Глава 13. Клим

– Поделишься? – вижу, что ее расстраивает увиденное в смартфоне.

Стеша молча протягивает мне свой телефон.

«Стеф, у меня тут залет серьезный. Я деньжат занял у одного своего постоянного заказчика на развитие личного бизнеса в сети. Прогнозы не оправдались. Долг возвращать надо, мужик серьезный, не верну, на проценты поставит. Попроси у своего мужа, плиз… Отдам, как смогу»

Мысленно закатываю глаза. Не хочу помогать бестолочи, который не понял всей опасности своего положения с первого раза. Другой сестры, готовой ради него идти под венец с нелюбимым мужчиной, у него нет. Максу следовало бы преподнести урок. Но… Стеша. Ее младший брат мой самый действенный рычаг давления на нее, залог того, что она моя.

– Если твой брат продолжит в том же духе, то плохо кончит, – возвращаю ей телефон. – Я ему помогу, не переживай.

– Поможешь? – искренне удивлена она. – Но ты не обязан, Клим. Это… это уже слишком с его стороны.

– Согласен. Да жаль Максима. Мозги-то у него здорово шарят, просто не во всех направлениях. Не соображает пока, куда можно влезать, а куда не стоит.

– Спасибо, – легонько пожимает она мои пальцы, и в этом касании ощущаю не только благодарность, а как будто удивление. Стефа перестает видеть меня однобоко, как было все время, все годы до этой поездки в Мексику.

У нашего столика появляется парень с большим пластырем на носу.

– Ты мне нос вчера сломал, – держит он пустой поднос в руках, видимо, собирался накладывать завтрак и увидел нас.

– И еще раз сломаю, если полезешь к моей жене, – посмотрел на него выразительно.

– Да ладно, – поднял он ладонь в примирительном жесте. – Я не ругаться подошел. Хотел заяву на тебя написать, но меня местная медсестричка утешила. Такая мексиканочка отпадная. Вай-вай, просто. И сегодня позвала к себе. Так что, твой удар повалил меня в объятия самой знойной телочки на этом острове.

– Так и было задумано, – хмыкнул я, не соглашаясь с тем, что какая-то мексиканка знойнее моей Стеши, но спорить с ним не стал, пусть катится к своей оливковой медсестричке, лишь бы не дотрагивался больше до Стефании.

В ресторан мы оделись так, чтобы не возвращаться в номер, поев, вышли через террасу к бассейну и оставили одежду на широком лежаке с видом на Карибское море, и я первым прыгнул в бассейн.

– Стеша, нет! – не успел остановить ее, она уже нырнула следом. Лесенок для спуска не было.

– Мамочки, – вынырнула она. Ее губы моментально посинели.

Вода в этом бассейне по ощущениям – ноль градусов.

– Это какой-то ледяной бассейн, – быстро поплыла она к бортику. Я за ней. Легкие буквально сводило от холода.

Пожилой мексиканец, подстригающий кусты, улыбался и болтал чего-то на своем, наверное, у него тут развлечение такое, глазеть, как ничего не подозревающие туристы бухаются в ледяную воду.

– Я в море, – стучала зубами Стефа.

– Бежим? – взял ее за руку.

Мы буквально врываемся в теплое-претеплое море, валимся в прозрачную воду и начинаем хохотать. Смотрим друг на друга и хохочем без удержу. Теперь у нас со Стешей есть вот такое общее воспоминание, которое всегда станет вызывать улыбку.

Когда возвращаемся к лежаку, на наших полотенцах и одежде обнаруживаем толстого енота, развалился, греется на солнышке и спит, даже похрапывает.

– Какой миленький, – голос Стефании будит енота. Зверек потянулся и не спеша спрыгнул с топчана.

В этот день у нас запланирована поездка к маяку, куда мы отправляемся на мотобайке. Я кайфую оттого, как к моей спине прижимается Стеша. Несемся по песчаной дороге, но скорость приходится снизить до двадцати километров, слишком много через дорогу перебегает животных.

