Глава II

Кошка подобрала под себя лапы и посмотрела на меня с лёгким вызовом.

— Я тут может вообще всю жизнь живу. Но таких, как ты ещё не встречала.

— Тех, кто может говорить с животными? — машинально уточнил я.

— Подтупливающих, мурр, — с довольной мордой ответила кошка.

Повисла пауза. Неловкая это ситуация — когда животное называет тебя туповатым. Особенно, если ты не уверен на сто процентов, в реальности происходящего.

Чуть сместившись в сторону, я опёрся спиной о кресло. Немного подумал. Пожалуй, следовало как-то переводить эту беседу в конструктивное русло.

— Почему я могу тебя слышать и отвечать?

Вопрос казался самым простым и лёгким. Как по мне, на него кошка могла сразу же ответить. Но реальность оказалась не такой приятной.

— А почему солнце, мурр, светит?

Она ещё и лапу вылизывать начала. С таким видом, как будто в этой квартире оказалась исключительно после того, как я месяц её под окном умолял.

— Не забыла, что я тебя от тех уродов внизу спас?

Попытка надавить на благодарность, отчасти сработала. Кошка прекратила вылизываться и посмотрела на меня.

— Так задавай нормальные вопросы, а не интересуйся почему вода мокрая.

В голосе, который снова раздавался внутри моей головы, звучали нотки раздражения. Непривычно всё это.

— Ладно, давай иначе. Что со мной произошло сегодня? Откуда всё это? С чего я самого себя сканирую, тёмные штуки всякие вижу и вот это вот всё?

Кошка, которая снова начала вылизывать лапу, медленно подняла голову. Втянула воздух, внимательно рассматривая меня. Потом вдруг резко дёрнулась, как будто от испуга, а на морде появилось странное выражение. Я бы сказал восторга и страха, но мог ошибаться.

— Так ты живой, мурр? Я думала батарейкой закинулся и надо мной стебёшься. А ты настоящий.

В голове сквозило полнейшее ошеломление. Вот я немного растерялся. Каким я ещё должен быть, если не живым? Мёртвым зомби, который бродит по улицам? И что за батарейка?

Я собирался озвучить всё это в следующем вопросе, но тут совсем рядом ударила трель дверного звонка. Кто-то вжал кнопку и держал, не отпуская. У меня даже появилась догадка, кто именно.

Так и есть — на пороге стояла мать того самого толстячка. Тоже с изрядным лишним весом, свисающим подбородком и заплывшими глазами. А на её спине что-то сидело — я отлично видел торчащие конечности, почему-то напоминающие хитин.

— Ты знаешь, кто мой муж? В курсе, кто мы такие? Да тебе собака повезло жить в одном доме с такими людьми, как мы! А ты что сделал? Избил нашего сына? Чуть не покалечил!

Толстячок стоял рядом и горделиво смотрел на меня, подняв подбородок. Тёмный шарф казалось ещё больше уплотнился, сжавшись вокруг его тела. Вдруг он вытянул руку, ткнув куда-то мне за спину.

— Вот она! Та кошка, с который мы играли, а он отобрал!

— Её надо вернуть! — тут же подхватила женщина. — Придумал, игрушки у детей отбирать.

Сзади меня тихо зашипели. А в голове загремел голос.

— Игрушку? Меня, славную воительницу великого рода, назвали игрушкой, мурр? Только мучительная смерть способна смыть это оскорбление, мурр!

Какая кровожадная мне досталась кошка.

— Они издевались над животным и мучали её. На коже остались следы и я видел кровь. Вы в курсе, что это наказуемо по закону? Нельзя пытать и убивать зверей.

— ЧТО? Ты смеешь обвинять моего сына в пытках? Ничтожество!

— Я не зверь! — следом внутри моей головы зазвучал голос кошки. — Они должны умереть!

Ниже что-то лязгнуло и женщина повернулась, смотря на лестницу. У меня же вышло рассмотреть монстра, который сидел у неё на спине. Жуткая помесь краба и паука, чьи «лапы-клешни» уходили глубоко в её тело. Все восемь штук.

Выглядело это так, что я передёрнул плечами. Снова посмотревшая женщина приняла это на свой счёт.

— Страшно тебе? Вот и правильно, бойся! Не хочешь извиняться и возвращать кошку, жди моего мужа. Он тебе быстро мозги на место вставит!

Ещё несколько секунд она постояла на месте. Видимо ждала, что я рухну на колени перед её толстым сыночком. Потом демонстративно зажала нос пальцами и развернувшись, двинулась к лифту.

Теперь я смог ещё раз изучить монстра на её спине. Это абсолютно точно было живое создание. Даже усами своими шевелил, которые болтались в воздухе рядом с её головой.

Около самого лифта она оглянулась. И увидев меня в дверях, впервые не нашлась, что сказать. Видимо не ожидала, что я буду спокойно наблюдать, как она уходит.

