Глава 8

Руслан занимает ванну после меня. Я накрываю на стол, прислушиваясь к шуму воды. Мое воображение против воли рисует картинки, как под струями смотрится смуглое мощное тело мужчины. Он в отличие от меня не стеснялся и перед тем, как закрыть за собой дверь, стащил с себя футболку.

Теперь из головы не идет его стальной пресс с дорожкой темных волос, убегающий за пояс штанов. В животе зарождается странное чувство, а щеки окрашивает смущение, когда я вспоминаю эрекцию Руслана.

– Возьми себя в руки, Василиса! – бормочу, суетясь около плиты на кухне.

Ложиться в постель совсем не хочется. Но все равно переодеваюсь в симпатичную пижаму, состоящую из шорт доходящих до середины бедра и майки на тонких бретельках.

Руслан выходит из душа через несколько минут. Резкими движениями вытирает полотенцем голову и, как хищник, принюхивается, останавливаясь на пороге кухни.

– Что это? – спрашивает, кивая на сервированный мной стол.

– Ужин. Ты не голоден? Убрать все? – сразу сникаю, уголки губ опускаются вниз.

Черт. Я привыкла всегда заботиться о папе. А Руслану, видимо, не сдалась моя забота.

Вместо ответа мужчина вешает полотенце себе на шею и садится за стол. Я устраиваюсь напротив и только сейчас замечаю, что он не удосужился надеть футболку. Продолжает щеголять голым торсом, теперь он весь покрыт каплями воды. Смуглая кожа соблазнительно поблескивает в свете приглушенных кухонных ламп. Мышцы мужчины играют при каждом движении. И я опять реагирую. Никогда не думала, что могу всерьез залипнуть на этом. Но на Руслана хочется смотреть… И коснуться тоже хочется.

Соски напрягаются, царапая тонкую ткань пижамы.

– Сама готовила ? – поднимает взгляд от тарелки Руслан.

Моментально краснею. Он застукал, что я таращусь на него. Хищно улыбается, бесстыдно и не скрываясь, опускает взгляд с моего лица на грудь.

Соски ощущаются сильнее. Хочется сжать их до боли, чтобы снять это напряжение. Стараюсь делать вид, что ничего не происходит. Мы просто болтаем. Светская беседа неандертальца и студентки.

– Да… Не нравится? – ерзаю на стуле, пытаясь скрыть неуверенность.

Обычно мою готовку пробовал только папа. Не сказать, что она достойна звезд мишлена, но готовить я люблю и считаю, что выходит вполне себе вкусно. Обычная домашняя еда, без изысков, но с душой.

– Если б не нравилась, не ел бы, – усмехается мужчина и вновь возвращает внимание тарелке, на которой лежат уже остатки картофельного пюре и куриных шницелей, ест он с армейской скоростью. – Себе почему не положила?

– Я уже покушала, пока тебя ждала.

Руслан бросает на меня быстрый взгляд из-под бровей. Не знаю, понравились ему мои слова или наоборот. Он такой скрытый и скупой на эмоции человек. Мне не понятен.

– Тогда положи добавки.

Я даже не пытаюсь скрыть улыбку. Ему правда нравится моя стряпня. Воодушевленная скупой похвалой, подскакиваю на ноги.

– Что будешь пить?

– Кофе.

– Уверен? Уже почти час ночи… Не стоило бы… Может, чай? Мы купили зеленый, – бросаю взгляд на часы, встроенные в холодильник.

Руслан отвечает мне давящим молчанием. И я, встрепенувшись, понимаю, что не время показывать заботу о его сне и давлении. Да и кто он мне такой? Чужак. Друг отца. Мужчина, который меня привлекает. Окутанный тайной, загадкой. Может поэтому я так остро на него реагирую? Разгадать хочу? Однако он все еще для меня незнакомец, даже не смотря на то, что мы закрыты в одном пространстве. И… Я сказала: мы купили? То есть номинально так и было. Просто звучит так, как будто мы… Это что-то большее, чем просто я и Руслан, мы – это…

– Кофе и сядь уже, – кивает на мое место Руслан, выбивая из ужасающе дурацких мыслей.

