ГЛАВА 2

Уже вторую неделю Тимофей жил в Н-ске. Сутками пропадал на работе: либо в офисе, либо на производстве. Разбирался с делами, подгонял, наводил страх и ужас, короче, приучал к нормальной работе. Отец был прав в своих предположениях. Филиал замер в развитии, коллектив расслабился вместе со старым руководством. Работа вроде бы и делалась, но как-то неторопливо, с ленцой, мол, никуда не денется.

А вот хрен! Конкуренты не дремали. Заказы стали уходить на сторону, производству уже не хватало загрузки. Снизились выпуски продукции, следом — зарплаты, филиал потихоньку уходил в минус.

— Да, вовремя отец обратил внимание на этот угол, — признался Тимофей своему помощнику и начбезу Сергею Воронову. — Увольнением только Уланова и Зориной явно не обойдёмся. Надо поискать замену главбуху среди своих, как думаешь?

— Да, среди кого там искать? — Сергей скептически поджал губы — Три пигалицы до тридцати лет. Все не замужем, а одна даже с ребёнком. Кто из них потянет целый филиал?

— Но ты всё-таки собери мне о них информацию. Мало ли, — и Тимофей потянулся к внутреннему телефону. — Зоя Павловна, мне личные дела бухгалтерского отдела передайте, пожалуйста. И подскажите, нет ли там кандидатов на должность Зориной?

— Хорошо, — недовольно откликнулась кадровичка и шмякнула трубку так, что и Тимофей услышал.

— Вот характер, — рассмеялся Сергей. — Может, и её заодно поменяем?

— Ну, нет, — улыбнулся в ответ Тимофей. — Эта мымра всем мымрам — мымра! Она свою работу туго знает. Пусть трудится на благо фирмы. Да и отец расстроится, если её уволить. Они с ней одноклассники.

— Ого! — уважительно присвистнул Сергей.

— Да, не ляп-тяп, — усмехнулся босс. — Ладно, на сегодня у меня всё. Поедем с Анжелой знакомиться с матерью.

— Твоей? Не рано?

— Я же без всяких далёких планов. Просто временная женщина для отдыха. Мать у меня умная, поймёт, — отмахнулся Тимофей. — Но отказать Анжелке не могу. Мы собирались загород, а тут мать позвонила и в приказном порядке потребовала приехать. Ну, куда теперь девушку девать? Возьму с собой.

— Так ты ещё, как приехал у матери не был?

— Не был, некогда. Зато сейчас познакомлюсь заодно с её мужчиной. Они ровесники, ему тоже пятьдесят пять. Мать долго жила одна и вот на старости лет — решилась, — покачал головой Тимофей. — Даже не знаю, как реагировать. Но, знаешь, отец, когда узнал, что она сошлась с кем-то, даже обрадовался и выдохнул с облегчением. Признался мне, что личная неустроенность матери занозой сидела у него в сердце. Чувствовал свою вину, но изменить-то уже ничего невозможно. Вторая семья у него уже большая: трое детей. Да и Стелла не собирается его никуда отпускать. Тем более, что к шестидесяти годам отец успокоился и перестал провожать глазами встречные юбки.

Тимофей умолк и отвернулся. Взаимоотношения с отцом и его семьёй — больная тема. Сергей, видя, что друг задумался, тихо вышел из кабинета. Он знал их всех близко, за друга и его мать ему тоже было обидно.

С мачехой у Тимофея отношения не сложились. Честно говоря, оба и не старались. Но все понимали, что скорее всего, Тимофей, как старший сын, наследует дело отца. Младшие дети Георгия Раскатова были ещё малы. Поэтому мачеха старалась не задевать Тимофея и относилась к нему холодно-вежливо.

Зато два их пацана и девчонка любили Тимофея и искренне считали его старшим братом. Хотя мать им давно объяснила им, что у Тимофея есть своя мать. Вот к ней сейчас Тимофей и собирался.

— Анжела, ты готова? — Позвонил он своей женщине.

— Да, милый, лечу!

