7. Тимофей

Матвей считался сыном Михаила Самсонова от второго брака. Михаил и Анна.

Отец во втором сыне души не чаял.

Но однажды Матвей попал в аварию вместе с мамой. Матвею нужно было сделать переливание крови.

Разумеется, папаша, любящий сына, предложил свою кровь. Но элементарная проверка группы крови показала, что Матвей никак не мог быть сыном Михаила и Анны.

У Анны была первая группа крови, у отца — тоже первая группа крови.

При таком раскладе у Матвея должна была быть только первая группа крови, и никак иначе.

А у Матвеюшки оказалась третья группа крови.

По словам отца, Анна втирала ему про то, что группа крови может изменяться! Тогда папаша, разозлившись и не желая слушать наглое враньё, заказал анализ ДНК.

Разумеется, результаты ДНК показали, что Матвей — не его сын.

Матвея прооперировали и поставили на ноги, но сразу же после этого мой отец развёлся с Анной, выставив её прочь вместе с сыном.

Анна умерла  в раннем возрасте от рака шейки матки. Она слишком поздно кинулась лечить тяжёлое заболевание. У Анны не хватало средств, чтобы позволить себе дорогостоящее лечение.

Перед смертью хитрющая баба сделала ход конём. Она попросила Михаила приехать к ней.

Анна уже была при смерти, находясь в больнице. Она раскаялась в своей измене, стоя одной ногой едва ли не в могиле и попросила позаботиться о Матвее.

Наверное, в тот день была сильная магнитная буря. Птому что папаша внезапно подобрел и пообещал пристроить Матвея. Мой отец пообещал не бросать Матвея на произвол судьбы.

Вот так Матвей Самсонов  несколько лет назад вновь появился в нашей жизни.

Только теперь Матвей из кожи лез, чтобы показать — он достоин внимания и доверия.

К тому же он называл папашу «папой». По старой памяти. Хотя не имел, конечно, на это никакого права. Родственниками они не были.

— Ты меня, вообще, слушаешь? — возмутился отец.

Я, разумеется, слышал всё, но не слушал.

Я собирал дротики и считал прямые попадания в цель. Это приятнее, чем слушать заунывное «бу-бу-бу» папаши.

— Слушаю. Просто перебои со связью. Ты квакаешь! — соврал я.

— Квакаю? — переспросил папаня. — Я тебе сейчас таких пиздюлей по телефону наквакаю! Ты какого хрена угробил чужую тачку?

Я сразу понял, о чём говорит отец. Но предпочёл сделать вид, что не понял.

— Какую тачку?

— Какую? Такую! Красный порше Натальи Кутуковой! Фамилия тебе ничего не говорит? — разъярился отец не на шутку.

Я фыркнул. Ну да, я испохабил красный порше Наты. Но, на минуточку, я сам подарил ей этот порше!

— Я тебя породил, я тебя и убью! — вполголоса сказал я, надеясь, что папа меня не услышит.

— Я тебя, сынка, сейчас прибью! — пригрозил мне папаша. — В общем так, засранец тридцатилетний…

— Двадцатидевятилетний, — поправил я отца.

— Да пофигу! — рявкнул папа. — Один год погоды не сделает! А у меня в твои годы…

Господь всемогущий, только не это! Но на счастье, мне на выручку пришла новая жена папы, Полина. Видимо, она сидела рядом с папашей.

Полина заворковала нежно и трепетно:

— Мишенька, тебе нельзя так волноваться! У тебя больное сердечко.

— Хорошо, Поля, не буду!

— Тем более, я с Тимофеем уже говорила. Тимофей обещал всё-всё-всё исправить. Правда, Тимофей? — с нажимом произнесла Полина.

Блядский потрох!

Я с мачехой, которая старше меня всего на несколько лет, не так часто общался.

Но сейчас Полина намекает, что разрулит за меня ситуацию, если я соглашусь, что хотел всё исправить.

Да не хочу я ничего исправлять! Сделанное уже не исправить!

Когда я узнал, что моя невеста Ната мне изменяет, я разозлился. Месть не заставила себя долго ждать.

Ната в это время жарила булки в солярии или кто-то жарил её… Не важно!

Я сделал всего один звонок. Через полчаса к стоянке автомобилей подогнали бетономешалку. Выбив окно в дорогом автомобиле, мы установили в него жёлоб.

По этому жёлобу весь салон красного порше залило отменным жидким бетоном!

И, как вишенку на торт, я воткнул в застывающий бетон обручальное кольцо. Я не жадный. Нужна дорогая цацка? Пусть Ната выколупывает его из бетона!

Ната нажаловалась своему папаше, Кутукову Василию. У Василия были тесные деловые связи с моим отцом. Так что новость всё же добралась до моего отца.

Если бы папаша сейчас был не на райских островах, не миновать бы мне слюней, брызгающих в лицо.

— Полина Геннадьевна, мы с вами всё обсудили. Я подумал и едва голову не сломал! — осторожно ответил я. — Боюсь, исправить сделанное невозможно. Порше не восстановить.

— Купишь Наталье Кутуковой новый порше! — рявкнул отец, ехидно добавив. — За свои деньги. Я тебе ни копейки не дам. И это ещё не всё!

Я замер, ожидая, какое дополнительное безумное требование выкатит мой папаня.

— Но это я оставлю на потом. Прилечу, узнаешь! — ровным голосом закончил отец. — Всё, отбой!