Глава 33

Из толпы выбежал высокий мускулистый мужчина, я бы даже сказала огромный как медведь, он прихрамывал на одну ногу. Когда ко мне оставалась пара метров, его нога подкосилась, и он упал. Я побежала к нему, ему явно нужна была помощь. Пыталась перевернуть его на спину, но эта тяжелая махина ушла в несознанку и у меня ничего не получалось. Потянула его за волосы, чтобы хотя-бы голову набок повернуть.

- Хорошего мужа выбрала ты себе дочь. Это Рабор, великий и могучий охотник всех племён, живущих под землей.

Я не сразу поняла о чём говорит отец, а потом меня осенило. И смех, и грех. Я вспомнила, как однажды ночью, отец думал какой мужчина мне подойдёт в мужья, и я пообещала ему, что сама его найду и притащу за волосы. Видимо он подошёл именно в тот момент, когда я схватила медведя за волосы.

У меня вырвался нервный смешок.

- Отец, ему нужна помощь. Братья вы можете его поднять и унести к нашему шалашу? У него что-то с ногой, нужно глянуть её.

В итоге нам пришлось звать ещё пару воинов, чтобы перетащить эту груду мышц. Не смотря на крупные габариты мужчины, видок у него был изнеможённый. Под глазами залегли большие темные круги усталости, скулы запали. Такое впечатление, что он голодал, но при этом пахал как вол.

Затащили его в наш шалаш, послала парней за водой, а отца развести огонь снова. Нужно будет нормальных дров принести, хворост быстро сгорал.

Пока никого не было, быстро стащила с него шкуры. Прифигела от внушительных габаритов. Если что, я о мышцах, а там каждый додумывает по мере своей распущенности.

Прикрыла мужское достоинство, ему есть чем гордиться и стала рассматривать рану на бедре. Рана была ужасной, глубокая, рваная на пол бедра, края сильно воспалились, а из раны сочилась сукровица. Судя по тому, что кровотечения не было, а кровь засохла и почернела, рана не первой свежести. Хорошо, что заражение крови не было, а то, прощай нога, ампутацию я точно не смогла бы сделать.

- Эва, зачем ты его раздела? Вы ещё не прошли ритуал! - зло пыхтел, мой блюститель девичьей чести.

- Он без сознания валяется, что он может мне сделать и как по-твоему, я должна рану осмотреть? Нужно много теплой воды, его надо обмыть и кровь, засохшую убрать.

- Он большой, одного котелка не хватит.

- Значит, надо принести ещё воды. И завари в чашке сбор от жара, а в одном из казанка грибной сбор, вдруг рана откроется и кровь пойдёт, - отец кивнул, что сделает, а сам стоял мялся, не зная оставлять меня одну с ним или нет.

- Иди уже, он слаб. Я смогу с ним справиться, будет руки распускать укорочу их, - отец помялся для виду, но всё-таки ушёл выполнять поручение.

- Я не буду руки распускать, - вот чёрт, напугал зараза.

Главное лежит и виду не подаёт, что пришёл в себя.

- Это хорошо, что с головой ты дружишь. И как тебя угораздило такую страшную рану получить и не истечь кровью? У тебя ведь она давно.

- Мы давно боремся с Крухом, наше племя голодает из-за него. Он не даёт охотникам добыть пищи, выслеживает и убивает нас. Эту рану я получил давно, но в прошедший светень на мне было много детей, мы спешили до всхода Светня. Нам надо было быстро уходить из пещер. Я смог сохранить жизни всех своих женщин и детей, - ну с такими габаритами и славой хорошего охотника, что даже отец про него наслышан, не удивительно что у него много жён и детей.

- Где сейчас твои женщины и дети?

- Они в лесу у шаманов. Там нет опасности, Крух не нападает в лесу, ему деревья мешают.

- Давно он на вас нападает?

- Давно, пару белий и теплое время, - около полутора года.

- Почему вы не ушли раньше с каньона?

- Ка-ньона?

- Из пещер под землей, они так называются - каньоном, но обычно водой заполнены, на дне река бежит.

- Река была, осталось мало, вот мы и разошлись по ка-ньону, - а он ещё и более-менее говорит связно.

