8

“Не верь сказкам!” говорит только тот, кто не способен видеть мир.

Чаеслав Волк о жизненной позиции

Торжественного въезда в родовой замок Волков у меня не получилось. К тому моменту я валялась в карете в горячке, не в силах выпустить наружу магию, сжигавшую меня изнутри. Драниша, который умел своими объятиями утихомирить мои нервы, Гранислав отправил на юг на помощь Ярославу, ничуть не сомневаясь в исполнении приказа. Даезаэля свекор уволил – целитель пытался прорваться в нашу карету при выезде из дворцовой территории, но был весьма грубо выброшен прямо на мостовую охранником Сиятельного.

Я помочь эльфу ничем не смогла, и была уверена, что он мне это еще припомнит.

Два дня я провалялась в роскошной комнате в полубреду и вскрикивая от боли в спине, где заживала новая татуировка. За это время ко мне приходил только маг рода, с холодными волчьими глазами, и тихая горничная, старавшаяся быть незаметной.

Маг без доли сочувствия переворачивал меня туда-сюда, поил микстурой, которую дали во дворце, делал надо мной пассы руками и бормотал заклинания.

На третий день утром я проснулась и почувствовала себя совершенно здоровой. Было такое ощущение, словно я избавилась от продолжительного насморка и снова ощущаю все запахи. То ли дворцовые целители ошиблись в сроках действия «Темной воды», то ли маг Волков был сильным, то ли Даезаэль по привычке подмешал в «Темную воду» чего-то еще, однако я была готова бежать, скакать, сражаться и на равных противостоять нелюбезной семейке, которая даже ни разу меня не проведала в нарушение всех правил этикета.

Магия, бушевавшая внутри, сейчас свернулась в клубок и затаилась где-то под сердцем, и я понимала, что мне достаточно только пожелать, как в моих руках окажутся значительные силы.

Я несколько раз подтянулась на перекладине, которая держала над кроватью балдахин. Отлично! Тело слушалось меня замечательно.

Однако торопиться скакать и сражаться не стоило.

Услышав шаги в коридоре, я послушно улеглась в кровать и посмотрела на вошедшего мага взглядом ослабленной и хрупкой девушки.

– Как вы себя чувствуете? – спросил маг, поводив надо мной руками.

– Лучше, чем вчера, – честно ответила я. Конечно же, он не мог не заметить, что жар ушел. – Господин?..

– Господин Волков, – сухо ответил он. – Вы пережили в королевском дворце обращение к магии Рода, поэтому я крайне не рекомендую вам в ближайшие месяцы пользоваться хоть какой-то магией, даже зажигать свечи.

Я с серьезным лицом покивала. Для обычных благородных обращение к магии Дома даром не проходит, и на такие действия наложены строжайшие ограничения, вплоть до изгнания из рода. Считается, что каждое обращение к Высшей магии значительно подрывает здоровье и изнашивает тело. Сколько раз за жизнь обычный аристократ обращается к высшей магии? В детстве, получая татуировку, во время обучения, во время брачной церемонии, во время вступления в наследство и еще раз-два, в случае необходимости.

Совсем другое дело мы с Ярославом. За последние два месяца обращение к магии рода стало чуть ли не привычным делом. Глубокую кому, сопровождающую перерасход магических сил, мы пережили только благодаря целительскому искусству Даезаэля. Более того, сами не ведая, мы совершили некий обряд и объединили наши магические силы.

Об этом мне настойчиво советовали не распространяться, и я хотела задержаться во дворце и выспросить у магов из Совета, что мне теперь делать с получившейся мощью. Однако у Сиятельного Волка были свои планы, и я с мстительным удовольствием подумала , что теперь ему придется расхлебывать последствия.

– Господин Волков, могу ли я узнать, как долго мне находиться в этой комнате? – спросила я мага на следующий день.

Попытка прогуляться по коридору закончилась ничем – у дверей комнаты обнаружился охранник, мордоворот таких размеров, что рядом с ним дядя Вел выглядел худосочным подростком. Сам факт его наличия меня немало озадачил – это что же, меня держат под домашним арестом?

Конечно, в моей тюрьме было все необходимое, даже туалетная комната. Книжный шкаф, корзинка для рукоделия и даже молитвенник Пресветлым богам. Служанка привозила на тележке богато сервированную пищу, и вчера дюжие слуги даже втащили в комнату ванну.

После принятия ванны меня и потянуло на исследование замка, которое закончилось на пороге моей же собственной комнаты. Вторую попытку я предприняла утром – мало ли, ночью по незнакомому замку действительно не стоит ходить. Но тот же охранник вежливо, но непреклонно завернул меня обратно в комнату.

Маг пожал плечами:

– Об этом нужно спрашивать не меня, а Сиятельного.

– Так позовите Сиятельного!

– Его нет в замке.

– А Сиятельная Волк? – ох, а имени матери Ярослава я так и не знаю!

– Она есть, – неохотно ответил маг, не выдержав моего требовательного взгляда.

– Господин Волков, – сказала я серьезно, – я жена Ярослава Волка. Я – Сиятельная. Поэтому я требую обращаться ко мне и со мной, как положено. На каком основании у меня под дверями стоит охранник?

– Он защищает вас, – промямлил маг.

– От кого же? Что в замке происходит такое, что меня требуется защищать?

