в город… в аптеку… – смущенно говорю я. – Мы можем послать человека, если у вас что-то срочное. – Нет, нет, это личное… – Я могу позвонить Кириллу Александровичу. Кстати, он еще просил передать, что в двенадцать к вам приедет врач. – Какой? – хмурюсь я. До двенадцати осталось совсем немного времени. – Я не знаю. Так где вы будете завтракать? Я не еду никуда. Завтракаю, а в двенадцать и правда приезжает врач. Женщина-гинеколог осматривает меня. И дает таблетку, чтобы не было последствий после незащищенного секса. Очень культурная и вежливая. И я ловлю себя на мысли, что, наверное, это как раз забота Кирилла. А потом даю себе мысленный шалбан. Какая забота! Мне кажется, он даже не знает, что это за слово. Он хочет только подчинения, а врача вызвал, просто чтобы не иметь никаких проблем впоследствии. В университет не иду. Сегодня у меня точно нет настроения, как и сил. Поэтому просто валяюсь и читаю учебники, а вечером… А вечером приходит Кирилл. – Хозяин ждет вас в кабинете, – сообщает одна из служанок. В кабинете? Странно. Он не сказал, как одеться, поэтому решаюсь на простой темный свитер и штаны. Иду по коридору. Волнение опять подступает к горлу. Его кабинет тоже темный, словно склеп. Конечно, все очень богато. Большой письменный стол, массивное кресло, где сейчас и сидит мужчина… Служанка уходит, оставляя нас одних… Сначала мы молчим. Я чувствую на себе прожигающий взгляд. И тело опять начинает реагировать… – Как ты чувствуешь себя, Алиса? – наконец-то разрывает тишину, повисшую над нами. – Хорошо, и спасибо, что прислал врача, очень милая женщина… – не знаю, зачем говорю это. Кирилл только кивает. – Помнишь, ты спросила, сколько продлится… твое заключение тут? – с усмешкой произносит он. А я замираю после этих слов. – Так вот, – смотрит на меня, долго, – ты свободна. Долг твоей семьи прощен. Меня словно холодной водой облили, потому что я просто не верю. Не верю в то, что он сказал. – Ты… ты отпускаешь меня? – хрипло спрашиваю, голос разом осип. – Я взял все, что хотел, Алиса, – с усмешкой говорит он. – Ты думала, что ты особенная? Наверное, так я и думала, раз сейчас не чувствую облегчения. Смотрю на него и не знаю, что ответить, но он сам продолжает: – Нет, Алиса. Ты просто была игрушкой для меня, – холодно чеканит он. – Я наигрался, теперь мне стало неинтересно. Я отпускаю тебя. Ты свободна… Свобода. То, чего я так хотела, как только приехала в этот дом… Но почему именно сейчас становится горько?..