Глава 34

Возмущённые крики «пострадавшего» я услышала ещё в коридоре. Истерические и визгливые, они резко контрастировал со спокойным и уверенным голосом Доргана-старшего.

— Там была кровь! — обиженным тоном доказывал Эртан.

— Тебе же сказали — ничего страшного, просто царапины, — возразил дед. — Я специально вызвал своего личного целителя, раз уж ты не захотел обращаться в лазарет. И у меня нет оснований сомневаться в его компетентности.

Что ж, хотя бы тяжкие телесные повреждения этот белобрысый индюк на меня не повесит. Да и декан вроде бы настроен мирно. Я толкнула дверь и решительно вошла кабинет.

— А вот и она — истеричка! На людей бросается! — гневно заявил Эртан, увидев меня.

Дорган-старший никаких эмоций не выказывал и вполне миролюбиво сказал:

— Мне очень жаль, что мои внуки не могут найти общий язык. Проходи, Лестэлла, присаживайся.

— Она на меня набросилась. А драки запрещены! — снова мстительно повторил Эртан, который всё больше напоминал мне избалованного инфантильного подростка, хотя ему уже, кажется, исполнилось двадцать лет.

И вот это вот чудо со временем станет главой рода, в который меня так упорно пытаются затащить? Страшно представить, какой руководитель из него получится.

— Заходить в комнаты к девушкам парням тоже запрещено, — парировала я сдержанно. — Так что, кто тут нарушитель — ещё вопрос. А ты не просто вошёл, но ещё и ссору затеял. Я просто действовала по ситуации.

— Надеюсь, она будет наказана? — спросил Эртан, с вызовом глядя на деда.

— Конечно, — кивнул тот с задумчивым видом, — как и ты. Раз уж вы оба нарушили правила.

Это было сказано тоном, не терпящим возражений, и покрасневший от досады Эртан не посмел протестовать, хотя явно считал такое решение несправедливым. Как и я, по сути ничего не нарушившая.

Декан написал что-то на небольшом листе бумаге и протянул внуку.

— Вот твоё взыскание, можешь идти, — сказал он сухо.

— А как же…

- А с Лестой мы ещё побеседуем.

Эртан вышел, недовольно хмурясь, и одарив меня на прощание мрачным взглядом.

— Я не нападала на него. Скорее, защищалась, — сказала после затянувшейся паузы. Оправдываться не хотелось, но ещё больше не хотелось отвечать за несправедливые обвинения этого позёра.

И всё же о Ридии рассказывать не стала. Вряд ли декан не знает, как Эртан с ней обращается, а значит, всё происходит с его молчаливого согласия.

— Верю, поскольку хорошо знаю своего внука, — серьёзно ответил Дорган. — Но если ты не будешь наказана, он не успокоится и будет тебе досаждать. Поэтому, давай поступим так: я направлю тебя на отработку в зверинец. Покормишь лайр. Это недолго и несложно. Вот. Просто передашь это дежурному смотрителю.

Он подписал ещё одну бумагу и отдал мне.

— Разве вы не можете просто урезонить внука?

Ведь явно может, раз одним взглядом осадил, но Дорган только развёл руками и, изобразив отеческую улыбку, сказал:

— Тогда он будет относиться к тебе предвзято, а мне бы очень хотелось, чтобы вы поладили. — Слава богу, не добавил «ведь мы одна семья», но это читалось между строк.

Представить себе хорошие отношения с Эртаном я не смогла, как и его непредвзятое ко мне отношение. В академии он был кем-то вроде Моранды — не упускал случая унизить тех, кто ниже по происхождению, и ему точно так же многое сходило с рук.

— Это вряд ли, мы слишком разные, — хотела довольствоваться лаконичным ответом, но не удержалась от замечания: — Честно говоря, меня пугает мысль, что ваш внук станет главой рода. Ему не хватает выдержки и… других важных качеств.

