Глава 16

По возвращении в дом Суворова сразу встал вопрос о грибах.

— Мы много набрали, не только на обед и ужин хватит, — задумчиво произношу я.

— То, что ты собирала, себе оставь, мало ли, ядовитых набрала. Марк тоже пусть забирает свой хилый улов. Пока пусть Марк спустит в подвал эти грибы, — Богдан водружает свою доверху наполненную корзину на стол. — А вот эти обработай и приготовь. То, что останется, в морозилку.

Тяжко вздохнула. Собирать грибы еще куда ни шло, ну, приготовить тоже, а вот все остальное совсем не люблю. Но делать нечего, вскоре взялась за дело. Задействовала раковину для замачивания и еще пару посудин для очистков и обработанных грибов. К моменту, когда взялась за нож, на кухню зашли явно скучающие и, думаю, голодные братья.

— Марк, может, девушке своей поможешь? — насмешливо интересуется Суворов-старший. — И помощь, и обед быстрее будет готов.

Я была полностью уверена, что босс откажется. Чистить грибы — грязная и нудная работа.

— Конечно, с удовольствием, — запросто так отвечает Марк, подходит ко мне и встает сзади. Близко-близко. Его руки опираются на края раковины рядом с моими. — Будем с Ритой работать в четыре руки.

Предательски задрожавшими пальцами берусь за нож. Марк действует на меня дезориентирующе. Рядом с ним я забываю, где я и что я. Остается только тепло его тела, его мягкий и вкрадчивый голос, внимательные умные глаза. Я уже давно смирилась, что Марк ко мне ничего не испытывает, но вот сейчас очень страшно становится, что вопреки этому я могу к нему сильно привязаться.

Шеф копирует мои движения, и работа у нас идет слаженно и быстро. В сторону Богдана боюсь смотреть. В процессе работы наши с Марком руки то и дело соприкасаются, и это похоже на приятную, но все-таки пытку. Но ладно руки. Босс, когда тянется за очередным грибом или перекладывает очищенный в дальнюю кастрюлю, невольно подается вперед, и тогда наши тела соприкасаются. Каждое такое касание для меня как удар током, чем дольше я так стою, тем труднее становится нормально размеренно дышать. Сердце бьется в груди громко-громко, а щеки уже давно горячие и остывать не думают.

К счастью, грибы не бесконечны. Марк закончил первым. Я очищаю последний, а начальник моет и вытирает руки, при этом не торопится отходить от меня. Застыла, когда почувствовала мягкое прикосновение теплых мужских губ к своему виску. Марк обнял за талию, крепко прижимая к себе. Забыла о несчастном грибе и схватилась руками за края раковины. В животе опять они — то ли рыбки, то ли бабочки. Можно было бы грешить на грибочки, но я их еще не ела. Зачем только просила Марка разыгрывать парочку, он слишком старается.

Начальник совсем легкими касаниями-поцелуями ведет дорожку от висков, по щеке к шее, все сильнее и крепче вжимает меня в столешницу, чуть наклоняя. Одна рука продолжает держать за талию, другая ласково гладит по бедру, благо, я в джинсах, а не в той униформе, что выдал мне Богдан. Я словно онемела, не могу выдавить из себя ни слова. Я как послушный пластилин в руках Марка.

— Рита, ты потрясающая, — шепнул мне на ухо Марк, когда перестал целовать шею, и легонько прикусил мочку зубами.

По телу уже не ток идет, а словно ударом молнии приложило. Но вот что удивительно — почему молчит Богдан? С его темпераментом он уже должен был прокомментировать происходящее на его глазах непотребство. Поворачиваю голову к столу, а Суворова-старшего там нет. Богдана вообще нет на кухне!

— Марк, — тихо и сипло произношу я. Слова даются с большим трудом. — А зачем ты меня обнимаешь? Богдана ведь тут нет.

— Да? Я и не заметил. Тогда можно продолжить позже, когда он вернется, — с насмешливыми нотками отвечает начальник и отступает.

Сразу стало холодно и неуютно. Не понимаю, это Марк так шутит? Что он собрался продолжать при Богдане? И так уже было слишком много всего.

— Знаешь, я не думала, что ты можешь вот так… — начала было говорить я и замолчала, одумавшись. Чуть не сказанула глупость.

— Что именно? — Марк улыбнулся.

— Ничего.

— Рита, договаривай уже.

— Проявлять признаки интереса, — все же сказала я.

— А что в этом такого? — удивился шеф.

— Ну… Я знаю тебя, конечно, недолго, и мне показалось, что инициативу в плане отношений проявляешь не ты, а заинтересовавшиеся тобой девушки, — сильно краснея от стыда, еле выговариваю я. — Возможно, поэтому твой брат и не воспринимает то, что видит, всерьез, понимает, что это все игра и фальшь, потому что знает тебя.

