Глава 1 · Душевный обмен или что здесь происходит?

Милана Левина

Только через пару дней добралась до сумок, чтобы разобрать их. Разложила вещи по местам, что-то закинула в стирку, вытряхнула из походной сумочки мелочевку. Все это делала, разговаривая с отцом по телефону. Он живет во Владимире, там я родилась, училась, выросла, потеряла маму и смысл жизни, пробовала записывать первые видео, вновь обретя этот самый смысл, а потом переехала в столицу. Отец переезжать отказался, мы с ним отдалились, виня друг друга в маминой гибели.

После очередного разговора тяжесть на душе перекатилась с места на место, словно большой неподъемный валун. Вздохнула, услышав сухое прощание, и тряхнула сумку еще разок. Последним поверх кучи всякой всячины выпал тот самый пра много пра бабушкин медальон в тканевом мешочке из города моей мечты. Грустно улыбнулась: как я хочу обратно в Париж или куда-нибудь еще, развеяться. Надела на себя частичку счастливых воспоминаний и, закончив с вещами, легла спать.

Сон не заставил себя ждать, странный, волнующий: я в виде бестелесного духа лечу куда-то сквозь слои пространства. Меня несет пушинкой вперед и вперед, полет вполне приятный, давно не летала во сне, но уж очень необычным и реалистичным кажется сон.

В итоге оказалась в комнате, обставленной, как в историческом кино или музее, судя по всему время перед рассветом. На большой кровати животом вниз лежит обнаженная девушка, ее поцелуями по спинке пытается разбудить потрясающий мужчина, от вида которого у меня пересохло в горле, подобных красавцев я никогда не видела: он был практически обнажен, только самое главное стыдливо прикрывала легкая белоснежная простыня; его смуглая кожа светилась в акварельных рассветных лучах, под ней лениво перекатывались рельефные мускулы; лицо искусителя и темные волосы до плеч завершали идеальную картину.

Легкое движение поблизости заставило оторвать взгляд от живописной картины. Повернула голову и увидела бестелесный дух девушки, краем сознания отмечая нашу схожесть. Она с ужасом переводила взгляд с кровати на меня и обратно, в этот миг ее дернула назад неведомая сила, а меня потянуло в другую сторону. Еще миг и я открыла глаза, почувствовав на своей спине нежные прикосновения теплых губ, от которых по телу стройными рядами промаршировали мурашки. Глубокий вдох, и я осознаю, что это вовсе не сон.

А как хорошо все начиналось…

Отпуск! Как много в этом слове, пусть даже длится он всего несколько дней. В субботу у меня стрим, и пропустить его не имею право, но сегодня четверг. День без социальных сетей, телефона, посторонних людей, пустой болтовни, забот и хлопот.

Я и Париж!

Вылетела ночью, как только закончила работать, ближе к двенадцати. Менеджер Георгий, а попросту Гоша не хотел меня отпускать, но я подняла бунт. Понимаю, что без помощников не достигла бы того уровня, что у меня сейчас, шутка ли почти пять миллионов подписчиков на канале. Но я не обязана все время сидеть на одном месте. Эх, как было чудесно прошлым летом на Бали, там и стримы проходили, как зажигательная дискотека, я пела на всю округу, правда, под мою музыку танцевали лишь ящерицы, огромные насекомые и бродячий кот, но можно было оторваться, не то, что в московской квартире, которую я скоро поменяю на дом. Достаточно накопила, зарабатывая с каждым эфиром все больше.

Но, что я все про деньги. Я же в Париже. Брысь все ненужные мысли, буду идти и ни о чем не думать. Мне предлагали нанять гида, чтобы посмотреть все достопримечательности, но я приехала не за этим. Хочу гулять по набережной Сены, щуриться, глядя на игривые блики на воде и улыбаться. Потом посижу на шезлонге в саду Тюильри, поедая аппетитный сэндвич крок-мадам и запивая его божественным ароматным кофе. Ну не мечта ли?

