Глава 3

ГЛАВА 3

—Ань, тебе тут доставка, — кричит папа, закрывая входную дверь так громко, что у меня барабанные перепонки надламываются.

Накрываю голову подушкой и тяжело выдыхаю. Понятия не имею, кого там принесло и за каким чёртом.

Я так плохо спала ночью, что просто ужас. Кажется, что и глаз не сомкнула вовсе.

Эмоции душили, обида заполнила душу и сердце, мешая мыслить о том, куда двигаться дальше.

Мне грустно и больно, что мои лучшие друзья ведут себя как звери.

—Ань, хорош спать! Смотри какой чудесный день, — папа стучит в дверь, а я рычу от злости.

Бесит!!

Не хочу я этот чудесный день видеть.

Все потому что я ещё от вчерашнего прекрасного дня не отошла. И по итогу что? Всю ночь ворочалась, словно на углях.

Игорь мне не позвонил, сам трубку не взял. Я никуда уже вечером пойти не смогла, отец сказал, что если ухажеру надо, он придет сам. А я не обязана никуда идти.

На самом деле, он просто Игоря не очень жалует, ищет повод помешать нам видеться. Напрямую о неприязни не говорит, разумеется, но я ведь знаю отца и умею читать его реакции.

Эти шуточки на ровном месте не плодятся у него!

Скандал выжал из меня все соки. Без настроения и сил я пошла спать.

Сомнительный сон, однако. Ещё и снилась всякая дичь.

Я в темной комнате и братья Авраменко напротив, смотрят на меня своими колдовскими глазами, подсвечиваемыми чем-то пугающе диким.

—Анечка, завтрак готов, вставай, — вслед за папой к моим мучениям приступает и мама.

С трудом поднимаюсь, заглядываю в телефон, но там ноль пропущенных.

Даже мои друзья не удосужились написать коротко, что мол так и так, мы просим прощения. А хрен там валялся, да? Прекрасно, я считаю.

То есть им совсем не жаль!

—Утро доброе, — захожу на кухню и шепчу засыпанным голосом.

Папа же сидит на диване, а перед ним огромный букет красных роз. Просто необъятный.

Я моментально просыпаюсь. Аж вздрагиваю.

—Это что такое? — хмурюсь и подозрительно кошусь на цветы. Красивые очень. Но мне такого точно ещё в жизни не дарили.

Врушка! Друзья твои дарили примерно такую же корзину. На твой пятнадцатый день рождения. И на восемнадцать, кстати, тоже немаленький, но пионы. Белые, пушистые.

Но эти прямо кроваво-алые. Подобные дарят исключительно в случаях, если провинился.

Что-то колет в сердечке при одном лишь взгляде на эту красоту. Какова красота!

—Так это не мне же прислали, чтобы пояснять. Ты нам расскажи, кто у нас тут такой смелый. Сомневаюсь, что этот твой в трико…—закатывает глаза и показательно корчит недовольную физиономию.

Начинается. “Этот твой в трико”, конечно, лучше “пидора в трико”, но тоже не ахти, скажу я вам.

Игорь нормальный парень, мы с ним знакомы сто лет, и вот сейчас все закрутилось серьезно. Почему его никто не воспринимает таким, какой он есть?

—Папа! Прекрати уже его унижать, он хороший.

—Мама говорила, что купила хорошее слабительное. Но пока не могу так сказать, да, милая?

—Муж, твои шутки отвратительны, имей в виду, — мама угрожает папе, а я нехотя, но смеюсь. Господи, ещё и со слабительным сравнил!

Что дальше?

Подхожу к букету и разглаживаю пухлые бутоны. Красиво. Пахнут запредельно прекрасно, я наклоняюсь ещё ниже, чтобы уловить сладкий аромат и выглядываю записку.

Точно Игорь. Наверное, хотел меня отвлечь, да? От вчерашнего.

Но почему не позвонил? Внутри рождается рой бабочек, они взлетают ввысь и касаются своими крылышками сердца. Замираю…

Одновременно с этим кто-то снова стучит в дверь. Я беру записку и раскрываю. Отец молча уходит в коридор.

Слова перед глазами плывут, но ясно одно: это не от Игоря.

И даже больше….

“Мы же лучше. Все равно прости”. В каком это смысле? Лучше?

