Глава 3

Василина Гордо вздернув подбородок, топаю к остановке. Слава богу, мобильный не сел, но был на вибрации. Мама звонила три раза. Набираю её. Утреннее солнышко приятно греет. Блин, я офигенно себя чувствую! Только вот приходится пиджак придерживать, потому что эти звери мою рубашку разорвали. И я без колготок, они лежат в сумке. – Вася! Ты чего рано-то так? Обычно спишь до обеда, когда я Сашку забираю. – С ним всё хорошо? Ничего вчера странного не случилось? – Нет. Мы сходили в парк, он покатался на горках, потом поели мороженого. А почему ты спрашиваешь? – Да так… Внезапно передо мной останавливается машина. Чёрный «БМВ» седан. Эээ… – Вася? Ты пропала куда-то! Всё хорошо? – зовет мама, а я теряю дар речи. Из авто выходит высокий мужик с квадратным лицом, короткой стрижкой, поправляет костюм и молча открывает мне заднюю дверь. Пытаюсь обойти его, но массивная фигура закрывает проход. А автобус предательски мигает мне задними фарами. И уезжает. Да вашу ж машу! – Мамуль, отведешь Сашу в садик? – бормочу, прикидывая, что вообще происходит. – Конечно, мы же так и договорились. – У меня автобус, я потом перезвоню… – Какой автобус? Ты не дома?! – кричит мама. Упс! Кажется, я облажалась. И мне придется многое объяснить. Но сейчас это неважно. Вешаю трубку. Сглатываю. – Василина Григорьевна? – чеканит мужик. – Не знаю такой… – пищу. – Вас велено доставить домой, – басит он, еще шире открывая дверь машины. – Я на автобусе доберусь! – Не велено, – продолжает гнуть свою линию. – А вы скажите, что довезли, а сами… Но суровый взгляд этого персонажа говорит, что подобных решений его мозг осмыслить не в силах. – Не велено. Да чтоб тебя! Снова пытаюсь его обойти, но всё тщетно. В итоге сдаюсь и плюхаюсь на мягкое кожаное сиденье. Играет тихая приятная музыка. Мы трогаемся. Машина словно парит над землей. Такой плавный ход. Помню, Ромка всегда хвалил немецкий автопром. – А ваши… кхм… хозяева… – Наниматели, – обрывает меня водитель. – Пардоньте, – огрызаюсь, – я ж не знаю, как у богатых всё устроено. Как часто ваши «наниматели» вот так похищают женщин? – Это не похищение, а доставка с комфортом, – парирует «шкаф», – какую музыку предпочитаете? – Я что, посылка, чтобы меня доставлять?! – закипаю, – в номер отеля меня тоже «доставили»? И вообще! Передайте своим «нанимателям» или как там, чтобы забыли обо мне! – Не велено. – Да что ты заладил-то?! – Почти приехали, – он вообще не реагирует на моё возмущение, затем копается в бардачке, достает конверт, – это денежная компенсация за… – ЧТО?! – вот тут я окончательно взрываюсь, – ЗАСУНЬ ЭТИ ДЕНЬГИ ЗНАЕШЬ КУДА?! – Не велено, – он продолжает протягивать пухлый конверт. Как только мы останавливаемся, я хватаю сумку и выскакиваю на улицу, не забыв громко хлопнуть дверью. Вот же сволочи! Я им шлюха что ли? Проститутка? Блин! Влетаю в квартиру, хватаюсь за голову. Я трахнулась с двумя мужиками, которым мой непутевый почти-бывший-муж должен денег. Как хорошо, что сегодня Сашу отводит в садик мама. Я хотя бы смогу привести себя в порядок. Достаю из сумочки рваные колготки. Стягиваю блузку без пуговиц, лифчик. А тело ноет, хочет снова, просит. У меня действительно год уже нет секса. Шансы были, мужчинам я всегда нравилась. Но я же верная жена. А вчера… как наваждение… я вся растворилась в двух мужчинах. Которые потом решили заплатить мне за секс. Горько усмехаюсь, выбрасываю колготки. Надеваю свой любимый домашний костюмчик. Моя спокойная тихая гавань. Развод. Этой ночью я окончательно убедилась в том, что не хочу продолжать фарс под названием «брак». Рома меня не любит, Сашка ему не нужен. Заработать я теперь и сама могу. А секс с мужем – весьма пресное и гадкое мероприятие. Так что по факту я уже мать-одиночка и очень давно. Краснею, вспоминая, какой порочной была этой ночью. А меня всего лишь купили. Неприятно, скажу я… очень! При том, что в процессе совершенно не чувствовала себя какой-то неправильной или продажной. Мне было так хорошооо… – Надеюсь, заявление на развод рассмотрят быстро. Хотя у нас ипотека, маленький ребенок… блин… – хватаюсь за голову, – и Ромки нет. Где же его носит-то? Так и маюсь до обеда. Наступает время забирать Сашу из садика. Нужно еще будет поговорить с воспитательницей, что со следующей недели за ребенком будет приходить