Как ни странно Дорган не рассердился, напротив, как-то грустно усмехнулся и признал:

— Боюсь, ты права. Эртану нужно ещё многому научиться, пока что он к этой роли не готов. И, возможно, не будет готов. Тогда мне придётся подумать о другом преемнике или… преемнице, — завершил он, сопровождая свои слова красноречивым взглядом.

На мгновение стало смешно — даже в такой ситуации он пытается меня агитировать. Поспешила уйти, пока дед не продолжил развивать неприятную тему.

***

Лайры очень походили на миниатюрный вариант белоснежных ланей. Они буквально тянулись к рукам, выпрашивая не только пищу, но и ласку. Кормить их было легко и приятно. Пожалуй, стоило поблагодарить Доргана за такое наказание. В целом же зверинец меня разочаровал. Так хотелось посмотреть на диковинных животных, но все загоны были огорожены плотным материалом, не позволяющим заглянуть внутрь. Я могла только слушать звуки — рычание, писк, клёкот, ржание и читать названия на дверях.

Вдруг у одной из дверей на меня кто-то набросился со спины и резко толкнул. Я не сразу осознала, что произошло. Услышала лязг металла, испуганно осмотрелась и поняла, что оказалась внутри загона. Он был большим, чистым и, на первый взгляд, пустым, но невдалеке виднелся решётчатый вольер с приоткрытой дверью. В нём царил полумрак, в котором вдруг вспыхнули два красных огонька, и раздалось угрожающее рычание.

Инстинктивно сделав шаг назад, я упёрлась спиной в преграду и поняла, что заперта здесь наедине с кем-то красноглазым и, похоже, очень злым. Стучать в дверь не рискнула, вдруг резкий звук разозлит зверя ещё больше. Просто застыла неподвижно, пытаясь сообразить, что теперь делать.

Но когда из вольера показался огромный варан, похожий на древнего динозавра, испуганно ахнула и закричала, призывая на помощь. Я также попыталась активировать браслет, отправив сообщение в администрацию академии, но грозный рык, раздавшийся совсем рядом, заставил снова замереть на месте.

Варан двигался слишком стремительно для такой громадины, и его красные глаза сейчас находились всего в десятке сантиметров от моего лица. Он тихо рычал и шумно втягивал воздух трепещущими ноздрями. А из вольера тем временем выползли две его крохотные копии. Боже, да здесь не просто сердитый вораноподобный динозавр, а мать, защищающая потомство. Мне конец! Этот приговор был написан в красных глазах зверя.

Мысли метались, не находя решения. Я не знала, дошло ли моё сообщение и как скоро прибудет помощь, оставалось тянуть время и надеяться на чудо. Вспомнилось, как где-то слышала о том, что животные реагируют на наши эмоции, голос и чувствуют страх.

— Тише, тише, я не трону твоих малышей, — сказала как можно спокойнее, изо всех сил скрывая панику и глядя прямо в эти завораживающие глаза. — А ты не трогай меня. Если убьёшь, тебе больше не позволят здесь находиться и разлучат с детьми. Ты больше их никогда не увидишь. Пожалуйста, дай мне уйти.

На какое-то мгновение время вдруг словно остановилось, и я снова, как в случае с шерзорнгом, будто стала частью этого зверя и почувствовала, как медленно затихает его агрессия, продолжая уже мысленно убеждать:

— Вот так, всё хорошо. Я тебе не враг. Возвращайся к детям!

Увидев, как он медленно отступает на шаг, а потом разворачивается и уходит, я чуть не разревелась от облегчения и с трудом удержалась на ногах, испытав прилив слабости.

Словно в трансе я наблюдала за тем, как в загон вбежал испуганный смотритель и ещё какие-то люди. У меня что-то спрашивали, осматривали, ощупывали, а потом куда-то повели. От шока ноги подкашивались, а мысли продолжали путаться, более-менее пришла в себя я уже в кабинете декана. Он был мрачен, хмур и дотошно расспрашивал бледного от страха смотрителя о случившемся. Но тот мало что мог сказать по существу.

