Глава 14

Игнорирую взгляд врача в травмпункте. Делаю вид, что не это мы здесь ночью были. Ну а что? Нам справка нужна! Для универа. Для отца Ирки. Между прочим, свою задницу спасать тоже уметь нужно.

— Он на меня глаз положил, — довольно заключает подруга и доктору улыбается.

— Он тебя своему одногруппнику из псих отделения спихнуть хочет. Ты будешь ценным кадром, — опускаю подругу с неба на землю и закатываю глаза. Как быстро она умеет переключаться. Вчера только трагедия всей жизни была с её бывшим идиотом. Сегодня она уже на врача настроилась.

— Не бурчи. Ты мне, между прочим, так ещё ничего про Гордеева и не рассказала.

— Я тебе номерок дам, сама позвонишь, расспросишь. Вы ведь поладили, — подмигиваю и губы в улыбке растягиваю. У самой номерка его нет. Но я говорю это специально, чтобы Ирка наконец-то от меня отмахалась.

— Фи, он хамло такое. Не буду я ничего спрашивать. Вот знаешь, красивый, но… Меня потряхивает каждый раз, когда о нём вспоминаю.

— А ты о нём думай меньше.

— Ой, а кто это у нас здесь ревнивый такой?

В Ирку взглядом стреляю, но она лишь шире улыбаться начинает. Не ревнуя я! Просто слежу, чтобы к нему не лезли. А это, между прочим, разные вещи! Он по голове недавно получил. Ему покой нужен, ага.

В сумочке вибрирует телефон. Достаю его, и тут же настроение портится. Отец адрес ресторана прислал. Это заведение я знаю. Пафосное. В центре города находится. Туда кто угодно не попадёт. Значит, точно знакомство с очередным женишком.

— Я тебе платье взяла, как ты просила, поприличней. — Ирка начинает в своей огромной сумке копаться. А я губу закусываю. Обдумываю, насколько правильное приняла решение.

— Я так пойду, — останавливаю Ирку. Та на меня взгляд полный вопросов переводит. Папочку она моего знает. Боится его не меньше, чем своего.

— Ты уверена?

Уверена. Отец не любит, когда я в его личную жизнь лезу. Там лишний вопрос задать нельзя. А как в мою лезть, то он самый первый в очереди. Хоть и не называет все эти встречи прямо — "сватаньем". Но от этого цель самих знакомств не меняется. Значит, буду отпугивать.

Усадив Ирку в такси, я вызываю для себя другую машину.

В голове полный кавардак. Я всё никак не могу из головы мысли про Артёма выкинуть. Этой ночью был мой первый раз… И это для меня настолько лично и важно, что я пока что не готова этим делиться ни с кем. Даже с лучшей подругой.

Когда я захожу в ресторан, сердце начинает биться сильнее, понятия не имею с какого перепуга. Отец уже не первый раз проворачивает подобное. Нужно просто отсидеть полчаса, поулыбаться. А после, сославшись на важные дела, уйти.

На входе меня встречает официантка с таким видом, будто я ей что-то должна. Тяжело вздыхаю. И откуда у отца любовь к таким заведениям? Каждый официант вдет себя так, будто он в доме и владеет рестораном.

Назвав свою фамилию, я следую за официанткой. Пытаюсь успокоить сердечный ритм. И с какого чёрта я так нервничать начала? Проверяю свой телефон, хоть свой номер Гордееву я и не давала. Но никто не запрещает надеяться, что он сам всё узнал и уже прислал мне сообщение. Например, что он скучает.

"Лучше, на что ты можешь надеяться это, а сосать, кто будет?"

Внутренний голос выбешивает за секунду. Я вспыхиваю. И в этот самый момент официантка меня к столу приводит.

— А вот и она. — Слышу папин голос.

Втягиваю яростно воздух через ноздри. Взгляд поднимаю. И вот тут…

"Пиздец товарищи!"

Спасибо, внутренний голос очень правильно всё озвучил.

Хана! Полный трындец! Ховайтесь!

Как только мой взгляд встречается со взглядом человека за столом, у меня внутри всё холодеет. В сосульки превращается.

