Глава 22. Не играй с огнем, Ливия

Теар до сих пор был в кабинете отца — том самом, где я говорила с королем последний раз. Внутри было темно, горели только несколько ламп. Теар, стоя у стола, сдвинул в стороны бумаги и обернулся, услышав мои шаги.

— Хорошо выглядишь, — улыбка дракона преобразила его уставший вид. Я благодарно склонила голову, как перед настоящим королем. — Но я чувствую твой страх…

Я подошла чуть ближе, и сама чувствуя, как подрагивают ладони, коснулась пальцами стола. Какой именно страх он почувствовал?

— Думала, сегодня нам нужно лететь к океану. Или ты передумал продолжать поиски?

— Сегодня не удалось.

— Что будет дальше? Этерил ведь вернется… ты готовишься к войне?

— Я должен защитить тех, кто мне доверяет. На удивление их оказалось больше, чем я предполагал. Вчера люди провели сотни обрядов, посвященных богу Солнца, чтобы тот одарил нового повелителя милостью и благодатью.

Я промолчала, думая о том, что теперь тоже доверяю Теару свою жизнь и свое будущее. Хотелось верить, что он не похож на отца и гораздо человечнее его.

Теар развернулся ко мне и присел на край стола. Я засмотрелась на то, как мягкий свет ламп гуляет по его коже и скользит по резким чертам лица, делая их загадочными. Может, он снова испытывает меня на прочность? Провоцирует, ждет, что я теперь буду делать? Знает, что нужен мне, чтобы разобраться в тайне прошлого…

Нужен. Я медленно, очень медленно, кусая от волнения губы, приблизилась к нему и замерла вплотную, должно быть, с отвагой и отчаянием во взгляде. Теар склонил голову и посмотрел на меня проницательно.

Его голос стал низким и хриплым:

— Не играй с огнем, Ливия.

Снова чувствовалась чужеродная сила, исходящая от его напряженного тела. Сердце сжалось, словно в клетку попало, только глухо отдавало пульсацией в груди.

— Я уже охвачена пламенем. Скоро мне… будет нечего терять.

Положив ладонь на край ворота его рубашки, я коснулась его груди, дотронулась кончиками пальцев до его кожи. Теперь стало ясно, какой мой страх он почувствовал.

Страх от одного воспоминания ночи в лесу, его отчаянных поцелуев и чуждого иноземного голоса. Страх от пробуждения истинного дракона — опасного, охваченного жаждой ящера. Страх оказаться в его жестком кольце без возможности выбраться и спастись.

Теар осторожно привлек меня к себе, едва уловимо обхватив пальцами за талию.

Я сделала шаг ближе, остановилась между его бедер и уперлась уже обеими ладонями в его грудь, чувствуя, как подгибаются ноги и как становится тесно в груди — не вдохнуть, и сердце заколотилось быстро-быстро. Замелькали перед глазами вспышки пожара, но огонь в глазах дракона разгорелся ярче.

Дети Солнца — такие же раскаленные, опасные, сжигающие. Может, боги и правда отправили к нам своих детей, одарив их невероятной силой? Можно было понять Джати — сложно представить, что ты ляжешь с одним из них в постель…

Теар коснулся ладонью моего обнаженного правого плеча, провел медленно по шее вверх, обхватил всеми пальцами. Я замерла, чувствуя, как раздирают на части эмоции, как желаю скрыться от его пронизывающего взгляда и как противоречиво хочется снова увидеть истинного дракона. Похоже, я и впрямь играю с огнем…

— Я боюсь снова причинить тебе боль, — с сожалением прошептал Теар, наблюдая, как я послушно приподнимаю голову.

Второй рукой дракон сильнее стиснул мою талию, провел выше, заставляя прогнуться, снова вдыхая мой запах. Казалось, он пытается понять, как я реагирую на его касания. А может, проверяет себя.

— Разве не это ты делал… Ты ведь хотел, чтобы я могла пережить боль заново? Чтобы я могла вспомнить и осознать.