- Ты сын вождя или шамана?

- Нет, я сын сильного воина.

- Говоришь хорошо, много и правильно. Большинство плохо говорят. Мне тяжело их иногда понять, - он улыбнулся, как будто понимает о чём я говорю.

В пещеру вошли братья, неся два казанка с тёплой водой, пришлось пожертвовать прихваткой, чтобы его обмыть и своим полотенцем, чтобы вытереть. Парни хмуро наблюдали как я его обмываю, сначала хотели так же, как и отец, втереть мне что правильно, что неправильно. Но, я посмотрела на них так, что они замолкли и просто помогали, когда мне нужна была помощь.

Пациент мне достался послушный, не брыкался даже тогда, когда мне пришлось вскрыть рану убирая нагноение, слегка поморщился, а в целом человек с железной выдержкой. Промыла рану, заложила в неё кашицу из противовоспалительного, кровоостанавливающего и ранозаживляющего сбора трав и грибов. Не зря взяла, как чувствовала, что в походе может случиться всё что угодно. Мне очень не хватало бинтов. Поэтому, настойчивое желание разобраться со способом создания ткани, снова зудело изнутри. Надо пройтись по местной растительности в поисках потенциальных нитей.

Рабор уснул, периодически проверяла, чтобы у него не поднялась температура. Ночь прошла спокойно, ранее утро без спокойно и даже не из-за больного, а из-за бубнежа отца. Он расхваливал мне воина со всех сторон, доказывая, что лучшего мужа мне не найти. И это в то время, когда обычно его не добудишься, на рассвете он спит как убитый. А тут, разбубнелся.

Я не хотела обсуждать эту тему с отцом при мужчине, не была уверенна, что именно в этот момент он спит. Прошлый раз, я тоже не заметила, что он пришел в себя.

- Да у него и без меня полно жен и детей, он сам мне об этом сказал, - прошипела не выдержав.

- У хорошего воина может быть много жён.

- Мой мужчина, будет принадлежать только мне, а у него кроме меня никого не будет, ни жен, ни детей. Так что спи давай он мне не подходит, - встала и аккуратно обошла раненого, мне нужно на воздух, может отец уснет и перестанет меня донимать.

- Откуда у него много жён и детей, он никого не брал в прошлый обмен крови? - долетел до меня удивленный вопрос отца.

Откуда, откуда? Достать забыл, явно он в своём возрасте не девственник, а женщин забрал потому что молодец, совести хватило детей своих не бросать.

Не стала далеко уходить от нашего шалаша, наш костёр горел до сих пор, на нём стоял казан, в котором томилось мясо фырка, после того как проснется Рабор нужно накормить его бульоном, мало того, что он ранен, ещё и организм истощен долгой голодовкой.

Интересный он мужик и внешность у него необычная, а габариты тела наталкивают на ассоциацию, мягкого большого медведя. Он говорил со мной спокойно без грубости и властных ноток в голосе, что и не обычно, для мужчин этого мира и времени, даже братья разговаривали как-то снисходительно. Мол, женщина, что с тебя взять?

Этот экземпляр подкупал тем, что разговаривал со мной на равных, спокойно объясняя, что с ними случилось.

И вообще, чего это я о нём думаю? Пусть хоть гарем из сотни баб держит, ему их кормить!

- У меня нет жён и детей Эва. Я - вождь в своём племени и хочу, чтобы они были в безопасности. Женщины и дети. Они не мои, а моего племени.

- Вот как, при таких больших габаритах, ты так бесшумно двигаешься? - блин. В слух сказала. Развернулась к нему, чтобы видеть с кем говорю.

- Не знаю, что такое габитах, а двигаться чтобы тебя не слышала добыча, меня научил отец. Он также, хотел только мою мать и больше не брал женщин. Как ты и сказала, он был у неё один, она была у него одна. Я тоже хочу только одну женщину, ту что заставит нутро гореть.

- Ну и как, горит? - накой я это спросила?

Он подошёл ко мне в плотную. И правда идёт мягко как будто земли не касается и это при его, как минимум за сотню кило.

- Как самый яркий огонь, Эва - ёпта, да у нас тут романтик.

Приятно, не спорю.

