Глава 7

Кристофер и Алекс оглянулись на ее приближение практически одновременно. Очень похожи внешне: рост, телосложение, оба блондины и ветер с солнцем красиво играют с их волосами. Темные костюмы и кипенно-белые рубашки. Позу и ту выбрали одинаковую: заправив руки в карманы брюк, зеркалят или демонстрируют крайнюю степень расположения друг к другу.

— Привет. — Она кивнула Лексу, сделав вид, что не заметила его изумления, обращаясь к Крису: — Мы собираемся перекусить, заехать ко мне в закусочную. Вы с нами?

Она одарила Алекса еще одним поверхностным взглядом, вопрошающе взглянув на Кристофера, заправив волосы за ухо и тут же нахмурившись. Куда-то делись ее сережки, только сейчас обратила на это внимание. Жалко их, долго искала такие, чтобы длинные были и с ярко-синими камнями сапфиров.

— Что случилось?

— Ничего, подумала, что серьги потеряла, но вспомнила, что оставила их дома. Так как? Составите нам компанию?

Серьги — это такая мелочь, подумаешь, сняли работники морга или спасатели, наверное, им они больше радости принесут.

— Почему нет? Отпразднуем твое воскрешение. — Кивнул Крис. — Ты с нами?

— А ты не хочешь представить меня своей очаровательной подруге?

Лекс улыбнулся ей, а потом перевел взгляд на друга. Если она желает играть в прятки, то хорошо, они познакомятся заново. Какая-то тень вдруг набежала на сердце, встревожив его, но он не обратил на то внимание. Он наконец-таки нашел ее!

— Хотя, чего от тебя еще ожидать? Александр Флагер, — он протянул ей руку, — для друзей просто Лекс.

Крис кивнул, он совсем забыл об этой формальности. Столько всего произошло, голова шла кругом! Кэш нашлась. До этого сколько бы он не призывал ее, она все никак не появлялась. Его то и дело вызывали в полицию, раз за разом задавая все одни и те же вопросы, пока его это окончательно не вывело из себя, и он не напомнил адвокату за что тому платят деньги.

— Мы дружим с детства, я на какой-то момент забываю, что еще не все знакомы с этим хамом…

Кэш оглянулась на Криса, улыбаясь их шуточной перепалке, и приняла руку Лекса. Пальцы тут же утонули в горячем рукопожатии.

— Не верьте ему, не было у него никакого детства. — Алекс сделал выразительный взгляд, но его глаза «смеялись». — Земля просто вытолкнула его вместе с одним из камней куда-то на поверхность.

В потемках торгового центра ее черты лица угадывались, но были лишены красок, в свете дня она оказалась еще милее, интереснее.

— Полагаю одним из тех камней были вы? — улыбнулась она в ответ на это. — Кэшеди Кинет, для друзей просто Кэш.

Крис встал позади нее, обнимая за талию и притягивая к себе. Он коснулся губами ее щеки, поближе к виску. Кэш немного напряглась, она не ожидала от него такого… поведения. Расстались они вовсе не на нежных нотах.

Что это значит? Он ревнует или метит территорию?

Она могла поклясться, что почувствовала, как замер Лекс.

Александр Флагер выпустил ее пальцы из своих, с трудом «удержав» лицо, сдержался, чтобы не продемонстрировать сколь сильно его разочарование. Его находка, его восхитительно пахнущая булочка оказалась вовсе не его.

— Теперь ты понимаешь, почему я не хочу его с кем-либо знакомить?

— Да. Он не твой пресс-секретарь и не имидж-мэйкер, не старается представить тебя в лучшем свете, чем ты есть на самом деле, словно все вокруг твои потенциальные избиратели.

Кэш повернулась, взглянув на него сбоку и сложив руки поверх его. Она хотела, чтобы он убрал их с нее и прекратил вести себя так, словно ничего не произошло. Им как минимум нужно поговорить, но никак не делать вид, что они счастливая пара. После признаний в измене обычно рвут отношения и видеть не хотят, но никак не приезжают выручать подружку и не представляют друзьям, демонстрируя нежные чувства.

— Ты все-таки решил выставить свою кандидатуру? Не это ли была та самая тема для серьезного разговора?

Крис выпустил ее из рук, наконец разомкнув объятья.

— Ты же знаешь, избирательная кампания требует больших денег, особенно для независимых кандидатов.

— То есть ты настолько беден, что тебе требуется помощь извне? — хохотнул Алекс, получилось натянуто, мышцы стянуло кислым привкусом.

— Ты же знаешь как важна поддержка крупных банков — это вызывает доверие у потенциальных инвесторов даже на предварительной стадии выборов.

Они уже шли по направлению к машине, как Кэш остановилась, она решила вернуться. Если им есть о чем поговорить: работа, дела, деньги, контракты, предвыборная компания и неважно что еще, что по определению важно, а по мнению Кэш — скучно. Она готова оставить их вдвоем, может даже добраться до закусочной в компании Сиены и Марка.

— Хорошо. Мы обсудим это позже или твоя девушка сбежит, испугавшись нашей компании.

Проговорил Лекс, остановившись и полуобернувшись к Кэш, заметив, что она исчезла из поля зрения.

— Я не испугалась, а решила, что дела не ждут. Я прекрасно понимаю, как это важно.

Кэш удержала себя от того, чтобы не зыркнуть на него раздосадованным взглядом. Какой внимательный!

— В самом деле, потом поговорим. Не будем обсуждать дела, когда на повестке твое чудесное воскрешение.

Крис протянул ей руку, но девушка отрицательно покачала головой.

— Я догоню, у вас есть несколько минут, чтобы условиться о чем-нибудь, а я пока предупрежу Сиену и Марка, отправлю их вперед.

