Глава шестая

Дав

Когда мои глаза открываются, я понимаю, что, должно быть, потеряла сознание. Последнее, что я помню, это то, как они нависали надо мной и говорили, что теперь их очередь. Наверное, я была так измотана всеми этими оргазмами и усталостью, что не могла не спать.

Я стараюсь двигаться, но я зажата между двумя очень большими мужчинами. Свет из прихожей заливает комнату, позволяя мне увидеть, что это на самом деле реально. Я столько раз мечтала об этом, но никогда так не просыпалась.

Я лежу там мгновение, пытаясь позволить моему разуму наверстать упущенное, но я не думаю, что, если бы у меня было все время в этом мире, я смогла бы понять, что случилось. Я никогда не чувствовала себя такой почитаемой, и эти двое мужчин относились ко мне так, как будто я их королева, а они не могли насытиться.

Мои бедра болят от того, что они так широко раскрыты, чтобы освободить место для каждого из них. Они пировали на мне, и их жажда казалась неутолимой. Это было слишком много, но я не могла перестать умолять о большем.

Я удивлена, что это не зашло дальше.

Во что я ввязалась? Я пытаюсь вспомнить, что они мне говорили, и клянусь, в какой-то момент они назвали меня своей. Удовольствие было слишком большим, и я не могла думать ни о чем, кроме того, что они делали с моим телом.

Я даже думаю, может быть, в какой-то момент они укусили меня, но разве не так поступают вампиры? Я не задавала никаких вопросов, а для того, кто много преследовал, у меня маловато информации. И у меня не очень хорошо получается узнать больше, когда у меня появляется возможность.

В кино секс и укусы идут рука об руку для вампиров, но у нас не было секса прошлой ночью. Я помню, как они говорили мне, что их очередь, и я была так переполнена удовольствием, что не могла сформировать слова. Это был момент, когда все потемнело.

Я оглядываюсь на них обоих и вижу, как потрясающе они выглядят. Я облизываю губы, думая обо всём, что эти рты сделали со мной, и о том, как они разделили моё удовольствие. Они не просили меня выбирать, и когда наступил момент, и я почувствовала их обоих в постели со мной, я знала, что мне и не придется. Это казалось правильным быть между ними.

Так медленно я с неохотой вытаскиваю себя из кровати, чтобы воспользоваться туалетом. Я нахожу свою одежду на полу и беру её с собой. Я не привыкла бродить без одежды, и как только я попадаю в ванную, я оглядываюсь на Эрика и Эзру. Они оба только частично покрыты одеялами до талии. Хотелось бы, чтобы у меня было больше времени прикоснуться к ним и попробовать каждый их дюйм, как они сделали это со мной.

Я закрываю дверь, а потом забочусь о своих потребностях в ванной. Пока я мою руки, я смотрю вниз на свои бедра и вижу маленькие отметины, которые они оставили. Как я и подозревала, они укусили меня. Я почувствовала, что это случилось, когда ударил первый оргазм, но все это было удовольствием. Они выглядят как шрамы, которые были там всю мою жизнь.

Когда я смотрю в зеркало и вижу на свои глаза в отражении, я не могу не думать о том, что произошло бы, если бы я не отключилась. Что ещё я позволила бы им сделать со мной?

Я натягиваю штаны, а потом натягиваю худи. И что теперь? Что сегодня произойдет? Я знаю их секреты и у меня такое чувство, что Бишоп устанавливает здесь все правила. Никто из них даже не знает меня, зачем им защищать меня? На самом деле, они должны были вызвать копов, потому что я перелезла через их стену и вторглась в их дом.

Вампиры могут контролировать твой разум? Могут ли они заставить меня всё забыть? Может быть, их план всё это время заключался в том, чтобы провести со мной день, а потом попрощаться. Будет ли лучше, если я не буду знать, что я потеряла? Я не уверена, что на это есть ответ.

Опять в моём разуме начинают закручиваться вопросы. Я протираю ладони над глазами, чтобы снять напряжение. Я должна привыкнуть к тому, что мой разум не выключается, но это все слишком. Вдруг я вспоминаю книгу газетных вырезок в моей машине и то, что сказал таинственный человек. Больше всего на свете я хочу доказать, что он ошибается.

