Глава 20

Открываю глаза и не сразу понимаю, где нахожусь. Комната залита утренним солнечным светом. За спиной чье-то размеренное дыхание жалит шею.

Не пила никогда и не стоило начинать!

События вчерашнего вечера и ночи сумбуром проносятся в голове, и я расслабляюсь.

Клуб, танцы, алкоголь, Руслан… Много Руслана, и то какая я смелая с ним была. Что мы вытворяли! Насытиться друг другом не могли, надышаться. После первого секса был второй, взаимные ласки в душе переросли в третий спонтанный страстный секс, после которого меня вырубило, как только голова коснулась подушки.

Повернувшись на бок, подкладываю ладошки под щеку и любуюсь спящим на соседней половине кровати мужчиной. Его всегда строгое и немного хмурое лицо расслабленно. Волосы растрепанные, а на мерно вздымающейся мускулистой груди виднеются полосы от моих ногтей.

Господи… Мне вчера совсем голову снесло! Не то чтобы я стыдилась сильно своего поведения, но боюсь, что не смогу каждый день вытворять такое! Все же вчера во мне была пара коктейлей.

Простыня, который мы накрылись ночью, прикрывает только пах Руслан. Приходиться облизнуть губы и сглотнуть вязкую слюну, которой наполняется рот, когда я вспоминаю вкус его члена.

– Прекрати на меня так пялиться, малыш, – неожиданно хрипло произносит Руслан.

– Почему?

– А то мне придется перевернуть тебя на живот и трахнуть.

– А может я этого и хочу, – хихикаю я.

Подтягиваю сползающую простынь на грудь. Щеки покалывает от румянца. Я обнажена. Не знаю, где мое белье и одежда. Между ног немного ноет после вчерашнего марафона. Низ живота опаляет сладкой патокой возбуждения и предвкушения.

– Тогда готовь свою хорошенькую задницу к знакомству с моим членом.

– Ну… Эээ…

– Шучу. Испугалась?

Швыряю в него подушку!

Ну и шуточки!

Руслан открывает глаза и лениво поворачивается в мою сторону, отбив подушку рукой. Внимательно осматривает мое тело, завернутое в белую ткань. Под его взглядом соски превращаются в чувствительные горошины и проступают наружу. Я становлюсь ужасно испорченной девицей! Жадной до своего мужчины.

Он ведь мой? Целиком и полностью?

Спросить напрямую волнительно.

Руслан протягивает руку и убирает волосы с моего лица, а потом подтягивается ближе и нежно целует меня в губы. Вот такую, какая я есть. Утреннюю, немытую, растрепанную, и помятую. Не уверена, что у меня вчера получилось полноценно смыть косметику…

– Я еще даже не почистила зубы! – прячусь под простынь и верещу от смеха, когда Руслан наваливается сверху и пытается меня оттуда достать, размотать кокон из ткани.

– Да по хер мне на твои зубы. Сюда иди, сказал, любить буду…

Так и проходит наше утро. Мы еще раз занимаемся сексом или, вернее сказать, любовью. Потому что этот секс выходит у нас совсем иным. Медленный, нежный, мы много целуемся и трогаем друг друга. Узнаем друг друга. Становимся одним целым.

Когда я выхожу из душа, Руслан на кухне разливает нам кофе. Он оборачивается через плечо и довольно улыбается, оглядывая меня с головы до ног. Моей одежды у него в квартире не осталось, поэтому он выдал мне свои боксеры, которые сидят на мне как шорты, и белую футболку.

Руслан такой чертовски красивый и чертовски довольный собой! Улыбается, как чеширский кот, объевшийся сметаны.

Мое сердце заходится в припадке от счастья. За все то время, что я была рядом с ним, этим утром я впервые вижу искреннюю улыбку на его лице.

– В холодильнике кроме водки и куска сала ничего нет. Сейчас приедет доставка, – немного извиняющимся тоном произносит Руслан.

– Ничего страшного.

Забираюсь на стул с ногами и подтягиваю к себе кружку с ароматным напитком.

В дверь звонят. Руслан идет открывать.

