Глава 7

Нэш сидел в карете, слегка покачивающейся на дороге, петляющей к горам. Он пристально рассматривал Иргу, иногда хмурясь, и она не выдержала:

— Что? Что ты так на меня смотришь?

— Оцениваю исходный материал, — вздохнул он. — Придется начинать с азов.

Ирга отвернулась к окну, пряча легкую обиду. Мертвая трава, покрытая инеем, стелилась под порывами ветра, воющего, как вчерашний волк. Идея Нэша не слишком-то ее обнадежила, но попытаться стоило. Рисковать жизнью отца она не будет.

Нэш вытянул ноги, закинув их на сиденье рядом с Иргой, блаженно потянулся.

— Не смотри на меня так, будто я тебе денег должен, — заявил он. — Моя нога вчера пострадала. Из-за тебя, между прочим.

— Все зажило, я видела, — ответила она.

— А я не подсматривал, когда ты переодевалась, — укоризненно сказал Нэш, — хоть мне и хотелось. Ладно. Приступим. Начнем с главного. Твое лицо, Ирга.

— Что с ним не так? — она поборола желание ощупать щеки и убедиться, что все на месте.

— Так-то ты довольно милая, — прищурившись, заметил он. — Не Лилейна, с ее точеным носиком, но сойдет.

— На свой нос посмотри! — вспыхнула Ирга.

— А мне серебряный лорд и не нужен.

— Серебряный лорд — так пафосно звучит, — передразнила его Ирга.

— Вот глаза у тебя хорошие, — одобрил Нэш. — Особенно когда злишься. Так и сверкают. Если бы не твой запах, мог бы подумать, что ты тоже котолак.

— А как пахнут котолаки? — заинтересовалась Ирга.

— Понюхай, — предложил он, и Ирга нахмурилась. — Вот оно! — кивнул Нэш. — Ты совершенно не умеешь себя подать. Расслабь лицо, Ирга. Ты смотришь на мир точно как твой папаша кузнец. Тебе бы еще бороду — и вас было бы не отличить. Я нисколько не удивлен, что никто не заподозрил отсутствие между вами родства. Вот что ты делаешь? Не хмурь брови, — он наклонился, протянул руку и пальцем разгладил брови Ирги. — Хорошо. Если будешь хмуриться, появятся морщины, и тогда тебя даже Петер замуж не возьмет, не то что Дерек.

Ирга вздохнула, потерла лицо руками.

— Теперь рот. Ты так плотно сжимаешь губы, как будто боишься, что я снова тебя поцелую.

— Это было отвратительно, — сказала Ирга.

— Не хмурься, — заметил он. — Просто ты не дала мне шанса. Если бы ты расслабилась хоть на минутку — тебе бы понравилось.

— Нет.

— Ладно, пусть тебя Дерек целует. Но для этого тебе надо сделать губы манящими. Ну-ка, прикуси нижнюю губу. Да не жуй ее! Ты что, голодная? Ты на моих глазах умяла три яйца и бутерброд с колбасой.

— Потому что иначе ты бы снова оставил мне только прошлогоднюю булку, — огрызнулась Ирга.

— Сейчас в моде девушки тонкие, нежные, воздушные, — поучительно сказал Нэш. — А посмотри на себя.

— И что? Я не толстая.

— Слава Богине! — подтвердил Нэш. — Но на тебе пахать можно. А как ты ходишь? Размахиваешь руками, точно крестьянин. В общем, я предлагаю тебе немного поголодать, чтобы появилась легкая бледность, зовущий взгляд и плавная поступь.

— А если от голода у меня потекут слюни? — возразила Ирга. — Захочет ли тогда Дерек со мной целоваться?

Нэш молча уставился на нее.

— Что? — спросила она. — Мне не нравится идея с голодовкой.

— Ладно. Ты меня убедила. Давай теперь потренируемся, — он пересел к ней. — Представь, что я — Дерек. Вы оказались с ним одни, совсем рядом. Сделай такое лицо, чтобы он захотел тебя поцеловать.

Ирга повернулась к нему, глядя снизу вверх в желтые кошачьи глаза.

— Брови не хмурить, рот расслаблен, — пробормотала она.

— Не настолько расслаблен, — проворчал он, приподнимая пальцем ее подбородок. — У тебя сейчас точно слюни потекут. Губы слегка приоткрыты. Глаза можешь прикрыть. Или попробуй потрепетать ресницами.

Ирга часто заморгала, и Нэш тихо рассмеялся.

— Меня чуть ветром не сдуло, полегче. Попробуй опустить ресницы, а потом выстрелить взглядом.

