Глава 79

— Судя по твоим горящим глазам, поездка прошла успешно, — Ира, прихлебывая кофе, сидела в длинном коричневом шивароне на тахте возле зеркала.

— Да, — улыбнулась я. — Как оказалось, не все так страшно. Даже наоборот. Я и не подозревала, что этот процесс может быть таким увлекательным!

— Да неужто? — скептически хмыкнула подруга. — И как, выбрали актеров?

— На главные роли — да, а вот с второстепенными пока будут думать. Режиссер пытается подобрать запоминающиеся типажи.

— Ну-ну… А у нас наконец-то Силу под контроль вернули…

— Ты как-то безрадостно говоришь об этом событии.

— А чему радоваться? Тому, что бастарды со слугами как были невесть кем, так ими и останутся? Да, построят школы для «людей из народа», да, есть уже маги, согласные обучать людей всех возрастов в этих школах, да, после обучения народ сможет найти себя в разных профессиях. Но клановость никуда не исчезнет. И гордецы-маги по-прежнему станут коситься на тех, кто ниже по социальной лестнице. Так что реформа оказалась половинчатой…

— Главное — начать, — попыталась подбодрить я собеседницу. — Лет пять назад, да что там, год назад, подобное и представить себе было нельзя.

Ира скривилась:

— Дай-то бог. Но мне почему-то кажется, что всё так и останется в подвешенном состоянии.

***

Ирина:

Провинившихся сестёр Иугении вместе с семьями через полчаса отправили порталами домой, и на бракосочетании со стороны невесты присутствовали только отец и мачеха. Князь Дорена, Арлик ант Ронийский, выглядел солидно и представительно: высокий сероглазый шатен спортивного типа, облаченный в черный костюм тройку, он каждым взглядом, каждым жестом словно подчеркивал: «Я — аристократ в энном поколении, представитель правящей верхушки. Я требую к себе отношения, равного моему статусу». Княгиня Ирана, низенькая смешливая брюнетка, наряженная в черные брюки и белую блузку, составляла полную противоположность супругу. Казалось, что она запросто общается и с равными себе по положению, и со слугами. Казалось, да, если бы не замеченные мной завистливо-злобные взгляды, изредка бросаемые женщиной на удачно устроившуюся падчерицу. Еще бы: ее собственные дочери вышли всего лишь за графов и герцогов, а тут целый император в сети попался, и кому! Дурнушке! Старой деве! Ах, почему жизнь так несправедлива!

Свадебная церемония проходила в одном из залов дворца. Разодетые в пух и прах аристократы постоянно старались попасться на глаза императорской чете, а я, стоя с супругом в двух шагах от тронов, мечтала поскорей попасть домой. Последняя неделя выдалась невероятно суматошной: подготовка к свадьбе вымотала нас с Иугенией как морально, так и физически, так что была б моя воля… Но кто и когда спрашивал, чего хочется одной маленькой слабенькой дракоше? Так что приходилось натруждать ноги, изображать из себя улыбающуюся статую и радоваться, что в этот раз обошлось без платья: в честь появления на сцене прогрессивных доренцев Варт сдался без боя.6dfffc

Дженерас меж тем произнес слова клятвы, уверяя всех присутствующих, что будет заботиться о появившейся в его жизни второй половинке, постарается защитить её от бед и напастей, окружит вниманием и любовью. Я мысленно фыркала, слушая эту дребедень. Первый бабник в государстве клянется в верности? Это даже не смешно. Иугения ответила, пообещав покорность и послушание, любовь, ласку и заботу, над парой появилась магически созданная радуга, и союз теперь уже можно было считать состоявшимся.

Короновали принцессу в спокойной обстановке, все в том же зале, украшенном по периметру разнообразными золотыми и серебряными изделиями. Живыми и искусственными цветами, фарфоровыми и фаянсовыми фигурками животных и птиц. Получив статус Императрицы, Её теперь уже Величество счастливей точно не стала, но зато наконец-то официально закрепилась в чужой стране.

А еще через неделю начались военные действия: совместные силы Дорена и Антонии вторглись на территорию Рамии. Маги, естественно, шли в авангарде.

— Убьют — домой не возвращайся, — проворчала я, провожая дурного супруга.

— Не дождешься, — весело хмыкнул Его нахальное Сиятельство, подарил жене прощальный поцелуй и традиционно исчез в портале.

На этот раз время текло невероятно медленно, я распределяла свой досуг между дворцом и издательством, выматывала и дух, и тело, стараясь не думать о Варте. Кому станет лучше, если мои нервы будут измотаны до предела? Чем это поможет мужу? Но уговоры срабатывали днем, на ночь же я пила снотворное, понимая, что иначе проворочаюсь до рассвета, пытаясь не накручивать себя.

К зеркалу я не подходила: не хватало еще Ирму грузить своими страхами и проблемами.

Когда внизу, на первом этаже, в один из вечеров, вдруг послышались шум и грохот, я, не помня себя, слетела по ступенькам, в чем была, — в длинной ночной рубашке в цветочек. Слетела и замерла в ступоре — Варт, уставший, измученный, но целый и невредимый, шел в сторону кухни, а следом за ним, на длиннющей цепи, по полу волочились две молодые женщины.

— Прибью, — выдала и мгновенно начала оборот. Криков и голоса мужа я уже не слышала.

— Вот, уже и глаза открыла. Не беспокойтесь, герцог, все будет в порядке, — ровный, спокойный голос Лора привел в себя. Да, открыла. Но лучше бы не открывала. И не вспоминала.

— Ира…

— Прибью. Обоих, — голос свой не узнала. Вернее узнала, но не поверила: судя по тону, я — дракон. Значит, оборот завершился благополучно? Тогда почему я после потери сознания не вернулась назад, в человеческую ипостась?

— Сын, выйдите с герцогом, погуляйте.

Мягкий, чуть завораживающий тон главы драконов мне не понравился. Судя по окружающей обстановке, я находилась на том самом плато, с которого улетала вместе с Оренилой. Интересно, кто меня сюда перенес? Варт? Драконьей тушей? Или Лор? Хотя что гадать. Сейчас всё и узнаю. Из первых рук, так сказать.

— Дитя, ты меня слышишь?

Угу. Увидеть бы еще.

— Да. Что случилось?

— У тебя слабые нервы, дитя.

Да что вы говорите. А то я без вас не знаю. Сначала доводят различными способами, потом: «У тебя слабые нервы». Посмотрела бы на вас после нескольких родов и постоянной нервотрепки. Умники нашлись, блин.

— Твой муж не успел тебе объяснить… — если б кто-то другой начал втирать про «не успел объяснить», я послала бы, сразу, без раздумий, но главу драконов я немного побаивалась, так что сжала зубы и слушала молча. — Не стоило ревновать его. Девушки были всего лишь военнопленными, а следовательно… Дитя?

Каюсь, не сдержалась: нагло прервала древнего ящера и красочно описала все, что готова сделать и с мужем, и с «военнопленными».

— Простите. Дело не в ревности. Этот гад может хоть кучу военнопленных за собой водить. Но приносить эту гадость домой, туда, где дети…