Глава 44

Издательство постепенно приобретало популярность, мой карман существенно наполнялся, немногочисленные соперники ревниво фыркали, однако помешать расширению аудитории и наглому захвату рынка не решались: одного имени Варта хватало, чтобы остудить любые горячие головы.

Через два месяца тираж выпускаемых изданий достиг трёх тысяч, треть уходила в провинцию, остальное разметалось в столице максимум за неделю, но, судя по периодически возникавшим недовольным возгласам в аристократической среде, книг на всех желающих не хватало, так что приходилось задумываться об увеличении количества публикаций и необходимой надпечатке уже проданных экземпляров. Муж, видя такой небывалый рост бизнеса, только головой качал:

— С твоими задумками ты при желании давным-давно могла сказочно разбогатеть.

— И стать прогрессором в диком мире, — фыркала я. — Спасибо, никогда не мечтала. Если бы не брошюра Мари и аховая ситуация с рынком развлекательной литературы, я даже не подумала бы о возможности начать с нуля свое дело.

***

Ирма:

Я потихоньку завершала свой первый роман: осталось написать всего лишь пару глав и эпилог. Внимательно ознакомившись, по совету Иры, с текущими новостями страны, в которой жила, я выбрала две-три самых животрепещущих проблемы и честно постаралась показать их влияние на главную героиню и всех, кто ее окружал. Выходило, судя по постоянному истеричному хохоту с той стороны зеркала, не очень, но подруга не советовала что-либо менять.

— С ума сошла? Об этих вещах народ в Интернете наверняка сейчас тоннами пишет, и всё серьезно или язвительно. А у тебя другой, свежий взгляд на жизнь, не знаю, какой-то инфантильный, что ли. Ирма, не дуйся. На правду не обижаются. Захотела бы — давно повзрослела бы. А так — старайся играть с теми картами, что есть на руках. Твое счастье, что Антон — богатей. Попроси его опубликовать роман в одном из издательств, из тех, чьё название на слуху у народа. Причем тираж обязательно должен быть пятьсот — тысяча экземпляров, не меньше. Естественно, за ваши деньги. Часть опубликованного текста забери для своих нужд, остальное пускай отправят по магазинам, как обычно. Раздай друзьям и знакомым свои книги, родичей припряги для этой цели. Увидишь, как замечательно всё пойдет. Народ быстро прочувствует, что к чему. С руками начнут расхватывать. Ты ж пишешь, как заблудившийся во времени ребенок, наивняк полный, только с взрослой лексикой и определенным взглядом на современные проблемы. Это ж особый шарм.

Сама Ира неожиданно серьёзно увлеклась развитием книгопечатания в том мире.

— Это же непаханое поле, настоящий клондайк. Мы с Зойкой в данный момент выпускаем книги тысячами, и всё, можешь себе представить, всё раскупается! Ещё и не хватает — недовольных, не успевших приобрести книги, полно. Причем у меня уже пять постоянных точек сбыта в провинции, исключительно через родных Варта. Я им оптом часть тиража сдаю, они с небольшой наценкой по знакомым перепродают. И все в выгоде: и сами родственники на ноги начали постепенно становиться, и народ к регулярному, качестваенному чтению пристрастился, и бастарды зарплату получают.

— Зарплату? — изумилась я и наткнулась на ироничный взгляд подруги. — Да, я понимаю, что ты хочешь сказать…

— Ничего ты не понимаешь. Любой труд должен быть оплачен. Любой. Тем более по закону Империи бастард имеет полное право заниматься любым бизнесом и извлекать из него всевозможную прибыль, если такие действия «крышуются» главой рода. Так что и Зойка, и Алекс, и Ингира, и даже Верис, хоть и рабыня, имеют свою копейку. Зато работают охотно: осознают, что без вознаграждения не останутся. И да, предвосхищая твой следующий вопрос: Варту все равно. Для него главное — спокойствие беременной жены.

— Да я не собиралась…

— Да-да, — недоверчиво хмыкнула собеседница, — а то я тебя не знаю, консерваторша, мхом покрытая, поборница вековых устоев и домостроя. Рожать когда?

— Три недели осталось, максимум — месяц.

— Отлично. Тогда поскорей завершай свое ненаглядное детище и тщательно обговаривай с мужем всевозможные нюансы. Представляешь: выходишь из роддома с лялькой, приезжаешь домой, а на столе в спальне тебя ждет свеженапечатанная книга.

Представила. В груди разлилось приятное тепло.