– Ну, Его Сиятельство Ярослав, точнее, Сиятельный Ярослав… – Волков замялся, и посмотрел на меня с неприязнью. Лепить отговорки он то ли не хотел, то ли не умел. – Его же нет сейчас в замке, и мы должны защищать его жену.

– Я требую, чтобы ко мне пришла Сиятельная. Если меня не выпускают, то хотя бы таким образом я хочу познакомиться со своей свекровью!

Волков поклонился и вышел, а я прицепила кинжал на пояс и стала ждать.

Перед тем, как ко мне наведаться,Сиятельная Волк выдержала довольно приличную паузу. День уже клонился к вечеру, когда в двери постучали, и на пороге появилась грузная женщина в платье по последней моде – такие я видела во время своего краткого визита во дворец. Моя мать дома всегда надевала что-то удобное, для инспекций кладовых и проверки кухонь, предпочитая пышные платья званым обедам.

Ярослав был совсем не похож на мать, являясь почти полной копией отца. Если Гранислав был похож на клинок кинжала – острый, опасный и жесткий, то его жена напоминала мягкий пирожок с начинкой в виде железного болта. Раз укусишь – и все зубы поломаешь.

Мы со свекровью смерили друг друга взглядами. Драниш говорил, что мать Ярослава такая же властолюбивая особа, как и его отец. На младшего сына она почти не обращала внимания – он очень огорчил ее, родившись мальчиком, которого некуда пристроить, а не девочкой, которую можно выгодно выдать замуж. Потом Ярослав расстроил ее еще раз, не женившись на Негосаве Пес, которая открывала возможность править на Юге.

Я принесла в приданое домен на Севере и торговые связи с независимыми княжествами. Почему же тогда ко мне в этом замке такое отношение?

– Сиятельная, – я присела в реверансе.

– Сиятельная, – кивнула свекровь и села в кресло, буравя меня неодобрительным взглядом.

– Налить вам сока? Предложить фруктов? – я была сама любезность.

– Мне передали, что ты хотела меня видеть.

– Да, я очень хотела познакомиться с матерью моего супруга, – прощебетала я. – Ведь мы теперь родственники! Только Пресветлые Боги знают, когда нам доведется увидеться еще раз, ведь мне нужно быть в своем домене…

– Нет, -сказала свекровь. – Пока ты будешь жить у нас.

– Пока не вернется Ярослав? – уточнила я.

– Нет, пока не родишь ему наследника, – сказала свекровь. – На севере сейчас слишком опасно. Мы не можем допустить, чтобы наша невестка пострадала.

– Но мой домен…

– Сиятельный Волк сейчас занимается этим, – отрезала Волчица.

Я с трудом сохранила на лице вежливую маску. Вот оно как, Сиятельный Волк сейчас занимается этим! А наследника, насколько я понимаю, воспитывать будут тоже здесь, чтобы он, упасите Боги, не попал под влияние Крюка?

– Понятно, – беззаботно сказала я. – А почему я не могу выйти из комнаты?

– Пока не вернется Ярослав, мы за тебя отвечаем, – нелюбезно сказала свекровь. – Я не хочу, чтобы ты где-то на лестнице свернула себе шею.

– Я не имею привычки сворачивать себе шею на лестнице, – улыбнулась я.

– Всякое может случиться.

Да, Ярослав, вне сомнения, будет очень рад получить свою жену-беглянку запертой в комнате. Да и лестницы в замке крутые, мало ли что… Повел жену на ужин, а она оступилась с непривычки… Вот несчастье!

В это время дорогой свекор уже захватит власть в домене, доказав моему отцу, что его дочь – глупая курица, предпочитающая сидеть под крылышком у свекрови и покорно рожать волчат. Или не докажет, тогда ситуация еще хуже – только стычки между двумя половинками раньше единого домена и не хватает!

Ситуация меня не устраивала совершенно. План встречи неверного мужа на замковой стене рядом с вооруженными стражниками и выдвижением своих собственных условий, рушился прямо на глазах.

– Ты спала с троллем? – внезапно спросила меня Сиятельная.

– Что? – изумленно проговорила я и выплеснула наружу все накопившееся негодование: – Да как вы смеете меня оскорблять!

– Я приказала магу проверить, – будничным тоном сообщила свекровь. – От тебя так и несет троллятиной. Но хоть не беременна.

– Покиньте, пожалуйста, мою комнату, – процедила я, распахнув двери. – Конечно, от меня, как вы изволили высказаться, «несет троллятиной», но это потому, что я последние недели путешествовала рядом с Дранишем! Ваш сын посчитал, что дела Томигоста ему важнее жены, и я не вижу своей вины в том, что он отправил меня в столицу с тем, кому доверял! А что, “эльфятиной” от меня не несет? Мой целитель – эльф, и постоянно был рядом.

– Эльфятиной не несет. А где Тиса? – поинтересовалась Сиятельная, вставая из кресла.

– Погибла от ульдонского заклятия, – ответила я честно. – Я не желаю с вами больше разговаривать. Вы забылись. Я не девка с деревни и не позволю, чтобы со мной так обращались.

Свекровь фыркнула и вышла. Свое неудовольствие она выразила вечером, когда я не получила ужин, а так же ко мне не пришла служанка, чтобы помочь переодеться.

