Глава 6.2

Дэн не спешил отпускать ее, его руки продолжали поглаживать ее бедра не то дразня, не то согревая своим прикосновениям.

-Теперь мы можем расставить все точки над i?

Дэн еще раз коснулся ее губ, проговорив в них:

-Ты хотела, чтобы он приревновал тебя!

-Нет. Я хотела, чтобы он от меня отстал.

-Все выглядело несколько иначе!

Кэш еще раз посмотрела на стукнувшую дверь, из которой вывалилось несколько хохочущих мужчин.

-Сейчас начнется!

-Не! Ты видел ее лицо?!

-Ничерта не будет! Пэйн, он ее во как держит!

Донеслись до них обрывки разговора, а Кэш поежилась от неприятного холодка пробежавшего по спине. Она одним место чувствовала приближение домашнего скандала и это близкое соседство ей не нравилось.

-Я переиграла с половиной бара! Причем тут Пэйн?!

Кэш рассказала Дэну о своей небольшой договоренности с Сэмом и поймала себя на той мысли, что как ни крути, но все-таки она юлит.

-Я всего лишь устала и хотела отдохнуть, допить пиво, поболтать с тобой о книге ставок и об этой девушке Хлое.

Кэш не хочет и не станет рассказывать Дэну о своем знакомстве с Пэйном. Он сам так сказал, здесь он Брэдфорд Пэйн, про Алекса Флагера можно забыть. Отлично! Она так и сделает!

-Я подумала, что он тоже отметился в этой идиотской книге, поэтому так настаивает. Извини, что чмокнула тебя в губы и ввела в заблуждение.

Ей достался еще один долгий поцелуй. Не такой яркий, как прежний, больше сердитый. Скорее, Дэн хотел, чтобы она замолчала и перестала извиняться.

-Как твое имя оказалось в книге ставок?

-Я не знаю.

Кэш приподняла бровь. Дэн мог делать вид, что непричем еще неделю или две тому назад, но не сегодня, когда она говорит, что заглядывала в тетрадь с благословения дядюшки Сэма.

-Я серьезно не знаю! Он отказывается говорить мне кто внес деньги и расписался моим именем.

-Такое разве возможно?

-Выходит, что да! - ответил он он чуть громче и резче, чем оно требовалось.

На них обернулись те самые ребята, что только что вывалились из бара и кажется, что собирались уходить.

-Почерк мне незнаком и…

Он взлохматил волосы, отвернулся и вновь посмотрел на нее. Весело..

-Поехали выпьем кофе?

-Все уже закрыто. Нет?

-Но не заправочная станция.

***

-Что тебе наговорила Хлоя?

Кэш помешала кофе ложкой, звякнув ей о блюдце и пожала плечами.

-Ерунду какую-то. Придумала подружку Ханну, рассказала о тайной влюбленности и очень серьезных попытках устранить соперницу.

Кэш поведала ему все, что помнила из того разговора. У нее перед глазами, как сейчас стояла Хлоя, курящая и такая напряженная. Ей не нравился эта картинка-воспоминание. От него веяло грустью.

-Теперь твоя очередь рассказывать, что тут происходит?

-О чем ты?

Кэш откинулась на спинку дивана, окинув взглядом сидящего напротив волка. От ее взгляда не укрылось происходящая с ним метаморфоза. Мышцы его лица выделились, взгляд стал таким колючим, жестоким, а движения... Он словно очень старался быть аккуратным и не разгромить ничего вокруг.

-Ни о чем.

Кэш поднялась из-за стола. Она не хочет повторяться. Ей не нравятся глупые шутки и когда из нее делают дуру.

-Сядь пожалуйста, - он посмотрел на поднявшуюся из-за стола девушку. - Сядь, я прошу тебя.

Он взял кружку с кофе, повертел ее в руках, посмотрел в темноту ночи.

-Хлоя - она моя сестра.

Ммм… Все стало понятно и не очень одновременно. Тем не менее, Кэш ощутила нечто сродни облегчению, но узел образовавшийся где-то в районе живота, пусть и ослаб, но не исчез окончательно.

-Сколько ей лет?

-Восемнадцать, нет, девятнадцать, - он потер лицо ладонями, вмиг став каким-то донельзя уставшим. - Я не знаю, по-моему девятнадцать.

Кэш только вскинула брови. Она видела девушку и не выглядит она подростком, однако, поступки говорят об обратном.

-Ты не знаешь, что это такое, - он замолчал, его щека конвульсивно дернулась, - когда в тебя влюблена сестра.

-Влюблена?

Она знакома с ревностью младших сестер к своим старшим братьям, но ведь Хлое далеко не двенадцать!

-Я знаю, что это выглядит не совсем нормально.

Кэш заставила себя улыбнуться. Это можно сказать, что мило, если бы не картинка воспоминаний из номера, а потом и сама волчица посреди дороги со смертельным оскалом белоснежных зубов.