Глава 11

ХЕЛЛИАНА

— Хелли, что за цирк ты там устроила? — сердито спросил Латриэль, усаживая меня прямо на стол в его кабинете и осторожно снимая сапожок с моей левой ноги.

— Ты о чём? Ай, больно! — невольно зашипела я.

— Ты не могла убить упыря! У тебя нет ни капли магии! Что там произошло? — нахмурился эльф, растирая мою лодыжку, которую, как оказалось, я все-таки растянула, улепётывая по лесу от Рика.

Заметила я это уже около ворот, когда удачно хлопнулась на руки Латриэлю под взглядами нескольких магов, и картинно заявила, сделав испуганные глаза, что, мол, нежить рассыпалась прахом и больше не побеспокоит юных некромантов.

Маги поверили мне на слово, благо видок у меня был такой, как после реального забега от кровожадной нечисти (хотя почему как?): грязная одежда, взлохмаченные волосы, содранные в кровь ладони, синяк на скуле (приложилась о камень, когда падала), трава и листья по всему фасаду, да ещё и лодыжку повредила.

Народ, который сбежался посмотреть на упокоение злобной нежити, впечатлился и немного разочарованно вздохнул. Правильно, не часто нежить посещает город, вдоль и поперек напичканный магами всех возрастов и способностей. Только декан Пилат хитро на меня посмотрел и незаметно подмигнул. Хе, а он, похоже, что-то знает, чует моя левая пятка!

Дело закончилось тем, что взволнованный Латриэль разогнал народ и, посадив меня в седло своего пегаса впереди себя, увёз в Академию, попросив декана забрать Сумрака.

— Лат, если я тебе расскажу, ты мне всё равно не поверишь!

— А ты попробуй, — хмуро произнёс эльф, втирая в кожу какую-то мазь, которую достал из ящика своего стола.

— Ну хорошо, — вздохнула я. — Был там упырь, но он меня не съел. Он больше сладкое предпочитает. Ай, больно!

Латриэль сильно сжал мою ногу и сердито на меня посмотрел:

— Хелли, это не смешно. Я серьёзно тебя спрашиваю: что там произошло?

— Ты сейчас спрашиваешь как мой учитель, как королевский советник или как мой друг? — прищурилась я, услышав, с каким нажимом он произнёс последнюю фразу.

— Конечно, как твой друг! — выпустил мою пострадавшую конечность эльф.

— Мне так не показалось, — буркнула я, напяливая обувку.

Кожу после мази приятно пощипывало.

— Хелл, я…

— Малышка, что случилось? — В кабинет вошли близнецы. — Вся Академия на ушах стоит! Говорят, что ты упыря убила! Когда успела?

— Не убила, рука не поднялась. Он слишком милый, — хмыкнула я.

— Всё шутишь, — хохотнул Терен, подходя ближе, и тут же побледнел, увидев мой видок. — Так это правда?

— Что? — Рядом со мной тут же оказался Дерек и приподнял за подбородок моё лицо. — Как это произошло?

— Да никого я не убивала, я же говорю, рука не поднялась! Мне попался неплотоядный упырь!

— Такого не бывает, — недоверчиво покачал головой Терен, выпутывая из моих волос сухие травинки, а пока Дерек приводил моё лицо и ладони в порядок, я принялась рассказывать, что произошло в лесу.

Этим нелюдям я могла доверять.

— Ты это серьёзно? — спросил Терен, усаживаясь рядом со мной на стол немного погодя, когда я закончила свой рассказ.

— Терен, почти двадцать человек видели, как упырь убежал вслед за мной в лес, а я оттуда вышла живая и со всеми конечностями, — хмыкнула я.

— Слава Хранителям. Но я всё же не могу в это поверить, — покачал головой Дерек.

— Почему не можешь? Смотри: голова — одна штука, ноги — две штуки, руки — тоже две. Всё в комплекте! — хохотнула я.

— Хелл, да я про упыря, — засмеялся младший дроу.

Латриэль оставался хмурым, как грозовая туча.

— Я тоже сразу не смогла. Но это так. Представляешь, упырь-сладкоежка! Я назвала его Рик! — похвасталась я. — Я вас потом с ним познакомлю!

— Что?! Нет, Хелли, ты туда больше не вернёшься! — неожиданно гневно воскликнул эльф.