Я лежала на кровати и думала. Встречаться с Ярославом на территории его родителей было подобно смертному приговору – если не сейчас, то после рождения законного наследника. Ясно, что в любом случае мое мнение никого не будет интересовать, хорошо, если под конвоем будут выпускать прогуляться по двору.

Значит, нужно было улизнуть из замка до возвращения обоих Волков – папаши и сына. Мне на руку было то, что все считали, что я не могу пользоваться магией, не только из-за обращения к силе рода, но и из-за действия «Темной воды». Времени у меня мало – неизвестно, как долго Ярослав пробудет у Томигоста, да и давать возможность Граниславу утвердиться в моем домене тоже не хотелось.

Завтрак мне не принесли. Приоткрылась дверь, и на пол поставили кувшин с водой.

– Прекрасно, – пробормотала я. У меня оставалось еще несколько фруктов, к тому же к голоду я уже была привычной.

Я взяла яблоко и уселась на подоконник. Передо мной открывался прекрасный вид на замковый двор.

К вечеру я поняла, что разведчицей быть очень тяжело. Голова гудела от сведений, которые я получила, целый день наблюдая за челядью Волков. Стремясь их упорядочить и продумать план бегства как следует, я легла в кровать и закрыла глаза.

Внезапно дверь приоткрылась и в комнату вошел господин Волков, на лице которого была написана тоска.

– Сиятельная, как вы себя чувствуете? – спросил он.

– Отвратительно. Вы знаете, что меня здесь не кормят?

Маг вздохнул:

– Я был против этой меры. – Еще бы, если мне будет совсем плохо, мага по голове не погладят. Они творят, ему расхлебывай. – Я прошу вас, Сиятельная, не портите отношения с Сиятельной Волк! Она, возможно, покажется вам слишком суровой, однако это не так… Она справедливая и хорошая хозяйка.

– Мне она не хозяйка, – резко оборвала я славословия в сторону матери Ярослава.

– Даже Владислав признает мудрость матери.

– Это старший сын? – спросила я.

– Да, и его жена, Добронега, у нее замечательные отношения со свекровью. Возможно, Сиятельная ожидала и от вас такого же поведения.

– Если бы Добронега соизволила нанести мне визит и рассказать о принятых здесь правилах поведения, мне было бы значительно легче, – ядовито произнесла я.

– Госпожи Волк нет сейчас в замке, она в летнем поместье с сыном. Мальчику нужен свежий воздух, – сообщил маг.

Ага, вот почему меня не осмотрел целитель! Наверное, тот, кому Сиятельная могла доверять, присматривает за наследником Волков. Кажется, моему – теперь уже – племяннику чуть больше десяти лет, самый возраст чтобы лазить по деревьям или получать синяки на тренировках с оружием.

– А Владислав?

Маг вздохнул.

– Из-за войны в наших лесах появилось много разбойников, и Его Сиятельство сейчас занят.

Так вот почему в замке так мало воинов! Часть забрал Гранислав, чтобы заполучить мой домен, часть охраняет наследника, часть гоняет разбойников по лесам. В принципе, чего бояться в хорошо укрепленном замке, да еще и в центре страны?

– Принесите свои извинения Сиятельной за грубость, – попросил меня маг. – Тогда ваша жизнь здесь будет вполне комфортной.

– Хорошо, – задумчиво сказала я. – Обязательно принесу ей свои извинения.

Да, дорогая Сиятельная, я принесу тебе такие извинения, что следующий раз ты еще хорошенько подумаешь, а стоит ли запирать кого-то из Крюков в комнате и морить их голодом!

После полуночи я проснулась, оделась – чтобы подобрать подходящую одежду, пришлось перебрать весь шкаф – и выглянула в коридор. Мой охранник дремал на стуле, но на скрип двери бдительно открыл глаза.

– Чего надо?

– Помогите мне! – пискнула я. – У меня там что-то скребется под кроватью! Наверное, мышь!

– У нас нет мышей!

– Я боюсь и не могу спать! – захныкала я.

Охранник закатил глаза и шагнул в комнату, подхватил свечу:

– Где тут скребется?

Я разбудила спящую во мне магию и ее силой отправила охранника в беспамятство, применив тот же прием, что и во время дуэли с Мезенмиром. Правда, охранник, отброшенный к стене, несколько потерял свой вид, но, главное, остался жить. Мне не хотелось начинать свой путь в замке с трупов.

Самым трудным оказалось выволочь тушу мужчины в коридор и усадить его на стул так, чтобы создавалось впечатление, что он просто задремал. Пока я его тащила да усаживала, то думала, что сорву спину, и тогда побега мне уже точно не видать.

Но все получилось. Я крадущимся шагом направилась к выходу из замка. Я почти не дышала, стараясь слиться со стеной и шарахаясь от каждого звука.

– Если хочешь выбраться из замка, то не ломись через парадный вход, – поучал меня Мирик много лет назад. – Он предназначен для гостей и врагов, тех, кто поглупее. Кроме парадного входа есть еще прачечная, там двери почти всегда открыты – чтобы сырость выветривалась. Мы же не гордые, и через задний двор проберемся, так? А еще есть кухня и кладовые. Некоторые стражники после ночной смены идут подкрепиться, за это получают по загривку от главного повара, но сам факт – дверь может быть открыта! Никогда не иди через людскую, где спят слуги! Вдруг там кто-то пьянствует или… хм… еще по какой-то причине не спит?

