29. Матвей

Ну что ж! Поиски Сони накрылись медным тазом.

Потому что в дилемме: найти Золушку или попытаться заработать очки рейтинга для получения наследства победил второй вариант.

Соню я найду. Никуда она от меня не сбежит. К тому же и Тим остался там, где и сказал папаша. Значит, девушку он искать тоже не станет.

Отец выделил нам с Тимом три идентичных ряда стройматериалов и махнул рукой:

— Барахтайтесь, котята!

Сжульничать бы не получилось: рядом с каждым из нас находился продавец-консультант. Помогать этим соглядатаям запретили под страхом увольнения и наложения вины за утерю материальных ценностей.

Да-да, наш отец умел припугнуть и не всегда действовал честно.

Не думаю, что успехи в его бизнесе основаны на кристальной честности. Но отец — хваткий. Этакая крепкая акула средних размеров, но с очень цепкой пастью, полной острых зубов.

На протяжении всего воскресенья мы с Тимом трудились в поте лица.

им, кстати, выглядел весело. Ему-то привычнее языком трепать. Он и немого разговорить сумеет. Я же пытался включиться в процесс.

Не знаю, много ли успел наторговать Тим, но выглядел он так, словно победа в первом раунде осталась за ним.

Вечером я планировал зарулить к одному приятелю, но едва добрался до дома и присел на кровать, чтобы переодеться, как тут же вырубился.

В понедельник нам пришлось ждать отца в офисе. Папаня должен был объявить результаты. Но до того момента мы считались обычными продавцами-консультантами.

— Натирает, зараза! — выругался Тим, просовывая пальцы под жёсткий воротник рубашки.

Мы до сих пор сидели в рубашках цвета взбесившегося мандарина. Снять эти отвратительные рубашки нам можно было только после объявления результатов. Ещё одна прихоть нашего отца!

Наконец, папаня появился.

— Признаться, я удивлён! — цокнул он языком. — Вы оба старались, как ни странно! Теперь посмотрим на результаты.

Отец щёлкнул пара раз по клавишам, выводя на экран результаты.

— Ну что, съел? — тут же отозвался Тим. — Кто король продаж? Я!

— Сядь, начинающий торгаш! — осадил Тимофея папаня.

— А что? Я наторговал больше. Победа за мной! — не унимался Тим и схватился за пуговицы рубашки. — Па, можно снять этот целлофан, а?

— Уймись! Ты уверен, что одержал победу? — ухмыльнулся отец.

— Количество нулей и циферки перед ними говорят сами за себя.

— О да, они нашёптывали, что Тим — молодец. Но до возврата товаров… — развёл руками отец. — Только что мне сказали, что девушка приехала вернуть часть стройматериалов. И после возврата…

Папа щёлкнул клавишей. Теперь цифры изменились. Тим отставал от меня на жалкую тысячу рублей.

— Другое дело, — сдержанно кивнул я.

Мне не хотелось прыгать от радости, как макака, на потеху папане и Тиму.

— Да нет же, какой возврат? О возврате товара речи не было! — возмутился Тим, забыв даже о неудобной рубашке, хотя до этого постоянно ёрзал, как чесоточный.

— Умей проигрывать! — весело ответил я.

— Молчать! Для начала взглянем, что там за возврат! — оборвал наш спор отец и поднялся.

— За мной, олухи! — скомандовал он.

Нам ничего не оставалось, кроме как пойти вслед за отцом. И... ха-ха, но возврат был!

Девушка, купившая товар, приехала не одна, но со своим мужем. То краснея, то бледнея, она предъявила чек с накладной и попросила принять лишние стройматериалы. Тим недовольно поджал губы.

Мысленно я заржал. Я видел, как Тим вчера нагло втюхивал этой девушке всё, что только можно, употребляя в ход своё обаяние.

Я даже начал бояться, не разложит ли он её в соседнем отделе, на мягком ковролине. Вот теперь методы нечестной борьбы вылезли Тиму боком!

Так что первый раунд остался за мной.

— Один-ноль, Тим!

Мы поднимались обратно в офис. Наш отец весело посвистывал:

— Это только начало, гаврики!

Я улыбался: миллионы приблизились ко мне на один шаг.

— Расслабься, Тим. Может быть, отыграешься? — решил я поддеть Тима. — Папа говорит, это только начало!

Тим резко остановился и сузил свои глаза, с негодованием глядя на отца.

— Хрен вам, ясно? Я не буду участвовать в этом балагане ярмарочных мартышек! — громко заявил Тим.

Потом он всучил мне свой бейдж, сорвал оранжевую рубашку и умчался.

— Спортивная дисквалификация? — предположил я, решив, что обошёлся малой кровью.

— Не умничай, половинчатый! — заявил папаня. — За мной.

Мы прошли через приёмную и сели в кабинете отца.

— Значит так, Матвей. Догонишь этого новоявленного Тарзана, скажешь, чтобы явился завтра утром в генетическую лабораторию. Пусть сдаст свой материал на тест ДНК.

— Передам. Что-то ещё?

— Я скажу, что ещё, когда надо будет!

Отец открыл ящик стола, начав что-то искать, и удивлённо посмотрел на меня:

— Ты ещё здесь?

— Понял! До свидания, папа!

Я поднялся и вышел. В приёмной в самом углу сидела какая-то девица.

Всё её лицо и половину тела скрывал разворот гигантской газеты. Были видны только задорные кудрявые пряди.

Ладно, некогда мне разглядывать всех девушек подряд. Надо найти Соню!

Вот только хрен мне удалось это сделать. Едва я вышел из здания, как позвонил отец и заявил, что после обеда мы поедем на строящийся объект.

Папаня решил сунуть нос в проект и лично проверить, правильно ли ведутся работы.

Освободиться удалось только ближе к вечеру. Я злился: наверняка Тим меня обогнал, сучёныш!

Но всё же бросать поиски, даже не начав их, было бы глупо. Так что я начал объезжать общежития.

Я объехал почти все общежития: ничего. Оставалось всего одно.

Либо пан, либо пропал.

Немыслимо! Но оказалось и то, и другое.

Бля, Золушка попалась реально неуловимая, как ветер сквозь пальцы!