Глава 18

Ночью меня разбудил шорох. Я вообще не отличаюсь чуткостью сна, потому что иногда просто приползаю на свой чердак и падаю без сил, отключаясь до самого рассвета, но, видимо, последние события сильно взбудоражили мое сознание. Открыв глаза, я огляделась, пытаясь в темноте определить, что именно шуршало. Наверное, опять мыши завелись. Мое внимание привлек большой светящийся прямоугольник как раз в том месте, где стояло старое отцовское зеркало. Похоже, покрывало упало на пол. Поднявшись, я подошла ближе. Так и есть. В полумраке поверхность слабо светилась, но внутри все так же клубилась тьма. Значит, это не магия принца пробудила старый артефакт. Что же тогда?

Я осторожно коснулась прохладного стекла. Во все стороны от моих пальцев пошла едва заметная рябь, а тьма начала рассеиваться. Испугавшись, я попыталась отстраниться, но какая-то сила будто удерживала меня на месте, не давая ни шевелиться, ни даже толком дышать.

– Элис, – я вздрогнула от тихого незнакомого голоса и огляделась, но в царящей вокруг тьме ничего разглядеть не удалось.

– Я здесь, – пальцы обдало холодом, и, с трудом веря в происходящее, я вгляделась в слабо мерцающую гладь зеркала. Может, это все сон? Потому что там, внутри, четко проступил чей-то силуэт.

– Да? – пискнула я, почувствовав, что возможность дышать вернулась в полном объеме. Видимо, причина изначально была в страхе. Но руку отдернуть так и не удалось, мои пальцы будто приморозило к старому артефакту.

– Кровь, – прошелестел тот же голос. – Нужно больше крови.

Что?

Видимо, я произнесла это вслух, потому что зеркало вновь пошло едва заметной рябью, послышался тихий треск, и стекло под моими пальцами лопнуло. Зашипев от боли, я наконец-то смогла освободиться и отпрыгнула едва ли не в дальний угол чердака. Тяжело дыша, я настороженно наблюдала за артефактом.

И где Эрик, когда он так сильно нужен?

Разве он не чувствует, что здесь происходит?

Зеркало светилось все ярче, и силуэт в глубине проступал все четче. Через несколько мгновений тусклое красноватое свечение осветило весь чердак, и, взглянув на саднящие пальцы, я увидела крупные капли крови. Видимо, порезалась, когда стекло треснуло. Вздохнув, я начала боком, не отрывая взгляда от пробудившегося артефакта, пробираться к лестнице. Надеюсь, мои прыжки не разбудили никого в замке, потому что ничего хорошего не произойдет, если зеркало будет обнаружено.

– Стой, – приказал тот же голос, но я и не думала слушаться. Бегом кинувшись к лестнице, я в рекордные сроки оказалась внизу и, миновав холл, выскочила на улицу. Взошедшая луна ярко освещала двор, поэтому Эрика я увидела сразу. Небрежно одетый и растрепанный, он быстрым шагом направлялся к замку, когда увидел меня. Если он и удивился, то вида не подал. Приблизившись, фей крепко схватил меня за руку и потащил в сторону сада. Там, скрытые давно не стриженными кустами, мы остановились. В полумраке глаза крестного слабо мерцали, вновь напомнив мне о пережитом страхе.

– Что произошло? – тихо спросил Эрик, но даже так я услышала в его голосе беспокойство.

– Папино зеркало, – паника, овладевшая мною на чердаке, наконец-то отпустила, и мысли перестали хаотично метаться в голове, образуя давку. Сердце, колотившееся о ребра кузнечным молотом, начало успокаиваться, согретое близостью крестного фея. – Вечером оно начало пробуждаться, а вот теперь, кажется, активировалось.

– Зеркало Реджины? – фей заглянул мне в глаза, ища в них ответ. – Расскажи, что тебя напугало.

– Ночью я проснулась от шороха, – в саду выпала роса, и свежий, пропитанный влагой воздух холодил разгоряченную от пережитого страха кожу. – И увидела, что в зеркале клубится тьма. Я подошла и прикоснулась к нему, сама не зная, зачем. Кажется, я собой не управляла. А потом послышался голос, который назвал меня по имени и требовал крови. Я правда не понимаю, что произошло дальше. Стекло треснуло, порезав меня, и артефакт, кажется, пробудился окончательно. После этого я убежала.

Слушая мое на удивление плавное и логичное повествование, Эрик молчал, но с каждым словом все больше мрачнел.

– Мне кажется, дело в моей крови, – я зябко повела плечами и, заметив это, фей создал вокруг нас едва мерцающий купол, внутри которого было тепло.

– Возможно, – нахмурился мой крестный. – Хотя я был уверен, что со смертью Реджины пленник освободился.

– Какой пленник? – внезапно забеспокоилась я. Это же не значит, что в зеркале кто-то…?

– Пленник зеркала, – невесело усмехнулся Эрик. – Демон. Твоя далекая родственница обладала сильным магическим даром и смогла подчинить сущность из чужого мира.

Вот как.

– И что теперь делать? – спросила я то, что беспокоило меня в первую очередь.