— Как не вернусь? Я обещала ему шоколадных кексов принести, — опешила я.

— Хелли, это упырь! Тебе сказочно повезло, что ты отделалась одними синяками! Его нужно уничтожить! — непоколебимо заявил Латриэль.

— Нет! Нельзя отнимать у него жизнь! Он никого не обидит! — вскочила я со стола и впилась взглядом в учителя. — Я ручаюсь за него!

— Ну хорошо, — немного смягчился эльф, — но я обязан рассказать всё директору Итрону. Ждите меня здесь.

— Хелл, может, он и прав? Может, тебе просто повезло? — спросил Дерек, глядя, как за Латриэлем захлопывается дверь.

— Дерек, я была одна и без оружия, без магии, у меня были все ладони в крови! Да любая нечисть слопала бы меня, не задумавшись, без суда и следствия! А он мне ничего не сделал и даже проводил до выхода из леса! У него полностью сохранилось сознание. Понимаешь, сознание, а не инстинкты!

— Пожалуй, ты права. Я бы хотел на него взглянуть.

— Я вас познакомлю, — улыбнулась я, подходя к окну, — но только попозже, когда он ко мне привыкнет.

— Представляю эту картину. Да нет, не могу представить! — фыркнул Терен.

— А куда направился Латриэль? Он же к директору собирался, — спросила я, заметив через окно эльфа, который выехал на своём пегасе из дверей конюшни.

— Малышка, я не хочу тебя расстраивать, но, похоже, он всё-таки решил уничтожить твоего упыря, — тихо произнёс Дерек, проследив глазами за тем, как Латриэль, выехав за ворота Академии, направился в сторону старого кладбища.

— Нет, он не может… — изумлённо ахнула я, зажав рот ладонью.

— Может, малышка. Он может.

ДЕРЕК ДЕ РЕН

— Латриэль, нет! — Хелли с отчаянным криком в последнюю секунду, но всё же успела выставить «Радужный щит» между Латриэлем и прижавшимся спиной к стволу многовекового дуба упырем.

Мы неслись на кладбище с максимальной скоростью, как можно сильнее пришпоривая лошадей, но у самых ворот их пришлось оставить, так как пегас Хеллианы не мог пройти на нечистую землю.

Хелли, словно метеор, понеслась в лес за кладбищем, откуда раздавался тоскливый, леденящий душу вой упыря. Латриэль загнал нежить в самую чащу и швырнул в него сгустком пламени, но малышка успела вовремя. Пламя расползлось по щиту Хеллианы, но не смогло продвинуться дальше. Упырь сжался в комок у корней дуба, торчащих из земли, и закрыл голову руками.

— Хелли, отойди. Его нельзя оставлять в живых! — рыкнул эльф, зажигая в руке новый огненный сгусток.

— Нет! — крикнула человечка, подбегая к упырю и взяв потоки магии от щита в руки.

— Что ты делаешь? — гневно спросил Лат.

Мы с Тереном стояли в стороне, не зная, что предпринять.

— Защищаю его! — со злобой в голосе сказала человечка. — Ты солгал мне!

По её лицу стекал пот от напряжения, но она упорно держала щит, который без магической подпитки просто бы распался. Все крохи магии, что сегодня в ней собрались, она использовала для защиты упыря.

— Хелли, я…

— Что ты?! Я думала, что могу тебе верить!

— Хелли, ты защищаешь чудовище! Он в любой момент может разорвать тебя! — Лунный эльф сорвался на крик.

— Лат, это ты чудовище, — тихо произнесла человечка. — Он ничего тебе не сделал, он никому ничего не сделал! Ты не вправе отнимать у него жизнь.

Хелли стояла в трёх локтях от упыря, спиной к нему, а нежить её не трогала. А только смотрела на человечку с немой надеждой.

— Тебе этот упырь так дорог? — изумлённо спросил Лат, погасив огонь.

— Да, — так же тихо ответила Хелли, но щит не убрала, несмотря на то что у неё уже тряслись руки.

— Но почему?

— Потому что он считает меня своим другом.

Латриэль не выдержал её взгляда и отвернулся. Но, пройдя пару шагов, остановился и, не поворачиваясь, произнёс:

— Я не трону его только потому, что ты просишь. Даю слово.

