Глава 20. Стеша

В понедельник он вновь отвез меня в университет.

– Я могу сама добираться. Тебе ведь совсем не по пути, – сказала перед тем, как выйти из машины.

– Мне всегда по пути с тобой, Стеша, – темнели его глаза, как опаленная бумага, и я интуитивно угадывала, что завладела его вниманием до последней капли.

– Всегда? – хлынула волна тепла по телу, стоило нашим взглядам встретиться.

– Ты сама знаешь ответ, – наклонился он, чтобы поцеловать меня.

В лекционную аудиторию я зашла одна из последних, но преподаватель еще не появился, так что все были заняты своими делами.

Проигнорировав присутствие Попова, поднялась в ряды повыше, где меня дожидалась Надя.

– Выглядишь хорошо, – порадовало меня отсутствие угрюмости на лице подруги.

– Это потому, что у меня все хорошо, – выложила она на парту тетрадь с ручками и понизила тон так, чтобы слышать ее могла только я. – Ты не представляешь, Стеф, сколько трудов мне стоило остаться в эти выходные наедине с Мишей. Его предки устроили ему встречу, будто он с войны вернулся, а не с обычных сборов. Но вчера у меня все получилось.

– Миша простил тебя?

– Я не собираюсь ему ни в чем признаваться, глупая, – чуть рассерженно прошептала Надежда. – Просто не могу же я прямо сейчас заявить ему, что он станет отцом. У нас секс последний два месяца назад был. Согласись, будет странно, если ребенок родится не через девять месяцев, а через одиннадцать. Даже идиот все поймет. А так…, вчерашним вечером у нас вновь все случилось, и через недельку-другую я скажу Мише, что беременна от него. И по срокам нормально.

– Надя, не поступай так с Мишей. И с его родителями тоже, – и хотела бы поддержать подружку, но такой обман казался мне слишком подлым.

– Святоша, – фыркнула она. – Можно подумать, если бы ты разочек от Клима гульнула и залетела потом, то прямо так во всем взяла и созналась ему.

– Я не буду ему изменять, – связывал меня не только брачный контракт. Сама мысль о том, чтобы предать мужа, который ради меня на все готов, была мне противна.

– Ханжа, – покачала головой Надя, не согласная с моей позицией.

Ближе к концу лекции мой мобильный телефон завибрировал, я отклонила звонок, удивившись, что звонит брат Клима.

«Перезвоню через десять минут», – напечатала быстро.

«Жду»

Интересно, что ему надо? Мы никогда особо не дружили с Русланом, в школе тусовались в разных компаниях, не обменивались номерами телефонов и не так часто общались. Наверное, мой номер дал ему Клим. Или он взял его в одном из старых школьных чатов.

Нас отпустили на перерыв, и я вышла в коридор, отойдя к дальнему окну, где было не так шумно.

– Руслан?

– Привет, Стефания, – ответил он, сильно кашляя.

– Ты что, заболел? – все еще недоумевала, зачем я ему понадобилась.

– Заболел, – просипел он. – Скорую даже вызывал, так скрутило.

– Сам вызывал? А разве ты не с родителями живешь? – выглядело странным, что в такой ситуации он не обратился за помощью к отцу или матери.

– Их дома нет, – сипло объяснил Руслан. – Отец на работу уехал, а мать теперь шпионит за каждым его шагом, до вечера не вернется.

– Ясно. Что сказали врачи?

– Ангина. Горло дерет, словно наждачкой. Стефа, можешь мне лекарства привезти? Я скину названия, какие надо.

Заболевший брат Клима, конечно, был важнее лекции, тем более, что эту тему я уже прочла в учебнике.

– С мужем болтала? – имел наглость приблизиться ко мне Попов.

– Не твое дело, – нарочно толкнула Лешку плечом, проходя мимо.

– Стеф, он же псих. Чуть руку мне не сломал.

– Это ты псих, – огрызнулась я. – Зачем полез ко мне?

