Глава 37

Перед тем как направиться в столовую и атаковать девчонок вопросами о загадочном Марате, я решила зайти в уборную. Каково же было мое удивление, когда я обнаружила там Дарью Савельеву и Марата. Первая явно была чем-то расстроена, возможно, огромным темным пятном на своей белоснежной блузке, второй ее успокаивал. Хотя, это конечно, спорный вопрос. Он с энтузиазмом пытался ее убедить, что громадное пятно было едва заметно, но так как Дарья слепой не была, то вместо того чтобы успокоиться, она лишь ещё больше раздражалась.

На меня они оба посмотрели как на врага народа, будто это я не в состоянии донести чашку до рта, не расплескав при этом все содержимое.

Проигнорировав их недружелюбные взгляды, я прошла в самую дальнюю кабинку. Когда я подошла к умывальнику вымыть руки, Дарья предпринимала отчаянную попытку отстирать пятно жидким мылом прямо на себе, хотя не совсем понятно чем она в случае успеха собиралась сушить насквозь промокшую блузку.

Марат, наблюдавший за ее действиями со скептицизмом, вдруг предложил:

— Давай я тебе дам свою толстовку? Подумаешь, будет немного оверсайз…

Я не сдержалась и закатила глаза, представляя как Дарья будет смотреться в юбке-карандаш, на шпильках и в этой толстовке. Увидев мое выражение лица, она одарила меня очередным недобрым взглядом и зашипела на своего друга:

— Марат, блин, на этой конференции будет вся кафедра и потенциальные работодатели, и тут я во всей красе в мужской толстовке!

Я вспомнила что Алекс мне говорил по поводу сегодняшней конференции на юрфаке и с двойным сочувствием посмотрела на девушку. Их кафедра устраивает конференции каждый год, но именно в этом году на нее решил заявиться хозяин одной из лучших компаний города. Булавин мне, конечно, и фамилию его говорил, но я за ненадобностью ее благополучно забыла. А вот Дарья, судя по всему, намеревалась заполучить его внимание. Что и неудивительно, если кто из студентов и достоин работать с лучшим юристом, то это явно она.

Девушка тяжело вздохнула и закрыла ладонями глаза:

— Где ближайший магазин? На твоей тачке можно успеть…, — она посмотрела на свои часы и выругалась, потом с силой ударила ладонью по раковине и заключила:

— В таком виде мне лучше там вообще не появляться.

— Окей, — вздохнула я, не успев как следует обдумать свое решение, — хватит драмы, давай меняться.

С этими словами я начала расстегивать пуговицы на своей леопардовой блузке и заметив, что никто из них не шевелится, кивнула Марату: — Снимай это убожество. Вам повезло, что моя репутация сейчас находится на уровне «хуже уже не будет», потому что раньше я бы это на себя не надела даже под угрозой расстрела.

Они все ещё шокировано смотрели на меня, но вещи снимать начали. Марат бросил мне свою толстовку и отвернулся, оставшись лишь в чёрной майке. А я поняла, что была слишком строга к его фигуре. Парень был очень худым, да, но в то же время жилистым и спортивным, и несмотря на чисто славянскую внешность, телосложением напоминал азиатских актеров боевиков.

Дарья сняла грязную блузку и скомкав ее, бросила в урну.

— Вау, — не удержалась я, глядя на ее кружевной бюстгальтер и то что в нем находилось. Кажется, я начинаю понимать что Алекс в ней нашёл.

Дарья улыбнулась и даже подмигнула мне:

— Ответное вау!

Мы засмеялись и тут раздался ставший вдруг глухим голос Марата:

— Дамы, если вы сейчас начнете целоваться, ну или хотя бы потрогаете друг друга, хоть минутку, мой мазератти ваш.

— Придурок, — беззлобно сказала Дарья, а я поспешила поскорее надеть его толстовку, догадавшись, что несмотря на то что он отвернулся, в зеркало ему открывался отличный вид на наши прелести.

— Я серьезно, — не унимался парень. — У меня незакрытый гештальт! Клянусь вам, самое первое порно в моей жизни начиналось точно так же: школьная раздевалка, две любопытные красотки…

Мы с Дарьей одновременно закатили глаза и она попросила:

— Замолкни, пожалуйста, — и повернувшись ко мне, спросила:

— Так, теперь когда твоя одежда на мне и у тебя уже нет шанса передумать, я все-таки спрошу: зачем тебе это? Мы ведь едва знакомы!

— Алекс, — честно сказала я, понимая, что даже если бы у меня не было необходимости втереться в доверие к Марату, я бы все равно предложила ей свою блузку. — Так что можешь оставить слова благодарности для него, ему будет приятно. Он бы меня не простил если бы я просто прошла мимо.

— Спасибо, — сказала она серьезным тоном.

— Не хочется прерывать столь трогательный момент, — подал голос Марат, — но до конференции у тебя две минуты.

Дарья выругалась и рванула к выходу. Марат мне весело подмигнул и спросил:

— Ну что, принцесса, готова к выходу? Или просидишь здесь всю большую перемену, чтобы как можно меньше людей увидели тебя в этом «убожестве»?

