Глава 20

Барон Кулаков был вне себя от ярости!

Ну ещё бы! Ведь он хорошенько подготовился к сегодняшнему походу в Проклятые Земли, что уже давно укоренились к северу от ныне заброшенной деревни Валентиновки. Именно в этих Проклятых Землях люди добывают редкий ингредиент — «нитевидные грибы Веритас».

Вот только в последнее время добыча этих грибов почему-то просела. Кто-то говорит, что не удаётся быстро обнаружить монстров-носителей, и из-за этого командам дважды одарённых часто приходится возвращаться ни с чем. Кто-то наоборот утверждает, что эти Земли вдруг стали более опасными, чем раньше — монстров стало больше, так что, столкнувшись с ними, бойцам приходится отступать. Опять же ни с чем.

К слову, сам барон Кулаков относился ко второй группе. Во время двух прошлых походов ему пришлось позорно бежать, столкнувшись с огромной толпой грибов. Но о «позорном» бегстве он, разумеется, не сказал никому — тем, кто интересовался этими походами, барон рассказывал о том, как героически сражались его воины ради будущего Империи.

Однако же сам барон всё прекрасно понимал: бегство есть бегство.

Но сейчас не бывать позору! Ведь сейчас он взял с собой аж семьдесят пять дважды одарённых! Даже группу вольников нанял, чтобы увеличить свой отряд.

Барон Кулаков был готов к встрече с любым противником в этих Проклятых Землях! Потратил кучу денег на подготовку, на вольников, на то, чтобы имперские вояки закрыли глаза на возможный конфликт у границ Земель…

В конце концов, барон даже оставил на этой границе своих бойцов, что тоже несёт расходы, как минимум на топливо для техники.

А что в итоге?

Ни один грёбаный гриб не попался огромной группе дважды одарённых! Барон водил свой отряд по Проклятым Землям на протяжении многих часов!

Но всё тщетно…

Он даже подумал, а не пойти ли и не разрушить Ядро?

Однако же отбросил эту мысль. Поговаривают, чем старше Проклятые Земли, тем сильнее защищено их Ядро. Барон совсем уж дураком не был — он знал, что монстры в этих Землях точно есть! Но где они тогда, раз его отряд с ними не столкнулся? Видимо, все у Ядра.

А сталкиваться сразу со всеми обитателями укоренившихся Проклятых Земель барон не рискнул. И в итоге, когда вольники начали уж очень дерзко напоминать ему, что время найма подходит к концу, а по договору к завершению срока выйти на Большие Земли необходимо всей сборной группой, озлобленный барон скомандовал «возвращаемся».

Он был в ярости, когда вышел из Проклятых Земель.

Но ярость его стала ещё сильнее, когда Кулаков не увидел оставленных на границе ратников.

И он едва не взорвался от ярости, когда обнаружил этих самых ратников спящими в броневиках…

— Майор! Что здесь произошло⁈ — заревел барон Кулаков, встретившись с командиром имперских войск в этом районе.

— А с чего вы решили, что я буду перед вами отчитываться, ваше благородие? — холодно спросил его майор Тимофеев.

— Что? — опешил от такого Кулаков. — В смысле? Мы же… договорились? — Он снова начал заводиться. — Ты ведь получил своё, и…

— Сделал то, что обещал! — рыкнул на него майор. — В конфликт я не встревал. А то, что ваших лентяев спать отправили — так это уже не ко мне вопрос, а к вашим инструкторам. И вообще, ваше благородие, сказали бы спасибо, что мы оттащили эти тела от тумана и аккуратно сложили в машины.

Майор Тимофеев замолчал, но, глядя на опешившее лицо собеседника, не удержался и хмыкнул.

— Кто⁈ — выпалил барон, скрипнув зубами. — Кто это сделал⁈

Майор снова усмехнулся и пожал плечами.

— Спросите у своих спящих красавиц. Кстати… Вы сильно задержались в Проклятых Землях, но вышли с пустыми руками, правда?

Барону не понравился этот вопрос. Более того, ему показалось, будто майор решил над ним поиздеваться!

