Глава 2. Альфа-игры

– Комната, кухня, ванная, туалет. Эллис молча разглядывала малогабаритную квартирку, куда привёл её Шейн. Впервые в жизни Шейну стало стыдно за то, что он не брал взяток и не выслуживался. Сорока квадратных метров вполне хватало на одиночку, и кто же мог знать, что однажды он приведёт сюда… волчицу? Мысль была странная. Он водил сюда баб. Не проституток – он же, как-никак, был копом, а значит, ему давали бесплатно. Шейн был уверен, что Эллис сейчас чувствует запах их духов, и от этого грудь рвала непривычная злость. Шейн сжал кулак и напомнил себе, что привёл не очередную бабу, а жертву, которая нуждается в защите. Верилось, впрочем, с трудом. – Спать будешь на кухне, – торопливо обозначил он, заметив, как Эллис уставилась на единственную узкую тахту. – У меня есть раскладушка, брат приезжал иногда… Есть хочешь? Эллис кивнула. – Сейчас что-нибудь приготовлю. Иди в ванную. Ну же, – поторопил он гостью и чуть подтолкнул к нужной двери. Только когда из ванной послышался шум воды, Шейн немного расслабился и, в буквальном смысле, вздохнул с облегчением: вынул из носа ватные шарики и выкинул к чёртовой бабушке. Достав из холодильника пару сэндвичей, запихнул их в микроволновку. Затем открыл шкафчик с лекарствами, выбросил на стол несколько коробочек аспирина и спирт. Докопавшись до баночки с ватными тампонами, достал две штуки и снова запихнул в нос. Затем зашёл в комнату и слегка прибрался: побросал на стол раскиданные по полу бумаги и, подхватив вчерашние носки, по инерции открыл дверь в ванную. Ошибку свою он понял моментально, но исправить её не было сил. Эллис стояла под душем, низко склонив голову. Волосы её намокли и липли к шее. По красивой груди ползли прозрачные струйки воды. Изящный мотылёк, выбитый над сердцем, казалось, трепыхал крылышкам силясь выбраться из-под струй водопада. Элис была на удивление гармонично сложена – не слишком хрупкая, и не слишком женственная. Маленькие холмики груди и выставленное вперёд бедро, казались частью картины умелого художника. Едва дверь открылась, Эллис подняла голову и посмотрела на Шейна своими серыми усталыми глазами. На секунду в них плеснулся страх. – Прости, – выдохнул Шейн, торопливо швырнул носки в раскрытую стиральную машину и пулей выскочил в коридор. Так же как в больнице, он припал спиной к закрытой двери, а затем витиевато выругался. «Как, чёрт бы её побрал, она может так заводить?» Шейн поёжился, представив, что было бы, если бы он ещё и чувствовал запах. Сжал кулаки, представив, как чужие руки касаются этого тела. Руки или… лапы? Судя по царапинам и другим… травмам, какому-то придурку хватило ума привязаться к девушке в форме волка. Шейн подумал, что неплохо бы посчитать, когда именно произошло нападение, и бросил короткий взгляд на настенный календарь, но сделать ничего не успел. Дверь ушла из-под спины, и сержант с трудом удержал равновесие. – Мистер… Джеткинс… Шейн повернулся и тут же отвернулся обратно. – Я подумала… Вы всё равно уже видели. Мистер Джеткинс… У меня ведь нет одежды, я подумала… – Да, конечно, – Шейн хлопнул себя ладонью по лбу и, скрывшись на секунду в комнате, вернулся со свежей сменой одежды. – Не знаю, как насчёт размера. Я носил это, когда мне было… как тебе. Но Левайс, вроде, бессмертен. – Спасибо, – кажется, Эллис даже улыбнулась, но тут же смутилась и спрятала улыбку за волной волос, – мистер… Джеткинс. – Шейн, – поправил сержант спокойно и, как на зло, в этот миг его пальцы соприкоснулись с пальцами Эллис. Та дёрнулась, а по телу полицейского пробежала волна электричества. Шейн торопливо отпустил