Она не хочет чувствовать себя третьей лишней. Ей и понятно о чем они говорят, но обычно при таких разговорах ни мнения, ни присутствия Кэш особенно не требуется.

— Хорошо, мы подождем тебя.

Кэш кивнула и пошла обратно, до машины оставалось всего пару шагов, но ощущала она себя так, словно взбиралась на Голгофу, так тяжело и непонятно было у нее на душе. Чувствовалось, что одними объятиями дело не ограничится, впереди ее ждет разговор, но вот сама Кэш еще не поняла так ли он нужен ей и чего она собственно говоря хочет больше всего.

— Поехали в закусочную…

— Ресторан, — ревностно поправил ее Марк, которому был так важен именно этот статус заведения.

Он упорно не хотел работать в очень популярной закусочной, а выбирал унылый «ресторан» и грезил о мишленовских звездах.

— Бог с тобой, в ресторан.

— Что это было? Я видела, как он обнял тебя.

Удивление подруги было красочным: взгляд, мимика, голос, наполненный изумленными интонациями.

— Не знаю. Честно.

Кэш пожала плечами, внезапно пожалев о своем предложении съездить и перекусить чего-нибудь. Чувство голода не пропало, но сейчас она вполне бы обошлась сэндвичами с яйцом, кружкой горячего чая на своей милой кухне.

— Это было неожиданно даже для меня. Я предложила перекусить, он представил своему другу, а потом обнял.

Сиена покривила губами.

— Странное поведение, не замечала за ним такого раньше.

Это так. Крис в новом статусе кандидата в конгрессмены ведет себя очень сдержанно, особенно, если они у всех на виду.

— Он что, приревновал тебя к другу?

— Может быть. — Кэш вяло пожала плечами и посмотрела на свою руку, лежащую на дверце машины. — Выглядело именно так.

И, наверное, не зря. Все-таки она заочно познакомилась с Лексом и искал тот конкретно ее, но Крис то этого не знает! Что это? Предчувствие? Рога?

— Ты знакома с ним? Это ведь был не он?

Сиена имела ввиду ту ночь со старым знакомым. Кэш отрицательно покачала головой.

— Нет.

Не будет она рассказывать сейчас, что познакомилась с ним в небоскребе и провела в его компании несколько часов, а после он помог ей, подыграл и одолжил телефон.

И поцеловал.

— Давай потом поговорим? Я на самом деле жутко проголодалась, а еще домой хочу. В душ и поспать. У меня еще забот прибавилось: документы новые нужны или что-то придумать с этими, а еще Маргарет.

— Маргарет? — не отставала Сиена, не сводя с Кэш знаменитого пристального взгляда, который иной раз вынуждал выкладывать все как подчистую. — Не волнуйся по поводу документов, всегда можно сказать, что сумку украли.

— И тело украли, исчезло оно. Все украли. Сиен! Поехали, а?

— Ну, хорошо. Ты с нами или с ним?

— С ним, я уже пообещала.

Они добрались до закусочной, как называла Кэш заведение с той самой приставкой "ресторан". Может быть статус ему и прилепили, но вот атмосферу чопорности добавить забыли.

В машине, пока добирались, оба молчали и только когда подъехали на место, припарковались, Крис повернулся к ней.

— Думаю, нам надо поговорить, — наконец произнес он, провернув ключи в замке зажигания, заглушив двигатель.

Кэш кивнула. Она ждала разговора всю дорогу, но не хотела начинать первой. Чтобы она сказала ему: зачем ты обнял меня?

— Я предлагаю начать все заново. Забыть все, что было до теракта…

Нет. Она хочет знать, что изменилось?!

— Почему? Когда я уходила, когда ты попросил меня уйти, все было довольно однозначно, а вот что было сегодня?

Он пожал плечами, на мгновение переведя взгляд ей за спину.

— Я места себе не находил. Я искал тебя, сначала оправдывал это желание ответственностью и тем, что так должен поступить любой порядочный мужчина.

Крис подобрал ее руку с колена, заключая между своих ладоней, он некоторое время смотрел на их руки, проводя по костяшкам пальцев. Ему нелегко далось это признание.

— Я ведь знал, что с тобой ничего не могло случиться. Тебя мог призвать кто-нибудь другой. Сиена тоже звала тебя. А сегодня, сейчас, я понял, что не хочу, чтобы ты уходила, чтобы все закончилось вот так. Ты мне нужна, я помню твои слова сожаления, но тогда я был зол, но все-таки я ценю твою честность. Признаться, все эти дни я мелочно думал о том, что лучше бы ты солгала.

Кэш поджала губы, ощущая ноющее чувство в груди. Ему было нелегко признаться в этом и он предлагал ей второй шанс. Могла ли она отпустить его, оттолкнуть этого мужчину? Нет.

— И ты так просто предлагаешь забыть всё? Это ведь я…

Он в нетерпении дернул подбородком. Не без раздражения, надо сказать.

— Да. Я знаю. Мне нужно было позвонить тебе и взять тебя с собой, а не делать из этого тайну. Я же уехал и не предупредил.

Кэш попыталась убрать руки, но он не дал ей сделать этого, наоборот, притягивая ее к себе.

— Прекрати. Перестань брать часть вины на себя. Это действительно произошло, но…

Крис, его лицо было так близко, так что она отражалась в темной глубине его глаз.

— Давай без «но» и ты не будешь повторяться? Не делай мне больно еще раз, просто ответь «да» или «нет». Да — мы выйдем из машины, словно ничего и не было, нет — если ты не в силах простить себя сама, я выпью с вами кофе и уеду. Мы больше не встретимся.

Что она могла ответить на это мужчине, который смотрел на нее с такой надеждой,

ищущим взглядом, просившим о шансе, словно это он оступился, а не она?

— Да.