— Нэш, может, мне попробовать показать Дереку какие-то реальные таланты? — предложила Ирга.

— А что ты умеешь? — заинтересовался котолак.

— Ну, я помогала отцу в кузне, могу сама заточить что угодно — хоть меч, хоть топор. Ножи метаю в цель с тридцати шагов, — перечисляла Ирга.

— Как думаешь, королеве пригодится умение метать топор? — вздохнул Нэш.

— Точить, — пробормотала Ирга.

— Не хмурь брови, — он покачал головой и пересел назад на свое место. — Запомни, Ирга, ты должна выглядеть приветливо — так, чтобы Дерек захотел с тобой поговорить, не боясь схлопотать по роже. Легкая улыбка, сияющий взгляд…

Ирга растянула уголки губ, и Нэш страдальчески закрыл глаза ладонью.

— Ладно, ты тренируйся, я потом проверю.

Он приоткрыл дверь кареты и на ходу спрыгнул.

— Нога у него пострадала, — прошептала Ирга, — скачет — хоть бы хны.

В окошке промелькнуло лицо серебряного лорда, и Ирга торопливо улыбнулась, как советовал Нэш, но Дерек отвел взгляд.

Ирга вздохнула, задернула занавеску на окне кареты. Она никогда даже не думала о том, что могла бы очаровывать или влюблять в себя мужчин. Кому вообще это надо? Вон Петер захотел на ней жениться, несмотря на хмурый вид. Спохватившись, она разгладила брови пальцем, повторив жест Нэша. Похоже, он единственный в ней видит не будущий стейк для дракона, а человека.

***

После полудня, когда солнце зависло в зените, будто сомневаясь, в какую сторону ему катиться, они добрались до гор. Серебряная жила на склоне, расплавленная пламенем дракона, сверкала в солнечных лучах, как зеркало, огромное пятно отраженного света лежало на возделываемом клочке земли, зажатом между гор.

— Урожай уже собрали, — заметил Нэш, подъехав к Дереку.

— Вот только его едва хватит на зиму, особенно если она затянется дольше предыдущей. А зерно и семена для посева придется покупать.

— Серебра пока достаточно, — кивнул Нэш на серебряное зеркало.

— Жила почти выбрана. Или ушла так глубоко, что мы не можем ее поймать. Давай, не тяни кота за хвост, Нэш, говори, что хотел, — повернулся он к котолаку. — Ни за что не поверю, что тебя заинтересовал урожай.

— Я хотел поговорить с тобой об Ирге, — не стал отнекиваться Нэш. — Бедная девочка совсем расклеилась. Я едва сумел ее успокоить.

— Ты помнишь, что я велел тебе держать лапы при себе? — нахмурился Дерек.

— Помню. Я обошелся разговором по душам. Знаешь, она довольно милая. Открытая. Честная.

— Надеюсь, дракон тоже оценит ее душевные качества.

— Ты не думал о том, чтобы отдать дракону Лилейну? — прямо спросил Нэш.

Дерек натянул поводья, так что Седой остановился.

— Ты шутишь, Нэш? Лилейна — законная дочь короля, наследница трона. Она умеет вести себя в обществе, она красива, ее любит народ. А Ирга? Ты представляешь ее рядом с королем?

— Ее можно обтесать, она вроде неглупая.

— Да она смотрит на меня так, будто я изнасиловал ее бабушку! — вспылил Дерек. — Она отпинала тебя за то, что ты пытался ее поцеловать. Что она сделает со своим будущим мужем в первую брачную ночь — мне и представить страшно.

— Ты нагнетаешь, — ответил Нэш.

— Я все решил, — сказал Дерек. — Больше того, я хочу оставить Лилейну в своем замке, а не тащить ее через все королевство.

— А как же приказ короля?

— Я доставлю дракону бастарда. Вернусь — и женюсь на Лилейне. Совершенно не за чем таскать ее за собой по дикому лесу. Вряд ли она хоть раз ночевала в палатке, принцесса может не выдержать похода. А король наверняка даже обрадуется и одобрит мое решение. Не может же он быть настолько равнодушным к собственной дочери!

— В любом случае, тебе стоило бы подружиться с Иргой, — с деланым безразличием заметил Нэш. — Я тоже читал письмо дракона. Он требовал невесту. Что если он перевертыш? Что если он умеет принимать облик обычного мужчины, и ему и правда нужна жена?

— Совет им да любовь.