– Кое-кто заплатил мне, – неожиданно признался он. – Я должен был сделать снимки нас с тобой. Обещали, что твой муж не приедет в тот день за тобой.

– Но Клим приехал и испортил твою игру? – догадывалась я, кто был заказчиком. Ксения не могла просто так отойти в сторону.

– Не совсем игру, Стеф. Ты мне всегда нравилась. С самого первого курса. Если бы все получилось, и Шувалов с тобой развелся после того, как увидел снимки, ты могла бы выйти замуж за меня.

– Как у тебя все просто, – зажмурилась на секунду, справляясь с подступившей яростью. Кругом сплошная подлость.

Я попрощалась с Надей, забрала со скамьи свой рюкзак и в прямом смысле убежала из универа, так хотелось оказаться на воздухе. Постояв немного на ступенях крыльца, направилась в ближайшую аптеку, купила нужные лекарства, расплатившись банковской картой, которую дал мне Клим. Он предупреждал, в отеле сегодня детский слет, где его просили сказать приветственное слово, потому не стала звонить, чтобы не отвлекать. Отправила сообщение.

«Твой брат заболел, просил привезти лекарства, вызвала такси. Не приезжай за мной в универ, я повидаюсь с Русланом и поеду домой»

Немного подумала и прикрепила к сообщению стикер кошечки, обнимающей кота.

Я уже бывала в загородном коттедже Шуваловых. Клим привозил меня сюда однажды еще до свадьбы. Приятное место, утопающее в вишневых деревьях.

Нажала на кнопку звонка калитки.

– Заходи, Стефания, – ответил Рус по интеркому. – Входная дверь открыта. Поднимайся на второй этаж.

Послышался щелчок, и я толкнула дверь калитки. Дошла до дома, рассматривая интересные ландшафтные задумки.

Внутри было тихо, только стук каблуков моих босоножек нарушал тишину.

– Я здесь, – подсказал голос Руслана, в каком направлении мне идти.

Это была его комната. Брат Клима лежал в кровати, натянув тонкое одеяло до самого подбородка.

– Совсем тебе плохо? – выложила из своего рюкзака аптечный пакет на компьютерный стол.

– Терпимо, – потер он лоб, морщась. – Стеф, принесешь водички? В коридоре должен кувшин с водой стоять.

– Сейчас, – отправилась за водой, не зная, как лучше поступить, остаться с Русланом до возвращения Натальи Леонидовны или позвонить свекрови. Она, наверное, примчится сразу, если узнает, что ее младший сын заболел.

Я нашла кувшин на небольшом журнальном столике, налила воды в пустой стакан и вернулась к Руслану.

Он стоял у открытого окна. Мне показалось, я услышала шум захлопнувшейся автомобильной дверцы.

– Зачем же ты встал? – попеняла ему.

Рус взял из моих рук стакан и, не отрывая от меня глаз, медленно поставил его на подоконник. Мое дыхание сбилось, когда я поняла, что нас разделяет всего пара сантиметров, и он вовсе не выглядит больным. На нем были надеты спортивные шорты и белая футболка, одежда подчеркивала накаченные икры и бицепсы. Он не такой высокий, как Клим, но гораздо здоровее своего старшего брата. И это уже не тот школьник, которого я знала.

– Ты меня обманул, специально заманил? – пячусь от него. Спина напрягается, нервы, как провода под напряжением.

– Заманил, сладкая. Обманул, – не дает он мне убежать и швыряет на расправленную постель.

У меня нет никаких сил вырваться из железной хватки, вырваться из-под него. Он задирает подол моей юбки, шарит огромной ладонью по моим бедрам, тискает грудь, слюнявит своими губами мой рот.

Унижение, отчаянье и бессилье скручивают мои внутренности. К горлу подкатывает тошнота, когда он трется об меня своим возбуждением.

