Глава 24

— Что за прикол?! — прошептала, глядя на морщинистое злобное лицо.

Ахнула, потому что на меня в упор смотрела Баба Яга. Её длинный нос, загнутый крючком, подрагивал. От обилия морщин и бородавок на лице по коже пошел мороз.

— Эй, Царев, ты думаешь это смешно?! Пси-и-х! Больной на всю голову! — заорала, выставляя средние пальцы вверх.

Фигура в кустах не двигалась, парализуя большими налитыми кровью глазами. Сердце колотилось, как сумасшедшее.

Ему меня не напугать!

Я вылетела с балкона, на ходу накидывая халат, а затем босиком понеслась за дверь. Преодолев два пролета ступенек, задыхаясь, выбежала во двор.

— Где ты, идиот??? Сними чертову маску!!! — носилась по аллее, пытаясь его отыскать.

Вряд ли хромой мог далеко убежать. Однако шутника и след простыл. Хотя я не могла ответить со стопроцентной уверенностью, мужскую или женскую фигуру видела в аллее. Сгорбленная старуха стояла в чем-то бесформенном.

— Агнешка…?

Я быстро развернулась, услышав озабоченный голос за спиной. Мама прислонилась к беседке, встревоженно косясь на мои голые ноги.

— Ты… Ты тоже её видела?! — сбивчиво шевелила губами.

— Кого? — мама поморщилась.

— Бабу Ягу…

— Дочка, о чем ты говоришь?!

— Кто-то стоял в кустах в омерзительной маске… Я увидела с балкона!

— Агния, ты вчера целый час не отвечала на звонки! — мама вздохнула. — Ты попробовала что-то запрещенное? Какие-то препараты? Признайся, дочка. Обещаю, я не буду ругать.

Боже.

— Мам, ну, разумеется, НЕТ! Я за весь вечер выпила один бокал шампанского…

И кроме члена Руслана, больше не пробовала ничего запрещенного! — чуть не сорвалось с губ.

— Тогда, о чем ты говоришь? Какая Баба Яга?

— Но я, правда, видела… Наверняка, это кто-то из братьев…

— Агния, перестань во всех бедах обвинять парней. Руслан сам уехал рано утром на физиолечение, а Гвидона, Мишу и Льва водитель отвез на тренировку по плаванию. Кроме нас в доме никого нет.

— Прости, что побеспокоила… — я отвернулась, направляясь к входу.

— Дорогая, постой, мне нужно с тобой поговорить.

— Говори!

— Давай позавтракаем на террасе?! — она сдула рыжую прядь волос с лица, лукаво щурясь.

— Просто выпью чай, — я безэмоционально кивнула.

Домработница довольно быстро засервировала изящный столик на залитой солнцем террасе, и я, поджав ноги, уставилась на фарфоровый заварочник.

— Через несколько дней Ваня возвращается из командировки. Я обещала ему с тобой поговорить…

— Мам, я внимательно слушаю, — пробурчала, уверенная, что меня вряд ли что-то сможет удивить сильнее, чем человек в маске Бабы Яги.

— Агния, через несколько недель мы переезжаем жить в Лондон!

— Что-о? — её слова ударили, словно молния.

— Твой отчим открывает новый филиал компании в Великобритании. Мы приняли решение, какое-то время пожить там. Мальчики останутся в Москве, а ты поедешь с нами, — она мягко улыбнулась, пока я моргала.

— Но с завтрашнего дня начинается учеба в МГИМО! Я не могу все бросить! — подскочила, всплеснув руками.

— Дочка, не волнуйся, Ваня договорится, чтобы тебя перевели в Кембридж или Оксфорд. Поверь, это гораздо лучше, чем московский университет…

— Но вы даже не спросили моего мнения! А если я не хочу переезжать?!

— Агния, я прожила в два раза больше, чем ты. Дорогая, я знаю, как лучше…

— Извини, мам, мне нужно всё обдумать!

— Да что тут думать, дочка! Раз тебя все равно ничего не держит в Москве…

— Знаешь, я так устала, что все кругом решают за меня! Счастливо… — развернулась, громко хлопнув дверью.

*Неделю спустя*

— Агния, ты повесишь расписание?

— Уже! — подмигнула секретарю деканата, указывая в сторону информационной доски.

— Вот это староста, я понимаю! — полная шатенка с добрым лицом выставила большой палец вверх.