Мне нужно больше информации, прежде чем я смогу позволить чему-либо случиться. Может быть, я смогу контролировать это и получу ответы. Тогда, когда я узнаю правду, я смогу вернуться к ним. Есть много вещей, которые мне ещё нужно узнать. Тайна всего сводит меня с ума, но, возможно, я обезумела.

Я подхожу к окну в ванной, оттягиваю толстую штору, чтобы увидеть, что там ярко и солнечно. Я могла бы улизнуть и пойти за книгой, а потом принести её обратно и прочитать. Я могла бы показать близнецам и выложить все на стол. Факты, что я видела, могут быть неправильными, но, что более важно, я не могу поверить, что они когда-нибудь причинят кому-нибудь вред. Если я помню одну вещь из всего, что случилось прошлой ночью, они сказали, что я их пара. Что это значит — я не уверена, но мне показалось, что это правильно, когда они это сказали. Даже когда меня пугало то, что я могу разлучить их.

Выскальзывая из ванной, я замираю, когда Эзра переворачивается и протягивает руку. Его рука на мгновение шевелится, пока он не схватил подушку и не потянул её к себе. Клянусь, он искал меня, и мое сердце трепещет от этой мысли. Я тихо открываю дверь спальни и спускаюсь по лестнице. Когда я выхожу из дома, я решаю спуститься вниз по подъездной дорожке вместо леса, но останавливаюсь, когда попадаю к воротам.

— Ну и черт. — Я не очень хорошо лазала по стене и не думаю, что я тоже буду хорошо лазать по этой штуке.

К моему удивлению, они распахиваются, и я стою там в шоке, думая, что, возможно, на них есть детектор движения. Я делаю шаг вперёд, и прямо передо мной останавливается обычный чёрный внедорожник. Двое мужчин в костюмах выходят, и я замираю.

— Дав Уилер, нам нужно, чтобы ты поехала с нами. — Один из них быстро сверкает значком, а другой хватает меня за локоть, заставляя двигаться в сторону внедорожника.

— Подождите, вы не можете просто забрать меня. — Я пытаюсь сопротивляться, но в этом нет никакого смысла. Они толкают меня в открытую заднюю дверь, и, хотя я пытаюсь бороться, они сильнее меня.

— Похоже, мы только что это сделали, — говорит один из них перед тем, как захлопнуть дверь и сесть спереди.

Они отделяются от дома Эрика и Эзры, и с каждой милей от них во мне растет боль. Я пытаюсь задавать мужчинам вопросы, но они не говорят ни слова. Кажется, что это продолжается вечность, но в конце концов мы подъезжаем к красивому каменному дому. Он тоже закрыт железными воротами, но на этой стороне я четко вижу охранников, следящих за тем, чтобы никто не вошёл и не вышел без разрешения.

— Это не похоже на полицейский участок, — бормочу я, хотя знаю, что они оба меня игнорируют. Что это за место? Похоже на старый замок, который был здесь сотни лет.

Когда открывается задняя дверь, я не борюсь с ними. Я выхожу и следую за ними ко входу, и открываются две большие двери. Может, это полицейский участок для вампиров? Разве этот человек, Вален, не говорил, что он был полицейским, когда рылся во всех моих вещах в ту ночь, когда он застукал меня следящей за домом?

Один из мужчин схватил меня за руку и протащил остаток пути внутрь. Его ладонь сильно напрягается, и я издаю маленький крик, но я не думаю, что ему есть до этого дело. Я не борюсь с ними, так что я не понимаю, почему он должен быть жесток.

Он практически тащит меня вниз по длинному мраморному коридору, прежде чем остановиться перед очередным набором двойных дверей, постучав в них. Когда они открываются, человек из библиотеки сидит за темным деревянным столом. Он выглядит разочарованным, и я не думаю, что даже мой дедушка когда-нибудь так на меня смотрел.

— Сядь.

Он указывает на один из стульев перед его столом, и я делаю то, что мне говорят. Невозможно уйти отсюда, пока мне не разрешат, и я не собираюсь сражаться в битве, в которой не выиграю. Я сэкономлю свою энергию для чего-нибудь другого. Остальные двое поворачиваются и уходят, и я благодарна, что они не закрывают за собой двери. Я уверена, что, если бы я кричала, никому не было бы до этого дела, но открытые двери заставляют меня чувствовать себя немного спокойнее.

— Я говорил тебе, кто они, но ты не слушала. — Он качает головой, заставляя меня чувствовать себя ребенком.