Я пытаюсь шаг назад сделать. Сбежать. Это мой первый порыв. Но чёртова официантка стоит позади меня и мешает мне отсюда смыться.

Мне дышать сложно становиться. Кончики пальцев на руках покалывать начинает. Это признаки инфаркта, да?

Лёгкие от нехватки кислорода внутри меня взрываются. Потому что я на Гордеева смотрю. Прямо в его глаза. Злые. Затянутые мрачной яростью. Он меня буквально ими вспарывает. До внутренностей добирается.

"Падай в припадке! Падай! Лучше на скорой прокатиться, чем вот это вот всё"

Господи. Что он делает здесь? С моим отцом! Они знакомы?! Нет. Ну бред же. Ну, пожалуйста…

Я невольно выдыхаю, мои глаза расширяются от шока. Гордеев сидит за столом. Напротив моего отца. Он сжимает челюсти так сильно, что, кажется, ещё немного и придётся звонить стоматологу.

Его взгляд скользит по мне медленно и дотошно, словно вспарывает меня изнутри. На долю секунды наши взгляды встречаются, и мне становится жарко. Как будто из ледяной воды в кипящий кипяток перебросили.

Я машинально сглатываю, пытаюсь хоть как-то в сознании остаться. А вот страшно просто до чёртиков. Если папочка узнает, что со мной делал вот этот за столом ночью… То нам придётся каталажку вызывать. Интересно, у Гордеева связи на кладбище есть? Ему бы там местечко забронировать.

— Артём, познакомься, это моя Таисия. — Папа с гордостью произносит. Из-за стола встаёт и обнимает меня, к столу поближе подталкивает.

Я же на негнущихся ногах к стулу подхожу.

— Моя дочка. Смотри, красавица какая. А умница ещё больше.

Папуль, не нужно…

У Гордеева глаз с каждым новым словом всё больше дёргаться начинает.

— Готовы сделать заказ?

"Пузырь водки, закуски не нужно, мы будем занюхивать"

— Я… через пару минут. — Хрипло выдаю.

Ситуация просто кошмарная. Ужасная. Как из какого-то сериала с хреновой концовкой.

— Виски, — Гордеев голос подаёт.

— Артём, а ты не за рулём? — Отец на него взгляд переводит.

— С водителем, — Гордеев рявкает в ответ.

Моё сердце начинает колотиться так, что я чувствую его удары в висках.

— Ну и хорошо, у нас и повод выпить есть. — Отец продолжает.

Мой внутренний голос взрывается нервным смехом. Истерическим.

"Знал бы папуля этот повод, не был бы так счастлив…."

Господи, да заткнись ты уже, и так тошно. Придушиваю внутренний голос. Но он не желает затыкаться.

Передо мной ставят бокал с водой. Комплимент от заведения. Я за него как за спасительную соломинку хватаюсь. Сжимаю пальца, большой глоток делаю. Но зря… Ой, как зря…

— Артём согласился взять тебя на практику, Тая. Ты мне все уши прожужжала про то, как сильно хочешь стать юристом. Вот, лучше Гордеева в нашем городе нет. Он согласился тебя взять.

Вот здесь я давлюсь водой. Громко закашливаюсь. Капли воды на Гордеева попадают.

"Интересно, он оценил всё происходящее?"

Мой взгляд тут же за его запястье цепляется. Он, сам того не понимая, постоянно трёт его пальцами. В том самом месте, где я на нём зубы сжала. Оставила, так сказать, отметину.

"Отметилась, бляха"

Внутренний голос уже успел набухаться. Иначе я не могу объяснить его весёлый настрой.

— Сначала посмотришь. Попрактикуешься. Поймёшь твоё это или нет. Ну, что скажешь, Таисия? — Папа продолжает. А Гордеев смотрит и смотрит. Его взгляд темнеет. Только я замечаю, что он сейчас взорвётся?

Это шутка такая? Практика у Гордеева?

"Мечты сбываются и не сбываются… " — внутренний голос запевает. Привывая.