Неожиданно Руслан отлипает от меня, валится на пол, сдернутый с меня кем-то более сильным, чем он сам, но быстро поднимается на ноги, глумливо улыбается.

– О, Клим, привет, – криво дергается его верхняя губа, когда он нагло смотрит на брата. – Теперь ты знаешь о нас со Стефанией, – врет засранец.

Поглощенная творимым со мной насилием, я не видела и не слышала, как вошел мой муж. Мне страшно глядеть на него. Я прекрасно понимаю, как все выглядит со стороны. Все мои оправдания могут показаться жалкими. Он может поверить ему, а не мне, он очень привязан к брату.

Быстро вскакиваю с кровати, одергиваю юбку платья, поправляю рукав-крылышко, решаюсь взглянуть лишь на линию подбородка, напряженную от сжатых челюстей.

– Стеша, жди в машине, – чеканит Клим.

Я слушаюсь мгновенно, задыхаясь, выскакиваю из этой ужасной комнаты, несусь к гаражному отсеку и только лишь, забравшись на пассажирское сиденье Форда, понимаю, что оставила в доме свой рюкзак, где лежат важные конспекты. Не могу вернуться, кровь стучит в ушах. Сжимаю пальцы в кулаки, разжимаю и опять сжимаю. Не знаю, сколько так сижу. Сколько проходит времени, не знаю.

Дверка с моей стороны открывается. Мне на колени падает рюкзак.

– Клим, – поворачиваю к нему голову, когда водительское кресло продавливается под его весом. Мое сердце бьется о прутья клетки раненой птичкой.

– Не сейчас, Стеша. Позже поговорим, – проворачивает он ключ в замке зажигания. – Пристегнись.

Дикий страх сжимает мне горло. Страх за Максима. Неужели всему конец, и Клим отправит моего брата за решетку?

Он привозит меня домой, а сам уезжает, так не сказав мне и слова.

Я мечусь по дому, застываю, опять мечусь. Не могу ничего делать. Жду, когда он вернется. Но его все нет и нет. А потом я догадываюсь, куда он отправится сегодня вечером. Не раздумывая, вызываю такси, указываю адрес торгового центра, в недрах которого скрывается подпольный клуб, куда два года назад меня привел мерзавец Артур.

Больше всего боюсь, что мне не откроют железную дверь. Я стою перед ней уже целую вечность, жду бесконечность. Они ведь точно за мной наблюдают с той стороны. Но не торопятся открывать.

Наконец меня впускают внутрь. Меня все-таки впускают. Не помню лиц громил на входе, не знаю, те ли, что были здесь в прошлый раз или другие. Но вот седовласого мужчину узнаю. Тот самый, что сказал обо мне тогда – нестандартная. Смотрит на меня внимательно, с полуулыбкой, соскальзывая взглядом на мое обручальное кольцо. Кивает одному из здоровяков, и тот ведет меня по знакомому коридору, туда, откуда доносится знакомый гул, туда, где разные причины заставляют мужчин выходить на ринг и калечить друг друга в боях без правил.

С бетонного пола уносят парня, который не может подняться самостоятельно. Это не Клим. Победитель уже выбрал женщину. Выдыхаю, это тоже не он. Не мой муж.

А потом он выходит на ринг, и время для меня будто останавливается. Я не дышу все то время, пока он и его соперник дерутся в какой-то жуткой схватке. В зале поднимается оглушительный рев, публике нравится кровавое зрелище. Пару раз я вскрикиваю, когда Климу достается от противника, но Климом движет не только азарт, запретность и спортивный адреналин. Его силу подпитывает гнев, и у второй стороны нет ни единого шанса.

– Победа за Графом! – поднимает его руку тот же самый судья, что был тут и два года назад. – Победитель выбирает приз!

Накрывает паникой. Что, если он выберет не меня? Что, если, глядя прямо в мои глаза, он выберет не меня?

Клим прячет руки в карманы серых спортивных штанов и поворачивает голову ровно настолько, чтобы поймать мой взгляд.