Глава 29. Многокомпонентное зелье

Глава 29. Многокомпонентное зелье

Антонина перечитала письмо, чтобы запомнить всё до мельчайших деталей. А затем поступила так, как и просила Белинда – положила послание на керамическую тарелку и подпалила. Благо у неё имелось что-то вроде зажигалки – флотский огнепал. Еремей подарил несколько дней назад, когда она проводила опыт с пепельной змеёй, растущей из песка.

Тоня смотрела, как пламя пожирает строчку за строчкой. Бумага чернела и превращалась в пепел, а в душе саднило. До сегодняшнего вечера Белинда была для Антонины просто двойником, абстрактной девушкой, по странному стечению обстоятельств оказавшейся похожей как две капли воды. В голове существовал лишь смутный образ, но вдруг она ожила. Тоня читала письмо и ощущала, как трепетные эмоции срывались с бумаги, заставляя кончики пальцев дрожать, а потом пробирались глубже и глубже, подкатывали комом к горлу. Будто Антонине открывалась история бесконечно близкого человека.

Белинда написала, что они с Тоней похожи – родственные души. Так и есть. У них одинаковый почерк, одинаковые мысли, одинаковые поступки. Хотя насчёт поступков ещё вопрос. Какая же она отчаянная! Принять не протестированное зелье! Антонина не знала, решилась ли бы на подобное.

Огонь сделал своё дело, и Тоня стряхнула пепел в мусорную корзину. Потом забралась с ногами в кресло, откинула голову на спинку, закрыла глаза. Ей нужно было тщательно проанализировать послание. Приписка в конце очень настораживала. Если зелье передала не Белинда, то кто? Почему человек, сунувший флакон в руку, шепнул, что презент именно от неё? Зачем солгал? И главное – откуда ему известно, что Тоня – это не Белинда? Он друг или враг?

В письме было предположение, что зелье – подстава от кого-то из конкуренток. Рунета? Не эту ли «маленькую тайну» она имела в виду? А завтра как раз истекает срок, отведённый шантажисткой. И что, спрашивается, делать?

Антонина несколько раз прокрутила в голове каждую фразу письма. Было в нём ещё что-то тревожащее. Не покидало ощущение, что она что-то упускает. Это «что-то» не лежало на поверхности, как проблема с зельем, оно было спрятано между строк. Оно ускользало, просачивалось, как песок, сквозь пальцы.

Тоня перестала бубнить, проговаривать слова письма – попробовала заменить их образами. И вдруг удалось ухватить, что же вызывает это смутное беспокойство – Брайон. Он совершенно выпал из второй части письма. Белинда ничего не написала о том, как профессор отреагировал на её решение прекратить отношения. Согласился или был против? Тоже начал избегать или, наоборот, искал встреч? Знал ли об отчаянном решении принять отворотное зелье? И если знал, пытался ли отговорить? И, вообще, испытывает ли он к Белинде такие же острые чувства, какие испытывала она до принятия отворотного зелья? И, кстати, где профессор сейчас? Ведь Еремей не застал его дома.

Голова уже потрескивала от бесконечных вопросов, и Тоня решила воспользоваться народной мудростью: утро вечера мудренее. Она перебазировалась на кровать, но долго не могла провалиться в сон. Мешали не скользящие перед глазами строчки письма, а мысли о Максимилиане. Опять вспоминались его горячие поцелуи, от которых туманилось в голове, и пылающие глаза. Сердце ухало от осознания, что, возможно, уже через пару дней появится Белинда, и Антонина вернётся домой, где будет заветная собственная лаборатория, но не будет этих глаз с зелёным ободком. Чёрт! Если так пойдёт и дальше, Тоне самой придётся принимать это экспериментальное отворотное зелье Белинды.  

Антонина поднялась, как только первые золотые лучи пробрались в комнату. За ночь созрело решение насчёт Рунеты. Возможно, шантажистка блефует и никакой «маленькой тайны» не знает. Но Тоне не хотелось рисковать. Не хватало ещё, чтобы «фаворитка Лорда» раструбила всем и каждому о романе Белинды и Брайона, или о том, что Белинду на время болезни подменяет двойник.

Рунета хочет за молчание зелье – она его получит. Не то, конечно, которое Тоня постоянно носит с собой. Хотя такой вариант тоже рассматривался. Но кто его знает, какое у этого препарата действие? Вдруг это средство от облысения, к примеру? Какой бы зловредной не была Рунета, Тоня не хотела, чтобы она поросла шерстью, как овечка.