Даже по телефону Тимофей видел, как натянулись в улыбке искусственные губы девушки. Но пока она его удовлетворяла, он не собирался её менять. Со временем подумает. Закрыв кабинет, Тимофей спустился вниз и открыл входную дверь. Налетел порыв ветра, и туча снежинок ворвалась в холл. Декабрь начался. Скоро Новый год.

Внезапно Тимофей вспомнил совсем другой Новый год. Здесь в Н-ске, семь лет назад. Настя! «Может, поискать? — подумал он. — А вдруг она замужем? Тогда не стоит». Но вопреки логике, рука потянулась за телефоном.

— Сергей, собери мне данные на Анастасию Егоровну Лебедеву. Двадцать восемь лет. Она местная. Данные могут измениться. … Нет, не срочно, но и не затягивай. Жду!

— А я уже здесь, милый! — раздался рядом звонкий голос Анжелы. — Едем?

— Едем, — нехотя согласился Тимофей и почему-то пожалел, что связался с этой женщиной.

Через полчаса навигатор вывел их к небольшому двухэтажному коттеджу в сосновом бору на берегу водохранилища.

— А неплохое маменька место выбрала. — невольно похвалил Тимофей, выходя из машины.

— Только цивилизации здесь нет: ни магазинов нормальных, ни клубов, ни спортзалов, ни ресторанов, — обозначила своё «фи» Анжела. Если Антонина Николаевна при деньгах, то надо было покупать дом в Заречье. Оно у нас как московская Рублёвка.

— Помолчи, Анжела, — раздражённо осадил её Тимофей.

Ему уже совсем не хотелось знакомить эту чужую ему женщину с матерью, но не отправишь же обратно. Сам привёз… Они двинулись от парковки к дому и тут двери особняка открылись и на крыльцо вышли двое: женщина и мужчина примерно одного возраста, но выглядевшие оба гораздо моложе своих лет. Лицо женщины светилось улыбкой и радостным ожиданием, лицо мужчины выражало настороженность. Но он бережно и с любовью поддерживал женщину за талию.

Увидев их, Тимофей остановился так резко, что Анжела, семенящая за ним на высоченных шпильках, врезалась ему в спину.

— Мама?! Николай Петрович?!

Так вот почему все молчали, как рыба об лёд по поводу материного мужчины?! Она сошлась с бывшим управляющим, и все боялись сообщить эту новость Тимофею первыми. Ведь он только что, сразу по приезде, принял заявление Уланова, написанное ещё месяц назад, на увольнение по собственному желанию. А по сути, Уланов, оставил работу сразу, предупредив старшего Раскатова, а тот уже в срочном порядке назначил в филиал сына. «Вот откуда вся эта передряга!», — дошло до Тимофея.

Но про то, что сошёлся с бывшей женой Раскатова-старшего, Уланов «забыл» предупредить. Иначе бы отец обязательно сообщил об этом Тимофею, а так Раскатов-старший только с облегчением поделился, что мать наконец-то сошлась с мужчиной.

Тимофей продолжал тупо стоять на месте не зная как реагировать, но мать сама сделала шаг к нему навстречу.

— Сынок, как я рада тебя видеть! Мы с Николаем ждали тебя с утра, а тебя всё нет и нет, но Коля объяснил, что у тебя очень много работы. Ты же знаком с Николаем Петровичем? — тревожно заглянула она в глаза сыну.

— Дел и правда много, мам. И я прошу прощения, что не смог вырваться раньше. Исправлюсь! А с Николаем Петровичем мы, конечно, знакомы. Вы очень удачно подвернулись мне под руку, Николай. У меня накопилось много вопросов по филиалу.

— Помогу! — коротко ответил Уланов. — Рад твоему приезду, Тимофей. Георгий правильно сделал, назначив сюда именно тебя. Дело-то семейное.

— А это кто с тобой? — перебила их Антонина. — Сынок, представь нам девушку.

— Знакомьтесь, — Тимофей нехотя развернулся к Анжеле. — Сотрудница нашего филиала — Анжела.