– Мирик, а зачем мы вообще выбираемся из замка тайком, да еще и ночью? – спрашивала я.

– Как это – зачем? Ночью всегда происходит самое интересное!

Навыки, полученные в детстве, опять не подвели. Я немного поплутала, несколько раз чуть не попалась – в замке Волка трудились даже ночью. Мне на руку было то, что служанки, натиравшие пол, были слишком уставшими и не заметили проскользнувшей за их спиной тени.

– Сейчас вот пойду спать, сама тут будешь до утра ишачить! – вяло ругалась одна из них.

– Сама следующий раз будешь угождать Волчихе! – огрызалась ее товарка. – Если я сонная к ней заявлюсь, она же меня пришибет!

– Девочки, потерпите, – уговаривала третья. – Вот она доломает новую Сиятельную и успокоится.

– Ты думаешь, Ярик ей даст? Помнишь, как он прошлый раз «Не ваше дело, маменька!», ее чуть удар не хватил!

– Даст, даст. Он, видно, жену терпеть не может, зол, что жениться заставили, вот и спровадил родителям.

Женщины вздохнули. Я постаралась совсем слиться со стеной и даже затаила дыхание. Слуги всегда все знают про своих господ, даже если те стараются что-то скрыть. Мне знание внутрисемейных отношений среди Волков никак не помешает.

– Заделает ребенка и к Тисе вернется, – решили девушки.

– Все-таки удивительно, как она заставила его жениться? – одна из служанок выпрямилась и потерла спину. – Помните, как он орал: «Никогда! Плясать под вашу дудку!»

– Ну дык у Селимиры домена-то не было, поэтому на этой и женился, чтобы от родителей подальше.

– А она молодец! – вдруг сказала та, что потирала спину. – «Я не желаю с вами больше разговаривать!» Я в коридоре как раз мимо проходила, чуть не упала. Если бы Волчиха меня увидала, то не дала бы житья. Добронега так не выступала.

– Но и голодной не сидела, – возразили ей. – Ты давай, работай, не отлынивай!

Служанки принялись молча тереть пол, а я пошла дальше. Итак, у Ярослава с родителями не очень хорошие отношения, я об этом знала и раньше – ведь много лет назад Ярик сбежал из дома вместе с Дранишем и Тисой, и поступил на военную службу, начав карьеру чуть ли не простым солдатом. В прошлый визит домой он поскандалил с родителями и даже не долечился, записался в королевские посланники – при нашей первой встрече у него была перевязана голова, и он был очень слаб, даже не мог долго вести фургон.

Да и реакция его на скорую женитьбу была тоже не очень радостной, даже несмотря на вожделенный домен.

Я попала между двух огней – Ярослав, вынужденный жениться и срывающий на мне злость за решение родителей (плюс я еще и не отвечала его представлениям об истинно-благородной девушке), и Волки, обрадованные возможностью расширить сферу влияния и видящие невестку исключительно в роли домашней собачонки, боящейся даже гавкнуть.

Стремление к свободе стало просто нестерпимым.

В прачечной мне повезло – дверь была нараспашку, но укоренившейся в этой комнате сырости это нисколько не мешало. Я рискнула зажечь крохотный огонек и осмотрелась. Мне нужна была обувь, потому что в моих тоненьких туфлях можно было бежать до первого корня, выпирающего из земли. В самой прачечной ничего не было, но вот на заднем дворе я нашла пару крепких башмаков. Они были еще сырыми после мойки и немного великоватыми, но я не привередничала. Если надеть их на мои туфельки, то будут как раз. Зато теперь можно было и коня в бок толкнуть, и по лесу шагать без опаски наступить на острый сучок.

Мне удалось незамеченной пробраться к конюшне, и там моя удача закончилась. Я наткнулась на бодрствующего сторожа. Только чахи и дрыхли знают, почему ему не спалось, однако бодрый мужичонка чистил навоз в стойле и мурлыкал песенку.

– Эй, ты кто? – удивился он, увидев меня в свете фонаря.

– Сиятельная, – ответила я, вынимая кинжал из ножен. – Седлай коня.

– Нет, – он покачал головой. – Вы же жена Ярослава, да? Сиятельная не давала на счет вас распоряжений.

– Седлай коня, – спокойно повторила я, уже понимая, что конюх не послушается моего приказа – жену Владетеля здесь боялись.

– Хоть убейте, Сиятельная, не могу, – он сокрушенно покачал головой.

– А тревогу поднимешь.

– Подниму, – честно признался он.

Я опустилась на пол и закрыла лицо руками, несколько раз всхлипнув.

– Эй, Сиятельная, – конюх присел рядом со мной и осторожно прикоснулся к моему плечу. – Давайте я вас в замок отведу, что ли…

Знаете ли вы, сколько в конюшне потенциально смертоносных предметов? Очень, очень и очень много, особенно, если вам очень сильно хочется на свободу.

– Извини, – сказала я, сталкивая с себя обмякшее тело. Кажется, череп я ему не проломила.

Спрятав в карман увесистую железную скребницу, я подняла фонарь и прошлась по конюшне. Я не умела определять характер лошади по выражению морды, поэтому выбрала ту, которая мне показалась наиболее подходящей.