— Ты угрожал Ирге убить ее отца, — напомнил Нэш. — Не лучше ли подружиться с будущей женой дракона? Ты ведь не хочешь, чтобы она попросила своего огнедышащего мужа навестить серебряные горы снова?

Дерек сплюнул в дорожную пыль, обернулся на кареты позади. Королевская, украшенная витиеватой буквой «А», которую Альфин лепил на все подряд — от одежды до оружия, выглядела нарядной и просторной, карета Ирги скорее напоминала крытую повозку.

— Это аргумент, — кивнул он. — Только как мне расположить ее к себе? Накормить? Подарить платьев?

— Лишним не будет, — согласился Нэш. — А еще можешь сводить ее к водопадам. Поговорить, объяснить, что не желал зла лично ей. Девчонки на красоту падкие. Серебряный лорд на фоне золотых водопадов — двойной удар. Ни одна не устоит, — поддел он его.

Дерек собирался съязвить в ответ, но из-за горы показался замок. Обожженное правое крыло перекрасили, но оно все равно выглядело темнее, чем левое. Центральную башню, разрушенную драконом, он полностью перестроил, расширив, и теперь с нее снова взирал серебряный орел, расправивший крылья, словно в бреющем полете. Статуя сверкала, вызывая восторг размерами и размахом крыльев, и только Дерек знал, что внутри у нее обычная медь. Еще, конечно, знал Нэш, ведь это была его идея — сэкономить денег, которых и так не хватало после дракона. Дерек до сих пор жалел, что согласился. Пусть бы он потратил последнее, но орел, символ его дома, был бы настоящим, как у Джоны. А не подделкой, вроде него самого.

Пусть Нэш плетет что хочет, но женится он на Лилейне. Рядом с ним будет настоящая королева. А с Иргой, так и быть, он постарается наладить отношения. В конце концов, девчонка не виновата, что когда-то король поимел ее мамашу. Да и толика смысла в словах Нэша тоже была. Если Ирга станет женой дракона, лучше с ней не ссориться.

Дерек снова взглянул на родные стены, вырастающие с каждым шагом Седого. Замок, бывший резиденцией фаворитки лорда, любовным гнездышком, стал форпостом королевства, защищающим юг от горных кланов. А он, бастард лорда Дердена, будет королем. Мама бы им гордилась. Дерек безошибочно нашел ее окна в правом обожженном крыле и стиснул зубы.

***

Замок Дерека опоясывали стены, сложенные из необработанного серого камня. Лилейна заметила охрану и в узких окошках-бойницах, и на сторожевых башнях. Суровые бородатые воины смотрели на королевскую стражу, сопровождающую принцессу, слегка насмешливо. Золотые шлемы, алые плащи и нашитые на плечах буквы «А» выглядели красиво и эффектно на парадах в Белой гавани, однако здесь, в горах, воины одевались куда проще и практичнее. В серых куртках мехом внутрь, они становились почти неразличимыми на фоне камней, и Лилейна вдруг подумала, что она, в королевской карете, — заметная цель.

— Я приказал, чтобы вам выделили гостевую спальню, в которой когда-то останавливался ваш отец, — сказал Дерек, помогая ей выйти из кареты. — Она самая большая в центральной башне.

— Благодарю вас, милорд, — кивнула Лилейна, кутаясь в накидку. — Я надеялась, вы покажете мне ваши владения.

— В следующий раз, — ответил он. — У вас будет полно времени, чтобы рассмотреть каждый уголок моего замка.

Лилейна едва сдержала ликование и улыбнулась кротко, опустив ресницы.

— Генриетта, — позвал Дерек крупную усатую женщину, которая вышла встречать их из замка. — Проводи принцессу в голубую комнату.

Проследив взглядом за Лилейной, Дерек подошел к Ирге, которая выбралась из кареты сама и теперь с любопытством озиралась по сторонам. — Пойдем со мной, — сказал он.

Ирга, к его удивлению, взглянула на него без злобы. Она будто бы растерялась, но потом даже — что это с ней? — попыталась улыбнуться. Дерек усмехнулся и, взяв ее ладонь, положил себе на сгиб локтя.

— Помнишь, когда мы только встретились, в кузне, — сказал он, ведя ее в замок, — я предлагал тебе поехать со мной в горы.

Ирга кивнула.

— Я говорил, что покажу тебе золотые водопады, — он покосился на рыжую макушку. — Хочешь на них посмотреть? Никто не предполагал, что жизнь так повернется, но раз уж ты здесь…

— Очень хочу, — ее глаза вспыхнули интересом.

— Нэш, — позвал он слугу, — как думаешь, где лучше разместить Иргу?

