Глава 13

Машина подъехала к большому коттеджу, окруженному высоким кирпичным забором. Свет от фар прорисовал утоптанную снежную дорожку, ведущую к раздвигающимся воротам. Сидевшая рядом с Алей Лана громко захлопала в ладоши:

— Наконец-то та самая берлога! Страшно хочется выпить что-нибудь горячительного.

— А с тебя не хватит?

Воронцова ухватила подругу за локоть. Лана просто неисправима. Каждый раз одно и то же! Что подумают о них боссы, если одна из девушек уже еле-еле на ногах стоит?..

Впрочем, у Белецкого наверняка своё видение происходящего… Он пригласил их к себе, и девушки, недолго думая, согласились. И Алина знала, почему она это сделала — ей хотелось продолжения того, что началось на вечеринке. Это желание становилось всё более мучительным и навязчивым по мере того, как напряжение между ней и боссом нарастало. Совместная игра на бильярде превратилась в какое-то соревнование: кто кого быстрее соблазнит… Лана — Морозова, Белецкий — её… или, возможно, наоборот. Алина вспыхнула, вспомнив слова начальника: «поскорее увезти к себе».

Лана вырвала локоть.

— Не будь такой занудой! Ты же понимаешь, жить надо здесь и сейчас, и нечего откладывать счастье на потом.

Воронцова прикусила губу. А ведь это слова Морозова. И он по-своему прав. Стоит ей только прикоснуться к Белецкому, как…

Словно услышав эти мысли, босс обернулся и встретился с ней взглядом. В полумраке салона его глаза блестели, отливая синевой:

— Вот и подъехали к моей хижине.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Морозов, сидевший за рулём, поцокал языком:

— Как всегда, немногословен. Девчонки, — он театрально повысил голос. — Главное, не пугайтесь. Сейчас может появиться собака Баскервилей. Но этот гигантский сенбернар — добрейшее существо, поверьте мне на слово!

Аля почувствовала, как подруга напряглась, и хмыкнула. Хрен теперь та выйдет из машины. Лана с детства боялась этих существ, и вряд ли собака Белецкого станет исключением.

— А можно я пока в машине посижу? — подруга расправила полы серебристой шубки и спрятала руки в карманы. — Уберите собачку. У меня на них аллергия.

Артём лишь недовольно пробурчал:

— Скажет тоже «собака Баскервилей»… Больше слушайте Морозова. Он любит пугать молоденьких девочек.

Отвернулся, отстегнул ремень и вышел из машины. Валерий последовал его примеру. Не успела Аля потянуть за ручку, как Лана схватила её за плечо:

— Не оставляй меня одну, пусть они с собакой разберутся, ладно?

Но Белецкий не терял времени зря, распахнув дверь, галантно подал Але руку. Протянув ладонь, девушка почувствовала, как он заключил её в крепкий плен горячих пальцев. И мысли тотчас улетучились куда-то, и на секунду перестало существовать всё вокруг. Кроме удовольствия от его прикосновений и пристального синего взгляда, остановившегося на её губах:

— Прошу, Алина.

Она вышла из машины, вдохнула чистый морозный воздух, от которого голова закружилась…Тишина-то какая!

И тут же раздался оглушительный собачий лай. К ним мчалось нечто мохнатое и светлое, размером с небольшого медведя.

Залихвацки присвистнув, босс выпустил Алинины пальчики.

— Пират, рядом!

Лохматая собака остановилась в полуметре от людей, радостно виляя пушистым хвостом. Широкие мужские ладони ласково потрепали громадную голову. И в движениях, и в голосе Белецкого была настоящая нежность:

— Как ты, бродяга? Прости, задержался я на пару дней.

Этот ласковый жест сказал Але о многом. Она ещё не слышала, чтобы властный мужчина говорил с такой теплотой и лаской. Девушка бы так и стояла, завороженно глядя, как Белецкий гладит своего пса, если бы не появление Морозова с перекинутой через плечо Ланой.

— А-а-а! — истошно верещала подруга. — Убери-и-те!

— Да успокойся, Лана, больно ты нужна этому псу! Он намного умнее тебя. — Шлёпнув подружку по заду и подождав, пока затихнут её вопли, Валера поравнялся с Белецким. — Веди скорее, босс.

Тот выпрямился и зычно отдал приказ:

— Пират, беги за Михалычем. Почему так темно? — и, взяв Алю под руку, пояснил: — Ночью здесь обычно горят фонари.

Алю вновь охватило трепетное волнение. Впервые за долгое время она собиралась провести ночь в доме у мужчины, который ещё пару дней назад внушал ей страх. По спине бежали горячие мурашки, лицо тоже пылало. К счастью, в полумраке этого никто не видел.

«Поздно бояться, — включился внутренний голос, — обратной дороги нет…»

Они дошли до крыльца и медленно поднялись по каменным ступенькам. Неожиданно дверь открылась, и из тёмного нутра дома им навстречу послышалось обречённое:

— Электричества нет. Позвонил на подстанцию — какая-то авария.

Белецкий выпустил Алину руку:

— Ну, запускай тогда генератор. Подумаем, что делать дальше.

Сзади тяжело выдохнул Морозов.

— А я знаю, что надо делать! В сауну пойдем, там и согреемся, заодно и познакомимся поближе. Девочки, вы не против?

Сауна?! Пока Аля в растерянности кусала губы, обдумывая предложение, Белецкий взял из рук сторожа фонарик и ступил внутрь:

— Заходите и смотрите под ноги, справа коврик, слева скамейка. Обувь не снимаем, пол пока холодный.

За спиной послышался голос Ланы:

— Я за сауну, иначе мы тут совсем задубеем.

Едва не поскользнувшись на коврике, Аля почувствовала, как вокруг талии обвились сильные мужские руки.

— А что ты скажешь, девочка?

— Я пока ещё не замёрзла, но…

— Девчонки, мы вас быстро согреем, — Морозов уже снимал пальто. — Сейчас организуем глинтвейн, а потом вниз по лестнице и направо. Снимаем одежду и...

Выпустив Алю, Белецкий передал ей фонарик и толкнул помощника в бок:

— Ты девчонок не пугай. А то они подумают, что ты будешь в сауне нагишом сидеть.

Именно эта картинка нарисовалась в Алином воображении: два голых торса, один круче другого. Где-то в глубинах сознания вдруг встрепенулось второе я и заявило: «хочу…» Но она тут же приготовилась дать ему отпор.

— Я не уверена, что до этого дойдёт…

Морозова оказалось не так просто остановить:

— А чего пугаться-то? Можно подумать, они голых мужиков не видели! Зачем же скрывать свою красоту?! Природа-мать нас всех так щедро одарила. Предлагаю отбросить стыд…

— И завернуться в простыню, — рявкнул босс, в голосе которого опять зазвенела сталь. — Валер, марш на кухню готовить глинтвейн!

Переглянувшись, Алина и Лана произнесли в один голос:

— Мы поможем.