– «Лютик» – прочитала я кличку мерина на дверце стойла. – Лютик, надеюсь, твой характер будет нежным и ты меня не укусишь?

Заприметив веревку, я сделала из нижней юбки кляп и связала конюха. Он слабо постанывал в забытии, но я решила, что это будет доказательством для Сиятельной, что он сопротивлялся моему бегству.

Сколько же лет я не седлала коня!

Лютик косился на меня недоверчивым взглядом, однако не протестовал, стоически вынося мои попытки потуже затянуть подпругу.

– Ничего, – бодро сказала я Лютику, выводя того из конюшни. Мерин шел медленно, вероятно, не понимая, зачем я тяну его в ночь. – Сейчас мы с тобой прокатимся…

О том, что делать с воротами замка, я думала весь день. К счастью, замок окружал только один ряд стен, но ворота, окованные металлом, выглядели внушительно. Если я не смогла приказать даже конюху, то на повиновение стражников тем более не стоило рассчитывать. Поэтому я решила пробиваться с боем.

Я села на Лютика и принялась наращивать на руке огненный шар – по сути, чуть ли не единственное боевое заклятие, которое мне удавалось лучше всего. Вся магия, которая несколько дней бушевала внутри меня, теперь рвалась наружу.

На стене заметили мое приближение и засуетились.

Я размахнулась и послала огненный шар в ворота, вложив в него чуть ли не всю магическую энергию, которой обладала.

Вот это да!

Я и сама не ожидала от себя такой мощи!

Ворота взорвались и разлетелись огненными щепками, калеча людей. Одна из башен покосилась.

– Давай, пошел! – ударила я Лютика хлыстиком.

Если в замке подъемный мост, то я пропала! Однако Гранислав не отставал от веяний моды, и ров перегораживал узкий каменный мост. Конечно, это нам на окраинах грозят штурмы неприятелей, а в центре страны можно уже избавиться от этого пережитка прошлого, соревнуясь в том, у кого конструкция замкового моста изящнее.

– Пошел, пошел! – нахлестывала я мерина, пока он мчался через царивший возле пролома хаос.

Меня пытались остановить несколько раз, но я щедро растрачивала силу, и стражников сносило с ног порывами ветра.

Нужно отдать должное – Волк вымуштровал своих воинов на славу. Я не успела проскочить даже через деревушку, располагающуюся около замка, как за мной уже снарядили погоню. Я направлялась к видневшемуся неподалеку лесу, надеясь, что он достаточного размера, чтобы в нем можно было спрятаться.

Я прижала ладонь к шее коня. Если Даезаэль мог вливать в скакунов силы, почему этого не смогу я? Просто нужно представить, что я исцеляю кого-то. Миг – и через мою ладонь потекла магия, а Лютик поскакал быстрее.

Погоня быстро отставала. Я проскакала какое-то время по лесной дороге, а потом остановила мерина.

Он косился на меня совершенно безумным взглядом, взмыленный и несчастный.

– Будем надеяться, что они отправятся за тобой, а не за мной, – сказала я коню. – Пошел!

Легкого удара было достаточно, чтобы он поскакал дальше, а я углубилась в лес. После перерасхода энергии очень хотелось отдохнуть, но расслабляться не стоило. Раз – и маскировочное заклятие окутало меня с ног до головы. Два – и крохотный огонек осветил мне путь.

Я шла по лесу прочь от замка, ориентируясь по звездам. Сколько раз мы с Дранишем лежали на крыше фургона, и он рассказывал мне о звездном небе и о том, как они ночью делали марш-броски в страну нечисти?

Итак, пока я выбралась из замка. Даже если меня окружат, я буду защищаться до последнего. Не думаю, что стражники пойдут на убийство невестки Владетеля, скорее, они предоставят эту почетную обязанность самому Сиятельному. Или его сыну.

У меня не было денег и еды, зато были драгоценности, которые мне подарил Гранислав. За них можно было выручить какие-то деньги, но лучше не рисковать – жадные крестьяне могут захотеть заполучить цацки бесплатно. Я спрятала ожерелье в один из потайных карманов, оставив на виду только одну сережку. Главное, дойти до жилья подальше от замка, а там будет видно. В конце концов, еду и лошадь можно было украсть или отбить.

Я усмехнулась про себя. Вот как я заговорила! Украсть! Отбить! Не Сиятельная, а просто бандит с большой дороги какой-то. Но мне сейчас никто не поможет – ни Драниш, ни Даезаэль, ни даже Чистомир. А когда полагаешься только на себя, то лучше быть живой разбойницей, чем благородной, но мертвой.

Я услышала шум погони, которая промчалась мимо. Так и есть, они даже не подумали, что благородная девушка предпочтет лес – дороге. Ничего, у меня в запасе есть еще несколько сюрпризов. Муштра Ярослава, путешествие в фургоне и долгие два года самостоятельной жизни не прошли даром. Я подняла юбки и пошла дальше.

Уже рассвело, когда я решила передохнуть, забравшись на дерево. Выспалась я не то, чтобы очень хорошо – попробуйте поспать, прислонившись к веткам и обвязав юбки вокруг ствола, чтобы не упасть. Шея затекла, и спину ломило. Я протерла глаза кулаками, потянулась и обнаружила рядом мальчишку лет десяти.