— В зеленой комнате, — сразу сказал тот. — Она небольшая, зато теплая.

— К тому же на самом верху башни. Оттуда не так-то легко удрать, — одобрил Дерек.

— Я же обещала… — насупилась Ирга.

— Отдохни, а на закате съездим к водопадам, — сказал он.

***

— Ирга, — Нэш ходил туда-сюда по маленькой комнате, укрытой зелеными, как мох, коврами. — Это твой единственный шанс.

— Угу, — промычала она, хрустя яблоком.

— Я серьезно. Дерек собирается оставить Лилейну здесь, в замке.

Ирга замерла с огрызком у рта.

— Вот тебе и «угу», — передразнил он ее и взъерошил волосы. — Надо выработать стратегию. — Он глянул на Иргу, глаза которой медленно наполнялись слезами. — Будем давить на жалость.

— В смысле?

— Ты бедная невинная девушка, из-за рока злой судьбы обреченная на муки. Постарайся выглядеть печальной, вот как сейчас, это трогает даже мое нечеловеческое сердце. Можешь заплакать. Несчастные глаза, дрожащие губки. Дерек захочет тебя утешить, пожалеть…

— Пусть засунет свою жалость в свой серебряный зад, — буркнула Ирга, бросая огрызок на поднос.

— Ты забыла? — рассердился Нэш и сложил ладони чашами весов, покачал вверх-вниз. — Дракон или Дерек.

— Кому нужна слабость? — нахмурилась она. — Я не понимаю. Жалость — не любовь.

Нэш потер подбородок.

— Знаешь, ты права, — вздохнул он и присел на старый бочонок, на который положили подушку, превратив в подобие стула. — В конце концов, что я могу знать о любви? Я ведь даже не человек. Не человек, не животное…

— Ты никогда не оборачивался? — спросила Ирга.

— Последний раз — когда меня топили, — сказал Нэш и легонько стукнул пяткой по бочке. — Точно в таком бочонке. Может, даже в этом самом. Мальчика откачали, по милости матери Дерека, а кошачья сущность умерла. В той бочке прежде квасили капусту. До сих пор ее не переношу. Мутит от одного запаха.

— Ох, Нэш! — Ирга подошла к нему, положила руку на плечо.

Он опустил голову, так что темные волосы свесились вниз, закрыв глаза, спина его вздрогнула, еще раз.

— Нэш, ты что, плачешь? — встревожилась она, обнимая его второй рукой. — Это действительно ужасно. Но ведь все в прошлом. Тот мальчик давно вырос, вон в какого мужика. И ты больше человек, чем многие, я уверена.

Он поднял голову, и она увидела лукавый блеск в его глазах.

— Ах ты! — воскликнула Ирга, толкая его. — Ты все наврал!

— Нет, — улыбнулся Нэш, потирая плечо. — Ну, может, про капусту… Но посмотри — тебе стало меня жаль, и ты сама полезла ко мне обниматься. Если бы я добавил красочных деталей, вроде пряного рассола, раздирающего легкие, и забрезжившего луча света в кромешной тьме, то уже через пять минут мог бы плакать на твоей груди, — взгляд его скользнул вниз.

— Ладно, — проворчала Ирга, возвращаясь к подносу с нехитрым ужином, на котором осталось лишь несколько ломтиков сыра. — Убедил. Буду давить на жалость. Если не получится заплакать, то вспомню твою историю про котеночка.

— Знаешь, у меня есть еще идея. Когда приедете к водопаду, распусти волосы.

— Зачем это?

— Когда-то у Дерека была рыжая девушка. Может, это его фетиш.

— Что такое фетиш?

— Как бы тебе объяснить… — Нэш спрыгнул с бочки, стащил с тарелки Ирги кусок сыра и закинул его в рот. — Это такая фишка, которая вызывает сексуальное влечение, — сказал он, прожевав. — Например, многим женщинам нравятся мускулы, шрамы, щетина… Вот твой Петер — он какой?

— Он не мой, — ответила Ирга. — Он румяный и добрый, пахнет булочками.

— Очень сексуально, — вздохнул Нэш. — Ладно, просто делай, что я говорю. Распусти волосы. Воспользуйся своим козырем.

Ирга потеребила кончик косы.

— Постарайся держаться к Дереку ближе, — продолжил он. — Возьми под руку на узкой тропинке, прижмись грудью… И не смотри на меня так, я видел — она у тебя есть.

Он вдруг шагнул ближе и быстро расстегнул несколько пуговок на ее рубашке.