— Сотрудница и всё? — с улыбкой переспросила мать.

— И всё! — резко ответил Тимофей, тоном пресекая всякие шутки.

— Проходите, — пригласила их Антонина. — Анжела, помогите мне на кухне, а наши мужчины пока поговорят.

— С удовольствием, — без всякого удовольствия с фальшивой улыбкой ответила Анжела и проследовала за Антониной.

Собственно, у Антонины всё было готово и сейчас надо было только накрыть на стол. Прислуги в доме не было. Антонина считала, что для себя они с Николаем могут всё сделать сами. Дом тоже не охранялся, но посёлок, в котором они жили, охранялся. Антонина считала, что этого достаточно.

Анжела успела оценить скромность жилища и скромность хозяев, но, работая в филиале, она прекрасно знала, что Антонина владеет акциями. Она не знала, сколько тех акций и какую прибыль получает мать Тимофея, но не бедная — это точно. А если есть деньги, то к чему такая скромность?! Этого Анжела не понимала.

Про Уланова она тоже знала, что он не бедный человек. Всё-таки много лет был управляющим филиала. Правда, почему вдруг решил уволиться, этого Анжела не знала, но теперь вместо него Тимофей — и это ей на руку. Анжеле казалось, что к Тимофею она подберёт ключики легко.

Если в самом начале их знакомства она рассчитывала только на содержание, в лучшем случае, на сожительство, то спустя неделю отношений и знакомства с матерью, решила поставить более серьёзную цель — брак.

Про себя она уже делилась впечатлениями с девчонками на работе о своих отношениях с Тимофеем, а главное, новостью о том, что бывший управляющий теперь отчим Тимофея. Об этом никто не знал!

Перетасовав эти мысли в своей хитрой головке, Анжела отбросила снобизм, превратилась в мягкую девочку-девочку и принялась щебетать Антонине как она счастлива быть с Тимофеем и как помогает ему в работе, и как ценят Тимофея сотрудники.

Антонина ласково ей кивала, но ответные реплики отпускала редко и с недоумением взирала на сына. Мол, как он умудрился поймать такую рыбку. Тимофей, видя её недоумение, даже вышел к матери на кухню и на прямой вопрос, серьёзно ли у него с Анжелой, также прямо ответил:

— Мам, ну что ты говоришь?! Я её неделю всего знаю, какая серьёзность! Просто прицепилась- не оторвёшь.

— Смотри, сына, — предупредила Антонина, — она очень похожа на Стеллу — жену твоего отца. А такие женщины добиваются своего любыми путями.

— Перестань, мам! Я не пацан уже, разберусь! Ты-то сама как? Всё хорошо?

— Да, сынок, всё хорошо. Мы ведь с Николаем знакомы много лет. Когда Георгий, твой отец, оставил нас, я долго не могла прийти в себя. А Коля был уже управляющим. Он мне объяснил всё про акции, которые мне твой отец оставил, про мои права и представлял мои интересы все эти годы. Я видела, что нравлюсь ему, но Коля был женат и у него были дети, и я не могла позволить дать даже намёка на какие-то иные отношения, кроме деловых и дружеских. Мне тогда вообще не до мужчин было. Ты рос, учился, взрослел. Тебе внимание надо было много. Я хотела, чтобы ты стал самостоятельным и не нуждался ни в чьей помощи, пусть даже помощи отца. Поэтому просила тебя хорошо учиться…

— Я помню, мам, — перебил её Тимофей. — Всё хорошо, я тебя не осуждаю и не укоряю. Живи как тебе живётся. А я тебе, если что, помогу, — и он поцеловал свою маленькую мать в макушку.

— Ну, вот, дождалась, — та смахнула слезинку и потрепала сына по голове. — Защитник и помощник! Иди уже, развлекай свою даму.

— Мне не до дамы сейчас, надо с Петровичем поговорить, мам. В филиале чёрти что делается. Совет нужен.

— Поговори, конечно, — отпустила сына Антонина.