одежду и отступил на шаг назад. Дверь закрылась, и девушка исчезла из поля зрения. Появилась она уже в широковатых для неё джинсах и майке с надписью «What thе Fack?». К разочарованию Шейна этот комплект одежды от «Second Hand» ни разу её не портил. Натолкнувшись на взгляд Шейна, Эллис торопливо обхватила руками локти и опустила глаза. Шейн предчувствовал необходимость объясниться, и открыл было рот, когда звякнула микроволновка, и он с облегчением выпалил: – Ужин готов. Оба перебрались на кухню. Искоса наблюдая, как девушка осторожно, бочком, устраивается на стуле, Шейн не выдержал и спросил: – Больно? Эллис дёрнулась, но, когда подняла глаза, лицо её было почти спокойно. – Уже нет. Шейн кивнул, жалея, что коснулся щекотливой темы. Открыл микроволновку и замахал рукой, разгоняя дым. Попытался достать тарелку, обжёг пальцы и тут же отдёрнул руку. Потянулся за полотенцем и извлёк, наконец, подуглившиеся снизу сэндвичи. Торопливо, пока жар не добрался до пальцев, плюхнул их на стол. Закрыв дверцу и обернувшись, он обнаружил, что Эллис обидно хихикает. – Смешно? Видимо, что-то было в лице Шейна, от чего девушка вмиг стала серьёзной и подалась назад. – Я… прости… – она спрятала глаза, и Шейн выругался уже на самого себя, однако испуг на лице Эллис только усилился. Шейн глубоко вдохнул, заставляя голову заработать нормально. Присутствие волчицы явно этому не способствовало. – Я не злюсь. Ты прости, – он сел и, взял свой сэндвич и покрутил в руках. – И у тебя красивый смех. Я буду рад, если ты станешь смеяться почаще. Эллис, до сих пор сидевшая в полуметре от стола, скрестив руки на коленях, неловко улыбнулась. – Ешь, – сказал Шейн как мог мягко и пододвинул к девушке тарелку. Секунду Элис пялилась на сэндвич голодным взглядом, а затем торопливо схватила и, давясь, стала запихивать в рот. Шейн сидел молча и наблюдал. Только когда Эллис проглотила последний кусок, сержант откусил свой бутерброд и выпучил глаза. – Чёрт, он же ледяной. Эллис отвернулась, пытаясь спрятать улыбку за водопадом волос, а затем снова прыснула. – Прости, – повторила она, наблюдая, как Шейн пытается воткнуть зубы в ледяной кусок говядины. – Это лучше, чем в больнице. Правда. Но в следующий раз, давай я приготовлю что-нибудь? Ну… – она запнулась, – если он будет… следующий раз. Шейн, убедившийся, наконец, что он не настолько голоден, отложил сэндвич и посмотрел на гостью. – Ты умеешь готовить? – Не то чтобы очень. Но… – она снова хихикнула, бросила взгляд на сэндвич и замолкла. Шейн внимательно смотрел, как меняется выражение её лица. Это было странное сочетание. Эллис бросало из крайности в крайность, и Шейн откровенно боялся, что дело закончится истерикой. – Не бойся, – сержант протянул руку и одними кончиками пальцев коснулся запястья Эллис, заметив, что та снова начинает нервничать. Эллис торопливо кивнула. – А что ещё ты умеешь? – спросил Шейн, торопливо сворачивая на другую тему. – Полезного, или вообще? – Эллис едва заметно приподняла уголки губ, будто вспомнила что-то хорошее. – Ты скажи, а я решу, полезное это или нет. – Ну… – Эллис закусила губу, и от одного этого вида в животе у Шейна всколыхнулась волна желания, – то же, что и все. Могу убираться у тебя, почту разбирать, принимать звонки… Хотя вряд ли тебе что-то такое нужно. Ещё я играю на барабанах… Но не думаю, что от этого может быть толк. – Я не спрашивал, как ты можешь отработать жильё, – сказал Шейн мягко, чуть сильнее сжимая пальцы Эллис. – Я просто спросил, что ты умеешь. Значит, ты барабанщица? Эллис усмехнулась. – Вроде того. Я играла в группе, недолго… Когда ушла из