— Ты дал мне книгу, полную информации. Ты знал, что я занимаюсь этим, и что, по-твоему, я собиралась делать? Ты не спугнул меня, ты толкнул меня к ним, — ответила я ему.

Он откидывается на спинку кресла, и я осматриваю комнату, замечая, что все окна закрыты темными занавесками, как в доме Эрика и Эзры. Я тоже заметила их у Кейна и Раваны, когда следила за всеми ними. Поначалу они вышибли из меня всю дурь, потому что их трудно было выследить. Потом я наконец-то поняла, почему шторы были у них, и все это обрело смысл.

— Наверное, я думал, что ты умнее. — Я не реагирую на его подколы. — Может быть, взросление в доме с мертвыми заставило тебя захотеть найти бессмертие. Это то, чего ты хочешь, Дав, жить вечно? — Он говорит, как будто это предложение, которое он может сделать. — Не быть раздавленной так легко на ладони одного человека?

Правда в том, что меня могут раздавить двое мужчин. Стать вампиром никогда не приходило мне в голову. Джульетта не вампир, а она с Кейном. Идея быть мертвой пугает меня, но, если это значит быть с ними, как пара я сделаю что угодно.

— Звучит одиноко, если тебе не с кем разделить вечность, — признаюсь, рассеянно, потерявшись в мыслях. Я вижу, как он вздрагивает и понимаю, что задела его.

— Ты можешь найти себе пару. Я могу дать тебе это, если ты дашь мне что-нибудь взамен. — Он наклоняется вперед, кладет локти на стол.

Я решила сохранить информацию, которую мне уже сказали близнецы… что я их… для себя. Я ему не верю и не доверяю.

— Как бы ты нашел мне пару? — Это слово продолжает звучать, и мой разум всегда сосредоточен на нем больше всего. — Ты можешь просто выбрать кого-нибудь, или это похоже на брак? Неужели определённым людям суждено быть вместе?

— Мы бы добрались до этих вещей, как только ты изменишься. Тогда легче объяснить нашу жизнь. — Он отмахивается от моих вопросов.

— Ты знаешь меня. — Я заставляю себя улыбнуться. — Мне нравится знать все, что я могу.

— Но ты также прыгаешь перед тем, как посмотреть. Как ещё ты оказалась в доме Марцеллов? Я знаю, что ты не могла так быстро прочитать книгу или… — Он следит за мной, когда его глаза застывают позади меня. Я поворачиваюсь, чтобы увидеть там красивую девушку моего возраста. У неё короткие рыжие волосы, которые доходят до плеч, и даже оттуда, где я сижу, я вижу, что её глаза фиолетовые. Они такие яркие и необычные, но каким-то образом цвет ей подходит. Я никогда не видела таких глаз, как у нее.

— Прости, папа, я не знала, что у тебя тут кто-то есть. Дверь была открыта. — Она смотрит на меня, а потом я чувствую, как она изучает меня ближе, когда её глаза сужаются.

— Все в порядке, Лорен, — говорит он ей. — Скоро я закончу.

— Я просто даю тебе знать, что вернулась домой до наступления темноты. Как всегда, — Я ловлю раздражение в завершении её слов, но она не ждет его ответа. Она смотрит на меня в последний раз перед тем, как уйти.

— Я не могу им навредить, если ты этого хочешь, — говорю я, когда поворачиваюсь к нему лицом к лицу. — Я знаю, к чему это приведет.

Я говорю ему, что перед тем, как он попытается накормить меня ещё какой-нибудь хернёй. Я даже не хочу играть с ними в игрушки, потому что от этого у меня болит в груди. Его лицо злится, и я понимаю, что он, наверное, не привык слышать слово "нет". Может, мне стоило подыграть ему и убраться отсюда, позволив думать, что я на его стороне.

Его глаза блуждают по мне, а потом он втягивает слышимое дыхание.

— Они питались от тебя. — Он так быстро встает, что его стул откидывается назад, и мое лицо вспыхивает. Как будто он сказал, что я занималась с ними сексом.

— Они вампиры, — говорю я расплывчато, не понимаю, зачем я вообще пытаюсь защищаться. — Это нормально. — Я говорю слова, но они — полная догадка, и я сразу же жалею об этом.

Он смеется в презрительном тоне.