— Мы собрали достаточно трофеев и убили кучу тварей! — рявкнул он.

— Поздравляю, — кивнул майор. — «Глаза» сдавать будете?

Пусть у грибов-носителей нет глаз, однако же имеются небольшие наросты, которые Империя с радостью принимает за небольшую плату, и по которым считает рейтинг той или иной группы. Не только ведьмы и ведьмаки Корпуса борются за рейтинг, порой и «не служивые» аристократы участвуют в этом негласном соревновании в надежде повысить свой уровень доступа.

— Нет! — рявкнул барон, поняв, что с майором ему больше не о чем говорить.

Кулаков яростно потопал в сторону своих ратников, размышляя о том, что больше не даст этому майору ни рубля.

На самом деле и сам майор Тимофеев решил больше не иметь дел с бароном Кулаковым и его людьми.

Спустя некоторое время барон Кулаков вернулся домой. И даже успел допросить своих «спящих красавиц».

Ярость, что вроде бы начала угасать в его груди, вновь взорвалась подобно вулкану! Барон не сводил глаз с краткого отчёта, что успела собрать для него его СБ.

— Как это возможно⁈ — выпалил он и стукнул ладонями по столу. — Двадцать бойцов в считаные секунды положили мою рать⁈

Он сжал кулаки и, выдохнув, вчитался в список команды, зарезервировавшей Проклятые Земли после него.

— Вольный Отряд Звёзд… — пробормотал он. — Что за идиотское название⁈ Ну, с ними также была пятёрка ратников графского рода Распутиных и какого-то графского рода Резановых… Командир — Александр Егоров…

Барон Кулаков отложил бумагу и непонимающим взглядом уставился в стену.

— Это как вообще? — выпалил он. А затем повернулся к своему помощнику, который всё это время точно молчаливый истукан стоял возле стола. — Если там есть Распутины, то значит именно их человек должен стоять во главе сборного отряда, верно? Или хотя бы… этих… как их… — Он посмотрел на листок и продолжил: — Резановых! Но почему во главе сборного отряда, в котором присутствуют ратники двух графских родов, стоит какой-то вольник?

— Не могу знать, ваше благородие! — с поклоном проговорил помощник. — Служба Безопасности собирает информацию о Вольном Отряде Звёзд и их лидере. Также они ищут актуальную информацию о графских родах Распутиных и Резановых.

Барон скрипнул зубами и сдержанно кивнул.

— Собирайте. Молодцы…

В голове его в тот момент крутились вполне логичные мысли. Раз он, барон, смог собрать отряд в семьдесят пять бойцов, а эти алхимики Распутины и… как их там? А! Резановы, способны выделить лишь по пятёрке дважды одарённых и заключают союз друг с другом, чтобы выжить, стало быть, силы у них нет. Лишь графский титул.

«Можно попробовать наказать обидчиков…» — подумал барон.

Уж очень ему не понравилось то, что какие-то заезжие гости посмели вырубить его ратников и наплевать на его волю.

Но…

«Но всё-таки графы… мало ли что… — с подозрением подумал Кулаков и в очередной раз упёрся взглядом в листок. — И всё-таки кому-то надо отомстить… да и убытки покрыть…»

— Решено! — рявкнул он, стукнув по столу ладонями. — По графским родам работаем, но это вторично. В первую очередь жду всю информацию об этом Егорове и его вольном отряде! Такое оскорбление нельзя оставлять безнаказанным!

* * *

Со своими бойцами я ещё заранее договорился, что если кто-то найдёт какой-то редкий ингредиент или трофей, то по умолчанию получит половину его стоимости. А вторую половину будем делить поровну на всех членов группы. «Сердцевина», что на короткое время образуется в теле сливающихся грибов, более чем подходит под критерий «редкий ингредиент». К тому же, без моего умения ощущать энергию мы бы не смогли выбрать тот момент, когда она уже сформировалась, но ещё не начала отдавать свою силу изменённому телу гриба. В итоге я прикончил тварь именно тогда, когда нужно.