Наши лица слегка обгорают на солнце, не подумали о защитных масках, а крем не справился со своей задачей.

– Клим, смотри, цапля, – по-детски радуется Стефа, принимаясь фотографировать птицу, примостившуюся у белоснежного маяка.

Чтобы подняться на маяк, приходится пробираться через узкое, маленькое отверстие среди разросшихся кустов. Придерживаю ветки, чтобы они не стегали нежную кожу Стеши.

С верхушки маяка панорама потрясная – зеленый остров во всей своей красе.

– Будто мы на самом небе, – держится за мою руку Стефания. Она немножко дрожит, такая высота пугает ее.

Назад едем по серпантину, от бесконечного спуска кружится голова, доверчиво прижимающаяся ко мне девушка заставляет сконцентрироваться на дороге и не завалиться в пыльные заросли вместе с байком.

Обедаем и ужинаем в приглянувшемся ресторане на берегу, откуда можно посмотреть на уличных музыкантов и танцоров. Главная фишка в том, что во все блюда тут можно добавить лобстера. Стефе нравится бурритос, она пачкается горчицей, и я делаю снимок на память. Смешная такая, стесняется, что я вижу ее измазанной.

Ночью наслаждаюсь ею, думаю не только о своем удовольствии, стараюсь сделать приятно и ей. Ее кожа очень чувствительна к моим прикосновениям, и это дает мне надежду на то, что Стефа оттает в моих руках, станет желать нашей близости не меньше моего.

На завтрак в дополнение к бобам появляются рисовые лепешки.

– Видишь, разнообразие, – отказываюсь от лепешек в пользу омлета.

– Очень странный шведский стол, – ворчит Стефа и тоже не берет лепешек.

Кушаем торопливо, потому что спешим на катамаран-тур в экологический парк. Желающих много, так как экскурсия входит в стоимость путевки. До заводи с катамаранами довозят на автобусе, дальше плывем по воде. Гид направляет группу к манговым зарослям.

– Клим, – вдруг шепчет Стеша. – Там что, крокодилы?

Всматриваюсь в заросли и вижу их. И правда, – два крокодила.

Другие тоже заметили, начинается суматоха, но гид говорит, мы можем сойти на берег и сфотографироваться с аллигаторами, мол, тут это обычное дело.

– Нет, – отказывается Стефа. – Ни за что, – но издали все же делает снимки.

Я тоже не геройствую. Смотрю на ленивых рептилий с катамарана.

На следующий день мы вновь садимся на байк, самостоятельно исследуем остров, находим абсолютно пустую дорогу, причем гладкую, ровную, но на ней почти нет ни транспорта, ни пешеходов. Вдоль дороги тянутся низкие деревья и плантации агавы, из которой мексиканцы делают текилу. Никаких жилых строений.

Выезжаем на дикий пляж. Вокруг ни души. Только чистый песок, засохшие водоросли по береговой кромке, за ними кристально чистая вода.

– Будто на необитаемый остров попали, – скидывает Стефа тряпочные балетки, зарываясь голыми ступнями в теплый песок.

– Хотела бы оказаться на необитаемом острове со мной? – сощуриваюсь, глядя на нее.

– Ну… лучше уж твоя компания, чем какого-нибудь местного аборигена или дикаря, – бросает она на меня быстрый взгляд из-под пушистых ресниц.

Я не сдерживаюсь, сдергиваю с нее цветастый сарафан, аккуратно опрокидываю девчонку на спину и наваливаюсь сверху.

– Люблю тебя, – закрываю ей рот поцелуем.

Ее пальчики исследуют мой позвоночник, становясь все смелее.

Вечером в один из мессенджеров моего телефона приходит сообщение с незнакомого номера.

«Наслаждаешься раем, дорогой? Надеюсь, уже пожалел о своем выборе. Готова простить и утешить»

«Нет никакого выбора, Ксения. Всегда была только она», – печатаю и отправляю абонента в бан.