– Узнать, что ему нужно, – пожал плечами крестный.

Я вздохнула, не имея никакого желания возвращаться на чердак и иметь дело со странным артефактом. К тому же, похоже, зеркало – меньшая из моих проблем.

– Есть еще кое-что, – тихо сказала я, поняв, что Эрик не в курсе вчерашнего представления графини Милтон, разыгранного перед принцем и герцогом Арлингтоном. – Похоже, я не смогу пойти на бал.

– Что на этот раз? – взгляд фея скользил по саду, а мой почему-то был прикован к треугольнику загорелой кожи, видимому в вороте криво застегнутой рубашки. Интересно, какова она на ощупь. Гладкая и горячая? Прохладная и шелковистая? И каково будет чувствовать это сильно бьющийся пульс под своими губами? Одернув себя, я опустила глаза и почувствовала, как щеки заливаются румянцем. Что происходит? Я никогда не воспринимала Эрика как мужчину, скорее как брата, не стесняясь, поверяла ему все свои тайны и горести. Да он даже голой меня видел! Совсем недавно. А вот я его – никогда. Пытаясь оборвать поток ушедших в сторону мыслей, я и вовсе отвернулась от крестного, чтобы не выдать внезапно охватившего меня смятения. Откуда у меня в голове взялись подобные мысли? Что изменится, если я увижу его обнаженным?

– Элис! – строгий голос привел меня в чувство. – Ты спишь уже что ли? Почему ты не сможешь пойти на бал? Если дело во мне, то я постараюсь, чтобы на этот раз магия продержалась дольше.

– Не в тебе, – качнула головой я. – На этот раз приглашения на бал будут именные, чтобы ситуация с анонимной незнакомкой больше не повторилась. А вчера графиня сообщила принцу, что я мертва, утопилась в Сионе.

Мой голос звучал отстраненно, хотя внутри с новой силой взметнулась злость на мачеху. Она поступила очень необдуманно, и вскоре об этом пожалеет, но мне от этого почему-то ничуть не лучше.

– Что она сделала? – фей впервые на моей памяти выглядел настолько оторопелым. Похоже, поступок графини шокировал не только меня.

– Именно то, что ты услышал. Объявила меня мертвой.

– А она знает о завещании?

– Нет, – повела плечом я. – Поверенный отца не был уполномочен вводить вдову в курс дела. Но, подозреваю, вскоре она обо всем узнает. Когда ее попросят освободить замок.

Крестный промолчал, задумчиво глядя куда-то вглубь сада. В темноте кружились крупные светлячки, выписывая в воздухе потрясающие затейливые узоры, голова шла кругом от дурманящего аромата разросшейся глицинии, где-то ухала сова, и на меня вдруг навалилась усталость. Шагнув к скамейке, я тяжело опустилась на нее. Не думаю, что внезапно пробудившийся артефакт каким-то образом поможет справиться с навалившимися проблемами. Скорее добавит новых. А раз так, самый лучший вариант – избавиться от него или, в крайнем случае, уничтожить.

– Идем, – позвал меня Эрик, и по выражению лица, едва видного в полумраке, я поняла, что он что-то придумал. Меньше всего мне хотелось двигаться, а тем более вставать и куда-то идти, даже несмотря на то, что сиденье подо мной оказалось влажным. Заметив, что я и не подумала следовать за ним, фей ехидно усмехнулся, и купол лопнул, окатив меня водопадом искр. Кожи тут же коснулось холодное дуновение ночного воздуха и, зябко ежась, я все же последовала за своим крестным.

На чердак мы поднялись совершенно бесшумно. Ни одна доска не скрипнула на старой деревянной лестнице под нашими торопливыми шагами. Оказавшись наверху, я увидела Эрика стоящим напротив зеркала. Под потолком зависли несколько магических шаров, освещавших помещение не хуже полноценной люстры. Но даже при таком свете в глубине старого артефакта вместо наших отражений клубилась непроглядная тьма. Осторожно приблизившись, я встала рядом с задумчивым феем.

– Трещина исчезла, – мой голос прозвучал неожиданно хрипло. – И крови нет.

– Это волшебный артефакт, – повел плечом Эрик. – Его в принципе невозможно разбить.

– А как же его в таком случае уничтожить?

– Мы не станем этого делать, – крестный посмотрел на меня. – Наоборот, тебе очень повезло, что наследие Реджины пробудилось.

– Что-то сомневаюсь, – проворчала я, вспомнив силуэт в глубине артефакта. Жила себе спокойно без него, и ничего.

– Как ты его пробудила? Что делала?

– Да ничего не делала, – я честно попыталась вспомнить, но в голову так ничего и не пришло. – Зеркало меня разбудило.

– Может, храпела слишком громко? – ехидно уточнил крестный, и я в ответ пихнула его в бок.

Мне вовсе не хотелось вновь общаться с тем, кто жил в глубине артефакта, но я привыкла доверять Эрику, и если он считает, что демон может быть нам полезен… Пальцы непроизвольно потянулись к гладкой поверхности. Едва начавший затягиваться порез защипало, но я списала это на совпадение. Эта штука уже получила порцию моей крови, больше, надеюсь, ей не потребуется. Во все стороны от места соприкосновения пошла едва заметная рябь, и спустя мгновение тьма начала рассеиваться.