Хелли подождала, пока эльф скроется среди деревьев, и только тогда рассеяла щит. Ноги её уже не держали, и она мягко опустилась на землю. Я тут же бросился к ней, но меня остановил Терен, покачав головой. Действительно, малышку упырь не тронет, но кто знает, как он, после встречи с Латриэлем, отреагирует на нас?

Пока же он не обратил на нас внимания, а почти ползком перебрался к Хелли, которая стояла на коленях, упираясь руками в землю. Волосы шёлковым водопадом падали на плечи, закрывая лицо, и касались земли.

Нежить, стоя на коленях, заботливо и осторожно убрала волосы человечки с её лица и взволнованно заглянула ей в глаза. Я, волнуясь за человечку, с большим трудом остался на месте, в двадцати шагах от дуба. Хотя и видел все эмоции упыря, но не мог поверить в их присутствие, присущее только разумным расам.

— Я в порядке, не волнуйся, — улыбнулась человечка, откидывая волосы и усаживаясь на траву. — Просто устала очень.

Упырик вдруг завертел головой, нашёл небольшой толстый прутик и, расчистив небольшое пространство от сухих листьев, принялся что-то корябать на земле, высунув от усердия кончик языка.

— Не за что, — улыбнулась человечка, когда упырь закончил свою работу.

Я чуть подался вперёд и с огромным удивлением прочитал немного корявое, но всё же читаемое слово, написанное на эльфийском: «Спасибо».

У меня, наверное, поехала крыша…

— Терен, у вас остались мандарины? — обратилась к брату человечка.

— Да.

— Дай, пожалуйста.

Терен пошарил в карманах и, выудив оттуда три цитруса, осторожно слевитировал их к Хелли. Человечка поймала их, благодарно кивнув, и протянула их упырю:

— Держи, Рик. Прости, я не успела сходить за кексами.

Упырик взял мандарины дрожащими руками и неожиданно прижался к руке Хелли, схватив её, как мягкую игрушку. Я с немым шоком понял, что по лицу кровожадной и чудовищной нечисти текут слёзы…

— Эй, Рик, ты чего? Успокойся, всё хорошо! Тебя больше никто не обидит! — Человечка стерла слёзы с лица упырика (упырём и нежитью у меня этого теперь язык не поворачивался назвать) и улыбнулась ему.

Он посмотрел на неё с немой надеждой в мёртвых глазах. Хотя почему мёртвых? Если они могут выражать столько эмоций, значит, он живее, чем это вообще может быть.

— Правда, — серьёзно кивнула человечка. — Дерек, ты можешь наложить на его тело обтекаемый щит? Чем больше и надёжнее, тем лучше.

— Конечно, малышка. — Я осторожно двинулся вперёд.

Осторожно не потому, что упырь мог навредить Хелли, испугавшись моего присутствия, а потому, что просто не хотел напугать это милое существо.

«Милый — это мягко сказано», — мысленно, но не менее шокированно фыркнул братец.

«Я тоже такого никогда не видел».

Упырь посмотрел на меня настороженным внимательным взглядом и повернулся к Хелли.

— Не волнуйся, это мои друзья, — погладила его по плечу человечка. — Терен, знакомься, это Рик. Рик, это Терен, а это Дерек. Они тебя никогда не обидят, — уверенно сказала Хелли.

— Да я и не собирался, — улыбнулся Терен, присаживаясь рядом с упырём на траву и пожимая ему руку.

Рик немного неуверенно пожал её в ответ и протянул свою ладонь мне.

Упырик и правда оказался очень молодым. Никаких следов разложения, только немного посиневшие руки и бледное, словно лист пергамента, лицо. Ну и глаза…

И он действительно не вызывал никакого отвращения и чувства опасности. Просто милый, беззащитный трупик, наделённый душой.

Я даже и не мог предположить, что такое возможно.

«Я тоже», — подтвердил брат.

— Ну вот, теперь его ничем не пробьёшь, — часом позже заявил я, вытирая пот со лба.

Да уж, мы с братом постарались на славу, навешивая на Рика всевозможные защитные заклинания, пока он увлечённо играл с Хелли в крестики-нолики, корябая веточками руны на земле. Кстати, Рик довольно много раз выигрывал.

— Ты уверен? — спросила человечка, поднимаясь с земли.

Как оказалась, упырик не намного выше её ростом и даже похудее телосложением. Он был всего лишь подростком при жизни.