И считаю, что вполне заслужил свои пятьсот двадцать пять тысяч, что получу после продажи ингредиента.

А вот за «нитевидные грибы» все получат поровну. Ну, после вычета доли командира отряда и лучшего бойца, разумеется…

Ох и обрадуется Марина, когда увидит, сколько денег упадёт к нам на счёт.

Правда, с этих денег нам ещё нужно обеспечить хорошие условия для жизни моих людей и их семей. А ещё можно вложить часть в закуп нового товара для «Диких Ягодъ». Плюс надо что-то оставить на случай непредвиденных расходов.

А ведь ещё бойцам броню, оружие и патроны нужно приобретать… Да, бывшие спецназовцы пришли ко мне сразу с поля боя — то есть, во всеоружии. Но дополнительные комплекты лишними не будут. Не говоря уж о том, что у меня стараниями Марины и Васи почти набрались новые рекруты. К слову, Кабан и Хлеб тоже заняты поисками будущих ратников и вскоре представят первые результаты своих работ.

Эх… Нельзя забывать и о том, что у меня ещё и лесозаготавливающее предприятие есть, на которое я до сих пор так и не съездил. То на меня кто-нибудь нападает, то мы устраиваем битву прямо в столице с подкреплением Эпштейнов, а затем я под шумок несусь на байке с Котом спасать наследника рода Распутиных.

То вот… за грибами для деда приходится в глушь на вертолёте летать.

А ведь ещё со «змеями» и «скорпионами» уйму вопросов нужно решить, и…

— Получилось! — Радостный крик старшего из рода Распутиных отвлёк меня от пространных мыслей. — Сына, смотри! Соединяется!!!

Владимир Александрович, улыбаясь до ушей, повернулся к своему наследнику. К слову, Велеслав Владимирович выглядел очень похоже — на его лице застыла идиотская улыбка. Посмотрев друг на друга, отец и сын алхимики синхронно повернулись и прильнули лицами к небольшому окошку в корпусе «Призмы».

Я хоть и размышлял о своих финансово-организационных проблемах, тоже всё это время не сводил глаз с новейшего Биоалхимического синтезатора, параллельно с этим отслеживая его энергетический фон. Разумеется, я видел, как Распутины установили внутрь «Призмы» три колбы, как они закрутились внутри этого сложнейшего прибора, как жидкости начали стекать в пустую тару и объединяться…

Пока эти два безумных учёных своими головами не загородили окошко, мне издали всё было отлично видно!

— Подвиньтесь хоть, — проворчал я, чуть оттолкнув Распутина-старшего.

— О, прости, Александр, — быстро проговорил дед, подпустив меня ближе к окошку.

— Получилось… — как заворожённый смотрел на процесс объединения взаимоисключающих ингредиентов Велеслав Распутин.

Затем он резко повернулся ко мне и выпалил:

— Значит, сейчас ты поможешь мне с Велесовыми Детьми?

— Нет, — мотнул я головой, глядя на то, как остатки жидкостей стекают в общую тару.

— Что? — выпалил мой дядька. — Но ты же обе…

— Сперва запустим исцеление дедули Резанова. А потом уже займёмся твоим диким зоопарком.

Велеслав несколько секунд буравил меня напряжённым взглядом, но затем сдался и просто кивнул.

Между тем процесс синтеза был завершён. Дед Распутин дождался, пока «Призма» отщёлкнет блокираторы, и сразу же нажал на кнопку открытия дверцы.

А затем дрожащими руками вытащил из зева этого чуда-техники чашу с зельем.

— Не пролей, — быстро произнёс его сын и попытался забрать чашу.

— Без сопливых разберёмся! — фыркнул глава рода и поставил её на стол. — Вот… — с придыханием проговорил он. — Мы смогли это сделать… Принимай работу!

Он хмыкнул и плавным движением указал на стол.

Внимательно исследуя энергетический фон вновь созданного зелья, я подошёл к столу и уставился в кристально чистую воду.