Теар приблизил лицо ко мне, задержался возле моих губ, которые уже предательски горели от предвкушения. Его дыхание пробуждало во мне что-то древнее, заставляло сходить с ума, терять понимание, что я делаю и на что готова. Я сама спустила свои ладони ниже по его груди, и дрожь стала сильнее.

— Мы ведь говорили про пожар… — произнес он глухо, — в котором погибли твои родители. А не…

— Всё равно…

Он наконец прижался к моим губам — жарко и требовательно, обжег горячим языком изнутри. Поцелуй стал глубже, он захватывал, вовлекал мои губы, не оставляя пути назад. Лихорадочно зашумело в голове, когда я сама ответила на поцелуй. Коснулась сама его губ, улавливая ноздрями тягуче-влекущий запах дракона.

И невольно простонала, когда его пальцы стянули с моего укрытого плеча легкую ткань, дрожь пробежала по коже. Еще один оборот — и преградой между нами остался один слой тончайшего муслина, который дракон начал неторопливо наматывать на себя.

Теар потянул ткань дальше, малиновый с золотой полосой наряд соскользнул вниз и окончательно обнажил грудь — осталась пара оборотов ткани, подвязанных на поясе. Выдохнув, я подалась к нему ближе, но он не пустил, обхватил мою талию ладонями и удержал на месте.

— Не верю, что ты однажды стала матерью. — Его потемневший взгляд рождал бессознательное желание прикрыться, но в глазах дракона светилось восхищение и интерес. — Ты хрупкая, как невинное дитя.

Теплые ладони скользя прошли вверх, коснулись чувствительной, налившейся тяжестью груди, очертили, сжались пальцы, заставляя сдавленно охнуть. Казалось, он изучал меня, как сокровище, чудом попавшее к нему в руки. Дракон завороженно смотрел на свет огня на моей коже, прижимался губами к ключицам, к шее, прикусывая кожу и чувствуя, как я отзываюсь дрожью; снова находил мои губы.

Неторопливо, шаг за шагом, он вынуждал меня плавиться от нетерпения, которого я в себе прежде не знала. Всё смешалось в мыслях в сплошной туман: прошлое, будущее, поиски врагов и опасности, и я сдавалась сейчас этому дракону, не представляя, чем мне отзовется этот порыв.

Теар вдруг подхватил меня на руки и пронёс в сторону окна. За шторой у стены оказалось ровное тёмное ложе. Он уложил меня — я смотрела, едва дыша, как он разглядывает меня, точно гладит. И потом — как ступает коленом на постель, стягивая с себя рубашку.

На мне осталась лишь тонкая нижняя юбка с разрезом, липнущая к бедрам. Я инстинктивно отползла назад, всей кожей ощущая приближение истинного дракона, сильнейшего из этого рода.

— Иди ко мне, — приказал дракон.

И больше некуда было бежать, он с мягкостью хищника выпутал меня из последнего отрезка ткани. Мелькнуло опасение боли и воспоминаний о пожаре от соприкосновения наших обнаженных тел, но Теар подхватил меня под спину и притянул к себе, срывая с губ ещё один поцелуй. Наверняка чувствует, как колотится мое сердце — шумно, оглушающе.

Всё, что сейчас происходило между нами, не было и близко похоже на связь с Маром, стыдную и торопливую. Теар вел меня дорогой страсти, медленно и томительно распаляя огонь.

Его оголенного притягательного тела хотелось касаться до мурашек, до истязающего меня теперь желания, но он ловил мои ладони и заставлял беспомощно смотреть. Целовал протяжно, томительно, до дрожи, опалял дыханием, кусая губы, и отстранялся, ласкал ладонями то осторожно, дразняще, то сжимая со всей силы, а я подавалась навстречу. И тонула во вселенной его взгляда, теряя себя.

Зато Теар, казалось, знал про меня всё. Тхар… Он знал это, как древнее искусство, как непостижимую тайну. Знал, как надо пройти языком, как прижаться к губам и… мгновением позже заставить всхлипнуть от решительного вторжения. Знал, как я прогнусь от его силы, и ловил каждый мой случайный стон. Он знал, как ласкать так, что я терялась в бесконечном потоке звездного света.