- Смотри не сгори, - о-о-о, ко мне вернулась моя земная проблема.

Как только на горизонте появлялся парень, который мне нравиться, я обрастаю колючками и начинаю ему хамить как стерва последняя.

Стоп!

Он что, мне нравиться?

- Так, а кто разрешил вставать? Бегом в шалаш, если кровотечение откроется я тебе по шее дам!

- А по шее зачем?

- За надом! Иди давай!

- Хорошо Эва, не сердись, - и улыбается стоит, гад!

Но, обаятельный гад.

Загнала вредного пациента в палату... Тьфу ты! В шалаш. Оказывается, он так спешил меня успокоить, что это не его гарем, что выскочил с голым задом, только шкуркой впереди прикрылся. Я конечно видела голые жопели мужиков, но эта. Ох, эта была выбита из гранита, каким-то умелым скульптором. И спина, и руки, и ноги.

Блин.

Эва!

Не залипай!

Как будто мужиков не видела!? Хотя нет, таких не видела и меня как-то даже обрадовало, что эта груда тестостерона, оказался таким обаяшкой, спокойным, милым парнем. Если бы он схватил меня и поволок, я бы от него вряд ли отбилась. Мои и его габариты не сопоставимы, как слон и моська. Ещё и свободный. Пр-р-р Эвочка.

Улыбаемся и машем, ручкой на прощание, нам сейчас никто не нужен, у нас забот вагон и маленькая тележка.

Как только я пойму, что воспаления нет и рана чистая, отправлю его к своему племени, а то небось переживают, что его нет целый день.

Рана всё-таки открылась и закровила, а этот паршивец даже не поморщился. Глубокая зараза, такая рана будет плохо заживать, а учитывая беспокойный характер её обладателя, не скоро затянется.

Надо шить. М-да, максимум, что я шила, это сумку из кожи, заказанную в интернете и то, уже с готовой выкройкой и МК, как правильно делать стежки двумя иглами. Здесь этот способ не проканает. Насколько помню, хирурги делают один стежок и затягивают узел, если рана глубокая нужен ещё дренаж. Зачем он нужен и как далеко друг от друга стежки, моя память умалчивает. Ну, я вот ни разу не медик.

Дилемма следующая. Чем шить и чем потом фиксировать рану? Её надо стянуть, чтобы швы не разошлись, а то что этот медведь не будет спокойно лежать, сто процентов.

Продумывая, что я могу использовать вместо бинтов, ушла в себя. На автомате усадила пациента и покормила его бульоном с кукурузной крупой. Ага. С ложечки, Рабор не забрал у меня тарелку, не стал доказывать, что он мужчина-самец и всё может сам, смирненько сидел, открывал рот и с улыбочкой довольного кошака принимал пищу.

Из задумчивости меня вывел хмык отца, я посмотрела на него, потом на медведя и поняла свою оплошность. Мамку включила.

- Дальше сам, мне надо...- а что мне надо? - По делам мне надо!

Отдала тарелку и вылетела из шалаша. Горели и щеки, и уши с шеей, м-да, походу меня за смущали. Умылась холодной водой, чтобы остудить разгоряченную кожу.

Как там мой медведь говорил?

- Стоп, стоп, стоп!

Мой? Когда это я его своим считать стала? Знакомы меньше суток, а я уже залипла по самую макушку.

" Я тоже хочу одну женщину, ту что заставит нутро гореть"

Всплыли слова, недавнего разговора.

- По ходу Эвочка у тебя, у самой подгорать начинает.

Не смотря на мужчин, забежала в шалаш, схватила свой рюкзак и выбежала на улицу.

Блин, веду себя как неуравновешенная малолетка. Рядом с этим медведем, вся моя репутация грозной и независимой, летит к чертям. С этими розовыми соплями, становлюсь какой-то не контролированной, надо с этим завязывать.

Так, собрали остатки самообладания, это всего лишь мужик, да обаяшка, да не ведёт себя как мудак с женщиной, да большой и сильный, да...

- Хватит! Эвочка, тебя опять заносит, - успокоились, выдохнули.

- Это, наверное, гормоны. Да! Это они! - успокаивала саму себя.