— То есть ты считаешь, что я плохо изображаю твоего молодого человека? — уточняет Марк, вдруг вновь ко мне подступая. Я оказываюсь вновь прижата к столешнице, только теперь могу смотреть шефу в глаза. Снизу вверх. Испуганно. Чувствую себя пойманной птичкой.

— Не то чтобы, — сразу иду на попятную я.

— Возможно, нам стоит потренироваться, чтобы со стороны все выглядело более убедительно и гармонично.

— Ну…

Марк, гипнотизируя взглядом, осторожно касается моего лица, подушечкой большого пальца очерчивает скулу и, придерживая за затылок, начинает медленно наклоняться. Я в полной панике и растерянности, до боли вцепилась в края столешницы. Что за чертовщина опять происходит? Я не верю, что шеф собирается меня поцеловать. В любом случае, сделать и сказать что-либо не в силах. Как завороженная смотрю, как лицо Марка становится ко мне все ближе и ближе, и…

Вздрогнула от громкого автомобильного сигнала. Словно очнулась от сна наяву.

— Там. Кто-то. Приехал, — говорю я прямо в губы Марка и сразу чуть отклоняюсь назад.

— Пойдем посмотрим? — дружелюбно и как ни в чем не бывало спрашивает начальник.

— Да-да, надо пойти посмотреть. О, а вдруг это жена твоего брата? Кто еще сюда может вот так нагрянуть, — задумалась, кто еще это может быть. — О, а может, это ваша мама?

Марка аж передернуло. Отступил, взял меня за руку и повел на выход. У ворот уже стоит Суворов-старший, пропуская на территорию грузовую машину.

— Богдан, а это что такое? — интересуется Марк, наблюдая, как вышедшие из машины мужчины разгружают какие-то коробки.

— Вчера я все-таки пошел у вас на поводу, позвонил одному своему хорошему знакомому, а то тут и правда скучновато.

— Неужели удастся установить интернет? — спрашиваю с надеждой.

— Нет. Только спутниковая связь. Купил сюда домашний кинотеатр. Вечером будем кино смотреть.

Ну, тоже неплохо.

Все. Мужчинам есть чем заняться, у них там подключение техники, а я отправилась творить волшебство на кухню. Нажарила картошки с грибами, нарубила салат, все прямо в количествах, что так любит Богдан — тазиками. Меня хватило еще на потушить мясо с грибами и сделать некое подобие жульена. Все, видеть больше не могу эти грибы! У меня теперь с ними нездоровые ассоциации, смотрю на них и сразу вспоминаю Марка и ощущения от его объятий.

Оголодавшие мужчины накинулись на еду так, что любо-дорого смотреть. Может, надо было в свое время в кулинарный колледж пойти? Я не думала, что кормить кого-то может быть так приятно. Братья смели все, даже мои заготовки на ужин. Богдан даже не стал вредничать и говорить, что еда так себе, откинулся на спинку своего стула и зажмурится довольно.

— Вот почему я раньше сюда почти не ездил? Всего пара дней на действительно свежем воздухе вдали от работы, и чувствуешь себя другим человеком, — задумчиво пробормотал Суворов-старший.

Марк согласно кивнул головой.

— Тут определенно самочувствие становится лучше. Рита, ты уже почувствовала оздоровительный эффект свежего воздуха?

— Нет.

Какой тут эффект, когда нервы разболтались. В город хочу.

От обеда осталась гора посуды, с подачи Суворова-старшего братья сами занялись вопросом ее мытья, близко пообщавшись с посудомойкой. Честно скажу, было приятно. Пока мужчины остались на кухне, я сходила посмотреть на новенький кинотеатр. Оказывается, его поставили в пустующей комнате. Огромный экран в полстены, а на противоположной диван. Тоже большой, комфортный и раскладывающийся. Ну, что могу сказать, красиво жить не запретишь.

Даже не чтобы выполнить условия спора, а чтобы чем-то себя занять, взялась за уборку. После установки оборудования осталось много мусора и пустых коробок. Богдан забрал все, что я собрала, и понес сжигать в специальной печи.

К вечеру уставшая, но довольная, предвкушая завтрашний отъезд, решила, что с меня хватит, в душ и баиньки. Выхожу из ванной и нос к носу сталкиваюсь с Марком. Хорошо, что в этот раз я подготовилась. На мне помимо халата почти полный комплект одежды. Не хватает только кольчуги.

— О, Марк, а ты что, меня тут караулил?

— Да, — неожиданно честно признался шеф. — Там доставка была, пока ты была в ванной. Привезли пиццу, суши и попкорн. Пойдем?

— На кухню?

— Нет, кино смотреть.

