Глава 26

Валерия У меня за плечами множество сражений, часть которых не заканчивалась по несколько дней лишь с минимальным перерывом на отдых, но я никогда не чувствовала себя такой уставшей… и счастливой! Секс – это всегда весьма приятное занятие, но если к своему половому партнеру испытываешь по-настоящему сильное чувство, то близость превращается во что-то за гранью реального. Теперь я в полной мере смогла понять Георга, который поставил на карту всё и даже жизнь ради Шантарель. Я бы тоже пошла за Валесом куда угодно, даже в самое пекло преисподней, лишь бы он продолжал на меня смотреть с такой дикой жаждой, будто я – самое важное и ценное для него. Именно этого мне не хватало на протяжении всей своей жизни – быть по-настоящему кому-то нужной. Возможно, что не все заслуживают счастья, но никто не в силах запретить стремиться к этому любого из нас. Вот только я на собственном опыте убедилась, что счастье на чужом несчастье не построишь. Невозможно радоваться жизни, когда всё вокруг пропитано болью и отчаянием. И уж точно нельзя в подобном месте быть уверенной в безопасности нашего с Валесом будущего ребёнка. Конечно, попытки исправиться не отменят уже совершенных поступков и вряд ли помогут скостить срок пребывания в чистилище, но я всё равно решила, во что бы то ни стало помочь и себе, и злобному демону заново научиться любить и доверять близким, ведь только так появится возможность спасти тех, кто томится в заточении во «Вратах желаний». Окрыленная уверенностью в успехе задуманного быстро привела себя в порядок и направилась на поиски Валеса, по которому уже успела очень сильно соскучиться. Здоровенный оборотень молчаливой тенью следовал за мной, а я уверенно шла вперёд, уже совершенно не опасаясь того, что снова заплутаю в коридорах лабиринта. На этот раз всё вокруг выглядело иначе. Сразу стало понятно, что магия больше не норовит поймать меня в ловушку, не ослепляет и не скрывает от глаз своей новоиспечённой хозяйки отвратной изнанки данного места. Истошные крики, похотливые стоны и надменный смех, утопающий в звуках ритмичной музыки – всё это вызывало дискомфорт, и хотелось заткнуть уши ладонями, чтобы хоть на мгновение стало тихо. Только вряд ли бы это помогло, ведь казалось, что все звуки звучат не снаружи, а зарождаются прямо в моём сознании, норовя свести с ума. Множество резких не совсем приятных ароматов переплелись между собой и нещадно ударяли в нос, вызывая лёгкое головокружение и першение в горле. На данный момент я ощущала страдания каждого пленника, находящегося здесь, пропускала их боль через себя, и от этого хотелось обессиленно опуститься на пол и разрыдаться, но я держалась из последних сил, чтобы меня не сочли слабой и недостойной своего мужчины. Встречающиеся на пути охранники склоняли головы, выражая своё почтение, но я чувствовала их неприязнь в свой адрес. Любой из них без промедления и жалости порвёт меня на части, если появится такая возможность. Обратить моё тело в прах жаждали и девушки, которые бились в истерике, пока их тащили по коридору куда-то. Я знала куда именно. И несчастные пленницы тоже, поэтому от их ненависти и отчаяния воздух густел и тяжёлым комком оседал в лёгких. Хотелось остановиться, прокашляться и продышаться, чтобы хоть немного улучшить своё самочувствие, но я упорно шла вперёд с высоко поднятой головой, мысленно прося прощения у тех, кому даже не попыталась помочь. Я искренне хотела броситься на их защиту, и наверное даже смогла бы прикончить пару-тройку охранников, но этот отчаянный шаг к сожалению ни чем хорошим бы не закончился ни для меня, ни для пленниц. Спускаться в подземелье бессмысленно, потому что в камеры к девушкам меня всё равно никто не впустит, поэтому знакомый поворот в сторону лестницы, ведущей на нижний ярус «Врат желаний», я проигнорировала, как и дверь, за которой находится проход к арене. Там на данный момент никто не сражается перед кровожадной толпой за жизнь, но мне всё равно было неприятно находиться рядом с местом, где не так давно бесстрашная охотница легко превратилась в кусок бесполезного хладного мяса. Честно, мне вообще хотелось развернуться и как можно скорее вернуться в свою спальню, изолированную от неприятных запахов и звуков, но я пересилила себя и пошла дальше по одному из коридоров, всё же намереваясь отыскать Валеса. Немного смогла перевести дух, когда неожиданно оказалась в просторном холле, напоминающем вестибюль в дорогущем отеле. Мой молчаливый сопровождающий захлопнул за нами дверь и каменным изваянием замер возле неё, давая понять, что дальше идти не собирается. Сводящие с ума звуки стихли, и это помогло немного расслабиться. – Что это за место? – спросила, озираясь по сторонам. Современно. Красиво. Шикарно. Немного вычурно, но всё равно вполне уютно. И я бы точно ахнула от восхищения при виде интерьера декорированного позолотой, если бы до сих пор не ощущала мерзкий привкус чужого отчаяния во рту, если бы не знала, какой ценой досталась моему мужу вся эта роскошь. Всё здесь насквозь пропиталось кровью и горькими слезами, и никакая генеральная уборка не избавит помещение от въевшегося в стены запаха. – Личные апартаменты господина Валеса, – гаркнул в ответ оборотень. – Здесь запрещено бывать кому-либо кроме господина, поэтому я подожду вас за дверью, – добавил секунду спустя и поспешно удалился. Я видимо к «кому-либо» уже не относилась, поэтому немного расслабилась и смело принялась осматривать комфортабельное личное логово демона, надеясь на то, что в скором времени объявится и он сам. Несмотря на то, что в распоряжение клана Дорских совет предоставил огромный зáмок, жизнь вампиров, проживающих в нём, всегда была лишена роскоши, потому что все средства зачастую уходили на то, чтобы пополнить запасы пищи или необходимого для охоты обмундирования. Шантарель волновали лишь сражения, а мы слепо следовали за ней, потому что многие из нас попросту не знали другой более сытой и спокойной жизни. С появлением Георга ситуация изменилась, что впоследствии вскружило мне голову и подтолкнуло к совершению ужасных поступков, поэтому теперь я старалась трезво смотреть на вещи и оценивать свои возможности. А ещё не забывать, как быстро и болезненно опаляются распахнутые за спиной крылья. Обряд связал нас, но не сделал из жестокого демона влюблённого по уши романтика, который станет сдувать со своей женщины пылинки. Валес дал клятву верности, но при этом не стал моим мужчиной, он остался хозяином, от которого уже не удастся получить вольную. Это пугало немного, но не удручало, потому что свобода с недавнего времени утратила в моих глазах привлекательность. Самой огромной зависимостью для вампира всегда считалась кровь – пища, без которой хладный организм лишится жизненной энергии, но теперь я испытывала жажду иного характера. Моей больной зависимостью стал Валес, без которого неприятно щемило в груди от невыносимой тоски. Это похоже на ломку. Организм требовал очередную порцию эмоций, от которых голова шла кругом, а по венам бурной рекой растекалось желание. И какой бы большой не была доза, мне всегда будет мало. От подобной зависимости уже не излечиться. Окончательный неутешительный диагноз.