— У тебя даже три козыря, — ухмыльнулся он. — Волосы и вот еще два, правый и левый. Так, не дерись, я слышу чьи-то шаги.

Ирга разжала кулак, который уже метил в наглого котолака, и повернулась к открывающейся двери.

Дерек выглядел усталым: тонкая морщинка меж бровей, круги под глазами.

— Не передумала? — спросил он ее.

— Нет, — ответила Ирга.

***

— Давай я помогу тебе, — сказал Дерек, подставляя Ирге руку и помогая взобраться на лошадь. Он выбрал для нее ту же белую кобылку, на которой ездила Лилейна, и Ирга невольно подумала, что проигрывает в сравнении с принцессой.

Она устроилась в седле, похвалив про себя неведомых служанок за то, что сложили в сундук наряд для верховой езды. Рука так и тянулась к расстегнутым Нэшем пуговкам, но Ирга решила оставить как есть, лишь подтянула к груди края меховой накидки — в землях серебряного лорда было куда холоднее, чем в долине.

Дорога вилась в другую сторону от замка, поднимаясь в горы, образовывающие полукруг острых серых пиков, напоминая каменную корону, оброненную великаном. Совсем далеко вырастала гряда, где белые шапки снега высились над облаками, и солнце окрашивало их в розовый цвет.

— Очень красиво, — выдохнула Ирга.

— Подожди, мы еще не приехали, — усмехнулся Дерек.

Ирга посмотрела по сторонам, и ей показалось, что за серой насыпью камней мелькнули темные волосы Нэша.

***

— Ты слышал, что он сказал? — в голосе Лилейны прозвучало торжество. — У меня будет время, чтобы осмотреть каждый уголок этого замка! — она рухнула на кровать, раскинув руки. — Великая матерь, какое облегчение! Он выбрал меня. Конечно, я могла и не сомневаться, но все же… Он собирается оставить меня здесь, наверняка. Зачем мне тащиться через весь континент? Чтобы увидеть дракона? Спасибо, обойдусь.

Сэм осмотрел комнату, заглянул за каждый гобелен, украшающий стены, проверил шкаф.

— Что ты там ищешь? — улыбнулась Лилейна, опершись на локоть. — Я не привозила с собой любовников.

— Смотрю, нет ли потайных ходов.

— Думаешь, кто-то проберется ко мне ночью? — поддразнила его принцесса.

— Думаю, вы можете последовать примеру сестры и сбежать.

— Во-первых, она мне никакая не сестра, — холодно заявила Лилейна, садясь на кровати, — во-вторых, сбегать мне теперь не за чем, а в-третьих, уж не думаешь ли ты, что я могу выпрыгнуть в окно, как она? Чего ты уставился во двор?

Сэм обернулся, ущипнул себя за ус — и Лилейна поморщилась. Эта его привычка начинала раздражать.

— Боюсь поколебать вашу уверенность, принцесса, но серебряный лорд только что выехал за ворота.

— И что? Наверное, решил проверить владения перед отъездом.

— Он поехал с Иргой, — ответил Сэм. — По-видимому, решил показать свои земли ей.

— Точно? — Лилейна подскочила к окну, оттолкнув стражника. — Где они?

— Их не видно из-за стен. Он дал ей ту же лошадь, что и вам.

— Уверен, что это были они?

— Да. У вашей сестры очень необычный цвет волос.

— Не называй ее так! — прошипела Лилейна. — Мы едем за ними!

— Нет, мы останемся здесь. Поешьте как следует, — он кивнул на тарелки на серебряном подносе, который принесла служанка. — Вы поклевали как птичка.

— Слушай, Сэмми, — Лилейна ткнула его пальчиком в грудь. — Ты выполняешь приказ короля — охранять меня, но ты мне не тюремщик. Если тебе втемяшилось следить, как я ем, сплю и хожу в уборную — дело твое. Но не смей говорить мне, что делать! Ясно?

— Вы запомнили мое имя, — хмыкнул Сэм.

— Я — твоя будущая королева, — кипятилась Лилейна. — И ты будешь выполнять мои приказы!

— Может, королевой будет Ирга, — усмехнулся он.

Лилейна молча изучала его лицо. Крупные черты, бровь и скула рассечены старым шрамом, серые глаза — не такие светлые, как у Дерека, не серебро, гранит.

— Найди мне коня, Сэм. Живо, — приказала Лилейна. — И узнай, куда отправился лорд. Можешь взять коня и себе, или будешь бежать следом, как собачонка.

— Ладно, — сказал он. — Будет сделано.