Глава 27.1

Глава 27.1

Пикап так и валялся на обочине. Кэш не стала объяснять что-либо Хэнку. Он, на ее счастье, задавать лишних вопросов. Колеса в разную сторону, корпус тачки лежащий на крыше - виски может сотворить нечто подобное, но не на ровном месте и с повреждениями куда хуже этого.

-Придется покупать новый! Ты поди его не застраховала?!

Кэш лишь глубоко, до боли в груди вздохнула в ответ.

-Не было времени.

Она обошла тачку, посмотрела на превратившиеся где в пасту, а где в половинки продукты. Но трогать ничего не стала. Ей еще придется встретиться с шерифом и поинтересоваться на этот счет, а потом…

***

-Уауавау-ва-ва!

Сначала ее встретил Снап, наградив самым укоряющим из всех его взглядов, а затем и все остальные. Хаски выскакивали и выбегали, носились и кружили, нюхали и чихали, смешно лаяли и в голосе каждого слышался этот укор.

-Ребята! Мои вы красивые, - она обнимала каждого, мужественно терпела влажные языки и холодные носы на своем лице. - Я тоже по вам очень скучала, только вы меня и не подводите!

Она стала превращаться в старуху. Только и делает, что ворчит на события преподносимыми подругой судьбой. В какой-то момент Кэш поймала себя на мысли что ждет чего-то.

“Кого-то!”

Именно! Она ждала Алекса. Наступило семь, потом восемь, девять вечера, но он так и не появился. Кажется, что должен был, иначе и быть не должно!

-Снап!

Пёс появился в мгновение ока и словно из ниоткуда. Он напомнил ей персонажа из восточных сказок - Сивку-Бурку. Только у нее не конь, а хаски. Во всем остальном все похоже.

-Встал передо мной, как лист перед травой!

Снап на это никак не отреагировал - мало ли что там лепечут эти глупые люди! Кэш размышляла, а стоит ли ей отправляться куда-то. Может это в ней паранойя говорит, а Алекс сейчас принимает душ, ужинает или ублажает свою подружку?

-К черту! - Кэш помимо воли улыбнулась этому собственническому настроению. - Ты ведь знаешь, как пройти к дому Пэйна?

Он лишь хлопнул глазами. Это означало “да”.

-Пойдем.

Снап рыкнул в сторону сарая, появился Тинки, что-то проворчал и занял его место. Чудесные и умные!

-Может быть он дома, - говорила Кэш, пока они пробирались сквозь темень и бурелом. - Если горит свет, значит не о чем беспокоиться, а вот если его нет, то нам придется позаботиться об остальных. Они ведь, как и вы - целый день сидят голодом!

До его участка Кэш добралась без приключений, не угодила в капканы, не провалилась в какую-нибудь заросшую мхом канаву.

-Тише! Тише, ребята!

Дом выглядел пустым, если бы не уличное освещение, которое вероятно, зажглось благодаря датчикам света, то, наверное, казался бы и нежилым Пронзительный лай, больше похожий на адские крик ичаек, рычание, белоснежные клыки, выпрямленные, совсем недружелюбные хвосты.

И Снап.

Вид у него был деловой и очень собранный еще в лесу, но чем ближе они подходили к логову Пэйна, тем больше он сокращал расстояние. Стоило грозной лавине из псов приблизиться к ним, так он и вовсе преобразился.

“Кажется, что он стал больше!”

Сошла на нет вся его “пушистость”, уступив место выделившимся мышцам. Он рычал! Нет, грохотал! Не хуже дикого зверя, оборотня или медведя. Свора Пэйна отскочила обратно, но не спешила убраться к себе в будки, продолжая защищать территорию от незваных гостей.

-Снап! - позвала она его, злясь на свой энтузиазм.

Она могла сидеть дома. Хаски могут прожить один лишний день без еды. Они ведь ездовые собаки и должны быть приучены на подкорке сознания к долгим переходам и весьма ограниченному пайку.

-Ребят, мы свои! Мы правда свои!

Кэш хотела проведать их, а в итоге нарвалась на вот такой совсем недружелюбный прием. Она с удивлением наблюдала за тем, как вдруг расслабился Снап, скатал хвост обратно в бублик, часто замотал им из стороны в сторону, а там и вовсе - ласково заворчал.

-Снап?

К нему вышла - она! Хотелось бы Кэш сказать, что самая красивая хаски из всей стаи, но это было не так. Она была, как все, но с такими же разными глазами, как и вожак Берти. Хаски была чуть крупнее всех остальных, но не с такими темными пятнами, как у остальных собак.

“Они коричневые!”

Ее морда была в шрамах и мех не смог скрыть их.

-О! - ее умилила эта сценка. - О!