моя мама. – Мамуся! – мой малыш бежит мне навстречу, но спотыкается и падает. – Что же он у вас всё еще так плохо ходит? – подходит Марина, одна из пренеприятнеших личностей в нашем мамском коллективе, – хотя расти без отца… Она качает головой, а мне хочется вырвать её блондинистые крашеные патлы. Её сын Всеволод… господи, а нормальные имена сейчас есть? Этот пацан развит не по годам и постоянно задирает моего Сашу. – Мама! – сынок подходит, я крепко обнимаю его, игнорируя льющееся из всех щелей напускное превосходство Марины. – Может, не стоило так рано отдавать его в садик? – цокает языком, – может, у вас развитие… позднее? – А может, ты будешь думать о том, чтобы твой сыночек не цеплялся к другим детям? – с вызовом гляжу на неё, – или у самой позднее развитие? Идеальная мама. В дорогом пальто и дешевых туфлях. С премерзким ярко-красным маникюром. Крашеная блондинка, считающая, что все вокруг должны копировать её идеальное семейство. – Пойдем домой, маленький, – беру сына за ручку и веду к выходу. – Я буду говорить с воспитателем! – орет вслед эта ненормальная, – ваш сын тянет группу вниз. – О да! – разворачиваюсь, – давайте обсудим поведение вашего муженька! И то, что ваш сыночка рассказывает детям в садике! Я кое-что знаю, так что запугивать себя не позволю! Марина мгновенно тушуется. Ясное дело, не всё так идеально в ее семье. Не она одна умеет сплетни распускать. Хотя я не привыкла копаться в чужом грязном белье, но поведение моего мужа не обсудил только ленивый. Этим мамашам вообще заняться нечем? – Сева опять меня удалил… – хнычет Сашенька. – ЧТО?! Почему ты промолчал?! – Он сказал, что у меня нет папы… но у меня есть! – сынок сжал ручки в кулачки, – у меня зе есть папа! – Есть, маленький… есть! – обнимаю малыша, – знаешь, что? Пойдем-ка в магазин, и я куплю тебе любые вкусняшки, какие попросишь. – И зефилку? – улыбается сынок. – Да, зефирку твою любимую! Мне так жаль. Чувствую себя беспомощной неудачницей. Моего сына обижают в садике, я уже не неоднократно ругалась, но этот Сева так и продолжает задираться. А в соседних садиках уже нет места. Замкнутый круг какой-то! Он должен решить конфликт сам… Да пошли они! Может, нам стоит выбрать другой сад? Возвращаемся домой, загруженные пакетами с продуктами. Нам и вдвоем хорошо! Саша постоянно лепечет что-то о том, что произошло в садике. Я так люблю его! Но, взглянув на дверь нашей квартиры, в ужасе останавливаюсь. – Мама, а фто это? Прямо у двери стоит пакет. Дорогой такой, матовый. Черный. Из явно очень приличного бутика. К нему прикреплена записка. Да блин! Чувствую, та ночь мне еще аукнется. Вот уж точно, за удовольствие надо платить! Хотя вроде как платила я… – Не знаю, Саш. Давай, пошли, нечего здесь стоять. Хватаю пакет и подталкиваю сына в квартиру. Руки дрожат. Я чувствую, как от страха покрываюсь липким потом. Одна ночь. Это была одна чертова ночь! Страстная и полная оргазмов, но одна. Первая и последняя. Несу покупки на кухню, оставляя черную упаковку в коридоре. Мне страшно к ней прикасаться. С другой стороны, не бомба же там, в самом деле? Но я боюсь не этого. А того, что написано в записке. – Давай, топай мой ручки и приступим к вкусняшкам! – улыбаюсь своему сыночку. Когда Сашенька убегает, я иду к пакету. Блин, весь мой вечер теперь подчинен одному чертовому пакету! Беру записку. Вижу аккуратный, ровный почерк. Говорят, такие у маньяков бывают. Издаю нервный смешок. Так и знал, что ты не возьмешь деньги. Моя гордая мамочка. Эти вещи – компенсация за порванные колготки и блузку, а не плата за страстный и горячий секс. Целую во все сладкие места. Кай. Меня начинает трясти. Кай… мгновенно краснею, вспоминая, какие непотребства с моим телом творил ночью владелец этого красивого почерка. Низ живота мгновенно обдает волной жара. Швыряю записку на обувной шкаф. Беру пакет и иду в спальню. Без вещей Ромы она стала более пустой. Но ничего! Я быстро займу это место новой одеждой еще круче предыдущей. – Мама! – Сейчас, мой хороший! До вечера я забываю про злосчастный пакет. Мы смотрим мультики, смеемся, едим его любимые зефирки. С сыном мне реально весело! Он такой смышленый, много думает, рассуждает. Только вот записка покоя не дает. Зачем Кай ТАК её написал? Словно я была лучшей в его жизни. Укладываю малыша