Глава 19.
Сергей Хорольский
До меня доезжаем быстрее, чем могло казаться. Потому что я на пределе… И педаль газа в пол – лучшее, что я мог сделать, чтобы не накинуться на неё прямо в тачке… Лучшая подружка, блядь… Завела меня за секунды. Что в ней такого, что так торкает, а?
Совсем уже еду крышей…
– Идёшь или нет, Хорольский, – выходит из машины и улыбается, а я как пристыл.
– Иду… Забирал кое-что… – выхожу следом, прихватив ещё одну пачку презиков из бардачка. У меня их как бы полно дома, но мало ли… По классике жанра всякое может случиться…
Поднимаемся на мой этаж, она скрещивает свои стройные полуголые ноги и стеснительно молчит, встав напротив и закусив нижнюю губу. Лыбится… Просто залезая под шкуру одним своим видом… Специально, конечно. Актриса хуева, ей бы в порнухе сниматься, реально…
Когда доезжаем, выходит из лифта первая, и когда я открываю хату, тут же вваливается туда, перехватив меня за шею.
– А ты целовать меня будешь?
– Буду…
– М… Ладно… – пронзает своими глазками. – А ещё?
– А ещё… Снимай туфли… И платье…
– А ты не офигел?
– Не-а… Ты сама сказала… Будешь доверять. Слушайся… – захлопываю за нами дверь.
Чувствую, как кипит кровь. София смотрит с вызовом. Скидывает с себя свои огромные каблуки, а потом… Становится ниже сантиметров на пятнадцать точно и… Тянет вниз свою молнию сзади…
– Подожди… повернись…
Как же долбит в груди…
Но она оборачивается по приказу… И наполовину съехавшая застёжка привлекает взгляд, приоткрывая доступ к её красивой спине. Я подхожу вплотную… Склоняюсь к её шее. Обхватив за плечи, вдавливаю её пахом в небольшую тумбу возле зеркала.
– Хорольский!
Улыбаюсь, потому что знал, что подобные движения у моей зазнобы вызовут только ощущение подчинения, которое ей совсем не нравится…
Раскрываю молнию до конца и дёргаю вниз платье. Оно за секунды падает вниз, а там, блядь… Такое…
– Ты издеваешься, да… Бляяяядь…
– Я для тебя выбирала… Красивое, правда? – вертит своей жопой в кружевном красном полупрозрачном белье. У меня в мгновение вся кровь бьёт в пах. Я стоять, сука, ровно не могу… Мажет… Так сильно хочу её, что всё болит.
Обхватываю за шею и встречаюсь с ней взглядом в зеркале… Придушил бы…
– Точно для меня? А не для Дмитрия Александровича?
Она ехидно улыбается, ответно рассматривая, но не отвечает… А я залипаю взглядом… На её лице… На сексуальности её изгибов, на соблазняющих движениях… Да даже на волосах… И на торчащих сквозь сетчатую ткань лифчика сосках… Это убийственное комбо… Провожу указательным пальцем по её пухлым губам… В которые мечтаю впиться с момента, как мы тут оказались…
– Ты секси, в курсе?
– В курсе… Ты тоже… Сними футболку… – просит меня, развернувшись. Едва тяну вверх, как проводит по моей грудной клетке своими тёплыми ладонями… – Мне нравится, какой ты крупный стал… – ныряет ладонью на бугор в моих джинсах… Несколько раз неторопливо проводит там, заставляя меня кипеть и глядя на мою реакцию.
– Крупный… Ты это про меня или мой член, не пойму…
– Про вас обоих…
– Он польщён, если что…
– Ага… Так куда мы… И что будем делать…
– Идём, – хватаю за руку и сразу же тащу её в свою спальню. София смеётся, конечно… Она всегда смеётся… Словно для неё это всё игра.
Не знаю так ли это. Но мне нравится…
Раскручиваю и толкаю на кровь, пока она хохочет, глядя на меня.
– Ты дурак… Что мне делать?
Иду к колонке и врубаю музыку на весь дом. Да и какую музыку… То, что мы слушали вместе. Уже очень давно…
– Ты дурак, да? – смеётся, глядя на то, как я танцую.
– День… Всё можно… – протягиваю ей руку. – Иди сюда…
– Я в белье…
– Да… Ты в белье… – всё равно даёт мне свою ладонь… А потом я дёргаю её вплотную к себе. Она разворачивается… Упираясь в меня спиной… Пока я глажу её живот… Сжимаю грудь. Задницу…
Целую верхний позвонок. Вплотную к ней прижимаясь…
Нет, блядь… Никакие мы не друзья… Нельзя так дружить. Просто нельзя…
Трётся жопой прямо о мой стояк.