Первая неделя в статусе студентки МГИМО принесла новые знакомства и пока только положительные эмоции. Ребята из группы с радостью поддержали мою кандидатуру на должность старосты, поэтому я взвалила на себя массу дополнительной работы.

С возвращением Ивана обстановка в доме стала менее напряженной. Краем уха я услышала, как Миша и Лев обсуждали какой-то долгий важный разговор с отцом, в результате которого мужчины помирились. Не знаю, означало ли это, что их вписали обратно в завещание, но в том, что лед тронулся, сомнений не осталось.

После той ночи Руслан избегал моего общения, да и я не горела желанием сталкиваться лицом к лицу со сводным братом. Хорошо, что хватило ума остановиться, пока не стало слишком поздно.

К сожалению, в отношениях с мамой до сих пор чувствовался холодок. Они могли хотя бы посоветоваться со мной перед таким важным шагом, как переезд в другую страну. Вообще вся эта история с Лондоном больше напоминала побег.

Не понимаю, чего они боялись?!

Я остановилась на крыльце корпуса, накидывая на плечи джинсовку. Несмотря на довольно теплую погоду днем, к вечеру холодало. Сделав шаг, вынуждена была затормозить, потому что в сумочке завибрировал мобильный. Звонила Лёлька.

— Агния, можно с тобой встретиться?

— Конечно, предлагаю завтра пообедать после пар!

— Сейчас… Мне нужно увидеть тебя сейчас… Ты можешь приехать в кофейню «Сахарок»?

— Ну, хорошо! Буду там минут через двадцать.

— Жду!

***

С каждым днем я все сильнее ценила опцию личного водителя, который беспрекословно исполнял мои прихоти.

— В кафе «Сахарок», так в кафе «Сахарок»! — хмыкнул Константин, забивая адрес в строку навигатора.

Не успела я просмотреть новые публикации в Инстаграм, как автомобиль затормозил на парковке рядом с заведением. Мы с Лёлькой класса с девятого облюбовали это место: могли часами пить безалкогольный глинтвейн, сплетничая обо всем на свете. Когда я приблизилась к любимому угловому столику, подруга уже ждала.

— Оль, привет! Что за спешка?! — улыбнулась, вешая сумку на спинку стула.

Светловолосая красавица повернула голову. Я нахмурилась, обнаружив, что она в солнцезащитных очках.

— Хотела с тобой поговорить. Так паршиво на душе… — Оля сняла очки, лихорадочно моргая. Глядя в ее красные опухшие глаза, стало не по себе.

— Этот сукин сын тебя обидел? Что он натворил?! — до хруста сжала тонкое запястье подруги.

— Нет… Успокойся! — она горько рассмеялась, протягивая айфон. — Просто полюбуйся…

Я сфокусировала взгляд на обнимающейся парочке: роскошная кукла Барби сидела на коленях среднего из братьев Царевых, нежно перебирая его растрепанные волосы.

«С царевичем Гвидоном!» — гласила подпись под фото.

— Мы должна были встретиться вчера вечером, но он сказал, что будет помогать отцу, а спустя два часа я увидела у королевы Инстаграма Вики Малиновской это фото. Набрала Гвидону: он подтвердил, что проводит время в её компании.

— И что это значит? Вы расстались? — непонимающе покачала головой.

— Я задала Царёву тот же вопрос… — Лёлька нервно пригладила волосы. — А он ответил: «Мы и не встречались!» Вот так! — подруга громко шмыгнула носом, натягивая очки.

— Даже не знаю, что сказать…

— Ничего не говори. Знаешь, а ведь он, правда, мне очень понравился. Давно так не торкало! — Лёлька втянула воздух.

— Он придурок и точно не стоит твоих слез…

— Я переживу этот удар судьбы, подружка. Сколько в моей жизни еще будет таких Гвидонов?! Только пока хочется отстрелись ему яйца…

***

Я вернулась домой поздно вечером. Мы с Олей еще долго болтали обо всем на свете, а потом слушали уличных музыкантом на Арбате.

Судя по тому, что в комнатах братьев горел свет, решила спокойно выпить чаю на кухне. Настроение было ниже плинтуса. До зубного скрежета хотелось поднять его сладким.

Утянув плитку горького швейцарского шоколада, я услышала поблизости странный хруст. Обернувшись, столкнулась взглядом с двумя пронизывающими черными углями.

— Скучно лакомиться сладким в одиночестве… — раздался низкий трескучий голос у самого уха.

От неожиданности я выронила плитку на пол.