– Одумалась, – прозвучал уже знакомый голос, и я от неожиданности отдернула пальцы. Однако, похоже, механизм призыва уже был запущен, и вскоре тьма сменилась силуэтом.

– Можно и так сказать, – почему-то шепотом ответила я.

Силуэт, сначала маленький, становился все крупнее. Как будто кто-то приближался к нам, выплывая из темного зазеркалья. Схватив за руку, Эрик задвинул меня к себе за спину. Удивиться я не успела, потому что в один миг туман рассеялся окончательно, явив нам молодого на вид мужчину. Ничего не говорило о его демонической сущности, не было ни рогов, ни торчащих клыков, ни носа пятачком. Может, в ином мире демоны просто выглядят иначе? Перед нами был обычный, довольно привлекательный шатен с холодными, бледно-голубыми глазами. Тонкие губы кривились в издевательской усмешке.

– И ты здесь, – бросил демон, с насмешкой глядя на моего крестного.

Эрик хмыкнул, и я шагнула вперед, испытывая физическую необходимость видеть выражение его лица. Фей, что удивительно, улыбался, как будто видел старого и очень близкого друга. Получается, они знакомы.

– Я тоже рад тебя видеть, – сказал крестный, больше не делая попыток задвинуть меня за свою спину.

– Сколько лет прошло? – демон прикрыл глаза, будто силясь что-то вспомнить.

– Много, – качнул головой Эрик. – Перед тобой сейчас правнучка Реджины.

– Правнучка, – повторил демон, чуть растягивая гласные. – Элис. Ты похожа на свою мать. От прабабушки не досталось ничего, к сожалению. Сколько тебе лет?

– Восемнадцать, – ответила я, и демону, кажется, эта информация пришлась по душе.

– Уже скоро, – усмехнулся он. – Жених есть?

– Что скоро? – уточнила я, проигнорировав последний вопрос.

– Закончится моя служба, – на этот раз улыбка была шире, обнажив небольшие, аккуратные клыки. Я усмехнулась в ответ, почему-то перестав бояться. Переступив босыми ногами по холодному полу, почувствовала, что пальцы стали совершенно ледяными. А ведь на дворе середина лета. Будто почувствовав, Эрик повернулся ко мне, и вокруг нас засветился знакомый уже мерцающий купол.

– В следующий раз не забудь обуться, – процедил он.

– Какое там, – демон от души веселился. – Улепетывала так, что пятки сверкали. Думал, по лестнице кубарем скатится. А она, оказывается, к тебе спешила.

– А к кому еще? – рассердилась я.

– К родителям, – пожал плечами пленник артефакта. – К маменьке под юбку.

– А ты, значит, все это время спал? – бросив на меня обеспокоенный взгляд, уточнил Эрик.

– Нет. Но после казни Реджины меня больше никто не призывал.

– Я тоже не звала, – демонстративно сложив руки на груди, я уставилась на демона, ожидая объяснений.

– Меня призвала твоя кровь. Внешность ты, может, и не унаследовала, а вот дар – да. И он в полном объеме перейдет к твоей дочери.

– При чем здесь моя дочь? – мгновенно вспыхнула я, даже не успев толком задуматься.

Демон молчал довольно долго, нервируя меня своим пристальным, изучающим взглядом. Затем, видимо, приняв какое-то решение, обратился к Эрику.

– Рассказывай, – и тоже руки на груди сложил, приготовившись, видимо, к самому худшему.

– На данный момент Элис последняя в своем роду, Ханс Кристофф умер два года назад, а его супруга еще раньше.

– И? – взгляд демона переместился за мою спину, и по мере того, как он скользил по чердаку, отмечая каждую мельчайшую деталь, мне становилось все более стыдно за свое положение.

– Это чердак замка Кристофф, – сказала я, не дожидаясь его вопроса. – Отец повторно женился, и после его смерти мачеху назначили моей опекуншей.

– И она спровадила тебя подальше со своих глаз, – мрачно заключил пленник зеркала.

Я кивнула, чувствуя себя неловко. Моя прабабушка Реджина некогда была сильной колдуньей, и если бы не предательство, разбившее ее сердце, никогда не позволила бы себя поймать и казнить. Меня же в собственном доме держат за прислугу.

– Что ж, Элис, – демон серьезно посмотрел на моего крестного, и тот ответил ему едва заметным кивком. – Позволь представиться, Каин Рэвенхарт, лорд Первого Круга Лотэрана. И хоть я от всей души ненавижу каждого представителя твоего проклятого Бездной рода, но, так и быть, стану тебе верным союзником.

– И с чего мне такая милость? – спросила я, решив позже обязательно выяснить как историю этого Каина, так и причины появления рядом со мной крестного фея.

– Все очень просто, – пожал плечами Каин. – Если все сложится благополучно, твоя дочь появится на свет и освободит меня.