Повторял только, что недавно родившую самку вайраха перевели в злополучный загон лишь сегодня днём, а до этого там жил старый самец, который в принципе был безобиден. Наверное, кто-то думал, что он всё ещё там и просто хотел напугать адептку, то есть меня. А вот разъярённая самка, защищающая свой выводок, действительно могла, если не убить, то серьёзно покалечить. О том, что смерти мне не желали, свидетельствовал и поменявшийся цвет браслета, который я успела заметить — всего лишь светло-серый, только легче от этого не было.

— Слава Единому, всё обошлось, но как тебе удалось её остановить? — допытывался Дорган, когда смотритель ушел.

— Не знаю, я с ней разговаривала, и она меня как будто поняла. Между нами словно связь установилась, — призналась честно и тут же пожалела о сказанном.

Серые глаза деда вспыхнули каким-то нездоровым фанатичным блеском.

— Значит, ты всё же сделала это — освоила «Касание души»! — заявил он торжествующе, и мне стало страшно от мелькнувшей догадки.

— Только не говорите, что вы специально всё подстроили, чтобы я смогла проявить скрытые способности?!

— Нет, конечно, — нахмурился Дорган, — я никогда не стал бы рисковать твоей безопасностью. Для этого есть более безопасные и проверенные методы.

Поняв, что меня эти заверения не убедили, он со вздохом приложил ладонь к груди и торжественно произнёс:

— Клянусь магией, что не причастен к сегодняшнему инциденту в зверинце! — Его ладонь на мгновение засияла мистическим светом, и от сердца немного отлегло.

Я уже знала, что такое магическая клятва — солгать под её воздействием невозможно. Значит, не он. Уже легче, но вот без Эртана здесь точно не обошлось. Вспомнила, как выйдя из кабинета, услышала чьи-то удаляющиеся шаги. Наверное, братец подслушал намёки деда на то, что главой рода могу стать я, вот и взбесился, решив отомстить. Словно в унисон моим мыслям, из раскрывшейся двери раздался холодный голос Никея:

— Надеюсь, Эйр Дорган, ваш внук сможет повторить эту клятву. Говорят, он проходил отработку в зверинце в это же время.

Блордрак вошёл в одежде целителя с большой сумкой, которую брал на вызовы за пределы лазарета. Он старался говорить сдержанно, но в голосе отчётливо послышался вызов. Надо же, как быстро разносятся новости! Или его специально вызвали?

— Надеюсь, дэйр Блордрак, вы понимаете, что не имеете права обвинять человека без доказательств, — в тон ему обманчиво вежливо ответил декан. — Позвольте напомнить, что вы не каратель, а целитель, вот и выполняйте свои непосредственные обязанности. А виновный обязательно будет найден и строго наказан. Я прослежу за этим лично!

— Очень надеюсь, что наказан будет именно виновный, — сдержанно парировал Блордрак.

Он подошёл ко мне и с тревогой заглянул в глаза: — Цела? Как себя чувствуешь?

— Нормально, только голова кружится, и сил нет, — я выдавила улыбку, искренне радуясь его появлению. Совсем одной в стане врага находиться было, мягко говоря, некомфортно.

— Сейчас посмотрим, — Никей провёл диагностику и, нахмурившись, констатировал: — похоже на магическое истощение. Но как это возможно, если на тебе браслеты?

— Я разрешил открыть их наполовину, — неохотно признался декан, тоже посматривающий в мою сторону с беспокойством. — Это необходимо для занятий и успешного освоения дара.

Или для его экспериментов? Настала моя очередь хмуриться. Получается, браслеты теперь и на ночь остаются открытыми, а я даже не в курсе. Чего именно он добивается? Хотя, надо признать, в зверинце меня спас именно дар. Без него «Касание души» было бы невозможным.

— До телепорта дойти сможешь? — спросил целитель, закончив осмотр.

Я прислушалась к себе и отрицательно покачала головой. Сразу после происшествия, подпитываемая адреналином, до академии в сопровождении смотрителя и сторожа я кое-как добралась, а вот сейчас каждое движение давалось с трудом. Неужели столько сил отняло мысленное воздействие на вайраха?