— Эссенция хранения, — проговорил из-за моего плеча Велеслав Распутин. — Ты угадал с названием, отец. Она выглядит как чистый лист, что может впитать в себя что угодно.

— Не только выглядит, — проворчал старший граф. — Но таковой и является. Учитывая, какую дрянь впитала эссенция, что нам передал для исследования Александр… — Он замолчал и фыркнул. — Потенциал хранения у зелья огромный!

Я покивал, принимая его слова. Сам предполагал нечто подобное. Ведь ещё до того, как мне в руки попался «Отвар Душекрада», я видел ритуалы местных демонопоклонников. Например, когда мы спасали Алину Мурашову…

Так вот, местные демонопоклонники действовали ровно так же, как и те, что пытались уничтожить мой мир. Их ритуалы и последствия этого были мне знакомы. Но в моём мире не было никаких зелий, способных заменить кровавый ритуал. А здесь они вдруг появились…

И это показалось мне крайне странным. Как алхимическая смесь может заменить сложный кровавый ритуал? При всём моём уважении к алхимии это кажется невозможным!

Однако же «Отвар Душекрада» в моих руках говорил, что нет — всё возможно…

Но я всё равно до последнего в это не верил!

И оказался прав!

Алхимия не может заменить кровавый ритуал. Но она может впитать в себя последствия ритуала. Или любого другого магического воздействия.

Иными словами, эссенция хранения — это зелье, которое может впитывать в себя заклинания. Даже те, что нацелены на конкретное тело — вроде кровавого ритуала. Полагаю, что, когда создают «Отвар Душекрада», эссенцию хранения ставят в кровавый круг вместо основной жертвы. В итоге эссенция запечатывает в себе последствия ритуала, а попав в тело человека — распечатывает, и человек становится жертвой.

Правда, эффект чуть ослабляется, если верить наблюдениям. Но это, скорее всего, за счёт пилюль, которые можно насыпать сразу в «Отвар Душекрада». Иначе бы жертвы умирали практически мгновенно, едва выпив зелье.

— Да, даже представить страшно, где Александр взял этот образец. — Распутины продолжали обсуждать эссенцию, но я слушал их вполуха.

Потянувшись к своему Второму Дару и найдя в нём Печать Близнеца, я активировал сложнейшее заклинание и провёл его по каналам до пальцев правой руки.

— Аркх… — тихо прорычал я, морщась от боли и напряжения. Я только что использовал заклинание неестественным для него образом и едва смог удержать его. Оно чуть не активировалось заранее!

— Александр, что с то…? — начал было Велеслав, но осёкся на полуслове, когда я окунул ладонь в эссенцию и с кончиков пальцев высвободил сложнейшее заклинание.

Одно из самых важных моих заклинаний.

Прозрачная водная гладь пошла рябью и начала менять цвет. В какой-то момент она заискрилась так, будто бы в чашке с водой оказались тысячи миниатюрных звёздочек.

Я тяжело задышал, но почти сразу смог справиться с этим и взять эмоции под контроль. Не привык я показывать слабости на людях. А вот брать всё в свои руки — очень даже по мне.

— Это, — указал я на чашу, — демонстрация моего вам доверия.

Я обвёл Распутиных предельно серьёзным взглядом. Оба графа тоже посерьёзнели. Велеслав первым кивнул, принимая мои слова.

Конечно, я мог бы активировать заклинание на эссенции хранения тайно. Но после этого на ноги встал бы неизлечимо больной, и…

Всем причастным было и так всё ясно. Кроме деталей… а так пусть знают, что тайное умение есть лично у меня. Это не какой-то там артефакт Резановых или что-то в этом роде.

В глазах Распутиных я решил замкнуть исцеление неизлечимо больного только на себе и на эссенции. В худшем случае, они сдадут врагам меня, что напрямую отгородит Резановых.

Однако же в худший случай я не верю. Я в самом деле считаю, что больше Распутины против меня и Резановых не пойдут, и просто подкидываю им пищу для размышлений — чем ещё сотрудничество со мной может быть им полезно.

