Глава 18

Марка заметила рядом с выходом из торгового центра, подошла, тронула за рукав. Начальник обернулся ко мне, и глаза его широко распахнулись, взгляд очень удивленный стал.

— Рита? Это ты?

— Да, разве не узнаешь?

— Неожиданно. Ты совершенно сейчас на себя не похожа.

Уже почти профессионально хлопнула новыми ресницами. Пам. Ух, даже ветер немного поднялся.

— Ой, да я просто причесалась. Так лучше?

— Не знаю, как сказать. Ты просто другая.

Эй, я не понимаю, Марку нравится или нет? Рассматривает очень внимательно, взгляда не отрывает, это, наверное, значит, что все-таки понравилось ему.

— Может, тогда, если все в порядке, поедем уже?

— Да, едем, — отмер Марк, взял меня за руку и в какой-то своей мрачной задумчивости повел в сторону дороги. Что с ним такое? Я рассчитывала хотя бы на один комплимент. Нелегко с этими гениями, не поймешь, что у них в голове.

Только в машине додумалась поинтересоваться:

— А кто будет на этом семейном вечере?

— Родители, Богдан с женой. Наш дядя по папиной линии с женой и дочкой и тетя — мамина старшая сестра.

— Ага. Скажи сразу, как кого зовут, попытаюсь запомнить, пока обстановка спокойная.

Марк улыбнулся.

— Рита, тебе совершенно не о чем волноваться. Мы ведь не по-настоящему встречаемся, верно? Так что что бы ни случилось, тебя это никак не затронет.

— Я еще не хочу тебя никак подставить или поставить в неловкое положение.

— Этого не будет. Ты замечательная, если бы я хоть немного в тебе сомневался, я бы не стал тебя туда звать.

Шеф ободряюще сжал мою руку и не торопится отпускать. Наши пальцы переплелись. Притихла. Это как-то совсем неуместно, но у меня опять в животе бабочки порхают. Нельзя же с собственным начальником за ручки держаться, верно? Или это репетиция?

В итоге мы приехали к большому частному кирпичному особняку. Оценив на глаз размеры дома, поняла, что в семье Суворовых любят простор. Стоило во дворе выйти из машины, и на Марка налетела большая белая пушистая собака. О, у пса настоящее собачье счастье, скулит радостно-счастливо, напрыгивает на шефа, хвостом вертит так, что тот сейчас отвалится, спешит, ластится.

— Ну все, все, Аякс, спокойно, — фыркает Марк, уворачиваясь от бурных собачьих ласк. Пес так и норовит лизнуть моего начальника. — Аякс, знакомься, это Рита, — произнес Марк серьезно, когда бурная собачья радость немного поутихла. — Рита, это Аякс.

Собака подошла ко мне и осторожно обнюхала протянутую ладонь.

— А можно погладить? — спрашиваю умоляюще. Руки так и тянутся потрогать это белое пушистое облако с черными глазами-бусинами.

— Конечно можно.

С удовольствием затискала тут же пушистика, а он и рад. Вертится, руки лижет, игривый такой. Чистый восторг.

— Марк, а как эта порода называется?

— Самоед. Понравился?

— Он потрясающий! Если я когда-нибудь куплю себе дом, то обязательно заведу такую собаку.

Едва сдержалась, чтобы не поцеловать песеля в нос. У меня губы накрашены, нельзя.

— Марк! Ну наконец-то ты приехал! — доносится до меня женский голос. Поднимаю взгляд вверх и вижу перед собой пару. Мужчина и женщина. Взрослые. Судя по тому, как женщина обнимает Марка, это и есть его мама. Ой, как неловко, я на столь ответственное мероприятие приехала и сразу расслабилась. Аякс своей умилительной мордахой совершенно убил мою бдительность.