— Ясно, потерпи немного, — Никей подхватил меня на руки и понёс к выходу.

— Что вы делаете? — хмуро уточнил Дорган, не предпринимая однако попыток вмешаться.

— Выполняю свои прямые обязанности, — сухо бросил Блордрак. — Ей нужна помощь и хороший отдых для полного восстановления.

— Что ж, Лестэлла, отдохни пару дней, а потом мы пересмотрим твоё расписание, — милостиво кивнул дед и заявил: — Теперь некоторые практики у тебя я буду вести лично.

От этой «радостной» новости стало совсем тошно, и я, уткнувшись в плечо жениха, шепнула:

— Забери меня отсюда скорее!

Дальше были телепорт, лазарет и облегчение. Силы не вернулись полностью, но после нескольких процедур и одного особо горького зелья я почувствовала себя гораздо лучше.

Никей делал всё, что требовалось молча. Но по плотно сжатым губам и мрачному взгляду было понятно — он сердится. Только закончив, и убедившись, что со мной всё в порядке, он отрывисто спросил:

— Ты видела, кто это сделал?

— Нет. Меня просто толкнули. А почему ты решил, что это был Эртан?

— На первом курсе он любил так забавляться, — скривился Блордрак. — К тому же он очень тщеславен, и завидует тому, что Дорган тебя выделяет.

Мне совсем не понравились угрожающие нотки в его голосе. Он ведь не собирается вызвать Эртана на дуэль и устроить ещё что-нибудь в этом роде? Это ещё больше усложнит наше и без того непростое положение.

— Но декан прав — пока нет доказательств, нельзя его обвинять, — напомнила на всякий случай.

— Никаких доказательств не будет! — продолжал злиться Никей. — А если и будут, он отделается предупреждением или выговором, как обычно! Все его наказания всегда были формальными, но сейчас сопляк перегнул палку!

Воинственный настрой Блордрака меня не на шутку встревожил. Я схватила его за руку и взволнованно спросила:

— Что ты задумал? Нам только открытой войны с Дорганом сейчас не хватает! Обещай, что и пальцем Эртана не тронешь! — потребовала испуганно.

Никей перевёл удивлённый взгляд с моего лица на свою ладонь в моей руке и обратно, но не сделал попытки высвободиться и сдержанно повторил:

— Обещаю. Не трону… пальцем.

Последнее уточнение прозвучало как издёвка и совсем не утешило.

— Кулаком и оружием тоже не тронешь! Думаешь, дед меня так мало ценит, что позволит внуку безнаказанно поставить все свои планы под угрозу?

— Не бойся, я при всём желании не смогу причинить ему вред, — помрачнел Блордрак, — дурацкая клятва целителя не позволит! Но этому гадёнышу слишком многое сходит с рук, поэтому я сейчас просто вызову карателей. Уж они точно никого выгораживать не станут, — объявил он о своём намерении, заставив нервничать ещё больше.

Вот только карателей мне до полного счастья не хватает! Я попыталась отвлечь жениха, озвучив другую проблему:

- Не надо! Пусть сами разбираются, ты не о том беспокоишься. Слышал, Дорган теперь будет вести у меня занятия лично! Что это может значить?

Никей помрачнел ещё больше и, задумавшись, уточнил:

— Как ты получила магическое истощение?

Пришлось рассказать о том, что случилось в загоне. Судя по выражению лица собеседника, отвлечь его удалось, и ситуация действительно сложилась серьёзная.

— А вот это плохо, — сказал он, наконец. — То есть, конечно, хорошо, что ты справилась и спаслась, но «Касание души» осваивает не каждый выпускник, а в совершенстве им вообще владеют единицы. Я говорил, что у нас ещё есть время до тех пор, пока Дорган перейдёт к активным действиям. Так вот, боюсь, теперь его нет. Он постарается заполучить тебя как можно скорее.