— Абсолютно! Мы усилили его природную сопротивляемость к магии, добавили «Драконий щит» по контуру всего тела, несколько щитов от магического воздействия, ментальный щит, чтобы никто не смог им управлять (хотя такое сможет только очень сильный архимаг), и замедлили до максимума процессы разложения. Теперь ему точно ничто не угрожает, — ответил Терен, как и я, довольный проделанной работой.

— Спасибо, — поблагодарила нас человечка, по очереди целуя каждого в щёку.

— Хелли, нужно идти, а то уже стемнеет скоро.

— Угу. Рик, мы пойдём? Но завтра обязательно вернёмся, — обратилась уже к нашему подопечному малышка.

Упырик кивнул, поднимаясь с земли.

Кстати, мандарины он не стал оставлять на земле, а заботливо положил в карман.

Рик проводил нас до границы лесополосы, шутливо с нами раскланялся, прижался щекой к ладони Хелли и, грустно повесив голову, скрылся в чаще.

— Мы же придём сюда, правда? — с надеждой спросила Хелли, взбираясь на застоявшегося Сумрака.

— Конечно, — улыбнулся Терен, — мне Рик понравился.

— Мне тоже. Куда едем? К Холлу? — Я подобрал поводья белого жеребца, которого совсем недавно, как и десяток других лошадей, привёл в конюшню аронта Мор.

— Ребята, вы не против, если я немного побуду одна?

— Нет, конечно. А ты точно уверена?

— Точно. Я вернусь через пару часов.

— Мы будем у Холла, — сказал Терен, разворачивая своего жеребца.

Хелли кивнула и, пришпорив Сумрака, скрылась из вида, мгновенно затерявшись в вечерней городской толпе.

— Едем, — кивнул я Терену, пришпорив своего жеребца. — Пора намылить кое-кому шею.

ХЕЛЛИАНА

Проехав несколько улиц, Сумрак неожиданно остановился на какой-то тихой безлюдной улице и никак не хотел идти дальше. Сколько я его ни пришпоривала, он так и не сдвинулся с места.

— Эльтар, да в чём дело? — Я слезла с жеребца и, погладив ему морду, заглянула в глаза.

Сумрак фыркнул, раздув мне чёлку, и, повернув голову, ткнул губами в седло.

— Что? Тебе седло натирает?

Пегас закатил глаза, и, тряхнув гривой, вновь покосился на седло.

— Ты хочешь, чтобы я его сняла? — неожиданно дошло до меня.

Сумрак всхрапнул.

Пожав плечами, я расседлала жеребца и спрятала седло в укромном уголке, за какими-то старыми бочками, оставив только вальтрап.

— Хех, и как мне теперь на тебя залезть? — Я уставилась на коня.

Со стременами-то на него залезать проблематично, а без них — так вообще нереально.

Сумрак скосил на меня голубым глазом и, всхрапнув, опустился на передние ноги. Тихо косея от удивления, я залезла на пегаса, который тут же встал.

Не могу не признать, что без седла сидеть на Сумраке было удобно.

— Ну, малыш, теперь доволен? — похлопала я моего конягу по шее.

Сумрак, коротко взбрыкнув, понёсся галопом по улице. Через несколько минут я поняла, что что-то не так, под коленями чувствовалось шевеление.

Он что… ой, мама!

Сумрак, оттолкнувшись передними, а затем и задними ногами, взмыл в воздух.

Мама, роди меня обратно, я залезу аккуратно! Хотя нет, не полезу…

Сумрак набрал высоту, и вот мы уже пролетаем над таверной Холла. Меня захватило пьянящее чувство полёта, обострённое ещё и тем, что крылья пегаса я не могла видеть, лишь только чувствовала своим телом движения его мышц.

Это что-то нереальное! Ветер бьёт в лицо, высота такая, что дух захватывает, тишина, вечерний полумрак и нереальное чувство СВОБОДЫ…

Я никогда не летала на пегасах, да и левитировала не часто, но, один раз попробовав, я уже не смогу от этого отказаться. Это чистая эйфория, неземной восторг, просто незабываемые ощущения!

Как я не хочу спускаться вниз, туда, где люди привыкли лгать…

Когда Сумрак заходил уже на четвёртый круг над городом, я поняла, что мои руки заледенели. Заметив под нами лошадиный базар, я попросила пегаса спуститься.