Поспешно поднимаюсь с корточек. О, а мама у Марка не такая, как я себе представляла. Мне почему-то виделась этакая пожилая дама с жемчужным ожерельем на шее и манерно поджатыми губами. Ничего подобного. Современная моложавая женщина в кокетливом платьице с довольно смелой длиной подола, открывающей стройные длинные ноги. Светленькая, улыбчивая, волосы распущены.

Шеф почти сразу представляет меня. Да, это и правда родители. Самый старший Суворов тоже хорош, видно, в кого братья породой пошли. Статный, высокий мужчина, седые волосы зачесаны назад. Видно, что спортом занимается, подтянутый. Он напоминает пусть и стареющего, но гордого льва. Опять же, почему-то бывший профессор представлялся мне невысоким пузатым мужчиной с лысиной. В общем, на первый взгляд родители Марка мне понравились.

— Ох, ну что же мы все на улице стоим, Риточка, проходите, пожалуйста, в дом, — очень вежливо и тепло зовет меня мама Марка, беря под руку. — Я заметила, вам Аякс понравился.

— Да, у вас очень хорошая собака.

— Он у нас любимец всей семьи, очень дружелюбный, но больше всех все равно любит Марка. Души в нем не чает. Так всегда радуется его приезду. Жаль только, Марк редко к нам приезжает, в гости невозможно затащить.

Арина Егоровна уже в доме сразу попросила называть ее просто Ариной, показала, где ванная, похвалила мое платье, и вообще, она очень приветлива, даже слишком. Вообще никаких лишних вопросов не задает. Меня это прямо напрягает. Я шла сюда почти как на войну, ожидала каверзных вопросов и взглядов а-ля «кто эта простолюдинка, покусившаяся на нашего золотого мальчика». Но нет, ничего подобного.

Только вырвавшись от говорливой доброжелательной Арины к шефу, перевела дыхание. Подозрительно это все.

— Рита, ты как, нормально? — спрашивает начальник меня на ушко и ободряюще приобнимает за талию.

— Да. У тебя очень милые родители. Мама так прямо очень-очень.

— Я же говорил, что тебе нечего бояться.

— А твоя мама всегда такая приветливая?

— Она вполне обычная, но тебе старается понравиться, поэтому вела бы себя так, как бы ты ни выглядела и что бы ни говорила, но все равно я вижу, что ты ей и правда понравилась. Папу покорила сразу тем, что была в восторге от Аякса. Он очень любит собаку, лично его дрессировал, сам с ним гуляет и невероятно балует.

— Разве можно не быть в восторге от этой собаки? А почему твоя мама старается?

Марк хмыкнул.

— Думаю, она уже не надеялась, что я когда-нибудь приведу в дом девушку для знакомства.

— Почему? — фыркнула. — Не может же твоя мама думать, что ты э… по парням.

— Нет, конечно. Но когда-то я по молодости пообещал ей в пылу спора, что никогда не заведу семью. Она знает, что если я что-то обещаю, то всегда выполняю.

— Непонятно. А что такого плохого в том, чтобы обзавестись семьей?

— Давай, я дома расскажу.

— Это ждать тогда до завтра.

Марк взглянул на меня как-то странно, но ничего не сказал. Шеф ведь меня к себе домой отвезет после вечера, верно? Тягучую паузу нарушил радостный возглас Арины о том, что приехал Богдан. Ну, так себе радость, конечно. Любопытно будет посмотреть на его жену.

Богдан появился под ручку с высокой шикарной блондинкой модельной внешности. Да, она прекрасна. Никаких изъянов. Большие голубые глаза, красивое лицо, загорелая, стильная, стройная, ни капли не пошлая, никаких раздутых губ и прочих новомодных штук. Белозубая широкая улыбка. Идеальна. Брат Марка, зайдя в холл, тепло здоровается с родителями, медленно обводит глазами помещение, и… его взгляд останавливается на мне. Останавливается и застревает, брови удивленно выгибаются.

— Пойдем поздороваемся, — предлагает мне Марк и ведет навстречу брату.