К вечеру непременно пойдет дождь, и я спрячусь в одном из переполненных ресторанчиков, где чудом мне достанется столик в уголке. Внутри будет людно, шумно. Ужиная французы обсуждают все на свете, собираясь большими компаниями, и гогочут громче стаи чаек. Наблюдая за ними со стороны, чувствовала легкие уколы зависти. У меня в Москве такой компании нет. Пара подруг, но и с теми вижусь в лучшем случае по праздникам. А все работа. Она стала моей жизнью.

Со стороны кажется, ну что там блогер, они целыми днями валяют дурака, и при этом зарабатывают миллионы. Верно лишь второе утверждение. И то, если очень сильно постараться, иначе от миллионов увидишь одни дырки в нулях. Вот и тружусь, как папа Карло. С боем вырываясь в такие вот небольшие путешествия.

Обожаю Барселону и Токио, но Париж — моя любовь. Особенно люблю барахолки. Не могу пройти мимо. Я могу часами ходить и рассматривать антикварные вещи. Зачем ходить по музеям, когда вот она — настоящая история, которую можно потрогать, забрать себе за определенную сумму или просто послушать затейливые рассказы продавцов о том, кому принадлежала та или иная вещица. Складывалось ощущение, что они приходят сюда не продать что-либо, а дать интересное представление. Честно говоря, я была готова некоторым из них аплодировать.

Вот и сейчас, сухопарый, невысокий мужчина с длинным носом с горбинкой и множеством мимических морщинок витиевато на потрясающем художественном французском втирал мне о пра-пра… там было много пра… бабуле, которая пришла в наш мир из какого-то другого, да тут и осталась. А этот кулон с рыжеватой капелькой больше похожей на обычный непрозрачный янтарь или вовсе на пластик, передавался в их семье, как реликвия.

— Мадмуазель, тут еще и памятная надпись на обратной стороне, — развернула медальон и точно написано по-французски, но не совсем грамотно и криво: Âme échange est non-remboursable (франц. Душа обменивается и не возвращается, если переводить дословно). Абракадабра какая-то. Но мне очень понравился увлекательный рассказ мужчины, улыбнувшись, достала пятьсот евро.

— Прошу, — протянула деньги мужчине.

Тот стал отмахиваться, говоря, что медальон столько не стоит, но я напомнила, что это реликвия, и он тут же сдулся. Взял деньги, будто даже недовольно, словно не заслужил их, но я считала, что его представление достойно и большей оплаты.

Сунула покупку в сумочку и отправилась гулять дальше. Завтра лететь домой рано утром, а там снова энергичные выматывающие стримы, поклонники, поджидающие у подъезда, которые пугают меня до чертиков, и пустая московская квартира. Улыбки, шире, чем у чеширского кота и работа-работа. Но это будет завтра, а сегодня улочки лучшего города на Земле пахнут сыростью после дождя, напоминая беззаботное детство, шум вокруг создает ощущение, что ты в «домике» и ты идешь-идешь, и готов идти так всю свою жизнь. И никого тебе больше не надо.

Но вот случайно натыкаешься на влюбленную парочку, которая самозабвенно целуется прямо на мосту, не обращая внимание на многочисленных прохожих, и становится грустно. Хотела бы я подобным образом стоять с кем-то, кто мне очень нравится? Да нет, не знаю. Вряд ли кто-то сможет запасть в душу настолько, чтобы я забыла, где нахожусь. Такое бывает лишь в книгах о любви и в Париже, а моя реальная жизнь далека и от одного, и от другого.

Встала еще затемно, чтобы вовремя успеть на самолет. Будильник выдернул меня из волшебного сна, из которого я запомнила лишь неповторимые серо-голубые глаза и чувственные губы, которые без конца повторяли мне: Je t’aime (франц. Я люблю тебя).

Ненавижу будильники! Бесцеремонно врываются в твою жизнь, диктуя свои условия. В спешке собралась и успела-таки на самолет. А потом закрутилось все, как обычно.