—Дядь Вась, ну какие вопросы? Идём на футбол…—звучит голос Кира. Следом и Дэна. Там и смех…

—Аня, ребята пришли, иди букетом хвастайся. Там этот додик ее…

Остальное не слышу. Смотрю на записку и закипаю от злости. Есть желание выкинуть букет к чертовой матери в окно.

Выдыхаю. Нет смысла сейчас взрываться при родителях. Тем более, мой отец что? Души не чает в Авраменко!

Они вместе ходят на футбол, пьют пиво и вообще “кореша, каких ещё поискать и днём с огнём не сыщешь”.

А мама…лучшая подруга тети Лены. Только в одном у них были разногласия…в отношении личной жизни тети Лены и того, что она живёт с двумя мужчинами.

Отцами Дэна и Кира.

Но для хороших отношений моей маме пришлось сделать исключение, теперь они не обсуждают аспекты порочной жизни и связи со студентами.

В остальных вопросах они сошлись изумительно легко и просто.

Вот такой у нас дурдом, в котором я теперь даже не знаю, кто будет главврачом!

И все дружно недолюбливают мой выбор Игоря.

Уверена, что они уже обсудили это за круглым столом во всех подробностях.

—Привет, Нютка, — на кухню выходит Дэн, следом Кир. Оба умудряются подойти ко мне по очереди поцеловать в щеку. В одну и вторую.

Я стою изваянием и смотрю в одну точку. Руки дрожат от желания зарядить каждому по роже!

—Не понял, а ты сейчас лопнешь, что ли? — папа тоже заходит, садится на диван и парней зазывает, мол, и вам тут рады.

Как бы не так!

—Не лопну, —рычу, но на братьев внимание не обращаю. Букет тоже показательно перекладываю на пол.

—Понравился наш подарок? — летит мне в спину. Рывком поднимаюсь, расправляю плечи и даже словом не удосужилась ответить.

Авраменко же игривым взглядом на меня смотрят, ну ещё бы. Я в пижаме

С принтом Тедди. Это же повод для шуток. Но пока их рты не успели кинуть ничего предосудительного, а я все также молча закипаю.

Почти сто по Цельсию.

В них столько вальяжности и уверенности в себе, что меня уже тошнит.

А ещё оделись как на парад. С чего вдруг?

—Вызывающе. Пошло, совершенно не оригинально, — упрямо смотрю в пол, на стены, на стол. Куда угодно, но не них!

—Ага, конечно, то-то тебе твой совсем ничего не дарит. Небось на шее у родителей, да? — папа приподнимает бровь и улыбается приторно -дружелюбно.

—Мама, я кушать не буду. Тут душно. Пойду отдыхать.

Внутри завязывается узел противоречий, рыдать охота. От всего! Что меня никто не слышит и не понимает!

Мама же потрясенно взирает на меня, всем видом показывая, что я сошла с ума!

—В смысле. К тебе друзья пришли…— расставляет тарелки и вилки. Прекрасно! Покорми их и оставь меня в покое.

—Некрасиво, доча, с друзьями ты поступаешь, — отец хмурит широкие темные брови и покачивает головой из стороны в сторону.

И только Авраменко находят в этом долю веселья. Я искренне (нет) рада за них!

—Твои друзья, пап, а мы больше не дружим.

Отрезаю слишком грубо и прохожу мимо Дэна и Кира. Волнами от них исходит напряжение, но и я не познала дзен. Меня даже пытаются ухватить за ладошку, но я не даю ни единого шанса.

—А что же вы тогда делаете, позволь спросить?

Ничего, пап. Просто больше ничего!

Ухожу в свою комнату и с силой захлопываю дверь, оставляя вопрос без ответа. Но тишина меня окружает недолго.

Очень скоро слышится стук в дверь.

Им не нужно приглашение или разрешение.

Авраменко входят в мое личное пространство, прикрыв за собой дверь. Головы склоняют как нашкодившие дети, и только наглость в глазах выдает реальное положение вещей.

—Даже если ты нас вышлешь нафиг, мы никуда не уйдем, пока не поговорим, — первым начинает Дэн. Облизывает губы и начинает играть желваками, или успокаиваясь, или концентрируясь на чем-то.

Мастер переговоров в деле.

Ладошки вмиг становится мокрыми при одном лишь взгляде на парней. Давление ввысь подскакивает.Понять не могу свои реакции, но не по себе уж точно.