– Привет! – сказал он.

– Привет, – отозвалась я. Маскирующее заклятие работало отлично, так что я не боялась, что мальчик будет задавать вопросы.

– Что ты здесь делаешь? – он заглянул мне в лицо, и я улыбнулась его серебристо-серым глазам и острым волчьим скулам. Здравствуй, племянник! За такую растрепанную косу твой дядя Ярослав бы тебя по голове не погладил!

– Сплю, – ответила я невозмутимо. – А ты что тут делаешь?

– Я… – мальчик смутился, но потом горделиво вздернул голову, – я за птичьими яйцами лез, видишь, сверху гнездо?

Мой живот заурчал. Уже сутки, как я толком не ела, а ночка выдалась бурной, и сейчас организм требовал пополнения сил.

Мальчишка услышал урчание и засмеялся.

– Это же не прилично, фу! – сказал он.

– Неприлично смеяться, когда дама в беде! – сказала я строго.

– А ты в беде?

– Конечно! Я хочу есть, а нечего. Разве это не беда?

Племянник задумался.

– Да, – сказал он, – это беда. А девушкам нужно помогать! Я испеку тебе птичьи яйца.

Он слез чуть ниже и подал мне руку.

– Сударыня, позвольте помочь вам спуститься!

– Спасибо, господин, – серьезно сказала я, поблагодарив его кивком головы.

– Ко мне нужно обращаться «Ваше Сиятельство», – заносчиво сказал он.

Я спустилась вниз, расправила юбки и спросила:

– А что Ваше Сиятельство делает в лесу?

Мальчик промолчал, и полез обратно на дерево. Пока он занимался разорением гнезда, я наломала веток и разожгла костер. То ли я сделала круг по ночному лесу и вернулась к замку, то ли я подошла вплотную к усадьбе, где сейчас находилась Добронега с ребенком. Скорее всего, второе. Вряд ли «любящая» свекровь отпустила бы наследника рода далеко.

Племянник вернулся и достал из-за пазухи яйца.

– Кажется, не разбились… У тебя есть муж?

Я вздрогнула.

– Не кажется ли тебе, Ваше Сиятельство, что это несколько грубый вопрос, особенно, если ты видишь девушку в первый раз.

Он полез рукой в ворот рубашки и с наслаждением почесался. У меня даже рот открылся от удивления. Вот это манеры для аристократа! К тому же… это же любимый жест Драниша!

– Вот видишь, – сказал мальчик с удовольствием, – ты не ругаешься. А другие бы начали: что за жест! Что за поведение! Я с самого начала знал, что ты удивительная! Потому что обычные девушки на деревьях не спят!

Вот это да! Неужели в суровой волчьей семейке нашелся кто-то, кому я понравилась?

– Зачем мне ругаться? – усмехнулась я. – Тем более, что я знаю очень достойного… скажем так, мужчину, который тоже любит вот так чесаться.

Глаза мальчика засияли – словно солнце попало в глыбу льда. Мое сердце екнуло – я когда-то видела такие же глаза у Ярослава, и тогда еще подумала, что у нас, может быть, все еще сложится…

– Так ты знаешь Драниша? – с восторгом спросил он.

Я кивнула, вороша горящие ветки.

– Да, это он меня научил, как лазать по деревьям! И когда лучше всего яйца певушки собирать, чтобы было вкусно! Он сказал, что каждый, кто хочет стать настоящий мужчиной, должен попробовать печеные яйца! А еще – помогать девушкам в беде, а еще хорошо владеть мечом, вот, у меня мозоли, гляди какие, а еще…

Кажется, именно Драниш был идеалом для этого мальчика. Я вспомнила свое детство, занятых родителей, дядю Вела, Мирика, по большей части предоставленного самому себе… А что у мальчика? Властный дед, занятый интригами во дворце, отец, погруженный в заботы о домене, бабка, которая лепит из него достойного наследника, запуганная мать, обозленный на весь мир дядя, вышколенные слуги – и добродушный и веселый тролль. Наверное, Драниш проводил с наследником Волков все свободное время, и это было для мальчика как отдушина в жизни. То-то он не может остановиться, щебечет о Дранише не переставая.

– Послушай, Сиятельство, – вклинилась я в разговор. – Тебя как зовут?

– Чаеслав, – нахмурился он. – Ты разве не знала? Я будущий Владетель!

– Ты так и не сказал, будущий Владетель, что ты делаешь в лесу.

Мальчик нахмурился, потом поднял взгляд, и сказал, как в воду нырнул:

– Я сбежал.

– Ого! – я уважительно покачала головой. – Молодец!

Он расцвел.

– У нас там суматоха творится, – поведал он. – Во дворце такое случилось! Такое! Дяди Ярослава жена взорвала полдворца, похитила фамильные драгоценности и сбежала! И теперь ее все ищут!

– Вот как! – фамильные драгоценности, как же! Видно же, что новодел. Интересно, какие еще мне преступления припишут?

– И почему она сбежала? – спросила я. – Если она дяди Ярослава жена?

– Не знаю, – Чаеслав вздохнул, – но… ты никому не скажешь? Она молодец. Говорят, бабка ее голодом морила. Я тоже хотел сбежать, но не получалось. Хочу в армию поступить, как Драниш, стану генералом.