Я думаю, что сейчас услышу короткий разговор с курьером, но вместо этого мое сердце на секунду останавливается, а затем проваливается камнем в живот.

Я слышу папу!

– Василиса пропала. Не отвечает на звонки, не ночевала дома. Это Лютый, Руслан. Я знаю, чувствую… Случилась беда. Почему ты трубку не берешь?

Господи… Какая я дурочка!

– Саша, с Василисой все в порядке.

– Откуда тебе знать, Подгорный?

– Она здесь. У меня.

Повисает оглушительная тишина.

Я робко выглядываю в коридор и натыкаюсь на озадаченный папин взгляд. Он полон неприкрытого беспокойства. Робко улыбаюсь.

Выхожу из своего укрытия и встаю рядом с Русланом. Он обнимает меня за плечи, прижимая к себе. Сердце сжимается от отчаянья, когда папин взгляд вдруг меняется. Становится холодным и даже злым. Он смотрит то на меня, то на Руслана. И все понимает…

– Легла под него, значит.

– Папа!

– Саша, не смей так с ней разговаривать, – спокойно произносит Руслан, но я чувствую напряжение во всем его теле.

– Это ты не смей, щенок! Она моя дочь. Моя единственная дочь, а ты втягиваешь ее в болото, состоящее из крови и трупов. Собирайся, Вася, ты едешь со мной. Домой.

– Нет. Она никуда не поедет.

– Это не тебе решать, Подгорный.

– Я не поеду, папа, прошу… Пойми. Я люблю его, – говорю тихо. – Мне с ним хорошо, а без него плохо. Ты ведь всегда хотел для меня только хорошего. Так вот… Это оно.

Морщина на лбу папы становится еще глубже. Руслан крепко меня обнимает. Его близость придает сил и смелости.

– Я не приму эту связь, Василиса. Не могу. Тебе нужен ровесник, достойный человек, а не этот… Головорез, – качает головой папа. – Ты в курсе, чем он на жизнь зарабатывает? Подвергаешь себя опасности, просто находясь здесь!

– Я люблю его! – повторяю упрямо, но голос дрожит и срывается.

Руслан целует меня в макушку и мягко разворачивает в сторону спальни.

– Василиса, дай нам одним поговорить.

Послушно иду в комнату, но как только прикрываю дверь, припадаю к ней ухом. Стараюсь не упустить ни слова. Папа и Руслан два главных мужчины в моей жизни. И больше всего на свете я боюсь, что мне придется выбирать между ними.

– Я тоже ее люблю, Саша. Это все серьезно. Василиса и я.

– Подгорный, я тебя дочь мою просил защитить, а ты в любовь играть захотел? Ей девятнадцать!

– Не перебивай, Саша. Я не договорил, – в голосе Руслана слышится сталь. – Если бы я поиграть хотел, то ни за что бы в ее жизнь не вернулся. Это другое. Я сделаю так, что ни один волос с головы Василисы не упадет, ни одна слеза не прольется из ее глаз, пока она рядом со мной. Счастливой ее сделаю. Слово тебе даю, Саша. Я убить за нее готов. Всем глотки перегрызу, кто на пути у нас встанет. Так что подумай, на чьей ты стороне.

Ответа папы я не слышу, только несколько секунд тишины и то, как громко хлопает входная дверь.

Ушел.

Бегу к окну. Папа выходит из подъезда и садится в нашу старенькую машину. Сидит там несколько минут неподвижно, а потом все же заводит мотор и делает свой выбор.

Уезжает.

Слеза скатывается по моей щеке.

На плечи ложатся теплые ладони Руслана. Он ничего не спрашивает, не говорит. Ему и не надо.

Он все понимает, а я понимаю его. Прячу зареванное лицо у него на груди и всхлипываю.

Руслан обнимает, крепко прижимая к своему горячему телу. Чувствую, как у него в груди ровно и спокойно бьется сердце, и мое постепенно тоже успокаивается.

Я не одна. Больше нет. Теперь у меня есть Руслан. И рядом с ним я чувствую себя защищенной, любимой, и больше не одинокой.