Подошли, ага. Шеф приветливо здоровается, расспрашивает Юлю, жену брата, как та отдохнула в Италии, завязывается светский разговор, родители тоже что-то комментируют, а мне жутко неловко, потому что Богдан, никого не стесняясь, продолжает на меня пялиться и разглядывать. Я уже вижу, как это замечает Арина Егоровна, и наверняка скоро заметят все. Будет очень неловко.

Ситуацию спас Аякс, он ворвался в холл со двора. Одарил своим вниманием сначала Богдана, сразу переключившегося на собаку, а затем и Юлю.

— Фу, фу, отойди! Бодик, убери его от меня. Я же просила загонять собаку в вольер, когда мы приезжаем! У меня аллергия! И платье дорогое, он его испортит. Слюни, шерсть, фу! Апчхи!

Юля звонко чихнула, в то время как Альберт Миронович отозвал Аякса к себе.

— Юля, извини, — веселым тоном произносит самый старший Суворов. — Аякс научился залезать на свой дом и с крыши перепрыгивает через вольер. Растет этот пушистый ребенок у нас, похоже, тем еще акробатом.

Бодик! Она назвала этого сурового язвительного мужчину Бодиком. Гы-гы-гы. Главное, вслух не заржать. Очень трудно. Крепче сжимаю запястье Марка, а когда понимаю, что совсем не выдерживаю, отворачиваюсь, и мы с шефом уходим. Начальник словно чувствует, как мне сейчас тяжело, уводит в другую комнату, и там я даю волю дикому хохоту. Забыв про макияж, уткнулась носом в плечо Марка и не могу остановиться, хохочу и хохочу. Шеф понимающе гладит меня по спине, улыбается, иногда успокаивающе целует в висок.

— Рита, нам надо идти. Кажется, еще кто-то из гостей приехал. Если не выйдем, будут вопросы, зачем мы тут так надолго уединились.

— Если твои близкие тебя хорошо знают, то не будет. Скажем, что в шахматы играли, — взяв себя кое-как в руки и выдохнув, задорно ответила я. Не думала, что в страшном визите к родителям шефа может быть и весело.

— Мои близкие меня хорошо знают, а вот ты все еще недостаточно, — отвечает босс, открывая дверь и беря меня за руку. Опять наши пальцы переплел, не знаю, почему, но от этого меня прямо торкает, хотя в этом вроде бы ничего такого и нет, но я смущаюсь, и бабочки не к месту начинают порхать.

А в холле злющий, как черт, но молчаливый Богдан. Кинул на меня взгляд и тут же отвернулся. Не знаю, откуда, но почему-то уверена в том, что он знает, зачем мы с Марком уединялись, и что это не шахматы.

Действительно оказалось, что это подъехали остальные родственники, причем одновременно. Судя по всему, тут любят пунктуальность. Радостные приветствия, объятия, разговоры на свои темы. Чувствую себя немного лишней, но терпимо. Рядом Марк не отпускает моей руки ни на мгновение.

Постоянно ловлю на себе множество любопытных взглядов, и вот Арина Егоровна представляет меня. Причем прямо так торжественно, со счастливыми нотками в голосе:

— А это Рита! Девушка Марка. Пойдемте же уже к столу. Будем отмечать.

Минуточку. А что отмечать? Арина так это сказала, словно тема сегодняшнего слета родственников — это то, что у Марка появилась я. Ой, как неловко.

До стола добирались неспешно, родственники еще не наговорились, кому-то надо носик попудрить. В какой-то момент к шефу подходит Богдан.

— Привет! Я смотрю, ты Риту приодел для мероприятия. Молодец. Выглядит достойно, так и не скажешь, что уборщица. Постеснялся ее приводить в обычном виде, да?

Оглядываюсь. Нет, нас никто не слышит и подслушивать не пытается, стоим от других достаточно далеко.

— Нет, Богдан, ты ошибаешься. Нарядиться для встречи — целиком инициатива Риты, я сам ничего не знал и был крайне удивлен. Сегодня она сама на себя не похожа, — с этими словами Марк нежно меня приобнимает. — Образ, несомненно, красивый, но мне больше нравится привычная Рита. Уже скучаю по ее кудряшкам.