Решение я приняла мгновенно.

– Чаеслав, – я взяла мальчика за руку. – Можно тебе доверить тайну? Ты никому не расскажешь?

Мальчик сделался серьезным, освободил свою руку из моих ладоней, достал свой кинжал с волчьей головой на рукояти и резанул палец:

– Клянусь Родом! Если, конечно, твоя тайна не несет опасности для моих земель и людей!

Я улыбнулась. Из мальчика получится прекрасный Владетель.

– Смотри внимательно.

Маскировочное заклятие стекло с меня, как капли воды.

Чаеслав вскочил на ноги и ойкнул, от изумление выронив кинжал с рук.

– Так ты… Вы…

– Сиятельная Ясноцвета, жена твоего дяди, – подтвердила я, показывая ему свой кинжал – в точь-точь как его. – Только драгоценности я не похищала.

Маленький Волк облизнул губы.

– Ну что, – будничным тоном спросила я, – будешь есть яйца? Они уже готовы. А то я такая голодная, могу все съесть.

Я ловко палкой выкатывала яйца из углей.

– Буду, – мальчик присел рядом на корточки, искоса поглядывая на меня. – Теперь я понимаю, откуда ты знаешь Драниша.

Чаеслав умел очень быстро собираться и скрывать свои эмоции. Молодец.

– Я путешествовала вместе с ним три месяца, – отозвалась я. – Драниш научил меня определять направление пути по звездному небу. Да и… многому научил.

Наследник рода Волков перемазался в саже – явно опыта походной пищи у него не было. Он задумчиво прожевал яйцо и сказал:

– И что вы…

– Давай без лишней формальности, – попросила я, вспомнив, как ненавидел вежливое обращение Мирик.

– И что ты собираешься делать дальше? – мальчик смотрел на меня с восхищением.

– Попросить тебя о помощи, – честно сказала я. – Мне нужна пища и деньги.

– И конь.

– Нет, подставлять я тебя не хочу. К тому же, пусть лучше преследователи гадают, куда я отправилась, а с конем следов будет больше.

– А если начнут искать собаками?

– Ты мне принесешь с кухни перец, и собаки меня не найдут. А если ты еще мне покажешь карту, или хотя бы нарисуешь, что тут где, будет совсем замечательно.

– А куда ты отправишься?

– В свой домен. Буду там ждать возвращения Ярослава. Мой домен на севере, там сейчас война. Я боюсь за своих людей, без Владетеля они беззащитны.

– А ты возьмешь меня в заложники? – с надеждой спросил мальчик, наверное, предвкушающий новое приключение.

– Нет. Прости, Чаеслав, я вижу, что из тебя получится прекрасный настоящий мужчина, но сейчас… Сейчас мне нужна твоя защита здесь. Тебе нужно будет направить возможных преследователей по ложному следу, или еще как-то мне помочь. Ведь я же дама в беде, помнишь!

Глаза Чаеслава загорелись.

– Я никому-никому не скажу, куда ты пошла! – сказал он. – Только Ярославу, ему можно?

– Можно, – скрепя сердце, согласилась я. – И если вдруг ты сможешь подать весточку Дранишу, то это тоже будет здорово.

– Пойдем со мной! – мальчик вскочил на ноги и аж приплясывал от нетерпения. – Только, пожалуйста, ты можешь сделать из себя нищенку? Ты не обиделась? Ух тыыыыыыы!

– Такую? – довольно спросила я. Детский восторг грел меня, словно солнце.

– Да! К моей матери такие часто ходят.

– Вот как, – не удивилась я . Многие богатые дамы любили изображать из себя благотворительниц, то ли от нечего делать, то ли ради возвышения себя в глазах окружающих.

Как оказалось, юный искатель приключений ушел от усадьбы совсем недалеко – красивый бревенчатый двухэтажный дом, окруженный крепким забором, показался уже через несколько минут ходьбы.

– Эту усадьбу отец подарил, – рассказал Чаеслав. – Я, когда родился, много болел в замке, а тут – нет.

«Еще бы, чем дальше от твоей бабки, тем здоровее» – подумала я.

– Мы теперь часто тут бываем, потому что мама болеет, – Волк кивнул стражнику на воротах, и завел меня во двор.

– Чаеслав! – из дома выскочила женщина в очень скромной одежде. Няня? Нет, с удивлением поняла я, это была Добронега, дочь Сиятельного и будущая Владетельница.

Мальчик терпеливо выдержал объятия (мое уважение к нему возросло еще больше), а потом, указывая на меня, что-то сказал матери и скрылся в доме.

Я устало привалилась к караулке у ворот. Сегодня мне предстоял еще долгий путь, нужно было обойти стороной близлежащие деревни, и где-то купить коня. Нужно было как можно быстрее покинуть домен Волка, а там уже остановиться в каком-то городке и дать знать о себе отцу. Уверена, он пришлет мне отряд из личной стражи. Или не пришлет, напомнив судьбу отряда дяди Вела. Тогда придется решать самой, что делать и как добираться до домена.

– Чаеслав сказал, что ты лишилась семьи и сейчас идешь к родственникам? – я вздрогнула от тихого голоса невестки. Пока я размышляла, она подошла совсем близко.

– Госпожа, – поклонилась я, постаравшись не сильно пристально ее разглядывать.