Провоцировать её на продолжение конфликта я не стал. Закрыв дверь, щёлкнул замком и посмотрел на кошку, которая уже стояла на полу. Но та успела заговорить первой.

— Ты должен был их убить, мурр! Она оскорбила воительницу из рода Скаймай. За это одно наказание — смерть.

А она ведь похоже не шутила. Кошка-воительница. Может оборотень? Хотя, тогда она бы дала сдачи.

— Умеешь превращаться? Или у тебя боевая форма есть?

День преподнёс такое количество открытий, что сейчас я бы ничему не удивился. Но кошка лишь отвернулась и возмущённо мяукнув, запрыгнула на подлокотник кресла.

Устроившись там, посмотрела на меня.

— Ты вроде хотел поговорить о природе своих сил?

Вообще, я совсем не так выразился, когда задавал ей вопрос. Но в целом, она была права. Что судя по всему и отразилось на моём лице, потому что ждать ответа, кошка не стала. Вместо этого сразу же продолжила.

— Такие как ты, существовали издревле. Прабабушка рассказывала, когда-то вы охраняли царей и князей, мурр. Потом служили кому ни попадя или болтались сами по себе. Теперь вот вовсе почти вымерли.

Такие, как я, это какие? — подался я вперёд.

— Да как вас только не называли, — как мне показалось, кошка усмехнулась. — Душеловы, духоглядцы, духоубийцы. Некоторые даже ведунами именовали, хотя это совсем другое.

— Угу. То есть я маг, грубо говоря. Который может видеть духов.

— Душнила ты. Ещё и неопытный, мурр, — тут же послышался её голос.

Я собирался усесться на пол, но сделав шаг, поморщился из-за запаха. Вонь в комнате стояла такая, что я поражался, как мог раньше тут находиться. Нереально же, в самом деле.

— Давай-ка с этого момента подробнее. Кого я видел на этой женщине? Что это была за тварь?

Говоря, я нашёл в углу пакет и принялся собирать туда мусор. Надо избавиться хотя бы от основной массы хлама. Пустых бутылок, сгнивших остатков еды и прочей гадости.

— Сосальщик. Для людей звучит смешно, но по сути своей — тварь, которую подсаживают человеку и та постоянно качает из него энергию.

— Чего-то не похожа она на ту, из которой что-то выкачивают, — отметил я, выбрасывая в пакет остатки сосисок, которые уже пятый день лежали на тарелке.

— Потому что она сама жрёт ещё больше. Постоянно голодна, мурр. Оттого агрессивна. Был бы тут не ты, а кто ещё, она бы впилась и рвала. Скандалила, качая твою энергию, пока бы не осталось ничего.

Звучало это так себе. Неприятно, я бы сказал.

— Как это случается? В смысле, откуда у неё эта тварь взялась? И что с её сыном?

— За исключением того, что он теперь мой кровник и должен сдохнуть?

Отставив в сторону пакет, я оторвал большой мусорный мешок. Наткнулся на упаковку около дивана — покупал в момент просветления, чтобы убраться. Расправив его, повернул голову, смотря на кошку, взобравшуюся на верхушку кресла.

— Не смотри так! Говорю же, душнила, мурр. Откуда я знаю, где и как она подцепила? Таких часто ставят, чтобы сделать человека эффективнее и при этом не убивать. Типа отмечают полезных.

— Кто ставит?

— Да кто только не ставит. Злой дух, например, который к жизни вернулся. Или в процессе пока находится. Ведун какой-нибудь. Ведьмочка.

На этом моменте я решил, что с этим блоком информации пока можно закончить. Начну углубляться и кто знает, как надолго затянется этот разговор. Тогда как голова у меня уже начинала плавиться. Слишком много разнообразной информации за короткий промежуток времени.

— Почему ты назвала меня живым? И за кого приняла вначале?

Прежде чем кошка начала отвечать, я успел зачистить половину дивана. На добрую треть забив столитровый мусорный мешок.

— Я думала ты из тех, кто на подзаряде, мурр. Посвящённые, у которых достаточно денег, чтобы купить батарейку. Или знающие, как такую сделать. А ты сам себе батарейка, оказался.

Вот оно как. Значит тот лысый, который сегодня меня пинал, видимо из тех самых посвящённых? Так ведь получается? Ну а внутри меня его эта монета что-то пробудила. Интересно, выходит.

Пользуясь моим молчанием, кошка, которая сейчас неотрывно наблюдала за моим лицом, решила сама задать вопрос.

— Как всё случилось? Ты в самом деле только сегодня инициировался?

Кивнув, коротко пересказал ей всю ситуацию. Кошка внимательно выслушала, тихо мурча.

— Монета потянулась к повелителю силы, мурр. Тому, кто должен ею повелевать. Оттого и бумажник выпал. Всё понятно, мурр.

После всего случившегося, версия не казалась такой уж безумной. Как минимум, она добавляла немного логики во всю эту ситуацию.