— Только не говори, что это твоя любимая толстовка и назвав ее убожеством, я задела твои чувства. И нет, отсиживаться здесь я не собираюсь, я же говорила, что мне уже нечего терять.

— Тогда прошу, — он распахнул передо мной дверь и мы шагнули в переполненный коридор. Видимо, ему показалось недостаточным того факта, что мы вышли из женского туалета, поэтому он положил свою руку мне на плечо и так в обнимку мы и направились в столовую.

— Охренеть! Мне кажется, Дарья зря переживала насчёт своей блузки, она бы могла сейчас голышом идти за нами и никто бы не заметил. Каково это быть тобой, девочка-популярность?

— Думаешь, это только моя заслуга? Часто ты разгуливаешь по универу с девицами в своей одежде?

— Туше, — засмеялся он. — Ещё раз спасибо, принцесса. Если тебе когда-нибудь что-то понадобится от меня, не стесняйся.

— А сильно моветоном будет, если я прям сразу сейчас попрошу?

Марат удивленно вскинул брови:

— Жги, принцесса.

— Я слышала, у тебя на днях намечается вечеринка.

Мы зашли в столовую и я кожей почувствовала как все взгляды оказались прикованы к нам.

— Хочешь приглашение? Не вопрос, можешь подружку взять, особенно если она такая же красотка как ты. — Он бегло прошелся взглядом по занятым столам, в его глазах мелькнула озорная искра и он весело предложил: — Могу даже на колени встать, нам ведь и правда уже нечего терять! Ох, этот день становится все интереснее и интереснее.

И с этими словами он реально плюхнулся на одно колено посреди кафетерия и довольно громко зачитал мне приглашение на свою вечеринку.

А я вдруг подумала, что ещё месяц назад, я бы умерла на месте от такой клоунады, а сейчас вполне искренне смеялась и даже не думала что обо мне подумают окружающие.

Он вскочил с колен и обращаясь к нашей многочисленной публике, радостно объявил: — Ура! Она сказала да!!

Честно говоря, я рассчитывала, что мы пообедаем вместе и мне удастся незаметно расспросить его о пропавших девушках, но сразу после этого Марат помахал мне рукой и вышел из столовой. Разочарованная, я направилась к столику, за которым уже сидел Алекс с друзьями, вся компания взирала на меня с открытыми ртами. Да и не только они — оглядевшись, я поняла, что сегодня любопытных взглядов еще больше, чем обычно. Но, надо признаться, не все смотрели на меня с любопытством. Алиса, судя по всему, пыталась испепелить меня взглядом и ничуть не скрывала свое раздражение.

— Что это было? — первым в себя пришел Булавин.

— Именно! — процедила Алиса. — Что это было, Полина?

— Это была я, спасающая честь Дарьи. В знак благодарности можешь поделиться со мной обедом, — сообщила я другу, нагло стащив с его круасан и повернувшись к Алисе поспешила добавить: — На честь Марата я не посягала, честное слово.

— Причем здесь Дарья? — удивился Алекс, а Алиса вздрогнула и даже немного вжалась в свой стул.

— Ты чего? — уставилась я на нее.

Алиса промолчала, а Алекс теперь буравил взглядом нас по очереди дожидаясь ответа. Я вкратце рассказала что произошло в уборной и Богдан разочарованно вздохнул:

— Эх, я уже успел представить себе гораздо более интересную историю.

— Прости, что разочаровала, — улыбнулась я.

А вот Алексу было не до смеха, он продолжал сверлить взглядом Алису и, наконец, произнес:

— Это твоих рук дело? Ты облила ее кофе?

От его голоса по коже пробежал холодок и я начала всерьез переживать за девушку. Булавин всегда производил впечатление беззаботного парня, такого себе золотого мальчика, который подбирает бездомных котиков и помогает обездоленным. Мало кто знал на что он способен в гневе, а сейчас он именно в нем и прибывал.

— Я, кажется, говорил тебе оставить ее в покое, — отчеканил он.

— А я говорила ей оставить в покое Марата.

— Ты прекрасно знаешь, что Марат просто с тобой играет. Раньше тебя все устраивало.

— С Дарьей все по-другому, ему не пофиг, Алекс! — по ее щеке покатилась слеза. — На всех остальных ему всегда было наплевать, я знала, что они часть игры. Ты можешь сколько угодно внушать себе, что они друзья, но ты их не видел сегодня! Ты не видел как он ее обнимал!

Если это и было новостью для друга, он виду не подал, а стойко продолжил защищать честь Дарьи:

— Алиса, я сейчас повторю в последний раз: оставь ее в покое. Даже не приближайся к ней, поняла?

— Иди к черту, Булавин! — Алиса поднялась и сделала попытку уйти, но Алекс схватил ее за руку и процедил:

— Ты никуда не уйдешь пока я не услышу что ты меня поняла.

— Успокойся, придурок. Я тебя поняла, я не буду приближаться к твоей драгоценной Дарье. Только давай сразу договоримся, никаких рыданий на моем плече, когда до тебя наконец дойдет, что они не просто друзья.

— Договорились, — пообещал Алекс и отпустил ее руку.