спать, целую на ночь и иду в спальню. Не принимая душ, касаюсь подарка. Достаю оттуда аккуратно сложенную блузку и брючный костюм благородного темно-красного цвета. А на самом дне… – Вот паразиты! – выругиваюсь, доставая матовую коробочку с ослепительно – белым кружевом, – и цвет же выбрали! Примеряю вещи. Сидят идеально. А белье так вообще словно на меня шили. Как они так запомнили мои размеры? Вся переполненная противоречивыми мыслями, ложусь спать. Долго не могу заснуть. Такое чувство, что грядут большие перемены в нашей с Сашкой жизни. Но для меня важен лишь мой сынок. Так что, если бандюки снова появятся на горизонте, я дам понять, что между нами больше ничего не будет. А тот крышесносный секс – лишь мимолетное увлечение. С утра готовлю завтрак сыну. – Холосо, что сегодня в садик не нузно, – лепечет он, ковыряясь ложкой в тарелке с кашей. – Ешь давай, а не вози еду по тарелке! – смеюсь, – а то… Тук! Тук! Тук! – О! Бабушка пришла нас проведать, – говорю сыну и бегу открывать. На пороге и правда стоит мама. И её взгляд не обещает ничего хорошего. – Где ты была, Вася?! – громыхает так, что чуть стены не трясутся. – Эм… долгая история, мамуль, – целую её в щеку. Она смягчается. – Ромка твой вляпался во что-то опять? – Да. Он должен много денег опасным людям, – вздыхаю. – Господи! – мама белеет, – так это из-за них ты вчера утром про Сашу спрашивала? – Да. Мы задерживаемся в коридоре. Переходим на шепот. – И позавчера после собеседования они меня вроде как похитили, – прикусываю губу, понимая, что детали маме знать не нужно. – БОЖЕ! Ты же пошла в полицию?! – восклицает она. – Мам, не кричи так, ладно? Всё в порядке, они просто… спросили, где мой муж и всё. – Не навредили?! Ну как сказать… жестко трахали до самого утра. Чуть душу всю не вытрахали. А как я кричала под ними, мамочки! Просила, умоляла вставить поглубже. Кашляю. – Нет, я сказала, что подала на развод и они отстали, – нещадно вру. – Так ты сделала это? – мы проходим на кухню, мама косится на сына, – написала заявление? – Да. Хватит уже тянуть кота за причиндалы… – А что такое пличиндавы? – с широченной улыбкой спрашивает сын. – У тебя каша на лице, – вытираю щеку ребенка, затем обнимаю его, – потом расскажу. – Он такой любознательный, – улыбается мама, – вчера весь день рассказывал мне про большую машину, которую видел во дворе. Чёрную вооот такую! И про дядю с рисунками на шее. В душе что-то ёкает. Блин… Саша видел Кая? Они следили за ним? Этим мужикам вообще нельзя приближаться к моему сыну! Жутко нервничаю. – И что ты планируешь? Может лучше пока вам у меня пожить? – Нет, мамуль, всё хорошо. Мне предложили должность. Консультант в парфюмерной лавке. Для начала неплохо. Сашу, как мы и думали, я забирать не смогу. Но зато хватит на ипотеку и кое-какую жизнь. – Я сама буду забирать, не волнуйся. – Спасибо, мамуль! Еще эта Марина, овца крашения, – рычу. – Опять задирается? – Её сын обижает Сашку. А я много раз уже разговаривала с хозяйкой, как об стенку горох, – вздыхаю, – он типа должен сам. Тараторит, как заведенная. Мама задумывается. – Ему нужен отец, Вась. Сашка очень добрый и ласковый мальчик, но стержень… – Ой, да брось! – увожу сына в комнату и занимаю игрушками, – хреновый Ромка отец. Лучше уж никакого, чем такой. – Наверное, ты права. Но Вась, – она садится на постель и внимательно смотрит на меня, – я тебя поддержу в любом случае. Мужчин вокруг много, дочка. – Я знаю. – С одним не сложилось, есть другие. – У меня есть сын. Пока мне нужно сосредоточиться на его воспитании. – Ты женщина, Вася. Не хорони себя. Я всегда могу помочь тебе и посидеть с сыном. Если встретишь по-настоящему достойного мужчину, не отказывайся от своего счастья. – Да где ж найти достойных-то, мам… – вздыхаю, сажусь рядом с ней. Почему-то перед глазами возникает хитрый взгляд Руслана. Его томный шепот эхом раздается в голове. И горячие пухлые губы Кая, я буквально ощущаю их на коже. Он-то точно не достойный отец для Саши! Или Кай! Да они бандюки отъявленные! Брр! Утром в понедельник просыпаюсь в приподнятом настроении. Все мысли о новой работе! Собираю Сашу в садик и выдвигаюсь в центр города. Улыбаюсь прохожим, как идиотка. Но на душе легко. Я чувствую себя свободной! Ведь еще не знаю, что совсем скоро моя жизнь полностью изменится.