Добронега была какой-то серой. Серые волосы, серое лицо, серое платье, серый голос… Удивительно, как она смогла родить такого яркого и веселого мальчика, как Чаеслав! Мое предположение, что она занимается благотворительностью из-за скуки, было неверным – она делала это от души.

– Ты можешь отдохнуть в нашем доме, – сказала Добронега. – Я знаю, что из-за войны сейчас много семей пострадало…

– Спасибо, госпожа, но это лишнее.

– Хорошо. Чаеслав принесет тебе что-то поесть и немного денег.

– У вас замечательный сын, – сказала я искренне.

– Да, – женщина улыбнулась – тепло и нежно, и улыбка преобразила ее лицо. Когда-то давно она была красавицей, да и сейчас могла бы ею оставаться, если бы больше следила за собой.

– Вот! – запыхавшийся Чаеслав притащил узелок приличных размеров. – Пойдем, я тебя провожу!

– Чаеслав! – тихо сказала Добронега. – Не выходи больше за ворота. Отец же говорил тебе, что сейчас в лесу много разбойников!

– Мам, я немного, просто укажу путь! А разбойников сейчас тут нет, Сиятельная Волк приказала лес прочесать, так что они все разбежались. Ну, мам!

Конечно, Добронега не смогла выдержать умоляющего щенячьего взгляда и кивнула, хоть в ее глазах и стояли страх и беспокойство.

– Госпожа, – сказала я серьезно, – я обладаю даром пророчества, меня даже учить хотели, только отец не разрешил. Я вижу, что ваш сын вырастет и станет великим Владетелем. Не волнуйтесь, все будет хорошо!

– Правда? – недоверчиво спросила Добронега.

– Да, – ответила я твердо, и увидела, как тревога в глазах женщины стала чуть слабее.

Мы с племянником немного прошли по дороге, но молчание он выдержал не долго:

– А это правда?

– Что именно? – осведомилась я. Уж не знаю, чего он наложил мне в узел, но он был довольно тяжелым.

– Что ты обладаешь даром пророчества?

– Нет, конечно. Крюки сильны другой магией, боевой, но никак не пророческой.

– Тогда то, что ты сказала моей маме – неправда?

– Это как раз правда. Ты действительно станешь великим Владетелем, если сохранишь в себе любопытство, сострадание и интерес к жизни.

– Откуда ты знаешь?

– У меня есть друг детства, Чистомир Дуб, младший сын Владетеля Дуба. Он сейчас работает на короля, исполняет его самые важные поручения на международном уровне. Ты очень похож на него характером.

– А Чистомира ругали за его поведение? – спросил мальчик с горячим любопытством.

– Ругали? Не только! Отец еще и порол его регулярно. И ремнем, и лозиной… И крестьяне периодически ловили и давали тумаков, потом, конечно, он научился сдачи давать.

– Порол? – поразился мальчик. – Крестьяне тумаков давали? Но ведь это недопустимо! Он же сын Сиятельного! Как так можно? Мой отец говорит, что нельзя поднимать руку на благородного! И на слугу нельзя, потому что это недостойно.

Я вспомнила Ярослава и наши споры, и как отчаянно в те моменты хотелось ему меня пристукнуть, и хмыкнула.

– С одной стороны, твой отец прав, – сказала я. – Но с другой, все люди разные, и иногда истина доходит только с помощью насильного вбивания ее в одно место. Правда, Владетелю Дубу это не удалось, но вот деревенскому старосте – вполне. Чистомиру хватило одного раза, чтобы понять, что девок портить нельзя.

– Как это – портить? – наивно удивился племянник.

– По разному, – туманно ответила я. Ну вот, мало ему было Драниша, еще и я тут научу плохому!

– Я дальше не пойду, а то мама будет волноваться, – сказал Чаеслав. – Сейчас карту нарисую. Вот…. тут замок, это наша усадьба, здесь деревни, в них лучше не иди, Сиятельную там боятся… Это лес… Тут городок, Волчанка, а тут у нас пашни… пастбища… Еще лес… Вот дорога к столице… Тут граница домена, тут Владетель Рысь, а тут – Кот, Ёж…

Я внимательно смотрела на карту, прочерченную в дорожной пыли хворостинкой, и прикидывала куда податься. Наверное, придется идти вдоль деревень, потом через лес, чтобы выйти к границе домена и попасть к Коту. Владетеля Кота я смутно помнила, а вот его жену знала достаточно хорошо – они дружили с моей матерью еще с пансиона для благородных девиц, которых готовили в фрейлины королеве.

Скорее всего, патрулями перекроют главные дороги, и особенное внимание уделят направлению на столицу. В крайнем случае, можно будет пересидеть какое-то время у Владетеля Бука, моего родного дяди. Это если отец решит хранить гордое молчание, дядя, конечно, меня не выдаст Волкам, но и междоусобице будет не рад.

– Куда ты пойдешь? – полюбопытствовал мальчик.

– В столицу, – сказала я максимально искренним голосом. – Спасибо за помощь, Чаеслав. Когда все наладится, буду ждать тебя в гости.

Племянник улыбнулся, сделал церемонный поклон и даже поцеловал мне руку. Я ответила реверансом по всем правилам этикета. Да, с мальчишки будет толк!