Кстати, я даже не пыталась управлять жеребцом, он сам, словно чувствуя, чего я хочу, маневрировал в небе.

Базар был уже пуст, но окна таверны ещё светились, когда Сумрак плавно опустился на землю. Соскочив с пегаса, я погладила его по вспотевшей шее и направилась в таверну, растирая по дороге замёрзшие руки.

В таверне было немного народу, в основном работники базара. Весело потрескивали дрова в камине, с кухни доносились приятные запахи, а рыжебородый гном протирал запыленные стаканы, напевая что-то себе под нос.

Я принялась рассматривать людей, сидящих за столами, пытаясь отыскать знакомое лицо.

— Девочка, ты что здесь забыла? — крикнул крепко сбитый мужчина за ближайшим к входной двери столиком.

— Не волнуйся, не тебя, красавчик, — хмыкнула я.

— А может, всё-таки меня? — начал подниматься мужик, накручивая на палец кончик пышных усов.

— Я тебя расстрою, Кор, но эта красотка по мою душу, — раздался знакомый голос из дальнего угла, и на свет вышел Тамиор.

— Мор, привет! — улыбнулась я.

Тролль подошёл и, легко меня приподняв, посадил на свою согнутую руку.

— Привет, малышка! Какими судьбами?

— Соскучилась!

— Я тоже! А ты чего вся как ледышка? — поинтересовался тролль и понёс меня к камину.

Притащил лавку, усадил меня на неё и сунул в руки огромную кружку с горячим чаем.

— Спасибо, Мор. Представляешь, Сумрак меня покатал! — чувствуя себя маленькой девочкой, похвасталась я.

— Так вот почему ты так замёрзла! И как полёт? — спросил тролль, отхлёбывая из своей кружки.

— Обалденно! Никогда в жизни такого не испытывала! — поделилась я впечатлениями, прихлёбывая мелкими глоточками ароматный чай из семи видов трав.

— Тебе повезло, пегасы редко кого катают, кроме лунных эльфов. А никого из тёмных к себе вообще не подпустят, — хмыкнул Мор.

— Значит, мне повезло, — не сдержала я улыбки. — Как у тебя дела?

— Да ничего нового. Ты лучше скажи, что у тебя? Как учёба? Латриэль тебя больше не обижал?

— Да у меня всё нормально, на учёбе весело. Представляешь, Латриэль у нас расы преподаёт!

— В учителя подался? Ничего себе! — удивился тролль.

Удивлённый тролль — это забавное зрелище. Хотя не настолько, как танцующий.

Мы ещё немного поболтали о том о сём, я рассказала о поединке с Друсилией, о похищении меня Луксором и о весёлом кабинете некромантии. Правда, я не стала ему рассказывать о Рике, меня и так слишком зацепило поведение Латриэля. В душе твёрдо поселилось убеждение, что эльф меня предал.

Через полчаса меня начало клонить в сон. Сказалось пережитое, да и меня разморило от тепла камина.

— Поеду-ка я домой, — зевнула я, хотя и уходить-то не очень хотелось.

Кажется, я на удивление быстро привыкла к этому зеленокожему нелюдю. Хотя если учесть, что всего за день подружилась с близнецами, то уже ничему не удивляюсь! Моя подозрительная натура молчит, а значит — всё в порядке. А себе я доверяю.

— Куда ты поедешь? — хмыкнул тролль. — Давай я тебя отвезу. А завтра приведу твоего Сумрака, всё равно я к Холлу собирался.

Я только кивнула, упорно пытаясь не уснуть прямо здесь. Мор вернулся буквально через десять минут, держа в руках плащ:

— Держи, на улице сильно похолодало.

Я напялила на себя плащ, оказавшийся мне на пять (это минимум!) размеров больше, и вышла на улицу. Действительно, было очень холодно. Быстренько попрощавшись с Сумраком, стоявшим в тёплой конюшне, я, с помощью Мора, забралась на его здоровенного иноходца.

Сам тролль уселся позади и, тряхнув поводьями, направил конягу в сторону заведения Холла. Иноходец тем и отличается от обычных лошадей, что мягко двигается, да ещё на мне был тёплый плащ, и придерживала меня крепкая и надёжная рука тролля. Так что неудивительно, что вскоре я задремала.