дома. – А почему ушла? Не разрешали играть? Эллис встрепенулась всем телом, будто собиралась взлететь, и упала обратно на стул, пойманная пальцами Шейна. – Пусти… – выдохнула она, отворачиваясь. – Я не хотел тебя обидеть. – Пусти… – повторила Эллис с каким-то отчаяньем, и Шейн убрал руку. – Ты не знаешь меня. – Я хочу узнать. – Зачем? Шейн промолчал. Встал и, взяв со стола тарелку, переставил в раковину, стараясь уйти от неприятной темы. Это была просто работа, но вряд ли Эллис хотела услышать такой ответ. Впрочем, это была ни хрена не работа. Это перестало быть работой в тот миг, когда ему, альфе, ударил в нос запах мяты. Но если не работа, тогда что это? Похоть? Первобытные инстинкты? Шейн не хотел думать, что Зверь внутри него настолько силён. В такие моменты он вообще предпочитал не думать, поэтому машинально включил воду, обтёр тарелку с обеих сторон и поставил в сушилку. – Я за раскладушкой, – сказал он, не оборачиваясь, и вышел. Вернувшись, Шейн принялся молча стелить постель, а когда дело уже было сделано, его кольнула совесть. Собственная кровать Шейна была немногим удобнее, и всё же подходила для больной куда лучше. Впрочем, сказать об этом Эллис он не успел, потому что раздался телефонный звонок. Шейн чертыхнулся, вспомнив, что так и не доложился Джонсу после «допроса», и потянулся за трубкой. – Да, – сказал он и услышал в ответ чужой, незнакомый голос. – Она у тебя? Шейн облизнул губы. О ком речь, он понял сразу, но ответ выбрать сходу не смог. Врать было как-то подло. Сказать правду – означало подставить Эллис. – Можешь не говорить, – неприятный смешок. – Знаю, что у тебя. Сержант Шейн Джеткинс. Я видел, как вы вошли. Повинуясь наитию, Шейн подошёл к окну и чуть отодвинул занавеску. Разглядеть что-то в темноте удалось не сразу. Знакомые машины внизу, привычный рисунок деревьев. Огонёк сигареты под стволом старого ясеня. Шейн мысленно выругался, осознав, что из-за хитрости с тампонами проморгал слежку. – Ты можешь отдать её. Или я убью тебя и заберу её сам. Что выбираешь, сержант? На сей раз ответ был прост. – Попробуй, – бросил Шейн и нажал отбой. Обернулся и увидел Эллис, прижавшуюся к кухонному столу. На лице девушки явственно отражался страх. – По работе, – Шейн усмехнулся. – Знаешь, ложись в комнате. Хорошо? Эллис медленно кивнула. Отпускать её не хотелось – даже за дверь. И всё же Шейн отчётливо понимал, что это слабость, которую нужно преодолеть раз и навсегда. – Я дам постель, застелешь сама? Ещё один кивок. Разобравшись с наволочками и простынями, они разошлись по кроватям. Шейн спал беспокойно – как пёс на страже. Уже глубокой ночью он в очередной раз проснулся, заслышав тихий скулёж. Шейн замер, прислушиваясь, и вскоре понял, что звук ему не мерещится. Он встал и, не одеваясь, пробрался в комнату. Эллис тут же замолкла, то ли учуяв запах, то ли расслышав шаги. Она лежала, свернувшись калачиком и повернувшись спиной к двери, но именно это её выдало – плечи «спящей» сотрясали беззвучные рыдания. Шейн осторожно опустился на хлипкую раскладушку рядом с ней и прижался грудью к горячей спине. – Всё будет хорошо, – прошептал он, пробираясь к животу Эллис и крепко стискивая её. Эллис какое-то время лежала молча, пытаясь изобразить сон, но потом сдалась. – Он звонил? – спросила Эллис тихо. – Не знаю, – ответил Шейн честно. Эллис помолчала. – Если я расскажу… Всё расскажу… – продолжила она. – Ты меня защитишь? – Да, – твёрдо сказал Шейн. Он уже знал, что защитит в любом случае. Что бы это ни было: работа, инстинкты или искренняя забота. Другой альфа ждал его там, во дворе. Вызов был брошен.