– Я хотел танцевать с тобой тогда… Выбесила… – сжимаю её талию, а потом веду руку в трусики, и она тут же вздрагивает, пристраиваясь ещё ближе, хотя уже некуда. – Раздвинь… Шире встань…
Делает послушно… И я тут же поддеваю её горошину пальцами. Глажу и кружу такую уже набухшую влажную киску, заставляя её стонать и ахать в ритм этой громкой сумасшедшей музыке.
– Боже… Серёжа…
– Стой, не дёргайся… Не торопись… И не кончай… Я тебе не разрешаю…
– Ты офигел?
– Да, офигел… Стой…
Мелодия становится жадной. Точно такой же как мои касания… Мне её, сука, мало… Мне хочется большего. Какой-то вседозволенности. Дичайшего самоуничтожения… Термоядерного взрыва. Хочется сделать то, о чём я буду жалеть… Чуть толкаю в неё пальцы, а она приподнимается на носочки, и сама двигает на них своей задницей… Это пиздец…
А потом я вынимаю их и… Облизываю…
Вот тогда-то вся моя выдержка идёт по пизде, и я толкаю Софию к кровати. Нагнув и заставив упереться в неё руками, точнее, упасть на локти. Падаю перед ней на колени… Смотрю на её задницу…
Сука, это не задница… Это совершенство.
Резко отодвигаю красное кружево в сторону и…
Сгребаю языком всё, что она мне тут оставила…
– А… Ах… Что ты… О, Боже… – бормочет, дёргаясь вперёд и пытаясь свалить, но я сжимаю её обеими руками и не отпускаю, вылизывая. В таком вот положении… Да, я знаю, что это уже совсем не то… Так не то, что друзья не делают… Так даже той, которая с тобой ебётся, не каждой сделаешь…
А она, блядь, такая вкусная… Такая нежная. Просто девственный цветок… Я не могу так не делать. Я не могу этого не хотеть.
– Нравится тебе так?
– М… Уверен, что это… Нормально… – выдавливает там впереди, будто с трудом вообще дышит и подбирает слова. Трясётся… Ноги еле на месте стоят. Она только и успевает их перебирать.
И не хочется признаваться, что я так только ей делаю… Но и не хочется, чтобы она думала, что я так делаю с каждой…
– Нормально… Да, это нормально… Я хочу тебе лизать…
– Ладно… Да, да, мне нравится, Серёжа…
– Ложись на кровать полностью, – подталкиваю её, помогая упасть на живот, а потом шлепаю по заднице.
– Ай!
– Приподнимись… – толкаю подушку под неё. – Вот так… Расслабься…
– М-м-м… – Смотрю на её покрасневшую ягодицу от моего удара и сминаю перед собой, пока нализываю, сдвинув уже полностью мокрые трусы в сторону… Она покраснела… Она вся влажная. Вязкая… И сейчас бы мне…
Мне нельзя об этом думать…
Толкаюсь в неё пальцами и языком по очереди…
Сам кайфую от того, что с ней творю.
Если бы можно было делать всё… Я бы уже её трахал. Только это чревато такими охуенными последствиями, конечно. И она мне доверяет. Только мне, раз не делала этого раньше…
Чувствую, что уже на грани. Она в один момент ёрзает сильнее. Дыхание на износ… Сама активно сжимается, и я ощущаю пульсацию, которая сопровождается громкими всхлипами и стонами вперемешку с тем охуенным чувством, которое растекается в грудной клетке и на языке…
Вкус моей Софки, когда она кончает…
Проскользив вперёд разваливается плашмя и обнимает подушку, выдав блаженное «м-м-м» себе под нос… А я просто заваливаюсь рядом и смотрю на её задницу, услышав сверху неугомонное:
– Ну… Что мы будем делать дальше?
У меня так сейчас разрывает залпами грудак.
– Блядь, я не знаю… – мучительно выдаю, потому что сам уже нихуя не понимаю… А она…
Блядь, она уже через секунду залезает на меня сверху и упирается ладонями в грудную клетку, глядя таким взглядом, что обжигает.
– Зассал?
– Нет… – касаюсь ладонями её нежных бёдер. – Но мне тебя нельзя…
– Нельзя… – чуть сдвигается и начинает расстёгивать мой ремень на джинсах… Тогда я просто стараюсь не свихнуться… Но всё внутри меня уже делает абсолютно запретные вещи, за которые потом дядя Лёха отстрелит мне яйца…