Глава 41

Здание располагалось неподалеку от герцогского дома, чтобы одна молодая упертая драконица при необходимости, даже будучи «глубоко беременной», смогла добраться до него пешком. На первом этаже организовали магазин для продажи книг, с пока еще пустыми полками и витринами, на втором — саму типографию. Официально, по всем бумагам, владел новым предприятием Зиманариус. Бастарды могли вполне законно иметь свой бизнес, если их прикрывал глава рода. Руководила процессом печати счастливая до невозможности Мари, за продажи отвечала немного знакомая, еще в прошлой жизни, с маркетингом и ведением бизнеса Зойка. В общем, все свои (деревенская девчонка, спешно переехавшая в столицу, ради возможности закрепиться в роду ранос дорт Антариониус и беспрепятственно заниматься любимым делом даже безропотно согласилась выйти замуж за одного из многочисленных бастардов и теперь совершенно официально считалась частью Семьи).

Тексты мы с той же Зойкой брали из другого мира, старательно припоминая школьную программу и прочитанные в свое время разнообразные романы, строго говоря, занимались плагиатом, хотя и наизусть, слово в слово, ни одно произведение, увы, не помнили, волей-неволей привносили в книги что-то свое. Каждый день я надиктовывала по несколько десятков страниц Верис и Ингире, а бывшая жена дракона тем временем начитывала другую часть романа Алексу и Зиманариусу, потом мы с Зойкой проверяли тексты и, если все было в порядке, с одним из бастардов сразу же отправляла стопку бумаги в типографию, к Мари. Все были при деле.

Первая книга, «Одинокий Робин», о необычайных и захватывающих приключениях некоего захолустного барона, волею злобных богов попавшего во время шторма на необитаемый остров, вышла из печати через две недели, небольшим, пробным тиражом, всего лишь двести экземпляров. Пять штук я оставила для себя, столько же торжественно презентовали Императору, остальные я отправила свекрови. Вернее, сама отправилась, в гости к Арениле и ее старшему сыну.

Портал должен был перебросить меня в глухую, всеми богами забытую провинцию, как однажды выразился муж, «у Шорха[2] на болотах». Нравы там царили жесткие, порой даже жестокие, к женщине до сих пор относились немногим лучше, чем к рабу мужского пола, а значит, хочешь-не хочешь, нужно было одеться соответствующе, так что пришлось обрядиться в полностью закрытое полушерстяное бирюзовое платье в пол, нанести боевую раскраску, надеть изумрудное колье и золотое кольцо-печатку с нербом рода Антариониус и заплести непослушные волосы в толстую косу, тщательно уложенную вокруг головы. Как по мне, вид получился отвратительным, бабским, броским и совершенно не элегантным, но великий и ужасный черный маг, внимательно обозрев супругу, в буквальном смысле облизнулся. Котяра мартовский. Как с женой отправиться, так что ты, родная, у меня столько дел, просто зашиваюсь, любимая империя буквально погибнет, если за ней постоянно, ежесекундно не приглядывать, и вообще, родственников нужно любить на расстоянии. Так что месте с герцогиней отправился Зиманариус. На него была возложена обязанность носить сумки с книгами. В последний момент я решила взять не весь тираж, а лишь пятьдесят экземпляров. А там посмотрим, как пойдет торговля. В крайнем случае воспользуюсь порталом снова.

Вместе с Зимом шагнули в арку в холле и вышли на площадку из хорошо утрамбованного гравия перед каменным двухэтажным домом с небольшим разбитым цветником у самого входа. В гостях у старшего брата Варта я еще не была, да и не очень хотела здесь появляться, но жизнь-злодейка заставила.

Лоринариус, угрюмый неуклюжий громила, чем-то неуловимо напоминавший медведя-шатуна, с рождения воспитывал, кроме собственного сына, еще и племянниц Императора, в роду считался неудачником, слабаком и позором семьи: в свое время ему отказалась подчиниться Сила, и во главе рода встал более жёсткий и хваткий младший брат. Такая несправедливость, естественно, характер Лоринариуса не улучшила, и при первой же возможности мужчина уехал в одно из дальних поместий, где и проживал сейчас с женой, Орхой, и матерью, высланной сюда после неудачной попытки мятежа. Сын Арниунариус, ростом, статью и характером похожий на отца, совсем недавно отправился покорять столицу. Варт пару раз в разговоре клялся и божился, что ни копейкой не помогает упорному племяннику. Мне, в сущности, было все равно, на недостаток средств наша семья никогда не жаловалась.

Поставив сумки на землю, Зим подошел к входной деревянной двери и пару раз ударил по ней железным кольцом, вдетым в пазы, очевидно, вместо звонка.

Шум услышали: через какое-то время на пороге появился пожилой, лысый как колено мужчина невысокого роста, одетый в подобие ливреи, если, конечно, такую сто раз заштопанную вещь можно считать ливреей, а не, например, старой половой тряпкой.

— Герцогиня ранос дорт Антариониус желает видеть хозяев дома, — представил Моё Сиятельство Зим.

Нас не ждали, но сомневаться в словах слуги мужчина, очевидно, дворецкий, не посмел, вместо этого распахнул дверь и низко поклонился, почтительно приветствуя жену главы рода.

Свекровь, высокая, уже пожилая, но все еще красивая дама, чуть полноватая, что, впрочем, ее не портило, с сильно выдвинутым вперед подбородком, говорившим о непростом характере, с правильными тонкими чертами лица, роскошной черной шевелюрой и немного удлиненным носом, сидела в столовой и пила чай вместе с невесткой, полной низенькой женщиной.

— Ирма, детка! — Аренила, заметив гостей, поднялась из кресла и радостно улыбнулась — Какой чудесный, приятный сюрприз. Присоединяйся к нам. Минут через двадцать должны подойти соседи — посидим, пообщаемся.

Соседи? Это я вовремя появилась. Побыстрей распродам привезенное, и можно будет домой возвращаться.

Мой спутник, как и положено, поставил сумки в углу в прихожей, а сам привычно удалился в людскую. Женщины проводили его взглядами, но не сказали ни слова. А ведь бывший родственник. Ох, уж эти сословные предрассудки…