Потом я завязал первый мусорный мешок и оторвал второй. После чего задал вопрос, который сейчас терзал меня едва ли не больше всего.

— Что мне теперь делать-то? Эту силу можно как-то использовать? Или я теперь просто буду видеть всякий ужас вокруг?

— Если хочешь выжить, тебе надо стать сильнее. А потом выбрать. Ты можешь стать королём района, мурр. Дружить с тёмными духами или охотиться на них. Выпивать с одержимыми или изгонять их, мурр. Твой выбор.

Словарный запас у неё был неожиданно богатым. Спасая уличную кошку от хулиганов, ждёшь совсем не такого. С другой стороны — того, что она начнёт со мной общаться, я тоже не ожидал.

— Но я ведь могу просто жить дальше. Просто видеть стану чуть больше.

Задавая вопрос, я уже предполагал какой услышу ответ. А закончив говорить, ясно осознал, что на самом деле, как раньше жить уже не хочу.

— Не получится. Рано или поздно тебя раскусят. И убьют или сделают вечной батарейкой. К тому же на тебе тоже сидел сосальщик. Его хозяин скоро придёт проверить, что случилось.

Об этом я тоже подозревал. Слишком разительными были перемены, которые со мной произошли. Но опять же, это мог быть естественный ход вещей. Я сам виноват, что получив повышение, задрал нос и стал погружаться в неформальное общение с подчинёнными. Ежедневные посиделки в баре, многочисленные тосты, восхваление моей персоны. И вечное ощущение неудовлетворения жизнью, которое я заливал алкоголем.

С одной из сотрудниц я даже начал встречаться. Что-то вроде служебного романа. Тогда это казалось чем-то щекочущим нервы. Теперь же, вспоминая её фальшивые ужимки, казалось отвратительным.

Значит кто-то подсадил мне такого вот монстра. Уничтожил мою жизнь, растерев её в порошок.

— Как мне использовать свою силу? — поставив второй мешок на пол, я повернулся к кошке.

— Смотрел «Звёздные войны»? Так вот, сначала тебе нужно усесться на склоне горы и десять лет медитировать. Потом ещё десять лет таскать камни и столько же поить молоком бездомных кошек, мурр. А на тридцать первый откроется истина.

— А ускорить этот процесс как-то можно?

— Конечно, мурр. Найти наставника. Мой род часто бился с такими как вы в одном строю, но как вы обучаете своих новичков, мне неведомо.

Иногда у неё прорывались старинные обороты, которые сейчас мало кто использовал в устной речи. При этом, в целом, кошка общалась на современном сленге. И опять же знала про «Звёздные войны». Хотя фильму так-то уже немало лет.

Встав посреди комнаты, я попытался вернуть то ощущение, которое было, когда я видел золотистую искру в основании позвоночника. Не получилось. Вроде бы немного потеплело что-то в пояснице, но это запросто могло быть самовнушение.

— Подожди здесь, а я пока выброшу мусор.

Уборку я ещё не закончил, но наполненные мешки мешались. Да и выйти на улицу мне тоже хотелось. Вот прямо тянуло проветриться.

— Только недолго, мурр. Надо ещё решить, чем ты будешь меня кормить.

Ну да, Кошка всегда остаётся кошкой. Даже если это воительница из какого-то там рода, предки которой сражались с моими. Ну, не предками наверное, а… Погодите-ка. Я вот только сейчас понял, что если сам такой, то и родители тоже должны были оказаться в курсе. Как минимум один.

Решив спуститься по ступеням, промчал пару этажей, оказавшись на первом. И притормозил — оттуда пахнуло какой-то химической дрянью.

— Да-да, вам только тут нужно подписать и всё. Новую квартиру мы вам уже нашли. Там только пару дней надо будет подождать, но мы для вас отель снимем.

Двое хорошо одетых мужчин стояли перед дверью пенсионерки, что жила на первом этаже. Я с ней почти не сталкивался, но выглядела бабуля вроде как вполне прилично. Чтобы она скандалила, призывала восстать из мёртвых Сталина или насылала на всех смерть, тоже не припомню. Адекватная в общем.

А вот парочка перед её дверью мне не нравилась. Это от них тянуло запахом. Кажется я даже видел, как от одного исходит слабая дымка.

— Может вы внутрь зайдёте? Я вас чаем напою. С оладушками, — заговорила пенсионерка.

— Некогда нам, Алла Матвеевна, — медодоточиво заговорил тот, что перед этим призывал её поставить подпись. — Специальная программа же у нас. Сегодня ещё пятерых надо объехать, осчастливить.

— Алла Матвеевна, вы квартиру надумали продавать?

Давно я не влезал в чужие дела. Даже если перед глазами творилось нечто такое. А сейчас почувствовал, что пройти мимо просто не смогу.

Бабуля, которая уже взяла в пальцы ручку, неуверенно замерла, смотря на меня. Мужчины же почти синхронно обернулись — на меня уставились две пары полностью залитых чернотой глаз.