Глава 5

В нашем доме две ванных комнаты. Одна из них — хозяйская, она находится на втором этаже и совмещена прямо с моей спальней. Вторая — общая, расположенная в самом конце коридора, тоже на втором этаже. Обычно именно там Егор принимает душ, и там же моются гости нашего дома. Если они, конечно, вообще у нас бывают. Подобное случается крайне редко, почти никогда, потому что у нас дома никто из знакомых или друзей племянника отродясь не оставался ночевать. Я строго следила за порядком и личными границами. Но, кажется, сегодня ночью Егор сделал исключение из правил. У нас гости, и я, черт возьми, узнаю об этом в самый последний и самый неподходящий момент!

— Ты… — растерянно выдавливаю я из пересохшего горла, чувствуя, как шелк халата на моем голом теле насквозь пропитывается влагой от его кожи.

Я отчаянно пытаюсь освободиться от этого удушающего, слишком интимного захвата. Упираюсь ладонями в его мокрую, каменную грудь, пытаясь оттолкнуть. Но всё бесполезно. Илья лишь сильнее, жестче прижимает меня к себе, намертво фиксируя мою талию своими огромными руками.

— Что ты здесь делаешь? — шиплю я ему в лицо, стараясь не смотреть на его мокрые губы.

— Егор вчера слегка перебрал, и мне пришлось везти его домой на машине, — низким, спокойным голосом отвечает Илья, даже не думая меня отпускать. — Было слишком поздно, и он сам предложил мне остаться у вас.

Я сильно хмурюсь, с явным недоверием и подозрением глядя на этого наглого парня.

— Егор не пьет… Или, точнее, пьет, но всегда знает свою меру, — отрезаю я, отказываясь верить в эту сомнительную легенду. — Он никогда не напивается до такого состояния.

— Вчера был другой случай, — загадочно роняет Илья, продолжая буравить меня своим немигающим, потемневшим взглядом.

— О чем ты? — я сразу же настораживаюсь, и внутри меня вспыхивает холодный, липкий испуг за племянника. — С ним что-то произошло? С Егором что-то случилось в клубе?!

— Спросишь у него сама, когда он проснется, — беззаботно бросает Илья, сознательно и абсолютно бесцеремонно обращаясь ко мне на «ты».

Это фамильярное «ты» от ровесника моего племянника мгновенно взрывает внутри меня волну праведного гнева. Моё возмущение вспыхивает с новой силой. Мальчишка совсем потерял страх!

— СпросиТЕ! — ледяным тоном поправляю его я, сверля парня яростным взглядом. — Я тетя твоего лучшего друга, Илья. И я очень хочу, чтобы ты твердо помнил об этом, когда обращаешься ко мне или когда находишься со мной рядом в одном пространстве! Свои клубные замашки оставь для малолеток.

Илья тут же хмыкает, глядя на меня сверху вниз с каким-то нескрываемым, хищным превосходством. Моя напускная строгость его ни капли не пугает — скорее, раззадоривает. После чего его тяжелый взгляд медленно, дразняще опускается ниже. Туда, где запахивается мой изумрудный халат. Из-за того, что я со всего размаху врезалась в него, а потом отчаянно возилась в его руках, тонкая ткань шелка съехала в сторону, открывая взору парня особо глубокое, откровенное декольте. А поправить запах халата я не могла — мои руки были зажаты между нами. Моя практически обнаженная грудь сейчас была у него как на ладони.

— Охренеть вид… — хрипло слетает с губ Ильи, и в его глазах вспыхивает самый настоящий, первобытный голод.

Я прекрасно понимаю этот его плотоядный взгляд и двусмысленные слова. Кровь мгновенно приливает к моим щекам от жгучего стыда, и я начинаю еще активнее, из последних сил вырываться из его стального плена.

— Убери от меня свои руки! Немедленно! — уже не на шутку паникую я. — Ты друг моего племянника, Илья! Очнись! Мне уже далеко за тридцать, а тебе… тебе хоть двадцать-то лет исполнилось?!

— Мне плевать на возраст… Я тебя хочу! — неожиданно рычит он, резко подаваясь вперед.

Илья обжигает мою кожу своим горячим, мятным дыханием, окончательно шокируя меня этой дикой, первобытной прямотой. Мой разум отказывается верить в происходящее.

— А мне не плевать! Прекрати…

— Ты так не считала вчера ночью, когда хрипло стонала от моих ласк в гостиной на диване, — цинично с издевкой поддевает он.

Одним мощным движением Илья делает шаг вперед, буквально вдавливая меня спиной в холодную стену коридора. Его массивное, влажное тело прижимает меня намертво, лишая малейшей возможности сдвинуться с места. Одеяние из полотенца на его бедрах касается моего халата, и я отчетливо чувствую его твердое, бешеное возбуждение. Илья вплотную, почти касаясь моих губ, склоняет свою голову.

— Это была ошибка… Чудовищная ошибка… — в полном отчаянии шепчу я, чувствуя, как под его гипнотическим напором стремительно тает моя последняя воля к сопротивлению.

— Хочешь, докажу, что нет? — летит его наглый, самоуверенный и до безумия сексуальный ответ.

А в следующий миг Илья полностью отключает мне мозг. Он жадно, властно, до боли впивается в мои губы сокрушительным, собственническим поцелуем.

Его язык бесцеремонно врывается в мой рот, сминая любое сопротивление. Он целует меня так дико, голодно и глубоко, что у меня в ту же секунду подкашиваются колени. И если бы Илья сейчас не держал меня мертвой хваткой за талию, практически вжимая в стену, я бы совершенно точно прямо сейчас беспомощно сползла по ней и упала на пол…