— Полагаю, теперь «это», — кивнул глава рода Распутиных на чашу, — нужно доставить в больницу Резановых?

— Верно, — улыбнулся я.

— Сына, — повернулся он к наследнику. — Лети с Александром на вертолёте. Так будет быстрее. И охрану возьми посолиднее. А я пока отдохну… — потянулся дед и зевнул. — Забегался что-то в последнее время.

* * *

К вопросу доверия мы вернулись спустя час, когда летели над лесами на границе Ярославской и Московской губерний. У Велеслава вдруг зазвонил телефон, извинившись, он приложил трубку к уху и ответил:

— Слушаю.

В вертолёте была неплохая звукоизоляция, но даже с ней графу пришлось чуть повысить голос.

У меня самого вдруг запищал телефон. Взглянув на экран и прочитав сообщение, я поморщился:

«Привет. У твоего лесозаготавливающего предприятия проблемы. Сейчас скину видео».

Писал, разумеется, Коптер. Я хоть до сих пор не доехал до самого предприятия, попросил его подсоединиться к их системам наблюдения. Ну а сам я по телефону поговорил с начальником участка — тем, кто руководил предприятием непосредственно на месте. Более того, Марина даже успела провести онлайн-совещание с ним и ещё парочкой важных шишек компании.

О, вспомни солнце, вот и лучик — телефон запел, и по одним лишь первым нотам я понял, что звонит моя управляющая. Да что ж такое-то, а? Я даже видео от барона Прозорова загрузить не успел.

— Александр! — зачастила девушка, едва я принял вызов. — Мне сейчас звонила Маргарита Павловна — это главный бухгалтер на нашем лесозаготавливающем предприятии. Она говорит, что сегодня на участок прибыли какие-то вооружённые люди и требуют деньги! Охрана сразу не стала с ними конфликтовать, потому что…

Телефон захрипел — помехи из-за высоты не давали поговорить спокойно.

Но и так понятно, что хотела сказать Марина. Охрана там немногочисленная и явно испугалась вымогателей.

— Алло! — произнёс я в трубку.

Блин… связь совсем прервалась.

О, а чего так дядька на меня смотрит виновато? Кто ему там звонил?

— Только не говори, что тебе начальник участка из моей компании только что докладывал? — усмехнулся я.

— Да, — выдохнул он обречённо. — Связь прервалась, прежде чем я успел его хорошенько отругать и напомнить, на кого он теперь работает.

— Запахло жареным, и побежал он к прошлым хозяевам, — задумчиво произнёс я.

Эх… а ведь этот мужик по телефону мне едва ли не в вечной верности клялся.

— Что за вымогатели? — быстро спросил я.

Дядька поморщился и ответил:

— Прости. Я думал, мы всем там дали понять, что не стоит подходить к нашему лесу. Но, видимо, осмелели, гады, за время.

— Или узнали, что вы участок вместе с компанией мне передали…

Граф Распутин поморщился ещё сильнее и покачал головой.

— Прости ещё раз. Не очень красиво вышло. Сейчас рать подниму и разберёмся.

Он поднял телефон, чтобы кому-то звонить, но я поспешил его остановить:

— Нет уж. Теперь это мои заботы.

Я попытался дозвониться до Марины, но связь стала ещё хуже. Поэтому я написал сообщение:

«Пусть Бородин узнает подробности, а Секачёв разберётся. Разрешаю использовать все необходимые силы».

О, а сообщение ушло без проблем!

И даже ответ пришёл:

«Поняла! Работаю!»

Я улыбнулся: ничуть не сомневаюсь в Марине и своих ребятах. С такими проблемами они должны в дальнейшем вообще справляться без меня.

Я расслабленно растянулся на удобном кресле и смерил взглядом своего унылого дядьку. Хотел уж было его подбодрить…

Как вдруг поисковое заклинание, которое я по привычке поддерживал даже во время полёта, сообщило мне о сильнейших колебаниях ветра слева от нас.

Я повернул голову и через иллюминатор успел увидеть летящую нам в бочину ракету.

А через секунду раздался оглушительный грохот.