Тело сформировалось, вот и требует большой и чистой любви, а раньше не давало о себе знать, потому что встречались одни эгоистичные муд...жики. Как только попался нормальный мужик, без властно-властных заскоков, поплыла.

- А ты уверенна, что эта властность не вылезет из него со временем? Может он по матросит и бросит, а ты тут уже губу распустила, пони запрягла? - нет, у меня не раздвоение личности.

В рюкзаке нарыла свою косметичку с маникюрным набором, там же нашлись земные нитки, иголки и ножницы, не помню, чтобы я их бросала. Нашлись и хорошо. Поставила на огонь воду, мне нужно хорошо это всё прокипятить, алкоголя для стерилизации нет. Можно ещё использовать огонь, но не хочу, во-первых - нитки могут сгореть, во-вторых - иглы и ножницы долго не прослужат, могут затупиться, а магазины в этом мире все закрыты, за неимением товара и денежной единицы.

Вода конечно тоже, может вызвать коррозию метала, но я надеялась, что порча моего имущества будет минимальна. Другого варианта, всё равно нет. Для дренажа, пришлось распустить пару рядов с отцовского полотенца. Хорошо, что тот был связан крючком, распустила пару рядов, а потом спокойно закрепила нить и он дальше не распускается. Нитки с полотенца, так же бросила кипятить. Не знаю, подойдут они или нет, но, другого не имею.

С заменой бинтов, пришлось поломать голову в итоге, отрыла у братьев кожу оленя, она была небольшой и тонкой, а главное, хорошо выделанной и мягкой. порезала её на полосы и села их сшивать, мне нужно было цельное полотно, чтобы оно хорошо фиксировало. Провозилась с ними долго, сшивала на хлёстом, костяной иглой и жилой. закончив с бинтом, бросила кипятить и его.

Отец и Рабор о чём-то переговаривались, как только я вошла, замолчали. Отец выглядел довольным, медведь... счастливым что-ли.

Странненькие какие. И что это они тут обсуждали, а?

Судя по довольному фейсу папочки, у меня есть только одно предположение, меня заочно женили.

Мне хотелось взбрыкнуть и сказать что-то остренькое, но, я прикусила язык. Это всего лишь мои догадки, а выглядеть сумасбродной девицей в глазах этого мужчины мне не хотелось.

- Рабор, твоя рана очень большая и сама будет долго затягивать, да и шрам большой и уродливый останется.

- Шрам?

- Когда кожа заживает и остаётся след, который не проходит, это - шрам. У тебя он ещё и бороздой в ноге будет.

- Я не знаю, что такое бороздой, но ты дитя Богов делай то что нужно. Ты ведаешь больше чем мы.

- Дитя Богов?

- Тебя так люди называют, и я им верю, ты знаешь то, что не знают даже великие шаманы, а они говорят с Богами и слышат их.

- Отец, ты у меня оказывается один из Богов, - он довольно хмыкнул, а медведь удивленно на него посмотрел.

- Эва - моя дочь, её мать не пережила роды, сын умер в чреве и её убил. Боги спасли только Эву, - я в шоке посмотрела на отца. - Я говорил с Богами возле водопада. Они сказали, что не ты их убила, а сын был слабым. Прости меня, дочь, ты не знала спокойной жизни в племени из-за меня. Если бы я спросил раньше, ты бы не страдала, живя позором проклятой. Я испортил тебе жизнь.

Он опустил глаза, чтобы не смотреть на меня. Наверно не говорил, потому что боялся, что я выгоню его из семьи или откажусь от него, как от предателя.

- Трудности делают нас сильнее отец. Если мне Богами суждено было пройти тот путь, то ты бы ничего не смог изменить. Нити нашей жизни сотканы ещё до нашего рождения, и мы не сможем на них повлиять, всё решают Боги, - обняла его, успокаивая, а то осунулся после признания.

- Ты мудра моя дочь, спасибо Богам, что ты у меня есть.

- И я благодарна Богам, что у меня есть такая хорошая семья, люблю вас.

- Мы тоже тебя любим.

Нашу семейную идиллию нарушил вошедший Налим, он принёс казанки с моими бинтами и инструментами для штопки, второй был с тёплой водой, чтобы я хорошо вымыла руки.

Ну, с Богами!