В кухню заглянула Анжела, увидев мать с сыном, тихо прикрыла дверь, но позвала из-за двери:

— А мы ждём вас за столом!

— Ой, правда, сын, нехорошо! Давай за стол быстро! Садитесь, мои дорогие! Давно у нас застолий не было. Думаю, пришло время восстановить традиционные воскресные обеды.

— Ну, нет, мам, — засмеялся Тимофей, усаживаясь рядом с Николаем. — Про воскресенье ты зря надеешься. Пятничные ужины ещё может быть, а в выходные я часто улетаю, так что вряд ли.

— Ладно, как скажешь, — миролюбиво отозвалась Антонина. — Позже определимся. Угощайтесь, не стесняйтесь.

Антонине пришлось вести беседу, потому что Анжела явно чувствовала себя неуютно, и Антонина по доброте душевной пыталась развлечь неожиданную гостью. Тимофей же был занят разговором с Николаем и ему было не до прицепившейся к нему женщины. Он даже не заметил, как мать с Анжелой пересели от стола на диван и начали рассматривать семейный альбом. Сохранился у матери такой раритет. У них же с Николаем разговор был очень серьёзным, и они, накинув куртки, вышли на террасу.

— Николай, мать не сказала нам кого выбрала в спутники жизни, но я рад за неё. Однако сразу предупрежу: я не допущу использования матери для давления на меня или отца. И если ты хочешь просто поиметь выгоду от сожительства с ней, то обломишься, — переходя на «ты» сразу обозначил Тимофей свою позицию.

— А вот это обидно, — сдержанно ответил Уланов. — И если бы ты не был сыном моей любимой женщины, то сейчас схлопотал бы по морде. Я, кажется, не давал повода считать себя альфонсом. Даже когда был управляющим, не использовал акции Антонины и её влияние в своих целях. А мы с ней уже год живём вместе! Но я понимаю тебя. Ты беспокоишься о матери и это ценно. Я понял и не в претензии.

Мы с Антониной собираемся пожениться. Подали заявление. Регистрация тридцать первого декабря.

— Оп-па! — не удержался от восклицания Тимофей. — Поздравляю! Круто!

— Это не всё. Мы с ней подпишем брачный контракт. Мои дети от первого брака не смогут претендовать на имущество Антонины, а ты на моё. Свою долю в филиале я уже передал сыну. Тебе придётся с ним работать, он главный инженер филиала. Мы с Антониной будем жить на мои доходы и накопления. Я начал новый бизнес пять лет назад — малоэтажное строительство и нам с ней хватает. Поэтому и ушёл, нет времени на два бизнеса сразу. Тем более филиал не мой.

— Ты в разводе с женой? — прямо спросил Тимофей.

— Нет, я вдовец. Анна умерла два года назад, сердце. А через год я сошёлся с Антониной. Я бы сразу к ней ушёл, давно люблю её, но Тоня мне сразу сказала, что никаких отношений быть не может. Есть семья — живи в семье. Тоня она такая — строгая в этом плане. Сказала, значит, не судьба. Но после смерти Анны смягчилась и то через год, — вздохнул Уланов. — А теперь сколько нам осталось — столько вместе и проживём. Внуков от тебя, может быть, дождёмся.

— Ждите, — хмыкнул Тимофей. — Ладно, Николай, я рад принять тебя в нашу семью, крепко пожимая руку Уланову. — Пойдём, кажется, матушка мою любимую шарлотку достала.

— Пойдём, гостенёк дорогой! Она тебя с утра выглядывает и шарлотку твою караулила как раз перед вашим приездом.

Кстати, хочу предупредить. Эта Анжела — внебрачная дочь местного олигарха Кирилла Петракова. С вами ему не тягаться, но на местном уровне у него связи крепкие. А ты, как я понял, желаешь здесь закрепиться. Учитывай информацию.

— Спасибо, неожиданно…

Тимофей перевёл взгляд на свою спутницу и уже другими глазами посмотрел на девушку. Нет, она далеко не глупа и поэтому надо быть весьма осторожным.