Его взгляд проходится по моим голым ногам. В миг покрываюсь мурашками. Он так смотрит, будто сам прикасается. Кожа пылает.

Ставлю чашку с ароматным напитком перед мужчиной и опускаюсь напротив.

Он отодвигает от себя пустую тарелку и откидывается на спинку стула. Не скрываясь, рассматривает меня. Блуждает взглядом по лицу, ключицам, груди. Чуть дольше, чем того требуют приличия, задерживает взгляд на моих губах. Они начинают покалывать, и я неосознанно смачиваю их языком.

Глаза Руслана темнеют.

– И откуда ты взялась такая, Василиса? – спрашивает, покачивая головой, Руслан.

– Ты же сам меня выкрал, – пытаюсь шутить, а сама нервничаю не на шутку.

Было в этом вопросе что-то такое, от чего мое сердце сладко подпрыгнуло в груди и рухнуло вниз живота. Сжимаю ладони между колен, не зная куда себя деть под острым, как лезвие, взглядом Руслан.

– Точно, – криво улыбается мужчина. – Мне нужны ключи от вашей с отцом квартиры, не хочется выламывать дверь и там.

– Зачем? – хмурюсь. – Ты же сказал, там опасно появляться.

– Тебе да.

– А тебе? – спрашиваю с вызовом. – Не боишься, что тебя схватят и пустят по кругу семеро мужиков?

Напоминаю этому неандертальцу его же угрозу.

Запрокинув голову, Руслан хрипло смеется. Глазам своим не верю. Впервые слышу его смех. Обычно мужчина хмур и серьезен, а сейчас веселится. И это мне тоже нравится. Он в эту секунду похож на озорного мальчишку. Честное слово. Это так мило.

– После детского дома меня таким не напугать, малышка, – салютуя кофейной чашкой, говорит Руслан. – Мне нужно поискать кое-какие документы твоего отца. Не знаешь, где они могут быть спрятаны?

– Понятия не имею. Папа со мной таким не делился, – отвечаю, подпирая щеку рукой. – Ты вырос в детском доме?

– Да. Оттуда пошел в армию, где и познакомился с твоим отцом. Он был моим командиром. Знатно гонял нас с парнями.

– А потом? Что было после, почему вы перестали общаться?

– Наши дороги разошлись, – после короткой паузы отвечает мужчина.

– Твои родители. Где они? – почему-то меня задевает эта тема.

Руслан качает головой.

– Никогда не интересовался. Мне нет дела до людей, которые решили удалиться из моей жизни самостоятельно.

У меня есть папа. А Руслан, получается совсем один?

– А я скучаю по маме… Она ушла от нас с папой.

Отворачиваюсь к окну, украдкой вытирая скатившуюся по щеке слезу. Столько лет прошло, а для меня все равно травмирующая тема.

– Твоя мать дура, раз решила тебя оставить, – грубовато произносит Руслан.

– Спасибо.

Мне приятно это слышать. Грустно улыбаюсь.

Пытаюсь убрать со стола, но Руслан отправляет меня спать и самостоятельно загружает посудомойку, протирает стойку, и гасит свет в кухне.

Устраиваюсь на диване, накрывшись пледом. Мне страшно. С дивана в гостиной отлично просматривается коридор, а я все еще помню, как кто-то дергал ручку на входной двери.

Руслан скрывается в своей спальне, оставляя дверь открытой.

Слышу, как он снимает одежду, как шуршит одеяло, как он шумно выдыхает воздух. И наступает звенящая тишина.

Прокручиваю в голове наш разговор. И никак не могу понять, что меня смущает. Беспокойно ворочаюсь, не находя себе места, постоянно поглядываю то в коридор, то на открытую дверь в спальню мужчины.

Спускаю на пол ноги и, крадучись, добираюсь до соседней комнаты.

– Руслан?

Молчание. Уснул, что ли?

– Что, Василиса?

– Можно… Я лягу с тобой?