Это нечестно, — пронеслась у меня мысль. — Нечестно так…

Так завораживающе и бессовестно любить меня, нечестно знать каждое слабое место и откровенно наслаждаться моим криком. И я так же бессовестно кричала, выгибаясь и хватая, стаскивая прочь с кровати простынь, когда сладкая судорога свела все тело…

Время сплелось в неразличимую спираль, но вскоре лихорадочный жар сменился негой. Я наконец смогла собраться с силами и повернуться к дракону, который растянулся рядом. Теар опустил голову на вытянутую руку, а второй провел жарко по изгибу моей талии.

— Почему ты пришла ко мне? Несмотря на свой страх.

Я молча обхватила покрывало, смяла в ком и уткнулась в него лицом. Но дракон нашел меня и мягко вытянул из укрытия. Я поджала губы, глядя в его глаза. “Твоя сила с тобой, Ливия”, — сказала мне мать. А Элион говорил про связь с богом. Но наша связь с Теаром вряд ли что изменит…

— Я не бог, Ливия. — Теар дернул уголком губ, без зазрения совести прочитав мои мысли. — А то, о чем порой говорит Элион, не понять никому, кроме него. Вот и мой отец не захотел прислушался.

— Я хотя бы попыталась, — сдавленно ответила я, чувствуя, как горят щеки.

Теар тихо рассмеялся, подвинулся ближе и захватил меня в свои объятия, снова глубоко вдыхая. И впрямь точно дракон оплел своим хвостом и взял в железное кольцо.

— Не знал, что в тебе столько коварства. Заставлю тебя сказать правду, что ты чувствуешь, вслух… однажды, — пригрозил он мне на ухо так, что я вся покрылась мурашками. — Мне нравится слышать твой голос.

Я чуть не уснула от накатившей слабости и тепла в его руках, но всё же усилием воли мне удалось вспомнить про Ари. Дочь расстроится, если не найдет меня утром рядом с собой. Хватит и того времени, что нас разделяли.

— Мне надо вернуться к дочке, — пробормотала я, выпутываясь из объятий дракона. Показалось, тот слегка зарычал, будто играя в дикого зверя. — Отпусти меня, пожалуйста.

Теар провел рукой по моим волосам, убирая их за плечо. Поймал снова, целуя в губы и вынуждая тихонько простонать от его натиска.

— Ты — моя…

— Твоя?

— Нравишься. Будишь во мне такое, что не хочется никому другому отдавать.

Теар обвёл мое лицо пальцами и всмотрелся в глаза.

— Я просто девушка, попавшая в ваши интриги. Ты живешь слишком долго, как дракон. Зачем тебе я? Кроме того, чтобы найти “осколок” и…

— Чтобы любить, — перебил он.

И придвинулся ближе, точно наслаждался каждым поворотом моей головы и тем, как я хмурю брови.

— Ты не можешь меня любить. Я человек, — приподнялась я и оперлась на ладонь.

— Тогда уж ты первая не можешь. — Теар откровенно смеялся.

— Почему?

— Потому что ужасные драконы убили твою семью, а я один из них.

Он поднялся с постели и протянул мне руку. Подхватил легко и помог одеться, сам сделал несколько оборотов ткани вокруг бедер. Я перехватила его руки и завязала узел на поясе, чтобы после перекинуть свободный через плечо и прикрыть грудь. Зудело под кожей страшное желание снова оказаться в его объятиях, но после слов про ужасных драконов я не решалась приблизиться.

Теар поддел мой подбородок кончиками пальцев и прижался к губам.

— Жалеешь теперь, что легла со мной?

— Ты сам знаешь, — буркнула я.

— Хочу услышать.

— Это безнадежно, Теар. Я не хочу. Я всего лишь неприкасаемая. Но нет, я не жалею…

Я попыталась осознать все свои ощущения: казалось, внутри отозвалось на нашу близость по-особенному, но может, это лишь сила дракона, его опыт и иноземная суть.

— Вот и хорошо. — Он обернулся к окну. — Скоро рассвет. Хочешь увидеть океан?

Я напряженно выдохнула: Ари ведь ждет меня. Впрочем, она сейчас крепко спит и видит десятый сон, и если мы вернемся под утро…

— Хочу.