— Но разве ты не видишь, Дав, они тебя не кормили. Они не планируют спариваться с тобой. Ты просто очередная в списке, который я тебе показывал. Поверь мне, когда вампир находит свою пару, он никогда её не отпускает.

Он забирается к себе в стол, достает ту же самую книгу и бросает её передо мной. Должно быть, он взял её из моей машины.

— Они держали их несколько дней и играли с ними, прежде чем избавиться. — Он наклоняется вперед. — Они заставили тех женщин влюбиться в них, а потом сказали им, что они их пара, прежде чем… — Он позволяет словам повиснуть в воздухе.

Мое сердце протестует против того, что он говорит. Это не может быть правдой, но я не пила из них. Я не чувствовал ничего другого, только более тесную связь с ними, чем раньше, но разве не это и есть близость? Может быть, я не совсем их пара, и они вольно использовали этот термин.

Но я знаю одно, они не могли делать то, что он говорит. Я не тянусь за книгой, потому что не верю в это. Мой мозг говорит мне, что я наивна, но мое сердце знает лучше. Чем больше я думаю о книге, тем больше понимаю, что она похожа на трофей, который серийный убийца оставил бы себе.

— Они обманули тебя, Дав. Они получили то, что хотели, но каким-то образом ты ускользнула, не позволив им закончить то, что они начали. — Он обходит стол, и моя кровь замерзает от того, что я так близко к нему. Он не причинил мне вреда и продолжает говорить, что пытается защитить меня. — Ты видела мою дочь. — Он кивает туда, где она была несколько минут назад. — Бишоп убил её мать.

Я задыхаюсь, понимая теперь, почему этот человек так отчаянно за ними охотится. Дело не только в пропавших людях, но и в чем-то более глубоком. Есть ещё кусочки, которые я не могу собрать воедино.

— Даже если бы Эрик и Эзра хотели оставить тебя своим пухленьким маленьким питомцем, Бишоп никогда бы не позволил этого надолго. Он бы позволил им ненадолго, но достаточно скоро тебе придется уйти, как и всем остальным. — Его тёмный взгляд цепляется за мой. — Кроме того, если Эрик и Эзра захотят тебя, ты будешь у них столько, сколько они смогут. Если ты объединишься со мной, мы сможем уничтожить их, прежде чем они в конце концов убьют тебя.

— А как же моя подруга Джульетта? — Я спрашиваю не потому, что хочу помочь ему, а потому, что если то, что он говорит о Бишопе, правда? Почему Джульетта была ограждена от вреда? Я ничего не знаю об этом человеке.

— Пары — исключение из его правил. Преданность паре превыше всего. Пока Кейн держит её в узде, она будет в порядке. — Я должна бороться с закатыванием глаз. Держать Джульетту в узде? Очевидно, он не видел их вместе. Я глотаю ком в горле. Я просто хочу домой. Боль внутри меня заставляет меня чувствовать себя пустой. Я не хочу иметь ничего общего с этим человеком и его планом. С таким сердцем, как сейчас, я не хочу ни с кем иметь дело. Сначала я хотела проникнуть в эту тайну, а теперь не могу найти выход.

— Ты прочтешь эту книгу. — Он указывает на нее. — Или ты не выйдешь из этой комнаты.

Он уходит, не оглядываясь, и затем захлопывает за собой двери кабинета. Я подбегаю к ним и тяну за ручки, но они не сдвинутся с места. Я возвращаюсь к столу, но на нем нет телефона. Когда я включаю компьютер, на экране ничего не появляется, так что я сдаюсь и опускаюсь в кресло. Я смотрю на книгу, и как бы мне не хотелось её читать, это мой единственный выход.

Со всеми этими жуткими вещами, происходящими в моей жизни, в этой книге есть что-то, что кажется неправильным. Я вышла за ней, что втянуло меня в мою текущую неразбериху, но здесь я сижу, не желая прикасаться к ней. В моей голове нет сомнений, что в этой книге нет ничего, кроме страниц мертвых девушек, и ничего хорошего из прочтения не выйдет.

Я откидываюсь на стул и осматриваю комнату, думая о выходе. Может быть, я смогу попытаться узнать что-нибудь о человеке, который меня похитил. Честно говоря, я даже не знаю, человек он или вампир, и что он хочет, чтобы я узнала.

Речь идет о гораздо большем, чем я могу понять, но я собираюсь выяснить это. Его кабинет — худшее место, где меня могут оставить в одиночестве.