Все эти мысли и воспоминания пронеслись в моей голове именно в тот момент, когда поняла, что меня действительно целует посторонний мужчина, а я лежу голая непонятно где! Как я тут оказалась, черт возьми⁈

Резко подскочила, практически не замечая, как ударилась обо что-то спиной, услышала сдавленный «ох» и отбежала от кровати. Потом охнула сама, ощущая прохладу на обнаженной коже, схватила простынь и потянула на себя, срывая с него, зажмурилась и попыталась завернуться в отвоеванную ткань. Она упала, но я по-прежнему держала глаза закрытыми, значит, не считается, меня никто не видел.

— Милена, что на тебя нашло? — от этого обращения я распахнула глаза и тут же пожалела, его обнаженный вид смутил еще больше.

— Я не Милена, меня зовут Милана, — голос прозвучал совершенно чужим, очевидно от волнения. — И кто вы? Очередной сумасшедший поклонник? Это похищение⁈ — до меня дошло, что это должно быть так и есть. Сколько раз меня уже подкарауливали у дома и признавались в неземной любви, пришлось даже охранника нанять. Обратная сторона популярности оказалась вовсе неприглядной. Но я-то была вечером дома! Никуда не выходила. Как это все получилось? Меня похитили из квартиры? Ничего не помню, лишь странный сон.

— Милана? — удивился мужчина и тихо добавил. — Странно, я думал иначе, впрочем, не важно.

— Верните меня обратно, немедленно! Так и быть, я подумаю, подавать на вас в суд или нет.

— Ты хочешь к себе? Но мы же хотели этот день провести вместе, сегодня выходной, — он говорил это мягким, вкрадчивым голосом, от которого мои ноги стали ватными.

Он протянул ко мне руки, поднялся и шагнул вперед, вовсе не стесняясь своего голого вида. Я очень старательно смотрела в его глаза, чтобы ни в коем случае не смотреть вниз. И это было сложно, его взгляд был искушающим, игривым, волнующим. Он смотрел на меня с усмешкой, забавляясь моей реакцией.

— Я ничего вам не обещала! Вы явно напридумывали лишнего, верните меня домой немедленно! — голос мой сорвался при переходе из шепота в крик.

— Ты можешь идти в свою комнату хоть сейчас, — мужчина оставил свои попытки меня вразумить и холодно поднял бровь. — Но советую одеться, в академии гуляют сквозняки.

— Мы на территории академии? — смутилась я, что-то новенькое. Теперь похитители не тащат жертву в заброшенный дачный поселок или куда-то еще, где нет людей, а решают привести ее в учебное заведение? Очень странный похититель. Но вроде не буйный, может удастся договориться. — А что за академия? — раз уж он отвечает на мои вопросы, решила уточнить, чтобы сориентироваться на всякий случай.

— Академия магии Несанета, — приплыли.

Я скептически глянула на мужика, уже как-то смирившись и пообвыкнув к его естественному виду, но все равно продолжая смотреть строго ему в лицо.

— Так что, будешь одеваться, Милена?

— Повторяю, меня зовут Милана, если не можете запомнить, зовите Мила, — топнула ногой, почему-то больше обидевшись, чем разозлившись. Поклонник, называется, имя путает. — И вам бы тоже не помешало одеться.

— О, это я всегда успею, обожаю воздушные ванны, — этот Аполлон недобитый еще и потягушки сделал. За что мне такие испытания, да еще с утра пораньше? — Ладно, смущенная моя, я оденусь, но что-то ночью ты не была против моего вида.

Кошмар! Какой ночью? Что этот гад делал со мной ночью? И что мне подлили, если я этого не помню? Мое лицо исказила гримаса отчаяния, и мужчина закатил глаза. Потом молча кинул мне платье, под стать стилю комнаты.

— Это не мое! — возмутилась, но под скептическим взглядом серо-голубых глаз мужчины, который все-таки стал натягивать брюки, смутилась и начала одеваться через голову, стараясь удержать простынь ногами. В итоге она свалилась, но я успела натянуть платье на все стратегические места, краем сознания отметив, что ткань чужого наряда ласкает кожу, очень мягкий материал. Белье бы не помешало, но и на том спасибо.

— Готова? — кивнула, обувая легкие туфли, тоже безумно мягкие. — Тогда пойдем, провожу тебя в общежитие.

— Куда?

* * *

Наши симпатичные герои поближе)

Мила

Рид