— Эм. Я уже собиралась спать.

— Но ведь еще рано. А там будет пицца, суши, попкорн, новый домашний кинотеатр.

— Ну ладно, уговорил, сейчас приду.

Только зайдя в комнату «кинотеатра», осознала, на что согласилась. Небольшой стол, который теперь тоже стоит в комнате, ломится от еды, запахи более чем будоражащие, много разнообразных напитков на любой вкус, два брата и всего один диван. Благо, в комнате пока только Марк.

— Ой, а я там кое-что забыла, — промямлила я и дала задний ход. Спиной врезалась в чью-то твёрдую грудь. Тот, кто сзади, взял меня за плечи.

— Чего в приходе мешаешься? — спрашивает Богдан и пихает меня к дивану, усаживая рядом с Марком, с краю, а сам садится на другой конец дивана и берет пульт.

— Давай, Марк, решай, что будем смотреть. Ты тут гость все-таки. Тигрица не гость, она на работе.

— Рита, как насчет фильма ужасов? — тут же предлагает шеф. — Ты ведь любишь этот жанр.

— Можно, — я пожимаю плечами. Успела успокоиться. Рядом с Марком могу и посидеть. В конце концов, я ведь с братьями и за одним столом сижу. — Только вряд ли найдется то, что я еще не смотрела, если речь о хорошем или просто новом ужастике.

— Я смотрю, у тебя нестандартные вкусы, — весело и с какой-то особой интонацией заметил Богдан. — Для меня это вызов. Сейчас попробую что-нибудь найти.

И нашел-таки, после долгого перебора, незнакомый мне ужастик. Включили, смотрим. Богдан, в плане просмотра фильмов ужасов, очень похож на мою сестру оказался, тоже ничего ему не страшно, а смешно, и надо обязательно громко всем рассказать всю нелогичность сюжета и изъяны спецэффектов. Фильм только начался, а мы с ним уже пару раз успели обсудить персонажей и немного поспорить. Марк участия в спорах не принимает, только посмеивается иногда над нашими с Богданом шутками, зато попозже достал откуда-то плед, обнял меня так уютно, накрыл нас, мои коленки к себе подтянул. У меня с парнями еще никогда до такого не доходило, но это прямо идеально, ради таких моментов даже можно начать с кем-то встречаться. Жалко, что это у нас Марком все не по-настоящему.

Пользуясь моментом, уткнулась носом в щеку шефа. Мне очень нравится, как он пахнет. Надышавшись Марком, положила голову ему на плечо. Счастливо выдохнула. Завтра все станет, как прежде. К концу фильма стало как-то совсем предсказуемо, почти все герои умерли или превратились в зомби, так что я незаметно для себя задремала.

— Она там что? Спит? — доносится до меня сквозь дрему голос Богдана. — Раньше всех сдалась. Неси тогда спящую красавицу в кровать, я все выключаю.

Я даже сквозь сон возмутилась. Что значит «неси»? Марк — работник умственного труда. Ему тяжести нельзя таскать. Я сейчас сама проснусь и… Ой, нет, несет. Теперь уже как-то неудобно будет выдавать себя, что я не так уж крепко сплю.

На руках меня тоже еще никогда во взрослой жизни не носили, вот тут ощущение не самое приятное. Как-то я смущаюсь, что шеф из-за меня напрягается, но тем не менее, он меня донес, аккуратно уложил на мягкую постель. И что-то я не слышу хлопка двери. Марк еще тут? Ощутила мягко прикосновение к щеке и перестала дышать. Меня ласково так погладили, а затем я почувствовала горячее дыхание на щеке и легкий поцелуй.

— Спокойной ночи, Рита, — говорит Марк удивительно тепло, и только после этого я слышу удаляющиеся шаги и звук закрывающейся двери.

Наконец-то можно дышать. А еще вертеться в постели и трогать горящую после поцелуя щеку.

На следующий день подъем оказался более чем ранний, Богдану с Марком надо еще сегодня на работу попасть. На три дня выпасть из рабочего процесса таким крупным специалистам дорогого стоит. Богдан достаточно спокойно и нормально со мной попрощался, лично положил в багажник машины Марка пакеты с грибами, рыбой и почти всей покупной едой. Подмигнул и тихо сказал, что это гостинцы моей маме и сестре. Я даже немного растрогалась. Если бы изначально Суворов-старший себя так вел, я бы даже и не поверила, что он может быть настолько вредным и бешеным. Он вообще подобрел после похода за грибами. Видимо, на него свежий воздух действительно хорошо действует. На волне хорошего настроения Богдана уточнила, можно ли мне на память еще костюмчик горничной забрать. Вот тут Суворов вмиг стал прежним, злобно сверкнул глазами и проворчал что-то хамски-отрицательное.