Захватив с собой кошелёк, Антонина выскочила из резиденции. На территории имелся небольшой магазинчик. Туда и направилась. Она всё ещё плохо ориентировалась в местных ценах, но уже успела убедиться, что Жозефина дала ей в дорогу приличную сумму. На Тонину маленькую афёру должно хватить с лихвой.

Магазинчик, который на удивление оказался похожим на земной провинциальный универсам, был разделён на несколько отделов. Первые немногочисленные посетители, в основном дамы, неспешно прогуливались вдоль прилавков. Повышенная концентрация наблюдалась только возле полок с косметикой. Тоня направилась к соседней стойке – с парфюмерией. Выискивала не лосьон или духи – ей всего-то нужен был красивый флакончик, небольшой и желательно фигурный. Содержимое она всё равно выльет и наполнит кое-чем другим.

Она быстро отыскала то, что нужно. Благородное рифлёное стекло образовывало форму изящной колбочки. Внутри – бальзам для волос. Но это пока.

Расплатившись за покупку, Антонина направилась в бакалейный отдел. Её интересовали специи. Чем более резкие по запаху, тем лучше. В корзинку были отправлены несколько пакетиков с пряностями, горчица и ваниль. В следующем отделе Тоня присовокупила к ним яблочный сироп, сырный соус и селёдочное масло. Решив, что компонентов достаточно, Антонина собралась уходить. Но ноги сами завернули её обратно – к стойке с парфюмерией, с которой и начался шопинг.

Когда выискивала подходящий флакончик, её взгляд выхватил на полке забавный бутылёк со смородиновым листом на этикетке. Ну, не смогла Тоня уйти не полюбопытствовав, что это. Оказалось – шампунь. Она поднесла упаковку к носу. Действительно пахнет смородиновым листом. Тот самый аромат, который, если верить Мариабелле, производит на Максимилиана такое же действие, как на кота валериана.

Шампунь тоже был отправлен в корзину. Нет, Тоня не собиралась им пользоваться. Так, на всякий случай.

Когда вернулась к себе, до завтрака оставался ещё целый час. Предостаточно времени, чтобы сварить «зелье». Антонина выдавила в стакан по столовой ложке яблочного сиропа, сырного соуса и селёдочного масла, приправила смесь ванилью, горчицей и пряностями, чуть разбавила водой и перемешала. Какой же жуткий получился цвет и аромат! Ух! Вынос мозга! Месиво можно было смело патентовать, как приводящее в чувство лекарство, вместо нашатыря. Но Тоня возлагала на него другие функции – наполнит им флакончик из-под бальзама и передаст Рунете под видом зелья-допинга. Расчёт был на то, что эффект плацебо никто не отменял. А когда шантажистка заподозрит неладное, всегда можно выкрутиться фразой, что действие зелий очень индивидуально. Зато Тоня выиграет время.

В этот раз Антонина снова была атакована, когда возвращалась после завтрака к себе.

– Ну, – Рунета поглазела по сторонам и, убедившись, что в коридорчике только она и её жертва, оттеснила к стене, – Время вышло. Мне идти поведать Лорду твою маленькую тайну или как? – язвительно оскалилась она.

Тоня была готова к нападению. Теперь главное продемонстрировать хорошую актёрскую игру.

– Вот, – она достала из кармана рифлёный флакончик и протянула Рунете, – многокомпонентное зелье-допинг на основе отвара чешуи белопончатого присосколапа с ядовитых озёр Юго-Восточного архипелага,– предельно серьёзно прошептала Тоня и доверительно добавила: – Выжимка из слизистопёрых буро-жёлтых водорослей того озера тоже здесь.

У Рунеты дыхание сбилось от волнения. Она схватила бутылёк и спрятала его почему-то не в карман, а в закрома бюста. Краска схлынула с её лица. Руки подрагивали.

– Очень сильнодействующее вещество, – решила углубить впечатления Рунеты Тоня. – Принимать максимум по три капли в день… – сделала небольшую паузу и для пущей важности расширила мысль: – а то были случаи… – какие уточнять не стала, только многозначительно поглядела: – думаю, догадываешься, о чём я.

Рунета прижала ладони к груди, будто боялась, что флакончик самопроизвольно выпрыгнет наружу.

– Утром. Строго натощак, – добавила Тоня, чтобы выиграть как минимум сутки.

Рунета, побледнев ещё больше, кивнула.

– Если почувствуешь головокружение, снизь дозу до двух капель, – это последнее наставление Антонина давала, уже обогнув Рунету и направляясь в свою комнату.