Я буквально слышу, как скрипнул зубами… Бодик. А-ха-ха. Я теперь долго не успокоюсь с этим прозвищем.

— А как по мне, уж лучше так. Хоть на человека нормального похожа. В таком виде и на работу нормальную устроиться могла бы. Даже без образования. У нас должность помощника руководителя освободилась недавно. Конечно, все равно придется пойти учиться в процессе, но…

— Мне это не интересно, — сухо произнесла я, обрывая речь Суворова. Бесит.

— Что, совсем никак с учебой, да? — насмешливо уточняет Суворов-старший.

Во мне закипает кровь. Еще немного, и я ему…

— Богдан, — предупреждающе произнес шеф. — Ты сегодня как-то особенно не в духе, хотя, казалось бы, должно быть наоборот, ведь жена вчера вернулась.

Да, Бодик, чего это ты не в духе?

Суворов-старший ничего не сказал, поскольку в гостиной появилась Арина Егоровна и уже куда как настойчивее пригласила всех в столовую. За столом меня посадили между Марком и его дядей. Напротив шефа Богдан, а между ними во главе стола их мама Арина. Напротив меня Юля. На противоположном конце стола и тоже во главе — отец почтенного семейства Альберт Миронович, рядом с ним мне хорошо видно Алину — это дочь дяди. На вид девочке примерно столько же, сколько и моей Катюшке. Лицо у нее недовольное, взгляд скучающий. Наверняка у нее есть куда более интересные дела, нежели на посиделках со взрослыми присутствовать.

Продолжаю рассматривать гостей и прямо чувствую, как меня буравят взглядом. Я даже боюсь смотреть, кто это, потому что, кажется, и так догадываюсь. Все-таки посмотрела и тут же отвела взгляд. Богдан. Ну что ему надо-то?

Для себя выбрала тактику сидеть тихо. Чем меньше говорю, тем умнее буду казаться, но тут тоже надо не впасть в крайность, чтобы совсем уж тихоней и молчуньей не показаться. Сложно. И главное, неясно, для чего все это представление.

А ложек с вилками, кстати, вполне приемлемое количество, ничего сложного. Еда вкусная, нет никаких сложных изысков. Домработница подает на стол и следит за сменой блюд и тарелок гостей, и мне было бы куда спокойнее на ее месте и за работой, нежели за этим столом.

Скосила глаз на Богдана. Да что же такое! Все смотрит и смотрит. Что совсем плохо, это ведь может заметить и Арина Егоровна, она рядом сидит. Зато Юля ни на что, кажется, не обращает внимания, весело щебечет с тетей Марка о путешествиях, одежде и о том, как посещала модные показы. Собственно, в основном только голос Юли за столом и слышен. Арина Егоровна тоже пытается общаться, но Богдан с Марком что-то очень молчаливые, Юля в своих темах, да и у меня политика молчания, другие сидят от Арины Егоровны достаточно далеко для спокойной светской беседы, поэтому остальных взял на себя отец семейства и, кажется, с удовольствием общается с родным братом и его женой, там и темы интересные, про мировые проблемы, науку, автомобили. Алина тоже отмалчивается, думаю, считает минуты до окончания ужина и посматривает под стол. Я думаю, в телефоне сидит.

Перевела взгляд на Марка, заглянула аккуратно к шефу под стол. Ага! Тоже в телефоне аккуратно так сидит, в шахматы играет. Чего-то так смешно стало. Арина Егоровна поймала мой наверняка веселый взгляд и улыбнулась мне.

— Риточка, а вы с Марком давно познакомились?

Ну вот, начались первые серьезные испытания. Толкаю шефа ногой под столом, чтобы переключил внимание с шахмат на реальность. Я одна боюсь не справиться. За столом даже тише стало. Чувствую, всем любопытно.