Глава 77

Император, случайно узнав о незапланированной «прогулке» ненаглядной «дамы сердца» в людскую, ожидаемо пришёл в ярость и мгновенно уволил часть персонала, и теперь оставшиеся слуги справлялись со всевозможными заданиями оперативно, а на иностранку смотрели с необходимым ее статусу почтением.

— Через неделю свадьба, затем — коронация, — будущая императрица стояла у окна в зеленом шивароне и задумчиво смотрела на улицу. Сомневаюсь, что она видела там что-либо, судя напряженной позе, Иугении было не до красот Антонии. — Ирма, вам не страшно было покидать свой мир?

— Страшно, Ваше Высочество, — кивнула я, сидя в кресле и делая очередной глоток крепкого бодрящего чёрного кофе. — Только никто моим мнением тогда не интересовался. Вартариус решил, что активная, инициативная иномирянка подойдет ему гораздо больше запуганной дочки судьи. Подруга хотела вырваться из, как ей казалось, ужасного мира и сбежать от жестокого мужа. А меня, если честно, кроме привычного образа жизни, на Земле ничего не держало.

— Может, это и к лучшему… Иногда лучше считаться сиротой, человеком без роду без племени… Родственники могут быть очень назойливыми… Когда им самим надо… Ирма, сегодня порталами прибывают мои сестры. Так как свитой я пока не обзавелась, прошу вас находиться в эти моменты рядом.

Угу, а сама руки сжимает, думает, я не вижу. Что ж там за сёстры такие?

— Конечно, Ваше Высочество, — склонила я голову. Как говорится, не было печали. Придется стоять чуть поодаль и изображать из себя приветливый манекен.

Порталы начали открываться примерно через час. Будущая Императрица, наклеив на губы приветственную, на мой взгляд, явно искусственную улыбку, нехотя направилась на встречу с дражайшими, обожаемыми родственниками. В брючном костюме, кстати, шла, впрочем, как и я. Наш наряд был призван подчеркнуть, что не все так плохо в Антонии со свободой и правами женщин. Мол, смотрите, сестры дорогие, и вовсе я не за тирана и деспота замуж собираюсь. Впрочем, судя по натянутым улыбкам и широко распахнутым глазам, сестры явно думали о правах женщин в последнюю очередь. Все внимание нарядно одетых красивых молодых женщин, прибывших в соседнее государство с мужьями и детьми, было обращено на великолепное убранство дворца: разнообразные золотые изделия слепили взор, а шаловливые ручки миловидных гостий то и дело тянулись проверить, насколько хорошо сидят в пазах крупные и мелкие драгоценные камни.

Уж не знаю, как себе представляли в Дорене место обитания правящей верхушки Антонии, но выглядели вновь прибывшие, будто дикари, впервые попавшие из шатких соломенных хижин в современный торговый центр, шумный и многолюдный. Мне почему-то пришла на ум сказка «Аленький цветочек». Жадные и завистливые родственники были невероятно схожи, что в вымысле, что в реальности. А значит, следует ждать как минимум неприятностей…

— Родная, если бы я знал тебя чуть хуже, то сказал бы, что ты преувеличиваешь, — проворчал могущественный маг, выслушав мои доводы, — но так как у тебя особое чутье на различные гадости, я поставлю дополнительную защиту на Дженераса.

Чутье. На гадости. У меня. Неблагодарный. Да тут элементарная логика и знание женской натуры. Но объяснить супругу, насколько сильно он ошибается, не получилось…

— Варт… Вон то, что ползет по полу… Оно тут откуда?

Великий чернокнижник обернулся, взглянул на стелившийся по полу голубой туман, так и норовивший подползти поближе, выругался и открыл портал.

Следующий час я провела в гостевых покоях мага во дворце, пока сам Вартариус разбирался дома с непонятно откуда объявившимся в нашей комнате туманом.

Появился муж на удивление умиротворенный, можно сказать, довольный.

— И что это было? — поинтересовалась я.

— Мальчишки развлекались, — черный маг чуть ли не руки потирал от радости, — освоили новый трюк, опробовали его, но забыли уточнить ареал распространения.

— Слуги живы?

— Родная, единственный побочный эффект этого «тумана» — кратковременная потеря памяти. Поверь, ни с кем ничего страшного не произошло.

Ага. То-то ты так резво жену куда подальше перебросил.