Вот и говорите потом, что желания не сбываются. Я же хотела к нему на практику. Только я хотела сама. Чтобы он предложил, а получилось…

Артём ничего не говорит. Просто смотрит. Я по его лицу могу новые эмоции выучить.

Ситуация полный капец. Я в полнейшем стрессе. Но даже в таком состоянии я понимаю, что отец, сам того не подозревая, подарил мне шанс. Гордеев — лучший в своём деле.

"О-о-о-о да, как мы стонали…"

Да не в этом! Хотя и в этом тоже… Тьфу ты!

Артём лучший адвокат. И практика у него — это что-то из разряда невыполнимого. Нереального. Фантастического. И такой шанс выпадает раз на миллион.

Я сжимаю сильнее бокал. Стекло холодит подушечки пальцев. Но всё происходящее… В свете новых событий… Господи, что делать-то?

"Но ты же хотела с ним продолжения, признайся… А тут такой шанс… И практика, и Гордеев…"

Я щеку изнутри прикусываю. Как всё это… Соблазнительно… Ну, позлится он день-другой. Но ночью-то нам хорошо было…. И чувство юмора у нас совпадает. Мы могли бы сойтись…

"И папе бы нашли хорошие успокоительные"

— Вот чёрт, сейчас, минуту. Да, Степаныч, что там?! — Папа отходит немного в сторону. Оставляет нас с Артёмом одних.

Уже хочу первая открыть рот и сказать, что даже не подозревала, но Гордеев, как всегда, впереди всех.

— Сейчас помнёшься ещё пару минут, а после скажешь, что я тебе не подхожу в наставники. Хероту эту всю из башки выкинешь и будешь дальше в свой экономический ходить и юбки протирать. — Тон Гордеева настолько холодный, что мне себя за плечи обнять хочется. Внутри всё от холода колотит. Сосульки остриями впиваются, причиняя боль.

— Что? — С хрипом из меня вылетает. Я не могу собраться, потому что такого точно не ожидала.

Гордеев подаётся вперёд, скалится зло.

— На практику в мою койку ты попала, хер с ним. На троечку справилась. Но в мой офис ты не попадёшь. До хуя чести, Таисия. Так что мозги включай. Я в тебя верю, убеди отца, что ты повыёбывалась, а теперь взялась за голову. Пускай купит тебе новую тачку, айфон, чем ты там себя успокаиваешь?

Каждое его слово отрезвляет. В прорубь с ледяной водой окунает.

"Вот же сука"

— Артём, я там тебе ещё несколько документов скину. Мутят они что-то, зае… задолбали уже. Так, на чём мы остановились?

Появляется официантка. Ставит бокал с виски перед Гордеевым.

"Может подавится?"

Никогда так не была солидарна с внутренним голосом.

— Мы говорили про мою практику. — Голос подаю. На удивление он твёрдо звучит. Не дрожит. Хотя внутри… Там пожар. Там такой адовый пожар эмоций.

— Точно. Дочь, что скажешь?

Гордеев зло скалится. Ждёт, что я сейчас решу все проблемы. Но вот не угадал. От его слов до сих пор ужасное послевкусие. И мне так хочется стереть эту ухмылку с его лица. И для него очень хреново, что я могу это сделать.

— Спасибо, папуличка, это самый лучший подарок для меня. Я безумно рада, что у меня такой шанс появился. И Артём… — Взгляд на Гордеева перевожу. Мол, как тебя там по батюшке?

Лицо Гордеева мрачнеет с каждой секундой. В глазах опасный блеск появляется.

— Юрьевич, — хрипит и бокал виски в себя махом опрокидывает.

— Артём Юрьевич, вы не пожалеете, что согласились. — Каждое слово выделяю. Выкуси, придурок. Я тебя научу, как нужно с девушками общаться. Считай, что карма в виде меня к тебе пожаловала.

Если бы я только догадывалась, что я только что сделала. Но я и понятия не имею. У нас с Гордеевым зрительная война. Каждый пытает другого взглядом испепелить. И я даже не подозреваю, какой ад меня ждёт дальше…

Конец первой книги

Продолжение: Друг отца. Под запретом