Глава 11

Ох, даже сердце замерло от такого предложения. Надеюсь, это не шутка. Руслан Викторович выглядел серьёзно.

– А что за вакансия?

– Отвечать на звонки, принимать заявки и передавать их логистике. Ничего сложного. И ноги будут целы, зарплата вовремя и достойная. А не те копейки, что тебе заплатят в кафе.

– О, это здорово. Очень здорово! Спасибо вам большое…

Я замолчала, не решаясь задать вопрос. Мне было важно понимать, что он это предложил не оттого, что я дочь Сергея Астапова – я терпеть не могла сочувствие.

– Надеюсь, вы предложили мне это не из жалости?

Руслан Викторович поднял на меня тяжёлый взгляд.

– Разве я похож на мать Терезу?

– Нет, что вы…

– Тогда завтра поедешь со мной. Я всё покажу.

– Но мне же надо…наверно, позвонить в кафе. Предупредить, что больше не приду.

Я занервничала.

Господи, а ведь Роза меня так и назвала однодневочкой. Было стыдно и неприятно, что подвела её, но и отказываться от такого места было бы безумием.

– Завтра и позвонишь. В холодильнике рагу стоит. Поешь.

Руслан Викторович встал, подошёл к раковине, рядом со мной. Осушил бокал залпом и поставил на столешницу.

Ноги будто приросли к полу, я следила за ним, испытывая смешанное удовольствие и стыд, от созерцания широких плеч, на которых натягивалась рубашка от каждого движения, а в расстёгнутом воротнике виднелась мужественная шея и мускулистая грудь, моя фантазия дорисовывала остальное, да так ярко, что пальцы невольно схватились за край столешницы, чтобы стоять ровно. Я отвернулась , вспомнила, где я нахожусь и что-то про рагу. Усилием воли заставила пройти себя к холодильнику, хотя аппетит уже совсем исчез. Сердце колотилось в горле, разгоняя кровь по венам с бешеной скоростью.

– Спокойной ночи, Лиля!

– Спокойной ночи, Руслан Викторович, – я обернулась, но в кухне, кроме меня, никого не было, лишь его аромат, смешанный с капелькой терпкого алкоголя, ещё витал в воздухе.

*** ***

На следующий день в шесть ноль-ноль я уже сидела на кровати одетая и собранная. Ночь прошла беспокойно. Сначала я не могла долго уснуть, а когда заснула, мне приснился Руслан Викторович. Он целовал меня, так нежно и сладко, а сон был такой реалистичный…Я проснулась, будто охваченная огнём, не помогло ни открытое окно, через которое проникала предутренняя прохлада, ни холодный душ. Это было новое чувство, странное, жгучее, от которого перехватывало дыхание.

Я никогда не любила. Все мальчишки из класса казались какими-то отсталыми, слишком детьми. Их странный ржач раздражал, пошлые шутки казались неуместными и противными. Мне всегда нравились парни старше меня. Даже среди актёров меня больше привлекали Киану Ривз и Мадс Миккельсен, нежели молодые горячие парни. Где-то читала, что девочки, лишённые отцовской любви и заботы, в партнёры выбирают себе мужчину-отца, но со смехом отнеслась к этой информации. Сейчас же задумалась. Неужели я настолько испорченная, что могла позволить себе заглядываться на женатого мужчину, который намного старше меня. Я даже не знала от чего мне хуже: оттого, что он женат или оттого, что старше и годится мне в отцы. Но я совершенно не видела его в роли отца, даже с сыном он общался, как с другом, не сюсюкаясь. И внешне он выглядел получше, чем многие двадцатилетние.

Я посмотрела на часы, половина седьмого. Время тянулось словно резиновое. Мне не терпелось вновь оказаться в машине рядом с Русланом. С ним я чувствовала себя, как за каменной стеной. Он производил впечатление надёжного мужчины, с которым не страшны никакие проблемы. Я совсем не понимала Катерину Владимировну. Как можно было оскорблять такого мужа? Как можно не ценить то, что он делает для неё, для семьи. Я вспомнила нашу семью и своего отца и мне стало за него стыдно. Сейчас я поняла, какой он слабый и никогда не был хозяином и мужем, на которого мама могла бы положиться. Наоборот, это мама тащила на себе всех нас и папу в придачу.

Я уже не могла сидеть, ходила по кругу, погружаясь в собственные мысли всё глубже. Вынырнула из них, когда в тишине спящего дома раздался щелчок открываемой двери.

Я тоже вышла из комнаты, спустилась вниз. Быстро налила чай, почти залпом выпила и отправилась во двор. Руслан Викторович стоял рядом с машиной, подставив лицо солнцу, с закрытыми глазами. Но как только я подошла, расслабленное выражение исчезло и он снова натянул жёсткую маску, нахмуренные брови со складкой между ними, колючий взгляд.

– Доброе утро! – поприветствовала я его вежливо.

Он кивнул и подошёл к машине со стороны водителя.

– Не спалось?

– Нет. Всё хорошо.

Я соврала. Но как он догадался? Неужели по мне это так заметно?

– Хорошо. Садись.