Глава 15

— Марк! — Я хотела оттолкнуть мужчину, то Тимур придерживал меня так, что вырваться я не могла.

— Оттрахать тебя, Лисицына хочу, — говорил Марк, поглаживая мои возбужденные складочки, — с первого дня как увидел.

Мне хотелось сопротивляться, но вместо этого я впилась руками в сильные плечи Соколова и прижалась к его груди.

— Как сладко стонет, — говорил Тимур, явно наслаждаясь моим полным падением.

— Ненавижу вас обоих, — сама прижалась к Тимуру еще сильнее и громко застонала, когда Марк вошел в меня пальцами.

— Конечно ненавидишь, девочка, — Рука Соколова легла мне на затылок, и он резко поднял мою голову.

Впился в меня поцелуем, сильно стягивая волосы на затылке.

Я отвечала на ласку Тимура, в тоже время позволяя себя ласкать Марку. Это было так порочно и запретно, а еще очень сладко. Голова кружилась от смеси наших ароматов и жара тела.

Я кончила так быстро, что это казалось нереальный, ноги ослабели и Тимур подхватил меня на руки. Понес в сторону постели

— А теперь давай договариваться, Мариночка, — мужчина положил меня на кровать.

Марк вышел из ванной следом, вытирая руки о полотенце.

— О чем договариваться, — я одернула юбку.

Все негу, как рукой сняло.

— Ты станешь нашей, — Тимур упал рядом на кровать и закинул руки за голову, — сколько уже можно ходить вокруг да около, Лисицына? Мы тебя хотим, а ты от нас кончаешь за секунду. Так чего мы ждем?

— Мы просто все еще пьяные, — я закрыла лицо ладонями и поджала ноги, почувствовал, как рядом сел Марк.

— Я не пьяный, — Ларин погладил меня по ноге, — Лисицына, ты можешь хоть раз в жизни расслабиться и получить удовольствие.

— Играем в игру, Мариночка, — сказал Соколов, — ты в течении часа не говоришь слово «нет»…

— Мне не нравится эта игра! — Я взбрыкиваю и хочу встать с постели, но цепляюсь за одеяло.

— Марина! — Грозно рычит Марк, похоже его терпение лопается.

Еще бы завожу двух взрослых мужиков, а потом сливаюсь. Сама бы себя прибила.

Но сейчас мной руководит уже не желание, а здравый смысл, а еще инстинкт самосохранения.

Я даже представить не могу, как они собираются вдвоем со мной развлекаться.

Поэтому уворачиваюсь из рук Марка, но не встаю с постели, а падаю.

Бьюсь виском о прикроватную тумбочку.

— Айййй! — Закрываю лицо рукой и сажусь на полу, — больно.

— Да черт тебя побери, Марина! — Кричит Мак, — покажи.

Я убираю руку. Глаза застилает боль, а еще слезы.

— Ей надо в больницу! Срочно! — Тимур вскакивает с кровати и начинает одеваться.

— Все нормально, — пытаюсь сказать я, а сама прикусываю губу от боли.

Марк тоже быстро одевается, а затем подхватывает меня на руки.

— Я сама! — Снова пытаюсь протестовать.

— Марина, лучше молчи, — говорит Марк.

— Вот и снова не поиграли, — с легким разочарованием говорит Соколов, а затем подходит ко мне ближе и берет за подбородок, — ты когда перестанешь быть таким перепуганным олененком? Мы же тебя не съесть хотим.

— Лучше бы съели, — я отворачиваюсь к груди Марка.

— Отшлепаю я тебя, — говорит Соколов.

— Вначале к врачу, — поправляет Марк.

— К врачу, — говорит Соколов, — а потом отшлепаю.